Интерлюдия

Затянутое густыми тучами небо слабо освещало разрушенный тронный зал Кантерлота. Стены, ранее украшенные солнечными символами, покрывали глубокие трещины. Тяжёлый мраморный пол был усыпан осколками витражей, а в воздухе, словно после лесного пожара, витал запах гари и магии. Найтмер Мун дышала тяжело, но победно. Её доспехи были испещрены следами сражения, а на крыльях чернели обожжённые участки, но это больше не имело значения. Всё решено. Всё кончено. Она улыбнулась. На полу перед ней лежала побеждённая принцесса Селестия. Её некогда ослепительно-белое тело, теперь покрытое пылью и копотью, едва двигалось. Корона валялась в стороне, сломанная и бесполезная — символ уходящего старого порядка. Лунный свет, пробиваясь сквозь пролом в потолке, холодом отражался в глазах Найтмер. Она смотрела на сестру сверху вниз, ощущая, как тяжесть тысячелетнего заточения наконец покидает её, уступая место торжеству. — Вот и всё, сестрица, — её голос звучал бархатисто, но в нём не было ни капли жалости.— Ночь наконец-то вечна. Вдали раздавались крики сбежавших уцелевших, метавшихся по горящему городу. Огни Кантерлота, будто не решаясь погаснуть, мерцали, отражая беспорядок и хаос, воцарившийся в некогда сияющей столице. Стража пала. Пала и принцесса Селестия. Больше никто не мог остановить неизбежное. Найтмер Мун глубоко вдохнула пропитанный магией и пеплом воздух. Её грива, наполненная звёздной бездной, развевалась на ветру, словно чёрное знамя. Она сделала ещё шаг вперёд, её копыто отдалось гулким эхом в мёртвом зале. — Я терпеливо ждала этого момента тысячу лет, — в её глазах сверкнул мрачный огонь. — Через сны твоих подданных я следила за тобой. И теперь… Она наклонилась ближе, усмехнувшись. — Теперь солнце не взойдёт никогда. Резкий порыв ветра ворвался в тронный зал, закружив пепел в воздухе. Он унёс с собой последние искры погасшего боя. Кантерлот погрузился во мрак. Ночь наконец-то стала вечной.