12. Райские заботы

      Чак широко улыбнулся. Текст выходил увлекательным и красочным. Главные герои повествования отличались характером и поведением и привлекали Ширли уникальностью и сложностью. Подобных персонажей он ценил больше других.        Довольный Создатель взял стакан с виски и выпил залпом, хитро стрельнув глазами в такого же удовлетворенного Метатрона. Писаря не особо интересовали причины, по которым Чак решил написать реальную историю. Ему льстило, что он, Метатрон, в этой книге также присутствовал. Ведь как и упоминала Аммит, это из-за него Михаил её убил. При этом Метатрон опускал, что погиб тогда и сам. Писарь гордо отхлебнул виски вслед за начальником, улыбнувшись Чаку.       Новое Слово Божье выходило не хуже прежнего. Местами даже лучше: более интригующе и непредсказуемо. При этом Чак еще не подозревал, — он упустил одну важную деталь, не подвластную даже ему.

***

      На поляне, позади дворца, встретились две юные ангелессы, которые только начинали свой длинный и тернистый путь в рядах Святого воинства. Они обменялись любезностями и восторженно заверещали:       — Какая обворожительная луна вчера была! Спасибо Михаилу за возможность видеть столь чудесное явление!       — Да… Он, конечно, строгий, однако зрелище было незабываемое.       — Побольше бы таких событий!       Девушки улыбнулись, продолжая громко обсуждать полную луну, даже не задумываясь, что их веселье способно было нарушить чей-то покой.       С другой стороны, все ангелы разбрелись по гарнизонам и давно работали…       Всё-таки не все.       Расположившись на двух подушках сразу и отвернув голову от солнечного окна, во Дворце спала Аммит. Девушка не нуждалась во сне, но ночь с Михаилом лишила её энергии и бодрости, поэтому ангелесса мирно отдыхала в спальне. А шум с улицы все же заставил девушку подняться.       Едва оторвав голову от подушки, с одним приоткрытым глазом, она пыталась определить, где находилась. Времени ей понадобилось меньше, чем простому человеку, поэтому уже спустя пару секунд Аммит сидела на постели, прикрыв нагое тело одеялом и всё ещё приходя в себя. Ангелесса оглянула комнату.       — Михаил, ты где?       Девушка похлопала ресницами, снова обрисовав круг по спальне, и тут же вскочила, взявшись за голову. Она поняла, где архангел: на своём рабочем месте, куда следовало пойти и ей. Ведь выходной подошел к концу.       — Вот же ч… блин.       Недовольная тем, что проспала, да и вообще заснула, Аммит быстро оделась и выбежала из Дворца выполнять обязанности. Её ждал важный судебный процесс.

***

      Михаил разобрался с имевшимися делами и вернулся в кабинет, куда зашёл и Габриэль. Мужчине было очень интересно узнать о впечатлении старшего брата.       Он запустил в комнату лёгкий ветер и привлёк внимание архистратига на себя, также демонстративно закрывая дверь. Старший архангел хотел отмахнуться от приставучего Габриэля, но тот действовал на опережение. Он выставил указательный палец на Михаила и посмотрел чуть исподлобья.       — Нет, я не уйду. Даже не старайся меня вытурить.       — Неужели бросишь Бальтазара и посидишь со мной? Тебя что подменили?       — Хм, учишься язвить? — пощурился Габриэль, тут же посмеявшись. — Ладно, не бузи. Просто захотелось поблагодарить тебя за вчерашнее шоу.       Михаил вида не подал, но воспринял фразу брата двусмысленно. Тот же, будто читая мысли Михаила, уточнил:       — Луна так и блистала на небе, а как она отражалась в водах нашего хрустального озера… Просто потрясающе! Жаль, ты сам не увидел.       — Иронично то, кто меня лишил данной возможности.       — Спор все равно важнее. Не выполнил условие — все, ты проиграл. Кстати, как она?       — Я тебе кто, чтобы обсуждать такую деликатную тему с тобой? — нахмурился на Габриэле старший архангел. — Я не Бальтазар.       — Ты мой брат.       Гордо произнёс младший архангел и медленно поднял голову на архистратига. Михаил нахмурился, но ничего не прокомментировал, лишь опустил взгляд в ведомость, занявшись проверкой ангельских гарнизонов. Имена самых злостных нарушителей дисциплины он стал выписывать на отдельный лист.       Внезапно он вспомнил, что и Аммит не сразу подчинилась правилам Рая — нарушала дисциплину в гарнизоне Люцифера. Зато потом все изменилось. Этим она и зацепила архистратига — способностью меняться. А последующие встречи и прогулки лишь поднимали её в глазах архангела.       Настойчивый Габриэль продолжал сидеть на стуле и впиваться в Михаила выжидающим взглядом. Тот же вдруг встал и подошёл к окну. Перед глазами возникла утренняя картина, и молчаливый Михаил всё-таки заговорил:       — Сегодня с восходом солнца я, как обычно, собрался идти на обход…       Как и сейчас, подошёл к окну, посмотрел на заканчивающийся рассвет и хотел пойти сюда, а потом пройтись по всей территории. Но задержался, не сумев отвести взгляда от Аммит, — архистратиг развернулся к заинтересованному Габриэлю и, сделав паузу, продолжил:       — Ты понимаешь, я сегодня посмотрел на неё по-другому… Впервые за последние месяцы не как на служителя Небес, на судью, на подчинённого. Как на любимого ангела, которому готов отдать все, если потребуется.       — Ва-ау, наш бесчувственный Мишаня растаял перед женщиной. Какая низость, — Габриэль тут же осекся на Михаила и вспомнил Ханну, кашлянув. — Ладно, я шучу. На самом деле это хорошее изменение. Ты начал ценить её, странно, что таким образом осознание к тебе пришло, но неважно. И ещё удивительно, что ты вообще смог это сказать. Из тебя же клещами информацию не вытащишь.       На колкость брата архистратиг не обратил внимания.       Зато быстро вернулся к своим государственным делам и отложил ведомость, в приказном тоне сказав:       — Надо проверить бойцов альтернативного Михаила, которых мы с тобой поймали.       — Нефиг вылезать было, — гордо вздёрнул подбородок Габриэль. — Оставались бы в Чистилище…       — За мной. Начнём всё-таки со здоровых.       Старший архангел вышел из кабинета, на что младший закатил глаза и пошел за ним. Хотел он или нет, но послушаться пришлось. А так хотелось сбежать к Бальтазару…

***

      В суде стояла сосредоточенная Наоми, раздавая материалы по новым делам подчиненным. Юнцы охотно разбирали документы, изучая содержимое уже на месте, и обсуждали суть каждого дела друг с другом. Даже не боясь недовольства начальства так как никого из тех ещё не было. А разведчица не представляла для них угрозы: ну предавала суду виновных, но ведь не выполняла роль самого судьи.       Однако все разом замолчали, когда на пороге показалась Аммит, здороваясь с коллегами на ходу. Она добежала до подруги и кратко осмотрела помощников, обратившись к Наоми.       — Что у нас на сегодня?       — Воспитание молодняка.       — Смешно, — улыбнувшись юнцам, не сменила серьёзного тона девушка. — Наоми, ты принесла, что я просила?       — Дело Элины у тебя на столе. Аммит снова улыбнулась и ушла к себе. Наоми же проследила за ней и вскинула бровями вверх.       — Ты принесла, что я просила? — перекривляла женщина Аммит.       К её счастью, юнцы уже этого не слышали, решив заняться изучением дел.

***

      Время летело незаметно, потому один из огромных залов Дворца наполнился ангелами. По бокам от трибуны расположились стулья, куда они и присели. Как и было заявлено, слушалось дело некой Элины, совершившей немыслимый поступок. Вернее, оплошность. Сама идея передачи столь малого по тяжести преступления в суд выглядела нелепо, но назад пути не было.       Наоми стояла рядом с подсудимой, нервно теребящей платье, и тоже ждала решения. Женщина была уверена, что знает его наперёд, потому не понимала перешёптываний среди ангелов: ничего криминального, о чем же шептаться?       В числе присутствующих были Ханна и Захария, которые бурно обсуждали свои гарнизоны, и девушка и то и дело хмурилась на вредном ангеле, слабо тыкая его в плечо. Захария только невинно улыбался.       А спустя минуту за главной трибуной появилась Аммит с готовым приговором. Девушка осмотрела присутствующих и воодушевлённо произнесла следующее:       — Руководствуясь имеющимися доказательствами и показаниями свидетелей, а также законами Рая и обращаясь к собственному внутреннему убеждению, я приняла решение вынести оправдательный…       Речь оборвалась на самом важном моменте. Судья вдруг замотала головой, потом пощурилась в Элину, которая осторожно вскинула одну бровь вверх и сглотнула нервный ком, и… Не узнала ее. Да, она запнулась не просто так, увидев Метатрона вместо обвиненной ангелессы. И картину из прошлого: про взаимную неприязнь, которая потом переросла в войну.       Лицо Аммит мгновенно погрубело, тон голоса стал строже, и она твердо выдала:       — Обвинительный приговор. А в наказание высечь на площади и посадить в темницу!       Наблюдающие за процессом ангелы впали в шок. Лишь Захария сохранил спокойствие: ему, как правой руке Михаила, довелось слышать массу «плохих» концовок историй, и он относился к ним безразлично. Ангелы начали расходиться, когда опешившую Элину стали готовить к будням в темнице. Девушка настырно мотала головой, чувствуя подступающие слезы при взгляде на уверенную судью. Ханна впала в не меньшее недоумение, став всматриваться в подругу издалека. А Наоми решила за ней не повторять. Наоборот, она быстрым шагом достигла трибуны и перехватила Аммит, хмуро посмотрев на девушку.       — Ты что? — спросила она. Аммит лишь вскинула брови вверх. — Элина не крала артефакты. Она лишь взяла несколько из них без разрешения. Для дела. У нас за это не наказывают. Даже Михаил говорил, что такой проступок преступлением не является.       — Наоми, тебе своей работы мало? Решила в мою влезть? Он виновен!       — Кто он? — изогнула бровь Наоми. — Элина. Ты судила Элину.       — Ме… — внезапно злость Аммит спала, на ее место пришла растерянность. Она расслабила лоб, глубоко выдохнув, и тише попросила: — Ой, блин… Найди её, скажи, что она свободна. Наказания, действительно, не будет…       — Х-хорошо, — Наоми от неожиданной смены настроения подруги впала в ступор и, лишь немного отойдя, побежала исполнять веленное.       Увидев спешившую Наоми, Ханна прекратила наблюдать за поведением стражей Элины, и вернулась ко Дворцу. Оттуда вышла Аммит, томно глядя в траву. Почему в её сознании возник старый враг?       Раздумьям помешала Ханна, спросив:       — Эй, с тобой все хорошо? Странно выглядишь.       — Да. Я просто перепутала её с другой ангелессой, они очень похожи… внешне. Прости, мне надо в суд.       Ханна смерила её любопытным взглядом, пожав плечами, и ушла к гарнизону. В этот раз ряды Святого воинства пополнились новыми ангелами. В гарнизоне Ханны тоже было прибавление.       Почти дойдя до суда, Аммит вдруг остановилась, положив пальцы на виски, и закрыла глаза. Как бы она не пыталась подавить слабость, ничего не получалось. Вдобавок у нее сильно закружилась голова, и все бумаги выпали из рук. А спустя минуту девушка потеряла сознание, упав прямо на зеленую траву.

***

      Михаил и Габриэль тихонько добрались до гарнизона, которым руководила Ханна, отдавая громкие приказы.       — Ленивые, выполняем упражнения правильно! За столь безразличное отношение к занятиям можете получить награду в виде тумаков! Ещё три подхода по шестьдесят! Не выполните, знаете кто вам всыпет! Не я.       Отвлечённая на ангелов командирша не заметила, как сзади подкрался архангел, и содрогнулась, когда тот положил руки на её талию. Она повернула голову вбок, увидев довольного Габриэля.       — Чего злишься? Сама же была такой же. Ха-ха.       Ханна чуть смутилась, отвернувшись от ангелов гарнизона, и перевела взгляд на Михаила, который слабо улыбался. Его увидели и ангелы, став принявшись выполнять упражнения энергичнее, и громко поздоровались хором. После чего получили кивок подошедшего к ним ближе архистратига.       А Габриэль не прекращал показывать свой задорный нрав.       — Тебе идёт злость, — зарывшись носом в волосы возлюбленной, протянул архангел. — Добавляет шарма к твоей сексуальности.       — Я… тебя… убью… — еле слышно процедила ангелесса сквозь стиснутые зубы. — Не позорь меня перед своим братом. Вдруг он найдет мне замену.       — Ну и классно, — крепче обнимая и прижимая к себе девушку, улыбнулся мужчина. — Проведём день вместе. Бальтазар даже подождёт.       — Да ты что?       Ханна отстранилась, выпуталась из цепкой хватки Габриэля и продолжила с нотками недовольства в голосе:       — Стоял как истукан вчера с Захарией и ко мне даже не подошёл. Теперь подлизываешься. Совести нет.       — Милая моя, хорошая, не заводись, прошу! Я не хотел мешать тебе смотреть на луну своими комментариями. Знаю ведь, что раздражаю тебя ими! Ну не осуждай!       — Ладно.       Театральная игра с элементами драмы подкупили серьезную Ханну, и она мягко улыбнулась, пальцами покрутив пуговицу на одежде Габриэля.       — Давай погуляем что ли… — предложил Габриэль. — Пока задания не посыпались.       — Я не могу. За гарнизоном же смотрю…       — Договорюсь с Бальтазаром. Хватит ему фигней страдать.       Девушка вновь улыбнулась.       А Михаил задумался над её речью. Весь разговор он не подслушивал, — услышал лишь часть про равнодушного младшего брата. И поведение Габриэля его стало волновать. Архистратиг вышел на площадь задумчивый: он уже догадался, где был настоящий Габриэль, пока его проекция находилась с Захарией на площади. Да, младший брат был мастером по созданию собственных копий. И для него было проще простого создать множество своих проекций и запутать других.       Взгляд Михаила пробежался по округе.       — Аммит?       По пути в лазарет он заметил блестящую на солнце папку и лежавшую без чувств девушку. Архистратиг молниеносно оказался рядом с ней и, подняв Аммит на руки, поспешил к Рит Зиену.       Через некоторое время там появились Захария и Кастиэль, который еле сбежал от Винчестеров. Вернее, он бы может и остался с ними, но приказы начальства не обсуждались.       Заметив такое количество ангелов, Эфраим лишь отрешённо прошёл мимо, заметив:       — Н-да, и куда мне столько гостей на мою голову…       Его помощница — Мерилия вздохнула, продолжив осматривать Аммит, после чего прошла к одному из раненых ангелов альтернативного Михаила. Это были те самые ловкие бойцы, которые умудрились договориться с левиафанами и общими усилиями сбежать из Чистилища. Эфраим занялся вторым ангелом.       Сам архистратиг стоял у выхода с Захарией и Кастиэлем, чтобы не дать пленникам сбежать. Однако в самом лазарете вскоре кое-что произошло. Беседующие между собой «охранники», не заметили там внезапного волнения. А их убеждение «Ну не будут же ангелы альтернативного Михаила усугублять и без того бедственное положение» стало неактуальным. Ещё как будут.       Помощница главного лекаря сделала достаточно, чтобы Аммит поднялась на ноги и вновь начала соображать, хотя сначала и слабо. Или все прошло само? Ответа девушка не знала, все же склонившись к первому варианту. Не зря же Мерилия в лазарете трудится.       Эфраим спокойно проверял состояние своего подопечного, как вдруг тот гневно заявил:       — Узурпаторы, грязные свиньи! За пленение главного воина Небес и его бравых солдат вам не светит ничего, кроме казни! Я сош…       Удар кулаком под подбородок быстро утихомирил взбунтовавшегося пленника.       — Вот же придурок. Забыл, что лишен благодати и не вылечился бы без моей помощи.       Эфраим невозмутимо продолжил своё дело.       Но первый пленный лишь отвлёк их внимание. Второй тоже пришёл в себя и резко поднялся с кушетки, пригвоздив Мерилию к стене мощным захватом. Вместе с этим она стала задыхаться, — на ее горле находилась рука противника, сжимая его все сильнее.       — Тревога!       Успел лишь выкрикнуть Эфраим, а после противник точным движением вонзил в него маленький клинок. Удар пришёлся в руку, что лекаря не убило бы, но боль причиняло.       Таким образом, взгляд ангела альтернативного Михаила остановился на Аммит. Девушка напряглась. Не раздумывая, он вынул очередной маленький кинжал, но от атаки она ушла.       В лазарет ворвались Михаил, Захария и Кастиэль. Расширение здания впервые доставило проблемы. Обычно это помогало размещать много раненых, но теперь сыграло злую шутку.       Тем временем ангел альтернативного Михаила продолжал нападать, однако промахивался. Аммит начинала его раздражать и с каждой атакой он подходил к ней всё ближе. Мерилия только начинала приходить в себя, Эфраим медленно регенерировал.       Когда Аммит отвлеклась, ангел оставил ей глубокий порез на руке, которой ангелесса едва успела прикрыться. Девушка прошипела от боли. Ангел хотел продолжить атаки, а сердитый архистратиг жестоко ответить, однако всего этого не потребовалось. Рана девушки затянулась быстро. Аммит подняла на врага глаза, и те загорелись золотым светом.       Интуиция подсказала всем, находившимся в лазарете, закрыть глаза. А пленник истошно завизжал, хватаясь за голову, внутри которой буквально плавился мозг.       По щекам полились кровавые слёзы. Такой боли он ещё не испытывал никогда и вряд ли ещё испытает. Ведь Аммит уже собиралась лишить его этой возможности. Её атака нарастала, крик ангела без благодати становился невыносимым, а она впивалась в него безразличным взглядом белых глазниц.       — Стой.       Несмотря на обжигающее холодом свечение, Михаил дошел до ангелессы и положил ладонь на плечо. Она медленно убавила влияние на мозг жертвы, а затем и вовсе вернула прежний цвет глазам. Но что это было Аммит и сама не поняла.       Нехотя, Эфраим и Мерилия подняли пострадавшего на койку и занялись им. Захария и Кастиэль теперь следили за вторым.       — Что это было?       Нахмуренный архистратиг смотрел на поражённую Аммит, которая едва переводила дыхание.       — Пойдем на воздух.       Они вышли на площадь к фонтану. Прохлада от его капель освежала мысли, а их игра в воде расслабляла. Никого вокруг не было: ангелы разошлись по жилищам, занятия их закончились. Наступило время для отдыха и расслабления.       — Аммит.       Спокойный тон Михаила нарушил тишину. Девушка остановилась, повернувшись к нему лицом. В её глазах мужчина увидел все ту же растерянность, от чего сделал вывод, что вряд ли получит ответ. Архангел молча посмотрел на выжидающую спутницу. Он сначала несколько минут подумал, что сказать, а затем все же заговорил:       — Скажи мне, ты хорошо себя чувствуешь?       — Ты про мой обморок? Я заработалась. Ещё эти глюки налетели, вот и выпала из реальности. Сейчас всё отлично.       Резкие перепады настроения ангелессы не понравились архистратигу. Он думал, что смог изменить её, но, видимо, не до конца.       — Что ты сделала в лазарете?       — А что ты сделал? Приволок туда вполне здоровых врагов. Они вон даже без благодати отлично сражались. Да, хотел рабами сделать, но можно было обойтись и без лазарета. Вылечил бы и отправил пахать.       Михаил опустил голову, вопрос остался без ответа. Аммит проследила за ним, постепенно избавляясь от напряжения. Пауза была необходима.       Обдумавший не очень удачный разговор, архистратиг посмотрел на ангелессу и взял её за руку, накрывая своей. Аммит расслабилась, мельком бросив взгляд на их соприкоснувшиеся ладони, за чем как зачарованный понаблюдал архангел. Сказанные ранее слова брату пронеслись в его голове, перед глазами возник утренний диалог:       — Ты понимаешь, Гейб, я сегодня посмотрел на неё по-другому…       — Ты начал ценить её.       Момент безмятежности и гармонии затянулся, но никто никуда не торопился. Им это было необходимо. Ведь историю отношений данной пары сложно было назвать идеальной.       — Простоим тут всю ночь? — улыбнувшись, поинтересовался Михаил.       — Можно сходить к водопаду. Вода так журчит, что успокаивает. Однажды мы уже там гуляли.