5. Долгая беседа

      На следующий день о безумном празднестве напоминала гудящая голова. Габриэль разомкнул глаза, с трудом оторвав затылок от подушки, и глубоко вздохнул. После чего неприятные ощущения прошли, а сам Габриэль оказался свеж как огурчик. Быть архангелом — значит не знать, что такое похмелье.       Архангел вознамерился встать, но тяжелая рука Ханны на его плече не дала подняться. Ангелесса смерила его сердитым взглядом.       — Ты вел себя вчера как алкаш, который впервые за полгода увидел бутылку.       — Откуда знаешь, как они выглядят? — съязвил Габриэль, получив по затылку. — Ханна!       — Я припомню твое вчерашнее поведение в самый неподходящий момент. Учти.       — Ну дорогая, любимая, окстись! — взмолился Габриэль, опустившись на колени перед девушкой. — Прошу, не держи зла и обид! Я больше так не буду…       — В который раз я это слышу. Ты неисправим, Гейб!       — Подожди, — резко встав, мужчина закрыл рот ангелессы ладонью, после чего поджал губы и быстро исчез из поля ее зрения.       На своеобразный побег от ругани Ханна хмыкнула, мотнув головой. Ей предстоял выходной: прошлым днём архангел выпросил у нее амнистию для ангелов. А раз отдыхали ангелы, значит и у командира отдых был. Можно было и Габриэля по Раю половить…       Сам Габриэль не нашел места лучше для пряток от возлюбленной, чем Дворец — главное правительственное здание. Однако тронный зал архангела не привлекал, — он постарался скрыться в комнатах. От белых стен и полов из кафеля рябило в глазах. Архангел повторно осматривал проходы, откуда пришел и куда собирался пойти.       Свернув очередной раз, он затормозил и вошел в одно из помещений. Дверь была не заперта. В комнате он увидел подругу. Аммит сосредоточено расправляла светло-голубой тюль. Гладкая ткань мерцала в лучах солнца и помогала мужчине расслабиться. Обустройство комнаты, между тем, не впечатлило архангела. Две картины с изображением пейзажей Небес, винтажное кресло в углу, поддельный камин, стеллаж с книгами и мольберт у окна. Габриэль поставил руки в боки и улыбнулся.       — Ты рисовать вознамерилась?       Ангелесса вздрогнула: за осмотром тюля она совершенно не заметила бесшумного появления друга. Но все равно не удержалась от сарказма.       — Странно, что Ханна ещё не разукрасила твой портрет за вчерашнюю выходку.       — Ой-ой, началось, — покривлялся Габриэль под смешок девушки и посерьезнел. — То есть теперь так проводят выходной судьи?       — А что такого? Хочу интерьер сменить, в этой комнате скучновато.       — Ты вроде раньше не интересовалась дизайном, — Габриэль прошел глубже в комнату и засунул руки в карманы брюк. — Что-то ты заметно погрустнела после празднования, подруга.       — Напоминать мне про забавы и свободу было не лучшим решением Михаила, — вытянув ткань вдоль предплечья, открыто заявила девушка, прикрыв глаза следом и глядя уже на друга. — Понимаешь, я здесь чувствую себя как птица в клетке. Ни шагу назад, влево, вправо. Только по прямой функциональной дорожке.       — Но ты же этим и занималась, когда изначально была ангелом. Забыла?       — В то время у меня еще не было опыта нахождения на Земле. И я не была демоном в Аду.       — Ну, подруга, изменения всегда наступают. Ощущение, что Отец где-то не доглядел, когда возвращал тебя.       Аммит опустила руки с тюлем, задумчиво посмотрев в стену. Габриэль был прав: внутреннее самочувствие девушки означало одно, — она отвергала сущность ангела, несмотря на изначальную радость от вида собственных крыльев.       — Попробуй поговорить с Михаилом, — вдруг посоветовал архангел, положив ладонь на ее плечо. — Думаю, он поймёт. Все-таки обещал тебе измениться.       — А ты откуда знаешь про разговор в Вашингтоне? — пощурилась Аммит, на что Габриэль поджал губы и поднял ладони в позу сдаюсь. Девушка же посмеялась в сторону. — Ханна! Просила ведь не болтать.       — Дорогуша, я мог считать ее и без согласия, — выкрутился архангел, хитро улыбнувшись, и направился в коридор. — Подумай все-таки над моими словами!       И Аммит вняла его совету. Тюль перестала интересовать ангелессу. А вскоре и вообще смена интерьера.

***

      Новый день начался рано для Орели. Девушка со всей ответственностью подошла к обучению и быстро собралась. Потому уже спустя три часа связывалась с Абаддон из Канады по телефону. Так было менее подозрительно. А Абаддон с улыбкой слушала восторженный рассказ девушки о переезде в Канаду. Наболтавшись с «дочерью», Рыцарь вышла из переговорной комнаты во Дворце Ада и дошла до тронного зала. Но задумчивый Люцифер не сразу ее заметил.       — Орели отзвонилась, уже наслаждается красотами Канады, — расплылась в улыбке Абаддон, встав перед мужчиной.       А тот отстраненно продолжил листать отчет главного демона-перекрестков. Правда, перед глазами Люцифера был совсем не текст; в голове его роились мысли, мучали размышления… Тогда Рыцарь убрала улыбку с лица, подошла к трону и постучала ладонями по щекам мужчины.       — Эй, ты меня слышишь вообще?       Дьявол схватил Абаддон за руку, сверкнув красными зрачками, и тут же отпустил. Архангел проморгался, опустив отчет, и посмотрел на обескураженную демонессу.       — Прости, повтори.       — Говорю, Орели понравилось в Канаде! Где ты витаешь?!       — Продумываю день, — твердо произнес Люцифер, поднявшись с трона, и спустился к Абаддон под ее четким надзором. — Дочь счастлива, это главное. А ещё я хочу подарить тебе день всевластия. Сегодня сидушка твоя.       Рыцарь ошеломленно вскинула бровями, посмотрев за архангела, и вернула на него удивленный взгляд.       — Вспомни прошлое, — уверенно заявил Светоносный, улыбнувшись девушке. — А я… пойду пройдусь. Задница затекла уже сидеть.       Абаддон усмехнулась, проследив за в шутку корячившимся мужчиной. В зал вошел демон, поклонившись архангелу.       — Господин…       — Не, не, — перебил черноглазого Люцифер, указав на Рыцаря. — Сегодня главная Абаддон. Все вопросы к ней.       — Понял, — кратко ответил слуга и пригласил в помещение ещё с десяток демонов.       У каждого имелись вопросы и предложения по работе Ада. Абаддон расширила глаза, недовольно покосившись на посмеявшегося Люцифера. Девушка покачала головой. Снова сложный день выпал на ее женскую долю…

***

      На главной площади Небес раздавались крики Захарии. Серафим строго отчитывал ангелов с плохой успеваемостью и, казалось, празднование Дня рождения совершенно не повлияло на самочувствие командира гарнизона. Он был как и прежде собран и целеустремлен. Что хуже для подчинённых ему солдат, — непоколебимый Захария без всякого сожаления озвучивал имена ангелов, которые провинились.       Мимо прошел Михаил, который решил проверить, в каком состоянии его подчинённые после Дня рождения. И по виду серафима убедился, что всё нормально. По крайней мере у самого Захарии, выдержка которого поражала. Архистратиг похлопал гордого серафима по плечу и пошел дальше. За ним хотела увязаться Аммит, которая наконец догнала архангела. Однако девушку внезапно отвлек разговор стражников Врат.       — Наши с Земли передают странные новости, — произнёс один из них, завлекая к обсуждению и второго.       — Я тоже слышу. Говорят, якобы к ним заявился Люцифер. Чего только он тут делает опять?       Стражники недоуменно обменялись взглядами, после чего продолжили слушать сообщения от ангелов с Земли. А к ним скорым шагом подошла Аммит, беззаботно улыбнувшись.       — Парни, можно мне пройти? Выходной все-таки.       — Странно слышать такой вопрос от супруги правителя, — хмыкнул более старший мужчина, на что девушка усмехнулась. — Проходите.       Ангелесса благодарно кивнула, после чего незамедлительно зашла в портал. Место наполнилось белым светом, закрыв обзор на достопримечательности Рая. А те быстро сменились жутким лесом с единственной детской площадкой, когда светлый туман развеялся. И Аммит устремила взор на земных хранителей Врат. Ангелы медлить не стали: ненадолго ушли в заросли, дабы не мешать девушке.       А сама она с удивлением наблюдала за явившимся Люцифером. Мужчина вышел из-за горки, вперив выжидающий взгляд в Аммит. Она сглотнула, глубоко вздохнув, и вдруг начала разговор далеко не с приветствия.       — Чего ты тут делаешь? — резко выпалила ангелесса, на что он изогнул бровями и безобидно усмехнулся.       — А разве сама не знаешь?       Аммит ошарашено напрягла лоб, осмотревшись: стражники расслабленно разговаривали, не обращая внимания на нее и архангела. Тогда ангелесса все-таки прошла ближе к мужчине. Люциферу свидетели были не нужны, поэтому он перенес себя и девушку щелчком пальцев. Новая местность выглядела скучно и заброшено. И она отлично подходила для тяжелого разговора.       Боди, Калифорния.       Обветшалые дома и пустынные улицы города показывали отсутствие здесь всякой жизни. Атмосфера отлично подошла бы для съемок фильмов ужасов или сериала подобного жанра. Очень жутко и мистически. Пока Аммит разглядывала страшные пейзажи, Люцифер сложил руки за спиной и прошелся вдоль дороги. Он и начал сложный разговор.       — Ничего не напоминает?       Архангел остановился, повернув голову на девушку: та явно не понимала, для чего они вообще здесь. Люцифер же безобидно ухмыльнулся.       — Знаешь, я вообще не был уверен, что ты захочешь говорить со мной. Вдруг Михаил наказал бы тебя. Или просто… причинил боль очередной раз в своем припадке всемогущества.       Светоносный проницательно посмотрел, как Аммит резко дёрнулась. Девушка непроизвольно, мысленно перенеслась в прошлое, и перед ее глазами возникла не самая приятная картина общения с Михаилом. Которая закончилась ее же убийством руками архангела.       — И что? Убьешь меня? Убьешь за то, что хотела помочь тебе?       — Помочь?! Призвав того, кто убивает сверхъестественных существ?! — обозлился и вовсе Михаил, направляясь к взбудораженной девушке. — Да что ты придумываешь?! — он резко оказался перед Аммит, которая вздрогнула от быстроты его перемещения.       Потом грубо положил ладонь на шею Рыцаря и притянул к себе ближе, посмотрев на неё стальным взглядом. В ответ Аммит лишь усмехнулась.       Очернив глазницы, она сменила страх на гордость и уверенность, которые были так присущи творениям Люцифера, зло выдав:       — Пусть Отец обор­вёт те­бе крылья, пер­на­тый уб­лю­док!       — Неп­ре­мен­но, — бесстрастно произнес Ми­ха­ил и крепче сжал ладонь на шее девушки.       А далее — как в кошмаре: обугленное тело, сожженное в синем пламени архистратига. Аммит отшатнулась, с трудом отогнав бесконечные тяжелые воспоминания.       — Что-то вспомнила ведь? И плохое? — всмотревшись в ее побледневшее лицо спросил Люцифер, чем и привлёк внимание ангелессы.       — Зачем ты это говоришь?       — Потому что отцовские законы и запреты на всё отложились глубоко-глубоко в мозгах нашего дорогого Михаила, — сокращая расстояние между ними, заявил Дьявол. — Сколько раз ты сбегала ко мне, когда чувствовала одиночество и ощущала себя чужой? Когда Михаил отвечал тебе сплошным холодом и безразличием? Когда тебе требовалась поддержка, а порой и защита?       Девушка сглотнула ком, мотнув головой, и в недоумении уставилась на архангела. Тот явно знал больше, чем она. Что вскоре и осознал Люцифер, ухмыльнувшись.       — Точно. Катакомбы. Постоянно про них забываю, — он вернул серьезный взгляд на Аммит. — Как и ты забыла важную часть своей жизни из-за адского плена.       Люцифер сосредоточенно посмотрел в глаза девушки и положил ладонь на ее голову. После чего ангелесса астрально перенеслась в прошлое.       Канзас.       В Бункере царило одиночество. Винчестеры собрались на охоту и теперь крутились вокруг любимой «Импалы». Но настроение у братьев было разным: Сэм воодушевлённо готовил костюмы для маскировки под сотрудников «ФБР», а вот Дин угрюмо рылся в багажнике. Хмурый, он собирал сумку, крайне недовольно кладя туда оружие разных видов и кидая ножи. Однако каменную соль пришлось положить аккуратно: хрупкая банка могла разбиться от силы удара охотника. Едва стоило показаться Джеку, то старший Винчестер обидчиво отвернулся.       — Привет, — произнес нефилим, встретив кивок Сэма.       — Привет, Джек, — улыбнулся Сэм, закончив с одеждой и прошел к парню. А после взглянул на брата, со смешом добавив: — Дин, надо вообще-то здороваться.       — Затухни, Сэмми, — грубо отрезал Винчестер, все равно аккуратно закрыв багажник, и прошел к ним.       — Что не так? — развел руками младший брат, нахмурив брови.       А Джек глубоко вздохнул, но улыбку не убрал.       — Дин обиделся, что его не позвали на празднование нашего с Орели Дня рождения.       — Да, могли бы!       — Куда? В Рай? — уточнил нефилим, посмеявшись.       — Серьезно, Дин, обижаться на такую ерунду, — помотал головой Сэм, едва не закатив глаза, и сел на пассажирское сидение. — Поехали уже, делом займёмся. Оставь детский сад на потом. У нас как бы перевертыши в Айове.       Дин слабо пощурился в нефилима, следом указав на машину и сказав:       — Давай, садись. Но в следующий раз я там все-равно буду!       — Обязательно выбью у самого Михаила приглашение для тебя, — шутливо отозвался Джек.       Тогда Дин всё же успокоился и сел за руль.

***

      Когда Люцифер закончил возвращать память Аммит, то плавно убрал ладонь с ее головы. А девушка открыла глаза и беспокойно посмотрела на архангела. Она, наконец, вспоминала всю свою жизнь после падения с Небес: знакомство с Каином и Абаддон, обращение в Рыцаря с их помощью, создание вампиров и тайные встречи с самим Люцифером. Встреч с Дьяволом было много, и все они напрочь исчезли с памяти Аммит. Девушка потеряла дар речи, опустив голову вниз, и продышалась. События минувших веков свалились как снег на макушку.       — Как я могла это забыть?       — Простительно. Предки Винчестеров надежно заперли тебя в Аду.       — А Азазель выпустил… — закончила за архангела Аммит, вернув взор на него же.       И Люцифер не видел смысла тянуть, почему мягко улыбнулся.       — После нашей встречи на праздновании Дня рождения Джека и Орели не прошло ни минуты, чтобы я не вспоминал тебя. А после того, как к тебе вернулась память, нам точно есть, что вспомнить.       Аммит напрягла лоб, похлопав ресницами в убежденного в своей правоте Люцифера, и лишь выжидала. Он же улыбнулся ее покорности, добавив уже более спокойно.       — Давай прогуляемся? Только не здесь. Ах, да, и ещё надо забежать к одной твоей знакомой. Нужна ее помощь. Чтобы нам никто не мешал гулять.       И девушка с ним согласилась.