Отрицание.

Декабрь погрузил городок под Москвой в бесконечные снега. Огромные комки белой массы лежали практически на каждом шагу, иногда даже мешая ходить по тротуару. Машина для чистки дорог счищала снег на пешую зону, а дворники обратное, образовывая смешное противостояние. Такси бизнес-класса подъехало ко входу в учебное заведение. Поставив в приложении пять звёзд за приятную поездку, мужчина вышел из тёплого салона на морозный воздух, плотнее кутаясь в воротник своего пальто. Быстро перебирая ногами, он поднялся по лестнице наверх, открывая стеклянные двери Политеха. — Вадим Юрьевич! — ректор этого самого университета стоял в фойе здания, счастливо улыбаясь пришедшему гостю, — Рад Вас видеть. — Евгений Валентинович, — пожав руку собеседнику, Вадим огляделся вокруг, вслушиваясь в посторонние звуки, — А что у вас так тихо? — Первая пара только началась, все на занятиях. Пойдёмте, я Вам кабинет покажу, и заодно с секретаршей познакомитесь. — Молодая, красивая? — он усмехнулся, идя немного позади ректора.

***

Хоккейная команда «Акулы» находились в самом низу таблицы, скрепя лезвиями коньков по полу. Тренера, который уволился практически за день до прихода Казанцева, не особо волновал результат команды и престиж учебного заведения. Провёл тренировку и ушёл, якобы что-то сделал. Будущему проректору по молодёжной политике уже хотелось всеми руками и ногами влиться в это дело, надеясь, что и его планы пойдут в гору. Вадим смог отыскать нескольких хороших спонсоров, готовых вкладываться в будущее поколение, но взамен на крупный проект. И этот проект должен быть организован под натиском мужчины, чем, собственно, он и собирался заняться в ближайшем времени. Но ведь для хорошей команды нужен хороший тренер? Этот вопрос тоже стоило решить как можно скорее, ведь до финала плей-офф остаётся не так много времени. Стоя около информационной доски, мужчина изучал положение заведения, параллельно поправляя фигуры хоккеистов из картона. — Мужчина, а что Вы делаете? — он ещё ранее заслышал цокот каблуков, но особого значения не придал. А сейчас на него смотрела шатенка, явно излучающая не самую добрую энергетику. — Да поправляю тут. Всё у вас как-то криво, — обезоруживающе улыбнувшись, Вадим надеялся, что незнакомка от него отвяжется. — А кто Вы такой, чтобы поправлять? — Я? — наконец оторвавшись от своего бессмысленного занятия, он повернулся в её сторону, деловито застёгивая пуговицу пиджака, — Здрасьте, — ответное «здравствуйте» прилетело с той же раздражимостью в голове, — Вообще-то с сегодняшнего дня я здесь работаю. — Наконец-то прислали работника по хозяйственной части, — словно озвучив свои мысли, женщина посмотрела на него через стекло очков, довольно ухмыляясь, — Очень хорошо, идите за мной. Вадим Юрьевич даже не стал противиться такой наглости со стороны незнакомой ему женщины, считая, что разберётся с этим немного позже. Знакомый приёмный покой встретил людей тишиной, нарушаемой только едва слышным шорохом переворачиваемых страниц книги, которую читала миловидная блондинка за столом секретаря. Мужчина на долю секунды остановился около открывшейся двери в чужой кабинет, мельком пробегая взглядом по золотистой табличке, где чёрным текстом было написано: «Москвина Ольга Сергеевна». — Чувствуете какая парилка? — не дождавшись ответа, она прошла вдоль всего помещения, останавливаясь около батареи, — Две недели уже течёт. Боюсь, она когда-нибудь рванёт, а там кипяток и я не знаю что делать. — Ну да, — Вадим провёл ладонью вдоль всей поверхности «проблемы», — Греет неравномерно, придётся снимать и промывать. Терморегулятор, — он приподнял влажную тряпку, осматривая, — Заменить. — Когда бы Вы смогли решить эту проблему? — Ольга с некоторой надеждой посмотрела на мужчину. — Я думаю, что прямо сейчас. — Вы шутите? — Какие шутки? — он усмехнулся, доставая из внутреннего кармана пиджака денежные купюры, — Я думаю, — протянул пять тысяч и сразу же сложил их в женские руки, наблюдая за растерянностью, — Этого достаточно. Без сдачи. — Вы что себе позволяете? — недоумевая, она неосознанно немного повысила тон голоса. — Если с утра не за руль, то практически всё.. позволяю. Дверь отворилась с негромким хлопком и, не спрашивая разрешения войти, в кабинете появился Евгений Валентинович, опешивший от присутствия двух проректоров в одном помещении. — Вижу, вы уже познакомились, — мужчина довольно улыбнулся, указывая рукой в сторону Москвиной, — Это наш проректор по учебной деятельности, Ольга Сергеевна. — Да-да, я прочёл табличку на двери, — чувствуя превосходство над собой, он повернулся в сторону шатенки и, не дожидаясь окончания приветственной речи ректора, сам протянул руку, — Казанцев Вадим Юрьевич, новый проректор по молодёжной политике. — Очень приятно, — скорчив недовольное лицо, Ольга полностью проигнорировала предложенную руку для знакомства, предпочтя выслушать указания Евгения Валентиновича насчёт собрания, которое должно было состояться уже через пятнадцать минут. — М-м, пятнадцать минут, — он посмотрел на свои наручные часы, громко цокая языком. — Деньги заберите, — женщина протянула купюру в сторону Казанцева. — Это вместо цветов, — хищная улыбка появилась на его губах, — Сработаемся.

***

Бег на каблуках был не самый удобный, но что делать, если этот несносный человек всё время бегал от проблем и от неё самой? Казанцев Вадим Юрьевич. Её личная головная боль. С появлением этого мужчины в стенах Политеха у Ольги ушло уже несколько тысяч нервных клеток, которые, к слову, не имеют свойства восстанавливаться. Мужчина обладал искусной способностью выходить сухим из воды в любых ситуациях. Даже та ситуация с батареей дала понять, что этот человек слишком проворен по своей натуре. Вот и сейчас защитник «Акул» пытался ретироваться с поля зрения Москвиной, теряясь в толпе студентов. Пары закончились очень вовремя. Но разве возможно скрыться там, где ты непохож на остальных? — Вадим Юрьевич! — она окликнула мужчину, старавшегося быстрее скрыться за поворотом в коридоре. — Ой, Оленька Сергеевна, — Вадим мило улыбнулся, прорабатывая в голове все планы к отступлению, — Знаете, меня там.. ректор вызвал. Очень срочно. — Отлично, вместе пойдём. Меня тоже просили зайти, — она мысленно усмехнулась такой детской отговорке. Вроде взрослый человек, а ведёт себя как ребёнок. Казанцев сдался, ведь рано или поздно должен был настать момент, когда их мнения столкнуться в стычке. Евгений Валентинович снова был удивлён совместному появлению проректоров у себя в кабинете, но, завидев непонятные жесты со стороны Вадима, промолчал. У этих двоих были явно какие-то недосказанности. — Что ж, коллеги, присаживайтесь, — ректор указал на стулья, стоящие друг напротив друга, — Ольга Сергеевна, помнится, у Вас был вопрос касаемо бюджета нашей хоккейной команды. — Был. С какой радости у нас хоккейная команда залезает в деньги, предназначенные для акробатического рок-н-ролла? — осуждающий женский взгляд тут же метнулся к сидящему Казанцеву. — Ольга Сергеевна, — проректор, стараясь в конец не испортить отношения со своей коллегой, мягко начал, — Вообще это Вы влезли в бюджет команды, который целевой предназначался «Акулам». — Вы же говорили, что у вас есть спонсор, — Москвина не собиралась так просто сдаваться. — А что вам мешает найти спонсора? — он уже потихоньку начинал заводиться от этого бессмысленного разговора. К общей цели они не придут, это даже ежу понятно. — Вы хотите со мной поссориться? — А мы разве не уже? — Ах вот как, — она встала из-за стола, опираясь на него двумя руками, — Стоит ли говорить о том, что ваших хоккеистов, — Ольга показала пальцами кавычки, — Нужно переаттестовывать? Ваши взятки преподавателям за них мне уже надоели. А главное — это абсолютная безнаказанность! — Ольга Сергеевна, Вы просто невыносимы. Я понимаю, тяжело, когда не можешь найти общий язык со всеми окружающими людьми, но не до такой же степени! — Так, коллеги, — Евгений Валентинович стукнул кулаком по столу, прекращая устроенный балаган. Проректора разошлись не на шутку и весь этот конфликт мог перерасти в огромную проблему.

***

Дверь с грохотом захлопнулась, когда шатенка вернулась с импровизированного собрания. Весь разговор не смог привести ни к какой общей мысли и Наумов, решив не испытывать лишний раз свою нервную систему, просто распустил коллег, надеясь на их благоразумие. Но как можно на это надеяться, если в их педагогическом составе есть фамилия «Казанцев»? Ольга ходила из угла в угол, стараясь успокоить внутренний гнев. Вся эта убитая ситуация с постоянными увиливаниями Вадима от конфликтов только подбивала женщину как можно сильнее ударить его по лицу. А те слова, которые слетели с мужских губ раньше, чем он смог подумать, глухо отзывались в голове, раз за разом прокручивая каждое слово: «Я понимаю, тяжело, когда не можешь найти общий язык со всеми окружающими людьми, но не до такой же степени!». Нет, ну каков наглец! — Ольга Сергеевна, — только не сейчас. Он же сам себе подписал приговор, — Я сказал, не подумав. Извините. — Извините? — она едва слышно рассмеялась, теряя последние капли самообладания, — Вы просто не имели права так говорить. Да какое Вам вообще дело до того, как я нахожу общий язык с другими людьми?! — щелчок и всё рычаги упали вниз, открывая путь нахлынувшим эмоциям, — У Вас что, хобби задевать чувства других людей? Своим «извините» Вы ничего не исправите. Всего доброго. Вадим, дабы не доводить до греха, спешно вышел из кабинета, тихо прикрывая за собой дверь. Заветная тишина, к сожалению, не ласкала слух с нужным удовольствием. Она давила, сжимала и не позволяла спокойно выдохнуть. От тяжести этой тишины в стену полетело первое, что попалось под руку. Пластиковая подставка для канцелярии разбилась вдребезги, разбрасывая свои осколки на полу душного помещения. Хотелось разрыдаться от тягости чувств, но разве может она себе это позволить? Через десять минут начало пары и тратить их на слёзы, а позже на поправку макияжа было таким себе удовольствием. — Алёна, если тебе не сложно, то принеси в мой кабинет метлу.

***

Пара по высшей математике протекала размеренно, минута за минутой. Мел бился об доску, осыпая небольшие белые частицы на пол. Записей появлялось всё больше и больше. Из-за огромных аудиторий за преподавательским стендом находилась кнопка, приводящая в движение встроенный механизм. Вот и сейчас полностью исписанная доска двинулась вверх, а на её место встала пустая. — Даю вам время на запись, — Ольга глянула на часы, подмечая скорый звонок с пары, — На сегодня всё, после звонка можете быть свободными. Ань, — она обратилась к старосте группы, — Занеси ключи на вахту. — Хорошо, Ольга Сергеевна, — девушка, сидевшая за первым рядом коротко кивнула, продолжая быстро писать в своей тетради. Проректор вышла из аудитории, устало выдыхая. Ей никогда не было сложно заменять других преподавателей, но иногда это выматывало морально. По несколько раз объяснять одно и тоже студентам, которые даже не пытаются понять сути лекции, порой напрягало. Но такие люди, как Анна Смирнова, всегда вносили крупицы счастья в занятие, и появлялись силы рассказывать дальше, наблюдая заинтересованность в теме. Звук уведомления вывел Ольгу из своих мыслей, побуждая дёрнуть головой. Достав телефон из кармана брюк, она нажала на новое сообщение и резко остановилась, увидев содержание:

«Оленька Сергеевна, Вы бы аккуратнее шли по коридорам. Два раза успели споткнуться.

Вас в кабинете ждёт небольшой сюрприз.»

Ещё немного и её начнёт дёргать только от одного вида этого мужчины. Опять Вадим Юрьевич вставляет свои пять копеек туда, куда вообще не следовало бы. Сюрприз какой-то непонятный..

«Это попытка замолить свои грехи? И хватит следить за мной.»

Ольга незаметно усмехнулась, наблюдая за попытками подступиться к ней и даже подкупить неожиданным сюрпризом.

«Помилуйте, Ольга Сергеевна! Если за Вами и следят, то только самые лучшие.»

Оставив без внимание сообщение собеседника, она поднялась по лестнице, перескакивая через через ступени и придерживая все записи с лекций, которые надо было отдать преподавателю на больничном. Дверь в приёмную, а позже и в кабинет отворилась с тихим хлопком. Ольга задержалась в проёме двери, наблюдая за тем самым «сюрпризом», о коем говорил Вадим. На столе красовалась коробка её любимых конфет, а поверх неё бумажное сердце, криво вырезанное ножницами. Казалось, женщина перестала дышать, а сердце пропустило несколько несвойственных ударов. Подходя ближе к дубовому столу, она взяла в руки оставленную коробку и развязала красный бант, тотчас открывая содержимое картонки. Конфеты. Это была её слабость, о которой знала только Лиза и.. секретарша, к сожалению. С последней они очень часто любили распивать чаи во время перерывов и коротких перемен.

«Алёна подсказала?»

Большой палец замер над кнопкой «отправить». А надо ли? Это же ничего не значит, он всего лишь пытается вымолить прощение таким дешёвым способом. Дешёвым? Да, способ, может, и такой, но вот конфеты нет. Они были с пометкой ограниченной серии, а это значило, что их стоимость в два раза выше. Стерев строчки сообщения, Ольга выключила телефон и, положив его на стол, сама присела на деревянную поверхность, цепляя шоколад кончиком ногтя. — Ничего страшного от этого не случится, — вторя самой себе, женщина отрицала очевидное. Потому что так не бывает.