29 глава

Гарри не смотрит на Снейпа, который прохаживается взад-вперед между столами. Он сосредотачивается на своих пальцах, обхвативших перо, однако… не может написать ни слова. Голос зельевара звучит ровно и холодно, бьется о каменные стены и возвращается обратно. Хочется заткнуть уши и ничего не слышать. Ведь это ― голос отца. Почему, ну почему Гарри до сих пор проводит эту параллель? Подумаешь, не снял баллов. Да ему просто плевать на Поттера. И неважно, что в его теле теперь ― другой человек. Ему ничего не докажешь. На его руку ложится маленькая рука. Гарри вздрагивает. ― Ты чего? ― Гермиона головой указывает на его руку, а он только сейчас замечает, что чуть не разломал перо напополам, сжав его изо всей силы. ― Да так… ничего. ― Он отбрасывает перо и подпирает голову рукой. Не собирается он ничего записывать. Просто сделает вид, что никакого зельевара, читающего лекцию, тут нет. Его ж успешно игнорили уже. Вот и он так же поступит. И все равно, чем это закончится. ― Завтра встречаемся в библиотеке в четыре, ― продолжает Гермиона, поминутно оглядываясь, не смотрит ли в их сторону Снейп. ― Хотим последить за мадам Пинс, а еще Невилл хочет нам кое-что рассказать из своих наблюдений. Гарри безынициативно кивает, глядя в одну точку, которая то расплывается, то становится четкой. Но даже когда она четкая, он все равно не понимает, что это за предмет перед ним. Он приходит в себя, когда Гермиона тянет его за руку: нужно переместиться в другую часть класса и приступить к варке зелья. Какого-то. Гарри хочет одного: уйти, скрыться с глаз человека, который оказался всего лишь обманом. Плодом его воображения. В то время как настоящий отец сидел себе дома в своем привычном мире. Сложно представить, как он, ненавидящий все эти «бессмысленные развлечения», переступил через себя и запустил диск с игрой. Наверное, все-таки все дело в полиции, не хочет проблем, вот и старается изо всех сил вернуть детей на место. Только вот, где его место, Гарри не знает. Кажется, ему не слишком-то рады ни там, ни здесь. Здесь ему точно не будут рады, если узнают правду. Вон Дамблдор уже куда-то спрятался, чтобы ничего не решать ― авось само как-то рассосется… ― Лонгботтом, у вас в голове пудинг вместо мозгов, или как все это понимать? ― его личную тишину прорезает резкий голос. ― Я… я… сэр, простите… ― вторит ему другой, тихий и испуганный. ― Еще чуть-чуть, и вы бы взорвали кабинет и пол Хогвартса впридачу! Зачем вам понадобилось соединять лирный корень и глаза жуков, если в инструкции нет ни того, ни другого? ― Но профессор Снейп, я видела… ― Помолчите, мисс Грейнджер! Вам слова не давали! ― Я видела, ― упрямо повторяет Гермиона, ― что Невилл очень внимательно проверял, что написано на коробках, прежде чем взять что-то оттуда. Я сама следила за ним… ― Вас никто не просил этого делать, мисс Всезнайка! ― Невилл не виноват. ― Она смело смотрит ему в глаза, и Гарри в этот момент просто восхищается ею. ― Возможно, у вас неправильно подписаны коробки… ― Вы вообще слышите себя? ― Снейп свирепо раздувает ноздри. ― Остановитесь, пока не поздно, иначе я оставлю весь ваш факультет на отработку целую неделю! ― Но это же несправедливо! ― Гермиона чуть не плачет. ― Невилл не виноват… я… ― А разве профессор Снейп тот, кому важна справедливость? Да он никогда в жизни не признает, что неправ! Гарри оглядывается в поисках смельчака, который только что выдал базу, и запоздало понимает, что это он сам. ― Гарри, прекрати! ― громко шепчет Гермиона, но поздно. Уже слишком поздно. Снейп нависает над ним. О, он бы с удовольствием убил бы его, проклял или что он там еще хотел сделать… если бы не сдерживающие факторы в виде тюрьмы или что тут у них есть. ― У вас творится полный бедлам в ингредиентах, а виноват всегда кто-то крайний, да? Кто не может себя защитить? Гарри плохо понимает, что делает. И его не пугает ни жуткая бледность, ни дикий блеск в глазах Снейпа, ни его пальцы, сжатые в кулак до белых костяшек. Ему даже хочется, чтобы тот сделал что-то… эдакое. Чтобы набросился на него, может, ударил. Он не боится. Только пусть прекратит нападать на Невилла и вообще вести себя… как последний придурок. Рядом из котла Дина вдруг начинает валить густой зеленый дым. Снейп переключает внимание на него, и его зрачки расширяются. ― Ой… ― вскрикивает кто-то с противоположной стороны. Там в воздух поднимается ярко-розовый дымок ― явно не по инструкции. И в эту же секунду у Рона в котле что-то взрывается с небольшим всплеском. Тот с воплем отскакивает в сторону и налетает на Симуса, над варевом которого начинает сгущаться черное облако… Воздух наполняется смрадными испарениями. Снейпу нужно всего пару секунд, чтобы оценить обстановку. ― Всем остановить работу! ― гаркает он и во мгновение ока удаляет содержимое всех котлов одним взмахом палочки. Гарри замечает его быстрый взгляд в сторону, где чинно работают слизеринцы, у которых не было никаких странностей. Кажется, уже ясно, откуда ветер дует. В предвкушении он ждет разборок. Он уже очень хорошо понимает гриффиндорцев и почему они враждуют с этими «змеями». Да потому что они змеи и есть ― хитрые, подлые и, как ни странно, трусливые. Кусают, когда становишься к ним спиной, и по-детски избегают ответственности за свои поступки… Что-то мешает ему наблюдать. Что-то большое и черное закрывает ему весь вид. Мантия Снейпа. ― Не думайте, что вам это сойдет с рук, Поттер, ― глядя на него сверху вниз, цедит тот. ― Сегодня у вас отработка в восемь. И на этот раз вы не отделаетесь так легко, как в прошлые разы, ― совсем тихо добавляет он. Гарри до конца выдерживает его взгляд. Что ж, если Снейп считает, что его можно запугать, он ошибается.