Драббл. Мое отражение

Дочь Михаила была девушкой хитрой и умной. От матери, Рит Зиена Анжелики, ей передался беззаботный, весёлый, горячий нрав, от ее любимого дяди Гавриила, в гарнизон к которому она и попала, — любовь к розыгрышам и приколам над ангелами, а от отца — самого Михаила — внешность — чёрные, как ночь, густые волосы и выразительные зелёные глаза и ум. Характер архистратига, его спокойствие, рассудительность, невозмутимость ей, к сожалению, не передались. Сюзанна, как и её мать, зачастую, жила эмоциями, но не разумом. И любовь к обучению ей тоже не передалась. Что любила делать Сюзанна, в этом равных ей не было, так это лениться. И находить поводы, чтобы не появляться на обязательных тренировках гарнизона Гавриила и вообще на уроках. Учёба темпераментной Сюзанне претила, — её манили веселье, забавы и всевозможные игры. Приключения. Но не скучные книги по военному делу, этикету или боевой магии. Единственное, что ей нравилось изучать это лекарское дело, фитотерапию — лечение травами и алхимию. К этим наукам у нее душа, если таковая имелась, лежала. Вот и сейчас юная райская принцесса нашла весьма странный способ, чтобы не явиться к Гавриилу на зачёт по тактике. Прекрасно разбирающаяся в волшебных лекарственных растениях, она сварила один ядовитый отвар из яда волшебной плачущей рябины и «пьяного» олеадра — растений сильно ядовитых — и выпила его. Быть дочерью Рит Зиен было полезно. Поэтому, с помощью плачущей рябины и олеандра, Сюзанна и вызвала у себя одно магическое заболевание. «Косить» от зачёта так «косить». И у Гавриила подозрений бы не вызвало её состояние — зелёно-фиолетовая сыпь по всему телу выглядела жутко. — Какой молодец Эфраим, — проговорила нефилим, вальяжно листая глянцевый мужской журнал, — подыграл мне знатно. Сказал Гавриилу, что мою сверхъестественную болезнь нельзя исцелить. Что еще она не до конца изучена и даже нефилимы уязвимы. Это ж гениально! И Гейб поверил. Хорошо, когда у меня такие башковитые родственники! Эфраим солгал архангелу, чтобы мои каникулы продолжались. Люблю его. Отложив журнал с обнажёнными красавчиками, дочь Михаила лениво потянулась и, поднявшись с кровати, подошла к большому позолоченному зеркалу, которое висело в конце зала. И округлила глаза от того, кого она увидела в зеркале. — Александра? — Сюзанна воззрилась на девушку в зеркале и добавила: — А телепатически связаться со мной не судьба? И чего понадобилось от меня дочурке Люцифера? — А чего так надменно, сестричка? — усмехнулось отражение другой нефилима. — Я захотела масштабности. Сюзанна осмотрела Александру. Она выглядела совсем не так, как одевались ангелы — никакого белого цвета, сплошные черный и красный, скорее бордовый, оттенки в наряде. Глаза же ее пылали огнём от желания навредить кому-то, а на губах играла улыбка с привычной издевкой. Сюзанна закатила глаза и сложила руки у груди, незаинтересованно глядя в зеркало. — Объяснишь? — все же полюбопытствовала она. Александра ухмыльнулась, в свою очередь, рассмотрев наряд сестры — легкое белое платье с маленькими фиолетовыми цветочками — и ее саму. Слишком нежно. Аж приторно. — А тебе не надоело куковать в Раю, милашка? Ты же мир не видела. — Я видела достаточно. — Кавалер что ли на поводил по любимым местам? — улыбнулась Александра, явно тихонько считав мысли собеседницы и узнав про ее избранника. — Бальтазар, кажется? — Еще раз так сделаешь — пожалеешь, — холодно, но при этом высокомерно выдала Сюзанна, и ее глаза засияли золотым. Девушка закрыла доступ к подсознанию и продолжила: — Говори, чего появилась, или я пойду дальше красавчиками любоваться. — Не кипятись, — выставив руки в позу «я сдаюсь», Александра стала говорить спокойнее и без подколов. — Короче… меня достали предки со своим контролем. Они вечно лезут в мою личную жизнь и не дают свободно дышать. Их не устраивает абсолютно все. — И как мне тебе помочь? Психолога вызвать для поддержки штанов? — Хорошая шутка. Не знала, что ты так умеешь, — подколом на подкол ответила Александра, на что Сюзанна показательно зевнула, показав, что ей скучно. — Давай предков разыграем и поменяемся телами? — О, розыгрыши. Необычно. Ну-ну продолжай… — А чего продолжать? Соглашайся и все! Дочь Михаила призадумалась. С одной стороны, Александра ее уже успела раздражить высокомерием и уверенностью в себе. С другой, предложение сестры могло отвлечь её от такой надоевшей рутины в гарнизоне. А еще можно было знатно повеселиться, ведь что-что, а шоу любили как она, так и Гавриил. Фееричный спектакль, наверняка, понравился бы младшему архангелу, а Михаил с Анжеликой еще бы долго его вспоминали. Да и ангелам было бы что обсудить в свободное от тренировок время. Взвесив все «за» и «против», Сюзанна ехидно усмехнулась и спросила: — Чего делать надо? Дочь Люцифера посмеялась, и в её руке появилась книга. Ловко открыв ее, она пролистала несколько ненужных страниц и развернула текст заклинания лицом к Сюзанне. Та внимательно прочла его. Александра положила правую ладонь с другой стороны зеркала, порезав ее, и прислонила к стеклу. Сюзанна сделала то же самое и приложила левую кровоточащую ладонь четко на сестринскую. После чего обе девушки заговорили будто заученный текст: — В здравом уме находившиеся и уверенные в правильности своего поступка, мы совершаем ритуал перемещения душ. Пусть они не разорвут чужие тела, а помогут обмануть других. Нефилимы смотрели точно друг на друга и наблюдали свечение из места, где соприкоснулись их ладони. Сияние становилось ярче, и девушки зажмурились, продолжая удерживать руки на зеркале. После чего то треснуло, отбросив каждую. И Сюзанна, как и Александра, ненадолго потеряла сознание. А на стекле уже не было ни капли крови. Только разводы от ладоней. Причем будто с двух сторон… — Что ты делаешь, Сюзон? — Эфраим, который пришёл в лазарет проверить состояние племянницы, изумленно уставился на лежащую на полу девушку. — Ну… допустим, отдохнуть решила, — придя в себя, ответила дочь Люцифера и поднялась с пола. Поправив платье, она выдала: — Смотрю вот на тебя и удивляюсь постоянно — зачем в Раю Рит Зиены? Нет, серьезно. Войны не наблюдается, ангелы могут сами себя исцелить. Какие-то сложные магические болезни… так они редкие у ваших ангелочков. От серафимов вот, к примеру, все же польза, от рядовых крылатых тоже, а от вас? — Сюзанна, ты чего? — уточнил лекарь, глядя на нефилима глазами размером с крупные монеты. — У тебя что температура? Или это на тебя то снадобье так подействовало? Надо перестать тебе его давать. — Это правильно. Я, пожалуй, пойду, дядюшка. В гарнизоне, знаешь ли, заждались, — добавила она, с хитринкой поглядывая на Рит Зиена. — А как же «откосить от занятий»? И это?.. — Эфраим кивком головы указал на зеленые язвы и сыпь на теле Сюзанны. Только сейчас Александра их заметила. И сразу же исцелила саму себя золотым свечением из ладони. — Все, я улетела. Не скучай, пернатый, — с этими словами нефилим исчезла из лазарета, оставив удивленного Рит Зиена один на один с библейскими фресками на потолке и картинами в позолоченных рамах. Ангел растерянно развел руками и, глубоко вздохнув, отправился в свою лабораторию заниматься алхимией.

***

Александра задумчиво шла по Раю, наблюдая за занятиями других гарнизонов. Все они выглядели скучными и однообразными. Особенно раздражали девушку постоянные крики и возмущения командиров. Лицо Сюзанны выражало неподдельное отвращение. Дочь Люцифера хоть и пыталась прикидываться исполнительной сестрой, но раздражение брало верх. И чего командиры привязались к молодым ангелам? В конечном итоге, Александра дошла до одной из цветущих полян, где тренировался гарнизон Гавриила. Его ангелы, по обыкновению, тренировали полеты в небе, а сам архангел с Бальтазаром отдыхал, периодически наблюдая за подопечными. — Какие люди да на нашей скучной тусе, — театрально восхитился архангел, отпив виски из стакана. — А как же твоя болезнь? — А я сказала ей «отвали», и она испуганно убежала в закат, — съязвила «Сюзанна». — А почему ты здесь, а не в борделе, дядюшка? Там уже парижские мадемуазели за три евро по тебе соскучились. Бальтазар опешил и подавился коньяком, начав кашлять. Гавриил же, напротив, не растерялся и ехидно ответил: — Во-первых, сто евро. А во-вторых, стоп… у тебя что, Сюзанна, последние мозги в винишке утонули? Забыла, кто тут биг босс? — Я, — хихикнула Александра. — Короче, — Гавриил с наслаждением допил виски и избавился от стакана, добавив: — племяшка, еще один гудок с твоей платформы, и будешь пересчитывать травинки в Райском Саду. Или березки красить, или еще что-то. У меня очень яркая и богатая фантазия, ты же знаешь. А теперь разминай крылышки. У нас урок полетов. — Хрена с два я буду выполнять твои пожелания. Джина из бутылки позови для этого! — хамовато выпалила Александра, едва не показав архангелу средний палец. — Пока. Нефилим недобро улыбнулась и проскользнула меж двух друзей, вновь удивив Гавриила своим поведением. Тот озадаченно почесал макушку: Сюзанна, конечно, могла недовольно ответить или пробурчать что-то, но всегда выполняла приказы командира. Да и не хамила ему в столь… грубой форме, ведь дружила с ним и доверяла свои секреты. — Бро, ну догони свою странноватую невесту, — развернув шоколадную конфету и сунув её в рот, сказал Гавриил. — Может ее Эфраим лечил конопляным отваром? Прикинь, лечение марихуаной… Бальтазар прыснул, но приказ друга исполнил. Догнав Александру, он тепло улыбнулся ей и сказал: — Расслабься, Сюзон. Не хочешь тренировать полеты и не надо. Можем заняться кое-чем… более интересным, — пошловато подмигнув, добавил он. Потом взял девушку за руку и нежно поцеловал ее. Александра же, немного обомлев, уставилась на Бальтазара с неким недовольством. И выдернула руку, с трудом сдержавшись, чтобы не вытереть ее о платье. — Иу, отвали ты еще, — холодно ответила она. Бальтазар, как ранее Гавриил, остолбенел, изумлённо изогнув бровь. Нефилим же мимолетно вспомнила, в чьем теле находилась, и цокнула. — Прости, Бальт… — через силу улыбнувшись, сказала она. — Устала я от этой гарнизонной рутины, учебы и прочей хрени. Надоели ангелы. Бальтазар пронаблюдал за сменой настроения «Сюзанны» и, проанализировав ее поведение, все-таки расслабился. Вместо слов ангел притянул девушку к себе и впился в её губы жарким поцелуем, сжимая в объятьях. Дочь Люцифера приняла этот поцелуй, но при этом незаметно поморщилась. Не уж, ранний брак был явно не для нее.

***

Едва отвязавшись от жениха Сюзанны, хмурая Александра продолжила путешествие по Раю. Ей начинало надоедать абсолютно все, и задумка с обменом тел уже казалась неуместной. Надоедливые дядечки и любвеобильный Бальтазар не входили в планы дочери Люцифера, — она хотела по-настоящему развлечься. Но, к ее невезению, этого никак не происходило. Но и у неудач есть конец. Она остановилась на далекой от основной территории площади, услышав характерный звук пыток. Усиленный слух нефилима позволил Александре изучить пленника и найти место, потому совсем скоро довольная девушка переместилась в подземелья небесной темницы. И тут же посмеялась. Перед ней возник Тадеус, мучавший Абнера — друга Гадриэля, который томился в райской тюрьме еще со времен Люцифера. — Сюзанна? — Палач отвлекся от занятия, дав ангелу продохнуть, и в недоумении посмотрел на принцессу. А «Сюзанна» критично обвела глазами подземелья, наряд Тадеуса и его самого, после покачав головой. — Какой-то педик пытает такого же педика маникюрным набором… — пробубнила Александра, на что Тадеус недоуменно выгнул бровь. — Ты его наказываешь или гладишь? — Сюзанна, что с тобой? Не вмешивайся в серьезное дело, — собранно произнес Тадеус, вызвав усмешку девушки. Палач не понимал, почему Сюзанна вдруг, ни с того, ни с сего, заинтересовалась пытками. Он даже на время позабыл о пытках ангела. А еще его удивило поведение нефилима и ее высказывания, ведь раньше райская принцесса так не выражалась. Да и в целом она всегда была равнодушной к пыткам и никогда не появлялась в подземельях темницы. Сюзанна действовала другими методами, будучи наполовину Рит Зиеном, и предпочитала яды волшебных растений экзекуциям. А «Сюзанна» проследила за Тадеусом и хмыкнула, приблизившись к нему и жертве. Она перехватила зачарованный клинок, осмотрев руны, и повернула голову к изумленному Палачу. — Хочешь мастер-класс покажу? Только не описайся от восторга. До этого выдохнувший после долгой пытки Абнер похолодел, заметив непоколебимый взгляд «Сюзанны» и ее радость при виде новой острой игрушки. Которую нефилим виртуозно отправила в район солнечного сплетения, вынудив ангела выгнуться в спине и заорать. Адская боль разнеслась по всему телу бедняги, а Тадеус изогнул бровью, задумчиво наблюдая за занятием принцессы Рая. Александра не остановилась и вынула клинок. Лезвие плавно прошлось от ключицы до пупка, при этом все глубже опускаясь под кожу. Абнер, буквально, взвыл. А вдохновленная нефилим крутанула кинжал внутри тела бедняги, причинив дополнительные страдания. После чего оставила предмет в боку жертвы и подняла собранную в кулак ладонь, затем отдельно направив в потолок указательный палец. Он сиюминутно покрылся ледяной коркой, и находчивая Александра воткнула его в шею Абнера, став вести линию от уха до уха. Ангел утопал в боли, а Тадеус пораженно следил за «Сюзанной», которая улыбнулась, вскоре убрав руку от жертвы. Напоследок Александра резко выдернула клинок из тела Абнера под его громкий выкрик и усмехнулась. — Понял теперь, как надо пытать? Недопалач, — нефилим залилась хохотом, не глядя бросив предмет в руки Тадеуса.

***

Тем временем в Аду дочь Михаила скучающе наблюдала за тем, как Аластар пытал очередного грешника. И думала про себя, насколько пытки это банально и неинтересно. И, как и Александра, она уже жалела, что согласилась на авантюру «разыграть предков». Все пошло не так, как она представляла. — Что-то ты не особо тянешься пытать, — проговорил Аластар и резко воткнул клинок в грудь грешника. Пыточную наполнил истошный вопль. А Палач шепеляво прогнусавил, привычно чуть исподлобья посмотрев за девушкой. — Хотя льстит, что уже четвертый день приходишь и не прогуливаешь. — Какая ерунда, — равнодушно ответила Сюзанна и картинно зевнула, прикрывая рот ладошкой. — Пытки это вообще пережиток прошлого. Вот мы, Рит Зиены, действуем совершенно по-другому. Можно приготовить очень сильный магический яд, смешав адский олеандр и горе-мяту. И жертва твоя будет очень и очень долго мучиться, прежде, чем испустит дух. Эфраим профи в ядах. И меня научил. Нужно поэкспериментировать на Захарии, например. Что будет с серафимом, если подлить ему особый яд Рит Зиенов. Глаза Аластара округлились, и дочери Михаила показалось, что они у демона вот-вот вылезут из орбит. Александра всегда хорошо пытала, а Сюзанна только и говорила о травах да ядах, игнорируя пытки. И причем тут были вообще ангельские лекари? — Собственно, чего ты ждешь, Александра? Присоединяйся. У нас урок, а не демонстрация таланта великого Аластора, — демон протянул Сюзанне клинок, который вытащил из жертвы, но девушка не взяла его. — Давай я тебя лучше ядам поучу? Это наука намного сложнее, чем издеваться над грешниками. — Александра, я тебя не понимаю. Ты сегодня несёшь чепуху и странно ведешь себя. А еще вчера твои глаза горели энтузиазмом… Неужели, устала? — Ничего подобного, — невозмутимо пожала плечами Сюзанна, — а вот этому бедолаге, наверняка, нужно уже отдохнуть. — Отдохнуть от заслуженной пытки? Девочка, ты явно не в себе, — усмехнувшись, Аластор взялся за холодное оружие сам. И сразу же всадил в район печени жертвы, следом провел лезвием до сердца, опуская клинок все глубже в тело. — Этот некогда спортсмен заключил сделку с демоном перекрестка и захотел нарушить условия, убив этого самого демона и таким образом разорвав контракт. Твоя мама, от скуки, отрыла его «дело» и передала мне. Она у тебя та ещё затейница. Сюзанна поморщилась, а потом и вовсе отвернулась. Слова Аластора она пропустила мимо ушей, надеясь скорее покинуть Ад. Крики и стоны жертвы нефилим больше не хотела слышать. Кровавая составляющая Ада раздражала дочь Михаила и заставляла скучать по светлому, солнечному Раю. Из раздумий ее вывел настойчивый голос Палача, который протянул прежний клинок. — Бери и продолжай обучение. — Не хочу, — буркнула в миг пришедшая в себя Сюзанна, помотав головой. — И вообще отвали, дядя. Ты не смеешь мне приказывать! Аластор изогнул бровями, вперившись в недовольную нефилима, и пожал плечами. Мужчине надоело убеждать ее; Палача ждала работа. А девушка продолжала сравнивать Ад и Рай и убеждаться, что на Небесах все намного лучше. «— Верните меня домой, — про себя прошептала Сюзанна, уже успев проклясть сестру за идею. — Хреново тут. И нахрен оно мне надо»! А следом помещение залилось ярким золотым свечением, заполнив всю комнату пыток и скрыв находившихся там демона и нефилима.

***

Едва переборов непреодолимую тягу ко сну, Александра с трудом распахнула глаза. Голова гудела и была странно тяжелой, мысли путались. Девушка совершенно не могла понять, где находится, — необъяснимое наваждение пропало также быстро, как появилось. Никакой сестры уже не было, как и Рая. Нефилим очнулась в собственной спальне в Аду. Она снова помотала головой, чтобы прийти в себя, и положила ладонь на лоб. — Чего за фигня еще?! — вдруг разозлившись, громко прошипела Александра, бросив подушку в стену. Девушка еще долго отходила от невероятно правдивого, но обманчивого сновидения. Или же чего-то другого… …Сотворив зеркало, которое не отражало смотрящего в него человека или другого существа, а лишь показывало действия в другой комнате, будто камера наблюдения, за терзавшейся в догадках дочерью глядели довольные Люцифер и Аммит. Они беспечно улыбались, при этом все-таки закончив мучения дочери раньше, чем изначально задумывали. Родительские чувства никто не отменял… Между тем, ангелесса первой отвернулась от «зеркала» и взялась за стакан. Прежний виски, который она так полюбила, был отличным дополнением к общению с таким же ехидным архангелом. Он повторил за Аммит, и она с улыбкой объявила итоги их с Дьяволом проделок, подняв стеклянный сосуд над столом. — Нерадивая дочь успешно окунулась в омут грез. — Не слишком жестоко к той, которую ты однажды выносила? — с усмешкой поинтересовался Люцифер, снова повторив за супругой и остановив свой стакан на уровне с ее. — Ее выносила, его не выношу, — съязвила Аммит, на что архангел лишь ухмыльнулся. — Дин Винчестер непобедим, — пожав плечами, выдал он и более серьезно добавил: — К сожалению. Ангелесса покивала, вскинув бровями, и все также с улыбкой чокнулась стаканами с мужчиной. Родители Александры позабыли про манеры и осушили стеклянные сосуды дружно залпом. Вторая бутыль с виски стремительно пустела. Наполнив стаканы друг друга, Люцифер откинулся на стул и заметил, что Аммит хотела высказаться, — она мечтательно увела взгляд в потолок. — Хорошо, если бы ведьмы могли придумать заклинание, которое точно убедит нефилима в том, что Дин не ее суженый… А так Сашка легко обман раскроет, да и Дин этот ее искренне любит. — Засада, — в тон ей шутливо отозвался Дьявол, отпив алкоголя. — Ничего, в нашей адской библиотеке должно что-то любопытное быть. Посмотрим потом. Если Сашке можно трепать наши нервы, то и нам не будет лишним ответить ей тем же. Архангел сделал еще один глоток, а затем заметил восхищенный взгляд Аммит. Девушка едва не с раскрытым ртом слушала его речь и еще раз убедилась, что сделала правильный выбор. А Люцифер, буквально, говорил то, что собиралась озвучить она сама. Ангелесса вытянула спину, размяв шею, и кокетливо подняла плечо, через него вперившись в увлеченного ею Люцифера. — Мне так нравится, когда ты говоришь, как я. — Вообще-то сама признавалась, что у тебя мой характер, — рассмеялся архангел. — Да-да, не надо так кукситься. — Какой же ты противный, — закатив глаза, Аммит вернулась в прежнее положение и выпила виски. Однако улыбнулась после, снова глядя на архангела, который, в отличие от нее, не прерывал зрительного контакта. — Но я тебя все равно люблю. Дьявол покивал с ухмылкой на губах и отставил стакан. — Верю. Но с натяжкой. — Да ладно-о, — протянула Аммит, поднявшись со стула. Она дошла до мужчины, присела на его колени, обвив шею руками и сразу ощутив ладони Люцифера на собственных затылке и пояснице. Девушка больше не произнесла ни слова, впившись в губы возлюбленного недолгим и поверхностным поцелуем. И только смогла на миллиметр оторваться, когда сильная хватка мужчины вернула ее, завлекая уже в более долгий и глубокий поцелуй. Сквозь который послышался довольный смех Аммит, — шутка над дочерью удалась на славу…