Часть 3

Сайори повела меня в другое крыло школы, в котором я бывал от силы раза три, и то случайно. Плутая по коридорам, мы весело болтали о каких-то мелочах, пока она тянула меня, держа меня за руку, от чего моё сердце стучало в два раза быстрее. Наконец, она остановилась возле какого-то класса. Мысленно запомнив дорогу сюда, я приготовился знакомиться с большим количеством людей, что для меня с моей отвратительной памятью на имена, было совсем не просто. Сайори распахнула дверь и вбежала внутрь, полная энтузиазма: — Всем приве-ет! Я привела нам нового члена клуба! Я последовал вслед за ней; яркий свет из окна на секунду ослепил меня, не позволив рассмотреть внутренности класса. — Всем привет! Я ещё не совсем уверен во вступлении, но, надеюсь, к концу сегодняшнего дня, я… — я остановился на середине фразы, не договорив. Как только мои глаза привыкли к яркому свету, я увидел, что стою в классе с четырьмя девушками, включая Сайори. — Погодите, а где… — Привет! — раздался жизнерадостный голос справа. Повернувшись на него, я обнаружил высокую девушку с каштановыми волосами и ярко-зелёными глазами. — Добро пожаловать в Литературный клуб! Её слова звучали отчеканено, будто она повторяла их уже огромное количество раз. Но почему тогда… — Добро пожаловать в Литературный клуб! Приятно, наконец, познакомиться вживую, — тихо произнесла темноволосая девушка, сидящая за столом в центре класса. — Сайори всегда говорит о тебе в лучшем свете! — Серьезно?! Ты привела сюда парня? Прекрасный способ убить всю атмосферу, — бросила невысокая девушка с розовыми волосами, стоящая в конце класса. Я был в откровенном ступоре. Мало того, что «клуб» Сайори состоял из всего четырёх участников… все эти участники были невероятно красивыми девушками! Прочистив горло, я произнёс: — Мне также приятно с вами познакомиться! Меня зовут Тим Оно, и я ваш новый участник! Сайори с удивлением взглянула на меня, и не она одна: девушка с каштановыми волосами смотрела на меня не то, что с неподдельным удивлением, а будто бы с неописуемым шоком. Впрочем, она тут же собралась и вернула на лицо обычную улыбку, в отличие от Сайори: — Э-э? Тим, ты уверен? Я кивнул. — У меня были небольшие сомнения перед тем, как идти сюда, но теперь я уверен — я хочу вступить в Литературный клуб! Девушка в конце класса хмыкнула: — И что повлияло на твоё решение? Я слегка смутился, но ответил: — Ну, во-первых, мне нравится литература, а во-вторых, я не люблю большие скопления, поэтому клуб, в котором мало участников, идеально для меня подходит. — Я искренне улыбнулся. — Ну а то, что эти участники — очень красивые девушки, послужило отличным дополнительным мотиватором! Сайори хихикнула, темноволосая девушка смутилась, невысокая девушка ещё раз хмыкнула, а девушка в начале класса и вовсе ойкнула и засмеялась. Остальные участницы посмотрели на неё с удивлением, но та отмахнулась, мол, «всё в порядке». Сайори начала представлять всех по очереди: — Эта хохотушка — Моника! Она — президент нашего клуба! — Очень приятно, — улыбнулся я. — Постой, Моника-сан, а ты, случаем, не из моей параллели? Отсмеявшись, Моника кивнула с тёплой улыбкой. — Да, всё верно. Мы с тобой в прошлом году были одноклассниками! Я недоумённо взглянул на неё. — Мне кажется, ты меня с кем-то перепутала… У нас почти не менялся класс с прошлого года, только Хино- и Аоки-сана перевели в параллель, а у нас теперь учится Сакакура-сан. Моника вновь удивлённо посмотрела на меня, и, как и в прошлый раз, мгновенно собралась и продолжила, как ни в чём не бывало: — Ой, извини, ошиблась… Что-ж, Тим-сан, ещё раз добро пожаловать в Литературный клуб! Можешь называть меня просто Моника! — Просто Тим, — кивнул я в ответ. Сайори, дождавшись, когда мы договорим, повела меня к темноволосой девушке. — Так, Тим, знакомься, это Юри, Юри, это Тим! — Приятно познакомиться, — я легонько поклонился. — Можно просто Тим. — М-Мне тоже п-приятно познакомиться, — слегка запинаясь, сказала Юри. — Ты тоже можешь называть меня просто Юри. — Замётано! — улыбнулся я. Сайори вклинилась в наш диалог: — Юри — самая одарённая участница нашего клуба! — гордо произнесла она, вогнав Юри в краску. — Н-Не говори так… — очень мягко и застенчиво попросила Юри, в ответ на что Сайори рассмеялась и повела меня дальше. Подойдя к невысокой девчонке с короткими розовыми волосами, я наконец-то смог её получше разглядеть. «Хм, а она милая. У неё очень прикольная заколка, да и хвостики классные…». — Эй, на что уставился? — обратилась она ко мне. — На твою милую заколку и хвостики, — честно ответил я. — М-Милые?! — воскликнула она. Я просто кивнул. Она посмотрела на меня, будто ожидая подвоха, но, не дождавшись, произнесла: — Н-Ну… спасибо… Я — Нацуки. Сайори, старавшаяся не вмешиваться после резкой реплики Нацуки, воскликнула: — Нацуки у нас полна энергии и сил! А ещё она — прекрасный кондитер! Нацуки покраснела и отвела взгляд, на что Сайори захихикала. — Приятно познакомиться, Нацуки-сан — тепло улыбнулся я. — Я — Тим, можно без суффиксов. — Угу… меня… можешь тоже без суффиксов называть, — пробормотала Нацуки, всё ещё смотря в пол. Решив не смущать девушку ещё больше, я повернулся к Сайори. Та подпрыгнула с энтузиазмом и защебетала: — Ну вот ты со всеми и познакомился! Пошли, садись за стол! Есть свободные места рядом со мной и Моникой! — как пулемётную очередь выдала она. — Я пойду кексики принесу… — Эй! — при упоминании выпечки Нацуки оживилась. — Я их готовила, я их и принесу! — Прости-прости, я немного увлеклась, — смущённо улыбнулась Сайори. Я тихонько хмыкнул и похлопал Сайори по плечу, как бы говоря «не в этот раз, подруга». — Тогда, может, мне стоит заварить немного чая? — раздался до меня тихий голос Юри. Предложение было всеми поддержано, и Юри пошла в конец класса. Я же помог Сайори и Монике сдвинуть столы вместе, чтобы образовать стол из парт. Оставив места для Юри и Нацуки, я сел рядом с Сайори, которая радостно что-то напевала. Первой подоспела Нацуки. Горделиво прошествовав к столу, она поставила на него поднос, накрытый фольгой. — Ну что, готовы? — жизнерадостно спросила она. — Та-дам! Нацуки откинула фольгу, под которой оказалась дюжина белых пышных кексов в форме котят. Я одобрительно хмыкнул. — Вау! — удивлённо воскликнула Сайори. — Как ми-ило! — … — Моника сидела, глубоко задумавшись о чём-то и не обратила внимания на кексы. Решив не тревожить её, я перевёл внимание на Нацуки. — Так ты, получается, очень хороший кондитер! — изумлённо произнёс я. — Кексы выглядят очень профессионально! — Хм! — ухмыльнулась она. — А ты ещё сомневался!.. Давайте, берите по-одному! — нетерпеливо продолжила она. Мы с Сайори взяли по кексу. Сайори принялась жевать сразу, я же сначала решил его получше разглядеть. Повертев его и ещё раз восхитившись красотой его оформления, я принялся размышлять, как бы мне его надкусить. Краем глаза я также заметил, что Нацуки бросает пристальные взгляды в мою сторону. Тихонько хмыкнув, я откусил кусочек. — М-м! — вкус был приятно-сладкий, а хлеб испечён таким образом, что мягкий мякиш в твёрдой корке отлично сочетался с глазурью. Судя по всему, хлеб был ещё и с ванилином, который мне очень нравился, и который помогал закрепить приятный привкус во рту. — Нацуки, это просто объедение! Расскажешь рецепт? — Тайна фирмы! — усмехнулась она. — А вообще… Чего ты меня благодаришь? — опять смутилась Нацуки. — Не то чтобы я… Для тебя это готовила! — Точно? — с ухмылкой прищурился я. — А Сайори сказала, что ты пекла их для нового участника, а им оказался… — Ну, может, так и есть! — выпалила Нацуки, — Но, знаешь ли, не для тебя тебя! Болван… Я тихонько хихикнул и примирительно ответил: — Ладно уж, думай как хочешь. Кексики всё равно очень вкусные! Вскоре вернулась и Юри с… «Откуда у них целый чайный сервиз?» — подумалось мне. Юри перехватила мой удивлённый взгляд и ответила: — У-Учителя разрешили нам п-принести чайный сервиз, — мягко объяснила она. — В конце концов, разве чашка горячего чая не помогает насладиться хорошей книгой? — Ты права, Юри, — я улыбнулся, от чего она смутилась. — Я очень люблю чай, а вкупе с интересной книгой — тем более! После моих слов Нацуки вздохнула, а Сайори показала мне большой палец. Моника же… — Моника? — вопросительно окликнул её я. — Моника, всё нормально? Та, услышав, что её зовут, очнулась и завертела головой по-сторонам. — А? Что? О, я что, так крепко задумалась, ха-ха?.. — нервно засмеялась Моника. Все в классе недоумённо переглянулись. — М-Моника, ты в порядке? Ты не переутомилась? — обеспокоенно пролепетала Юри. — Нет, нет, всё в порядке! — устало улыбнулась Моника. — Просто сильно задумалась, вот и всё! У меня сложилось стойкое ощущение, что она просто храбрилась, не желая посвящать нас в её проблемы. Но возражать я не стал — её дело. Я решил поинтересоваться у Моники: — Ладно уж… Моника, а чем вы занимаетесь в клубе? Ну, то есть, какие-то активности там?.. Моника уже успела вернуться к состоянию жизнерадостности, которое я увидел, впервые войдя в клуб. Проглотив кусочек своего кексика, она ответила: — Ну-у… — задумчиво протянула она. — Обычно мы просто собираемся здесь после уроков и читаем литературу. Иногда обсуждаем её, хотя и не так часто… Я почесал голову. — Гм… не густо. Впрочем, пожалуй, это именно то, чего я и хотел бы, — мягко улыбнулся я. — Эдакой пристани спокойствия в суматохе школьных дней. — Эй, поэт, ты чего стихами заговорил? — поддела меня Нацуки. — А по-моему, очень неплохая метафора, — вступилась за меня Юри. Я же пожал плечами: — Да что в голову пришло, то и сказал, — усмехнулся я. — Манера речи у меня такая. — Д-Должно быть, у тебя хороший словарный запас, — робко продолжила Юри. — Какие книги ты читаешь? Я задумался. С категоризацией и жанрами у меня всегда было туго, так что я ответил так, как смог: — Ты знаешь… я, в целом, всеяден в этом плане. Мне очень нравится читать разные жанры и расширять свой кругозор, — пространно ответил я. — Мне очень нравится фантастика, а также различные драмы. Одними из моих любимых книг, например, являются «Преступление и наказание», а также «Портрет Дориана Грея». — перечислил ей я. — Впрочем, — тут же добавил я, — зачастую мне также хочется отвлечься и почитать более лёгкую литературу, поэтому я также люблю различные романтические комедии и время от времени я почитываю мангу. При упоминании манги Нацуки как-то странно на меня посмотрела. Она резко открыла рот, будто хотела что-то сказать, но столь же резко его закрыла. — Вот как… — задумчиво произнесла Юри. — Я понимаю, о чём ты. Если говорить о мне, то мне очень нравятся романы, в которых описываются глубокие и сложные фэнтезийные миры, — Юри провела пальцем по краю чашки. — искусность описаний и творческий размах в них просто невероятны. Хорошие истории, расказанные в других мирах цепляют, и это по-настоящему впечатляюще. Юри внезапно для меня разразилась целой речью. Я очень внимательно слушал и кивал в ответ. Было видно, с какой страстью Юри рассказывала о своих любимых книгах. Казалось, будто бы Юри из очень неуверенной и застенчивой девушки превратилась в искусного оратора. — Но, вообще, мне много что нравится. — Подумав, продолжила Юри. — Например, меня увлекают истории с глубокой психологической составляющей. Разве не поразительно, как писатель может воспользоваться недостатком у тебя воображения, чтобы вызвать целую гамму эмоций? — Я эмоционально кивнул. — А ещё в последнее время я прочла несколько книг в жанре ужасов… — Правда? — произнесла Моника. — Никогда бы не подумала, что тебе нравится этот жанр. Ты ведь такая утончённая натура… Так и не поняв, подкалывала ли Моника Юри или действительно интересовалась, я переключил свой взгляд обратно на Юри. — Полагаю, это действительно выглядит необычно, — начала Юри, — но когда история заставляет задуматься или уносит меня в другой мир, я не могу просто пропустить её. Я понимал это ощущение. Такие книги уносят тебя с головой и ты читаешь их, не обращая внимания ни на что другое. Юри, тем временем, продолжала: — Сюрреалистичный хоррор зачастую меняет твой взгляд на мир, даже пусть и всего на мгновение. — Ненавижу хорроры, — внезапно вставила Нацуки. Я хмыкнул. — Каждому своё, полагаю, — пожал я плечами. — Но… почему? — удивлённо спросила Юри. — Ну, я просто… — ее взгляд на секунду встретился с моим, — Забей. — Наверное, ты просто больше любишь писать о милых вещах, правда, Нацуки? — с улыбкой спросила Моника. — Ч-чего? И с чего ты это взяла, прошу прощения?! — порозовела Нацуки. — Ты оставила черновик с записями после последней встречи клуба. Судя по нему, ты писала стихотворение под названием… — Не произноси вслух! — криком перебила Нацуки, — и верни мне мои черновики! Я не выдержал и тихонько рассмеялся, чем вызвал дальнейший гнев Нацуки. — Чего ты ржёшь?! — обвинительно вскрикнула она. — Просто очень забавно наблюдать, как ты препираешься с Моникой, — весело заметил я. Сайори тоже улыбнулась: — Э-хе-хе, твои кексики и стихи… Что бы ты не делала, все выходит таким же миленьким, как ты сама… — Сайори подошла к Нацуки сзади и обняла ее за плечи. — Я не миленькая!!! — запротестовала девушка. — Могу поспорить, — улыбнулся я. Затем я ещё раз вспомнил, из-за чего возник сыр-бор, и задал интересующий меня вопрос. — Нацуки, ты пишешь свои стихи? — Э? Ну да, иногда… А тебе-то что? — забирая блокнот у Моники, ответила она. — Это очень здорово! — воскликнул я. — Я тоже люблю писать стихи, пусть и получаются они у меня… не очень. — Я перевёл взгляд на блокнот. — Прочтёшь как-нибудь свои? — Н-Нет! Они… они тебе не понравятся! — ещё больше покраснела Нацуки. Я недоумённо посмотрел на неё: — Почему ты так уверена? — спросил я. — Впрочем, если ты не хочешь, я не стану настаивать. Нацуки вновь немного смутилась, отводя взгляд. — На самом деле я понимаю Нацуки, — произнесла Юри, — чтобы делиться своими стихами с публикой, нужно нечто большее, чем просто уверенность в себе. Самые правдивые стихи — это стихи, написанные «в стол». Я задумчиво хмыкнул, обдумывая её слова. Юри продолжила: — Ты должен быть готов открыться своим читателям, обнажая свои уязвимости и показывая даже самые глубокие уголки своего сердца. — Юри, у тебя ведь уже есть писательский опыт, да? — вспомнила Моника. — Может, ты поделишься своими работами и подашь пример Нацуки? — Эм-м… — Юри не ожидала такого поворота событий. «На что Моника надеялась? Юри же только что сказала, что нужно больше, чем уверенность в себе…». — О! Я придумала, — весело сказала Моника, — давайте тогда каждый приготовит на завтра стихотворение, и мы все обменяемся ими! — Я за, — поддержал идею я. — Мне нравится писать стихи. — Ура-а! Стихи! — воскликнула Сайори, ранее расстроившаяся из-за отказа Нацуки и Юри. — Полагаю, это будет интересно, — произнесла Юри. — Хм! Да без проблем! — гордо произнесла Нацуки. — Ладно, значит, сегодня все напишут стихи, не обязательно длинные, а завтра мы покажем их друг другу, идет? — подытожила Моника. — Ой, мы совсем забыли про время! — воскликнула она, взглянув на часы на стене, — Итак, все всё поняли? Задание — написать стихотворение к завтрашней встрече клуба! На сегодня всё!