Без слов

Она проснулась спустя пятьдесят лет. Авантюрин вложил целое состояние в поддержание её жизни. Если бы не он, то миловидную девушку с голубыми лисьими глазами давно отключили бы от аппаратов искусственного жизнеобеспечения. Её нашли на одной из планет, затерянной в глубинах галактики. Этот мир был отрезан от цивилизации, лишён передовых технологий и инноваций. Одна Янтарная эпоха за другой он был в тени, отставая от развития на тысячи лет. Безжизненные горы возвышались над дикими лесами, быстротечные реки скрывались в густых туманах. Люди в рваных одеждах трудились на полях, не зная о звёздных просторах за пределами их мира. И среди этого забвения исследовательский отряд КММ нашёл её – юную девушку, лежащую без сознания. Её тело было покрыто ранами, волосы вымазаны свежей кровью, а кожа была бледной, словно у мертвеца. Но она дышала. Слабо, с натугой, но продолжала бороться за жизнь, даже находясь в глубоком беспамятстве. Капитан исследовательского отряда была женщиной сострадательной и не смогла оставить бедняжку на сырой земле у кромки густого лиственного леса. Поэтому девушку переместили на борт звездолёта КММ и оказали первоклассную помощь. Но она не просыпалась. Ни спустя неделю, когда раны покрылись плотной корочкой. Ни спустя месяц, когда эта корочка отпала. Не через год, когда шрамы побелели и слились с кожей. И даже десятилетие спустя она не открыла глаза. Капитан исследовательского отряда погибла на одной из миссий, и за спящей девушкой стало некому приглядывать. Врачи следили за её состоянием, аппараты поддерживали жизнь, но ничего не менялось. В память о своём командире отряд вложил большую сумму в медицинскую организацию, надеясь, что девушка однажды проснётся, но и они не могли жить вечно. Единственный, кто почти дожил до её пробуждения был уроженец Лофу Сяньчжоу – последний из тех, кто знал её историю. Когда-то он состоял в исследовательском отряде и был близок со своим капитаном, ради которого они оставили девушку в живых. Но даже долгожители не могли жить вечно. Острый на язык и скупой на извинения, он нажил немало врагов. Однажды ночью кто-то из них проник в его спальню. Бесшумно. Без следов и пощады. Наутро его нашли мёртвым в собственной кровати. Так девушка осталась одна. Когда Авантюрин узнал об этом, его сердце переполнилось несвойственным для него сочувствием. Он поднял на уши всю медицинскую организацию, КММ, привлёк к работе доктора Рацио и в итоге перевёл на счёт больницы сумму, в которой не счесть нулей. Только тогда главный врач согласился поддерживать в девушке жизнь. Деньги решают почти все вопросы, но для неё это было всего лишь поддержание тела. Её сердце продолжало биться и гонять кислород по сосудам, питая ткани, но сознание всё ещё было далеко от тела, в пустоте, скрытой от мира. Спустя два года, десятки разговоров об её отключении и сотни тысяч кредитов Авантюрину позвонил доктор Рацио. Она пришла в себя глубокой ночью. Часто заморгала, словно пытаясь проснуться, и медленно осмотрелась. На её лице блуждало странное умиротворение, пугающе контрастирующее с её состоянием. Линия на кардиомониторе еда заметно участила свой ритм. Солнце ещё не думало вставать, и за окнами царила тишина сонного Пир-Пойнта. В ночном спокойствие даже шорохи казались неуместными. Медсёстры не сразу заметили, что девушка проснулась. Невозможно было сказать, сколько времени она пролежала, опутанная трубками, проводами и капельницами. Авантюрин приехал в больницу поздним утром. Он, как обычно встал с кровати, принял холодный душ и выпил кофе, лениво листая в смартфоне ленту новостей. Он собирался на еженедельное совещание, посвящённое очередному должнику по кредитам, но доехать до него не успел. В утренней пробке под пронзительный гул большого города на бортовой компьютер автомобиля поступил входящий от Рацио: девушка проснулась. Он сообщил, что ей нужно немного времени прийти в себя, но попросил приехать, как только выдастся минута. Авантюрин не сомневался: на совещание он ехать не хочет. Он быстро напечатал своему заместителю короткое сообщение о своём отсутствии, отложил смартфон и свернул на ближайшем перекрёстке в сторону больницы. Белая плитка звонко стучала под подошвой кожаных туфель Авантюрина. Белые стены резали глаза, скрытые за тёмными стёклами очков в позолоченной оправе, создавая ощущение дискомфорта, словно он оказался в стерильном помещении, лишённого теней. Медсёстры сладко улыбались своему инвестору и желали доброго утра. Авантюрин поправил тёмно-зелёный пиджак и поспешил за широким шагом врача, который вёл его в палату. Доктор Рацио ждал его у высоких двустворчатых дверей, сделанных из белого пластика, и с равнодушным видом смотрел на приближающегося гостя. - Вижу, вам не терпится познакомиться с ней. – Кивком поприветствовал его Рацио. - Ну что ты! – Ответил тем же Авантюрин. – Разве я мог пропустить такое событие? Я потратил миллионы, чтобы этот день настал! Авантюрин потянулся к длинной дверной ручке и почти взялся за неё, но Рацио его остановил. - Не спешите. – Доктор сложил руки на груди и Авантюрин понял: сейчас будет лекция. Он запрокинул голову, горестно вздохнув. – Сейчас у девушки период принятия, с ней разговаривает психотерапевт. Возникли некие трудности. – Что за трудности могли возникнуть на ровном месте? – Авантюрин, явно раздражённый, взглядом пригвоздил Рацио к месту. - Мы говорим на разных языках. - И что? – Удивлённо спросил Авантюрин. – Неужели, ты этого языка не знаешь? Он театрально охнул, схватился за грудь, словно от потрясения, а потом медленно прикрыл рот ладонью, качая головой. - Не может быть! – Его голос задрожал от нарочитого ужаса. – Рацио, это же конец света! Срочно созываем учёный совет, объявляем чрезвычайное положение! - Такое тоже бывает, господин Авантюрин. – Безмятежно ответил доктор. – Я всего лишь заурядная личность, мои знания ограничены. Даже Нус не владеет всеми тайнами вселенной. - Да-да. – Отмахнулся от него Авантюрин. – Онлайн-переводчик определил язык? - Общедоступный – нет, но внутренний переводчик Корпорации справится с этой задачей. Мне нужен ваш доступ к нему. - Это легко! – Авантюрин уже вытащил из кармана смартфон, быстро нашёл в нём необходимое приложение и приготовился предоставить доступ. Но прежде чем нажать кнопку, он лукаво улыбнулся: – Только с одним условием, доктор! Рацио устало потёр переносицу. - Каким? - Я первый с ней поговорю! Только Рацио открыл рот, чтобы отказать, как Авантюрин потянул дверь и распахнул её, не дожидаясь разрешения. Палата, в которой обитала девушка, была маленькой и неуютной, но светлой. Небольшое окно было настежь открыто, а за окном цвела слива. Врач-психотерапевт сидел на мягком стуле подле больничной койки. Это был грузный мужчина пятидесяти лет с редкими волосами и густыми, словно щётка, усами. Он обернулся на шум, недовольно поправил сползшие к носу круглые очки и смерил улыбающегося Авантюрина строгим взглядом. Затем он посмотрел на Рацио – холодно, вопрошающе, с немым упрёком за этот цирк. Однако доктор, как и всегда, остался невозмутимым, словно происходящее его не касалось. На кровати, свесив худые ноги, сидела девушка в белых больничных одеждах. Она сжимала полы хлопкового платья так сильно, что костяшки побелели, но её лицо оставалось бесстрастным. Только жевательные мышцы на её челюсти выдавали внутреннее напряжение. Должно быть, медсёстры привели её в порядок, но бледная кожа и тусклые чёрные волосы, что рассыпались по худым плечам, выдавали долгие годы, проведённые без сознания. Она подняла опущенную голову и на маленьком лице с выраженными острыми скулами сверкнули огромные голубые глаза. - Здравствуйте-здравствуйте! – Весело поздоровался Авантюрин. Он прошагал по комнате и остановился за спиной врача. Тот неодобрительно покачал головой, но, как и ожидалось, это нисколько не смутило гостя. – Что скажете, док? – Продолжил Авантюрин с ухмылкой, всем своим видом демонстрируя, что нисколько не жалеет о своём внезапном вторжении. - Вы прервали нашу беседу, господин Авантюрин. – Сухо отозвался врач и снял с носа очки, протирая их краем халата. - Прямо-таки беседу? – Хмыкнул Авантюрин, скептически изогнув бровь. – И о чём же вы так занимательно болтали? Он выжидающе посмотрел на врача, но тот лишь невозмутимо вернул очки на переносицу и продолжил молчать, не поддаваясь на провокацию. Авантюрин закатил глаза, громко вздохнул, показывая, как его утомило это показушное достоинство, широким жестом согнал психотерапевта со стула и плюхнулся на его место. - Вам повезло! – Сообщил он, лучезарно улыбаясь. – Ваш спаситель пришёл! Авантюрин помахал перед врачом смартфоном и с триумфальным видом открыл переводчик. Быстро выбрав функцию определения языка, он протянул смартфон девушке. Она настороженно уставилась на его руку и захлопала большими глазами, явно не понимая, что от неё хотят. - Ну же! – Подбодрил её Авантюрин. – Го-во-ри! Он театрально, словно рыба, выброшенная на берег, захлопал ртом и многозначительно постучал по смартфону, мол, вот он, волшебный девайс, делай с ним то, что нужно! Девушка тряхнула головой, будто собиралась с мыслями, но, кажется, поняла, что от неё хотят. - Анатахадарэдэс ка? – Спросила девушка. Её голос был хрипловат после пятидесяти лет молчания, но ласковый, словно весенний ветер или пение маленькой птички. Авантюрин моргнул и опустил взгляд в экран смартфона, где приложение уже перевело сказанную фразу. «Кто ты?» - вопрошали печатные буквы, и Авантюрин почесал подбородок, думая, как бы понятнее ей объяснить. Он повернул смартфон к себе и нажал кнопку распознавания речи. - Меня зовут Авантюрин. Я представитель местной организации, называется КММ, но это, наверное, слишком сложно… - он поморщился, словно сам был не уверен, что это похоже на объяснение. – Как тебя зовут? Девушка выслушала, что ей сказал искусственный интеллект женским голосом и кивнула, подтверждая, что всё поняла. - Ватасьинонамэха Аканэ дэс. Авантюрин потёр лоб, размышляя, что без переводчика он бы вряд ли разобрался, что из этого имя. Буквы заплясали на глянцевом экране и сложились в новую фразу: «Меня зовут Аканэ». Он снова нажал на кнопку распознавания речи. - Приятно познакомиться, Аканэ! Девушка послушала ответ и коротко улыбнулась, поклонившись. - Ватасьи мо, Абентьюрин! – Она подняла голову и привычным движение отбросила от лица чёрную прядь. – До сьита но? - Погоди-погоди! – Замахал руками Авантюрин. – Я же не нажал распознавание! Аканэ нахмурилась, не понимая, что вызвало такую внезапную суету. Авантюрин вновь протянул смартфон и попросил повторить фразу. Девушка наклонилась к нему и взялась за запястье, обжигая кожу холодными пальцами, будто бы решила, что смартфон не справился со своей задачей и нужно сказать громче. Она снова проговорила вопрос, решительно повысив тон голоса, от чего Авантюрин не удержался и глупо захихикал, но его смех быстро прекратился, когда он прочитал перевод: «Что случилось?» Авантюрин поднял взгляд на Рацио, который смотрел на экран из-за его спины. Он нахмурил брови и обратился к врачу-психотерапевту. - Мы можем ей рассказать? Психотерапевт потёр переносицу и пожал плечами. - Она выглядит спокойной, но я не знаю, как она отреагирует на эту новость. Аканэ нервно сжала руки, наблюдая, как все переговариваются на незнакомом языке с серьёзными лицами. Авантюрин покачал головой: - Рацио, оставь нас, пожалуйста. – Его голос стал твёрдым. – И ты тоже, доктор. Рацио, несмотря на некоторое удивление, послушно вышел из палаты. Врач тоже не стал возражать и покинул комнату, оставив двух людей наедине. Тихая дверь закрылась за ними, и Авантюрин ощутил, как его спокойствие начинает таять. Девушка вопросительно наклонила голову, взгляд голубых глаз был полон недоумения. - Абентьюрин? – Её голос был мягким, почти невидимым в этой тишине. Авантюрин нажал на кнопку распознавания речи и начал говорить. Он рассказал всё, что знал: от событий пятьдесят лет назад, до сегодняшнего утра. Он говорил размеренно, стараясь донести всё, что мог. Переводчику потребовалось время, чтобы обработать так много текста, но меньше чем через минуту Аканэ слушала ответ. Чем дальше искусственный интеллект ведал историю, тем шире открывались глаза девушки и поджимались её губы. Когда голос робота стих, Аканэ подняла взгляд на распахнутое окно. На белом подоконнике рассыпались розовые лепестки сливы, лёгкий ветер колыхал ещё голые ветки. Солнечные лучи проникали сквозь оконное стекло и рассеивались, заливая напольную плитку мягким светом. Словно каждое движение за окном было тенью ускользающего прошлого этой юной девушки. Тишина тяжестью легла на плечи Авантюрина, и он вдруг осознал, насколько пустой и холодной была эта комната. - Но ты выжила. – Он снова нажал на кнопку распознавания речи и произнёс слова, от которых в его голосе прозвучала какая-то неуверенность. Аканэ вернулась из своих размышлений и протянула руку к смартфону. - Коокай сьтей имас. – Её голос был тихим, но твёрдым. Когда Авантюрин прочитал ответ, где-то в глубине груди образовалась жгучая боль. «Я об этом жалею». В этих словах было видно, как бескрайний мир сжался до размеров маленькой девушки. Он увидел, как рушатся миры и сгорают цивилизации. Как осколки прошлой жизни впиваются в застывшее сердце. Авантюрин взглянул в её глаза. В их бездонной голубизне не было ничего. Ни страха, ни боли, только бесконечная пустота. Вакуум, в котором исчезают все звуки. И тогда он вспомнил. Он вспомнил, как цеплялся за окровавленное платье своей мамы. Вспомнил, как её руки теряли силу, как она пыталась что-то сказать, но могла только тихо всхлипывать. Он вспомнил, как сестра прятала слёзы, но он всё равно их видел и украдкой вытирал их грязным рукавом. Он знал, что не должен был быть свидетелем её слабости и единственное, что он мог сделать – это тихо шептать слова утешения тонким голоском. Он вспомнил, как обжигал песок босые ноги, когда он бежал прочь от своего дома под оглушительные крики и отвратительную ругань. Как горели лёгкие, как каждый вдох, словно молния, разрывал грудную клетку. Раны на локтях и коленях пульсировали, но у него не было времени их осознавать. Он вспомнил, как саднило клеймо и натирали кандалы, когда каждый шаг – это борьба за выживание. Он помнил, как они глумились, смеялись и угрожали. Он помнил их лица, их глаза, полные презрения и ядовитой алчности. Всё это было в нём: в памяти, в теле, в сердце. Он вспомнил ту пустоту, что съедала его изнутри, пока он в страхе жался к холодной стене. И единственная мысль, что роем шершней жужжала в его голове: «Почему я тоже не погиб?». Он вспомнил. Или никогда не забывал? Она чувствует тоже самое. Ту же боль и тот же страх. За секунду и одну фразу чужая девушка стала такой понятной и знакомой. И казалось, что даже языковой барьер отступил перед ними. Им не требовались слова. Авантюрин откинул смартфон на прикроватную тумбочку лёгким жестом, как если бы он отпускал что-то ненужное, и сжал её ладони в своих. Холод её кожи проникал в его пальцы, но он держал крепко, стараясь передать ей ту уверенность, в которой она нуждалась. Лицо Аканэ дрогнуло, и она сцепила зубы, борясь с собой и сдерживая эмоции, но по бледным щекам покатились водопады слёз. - Всё будет хорошо. – Прошептал Авантюрин, не давая себе права сомневаться в этих словах. Потому что он верил, что однажды всё и правда будет в порядке. Она моргнула, медленно, прогоняя слёзы, и в её глазах было всё то же, что и в его. Она точно поняла. - Аригато. *** - Абентьюрин! - Ну нет же! – Всплеснул руками Авантюрин. – Слушай внимательно! А-ва-н-тю-рин. Повтори! - А-ба-н-тью-рин! - Не-а! – Замахал головой Авантюрин, почти отчаянно. – Всё неправильно! Аканэ злобно зашипела и стукнула сжатыми кулаками по матрасу больничной койки. Казалось, что каждый её жест был наполнен накопившейся злостью, которую не удавалось выплеснуть. Она лежала на животе головой у изножья кровати, её тёмные волосы рассыпались по белым простыням, а босые ноги были подняты вверх, раскачиваясь в небрежном движении. Авантюрин же сидел рядом в удобном кресле бордового цвета, которое приволок из ближайшего магазина мебели. Врачи не советовали забирать её из больницы, да и он не знал куда её везти. Авантюрин мог забрать её в свою квартиру в центре Пир-Пойнта, но не был уверен, что она справится там в одиночестве. Спустя несколько дней регулярных посещений Аканэ в больнице, очередным утром, он с громким частым стуком зашёл в её палату и обнаружил девушку под одеялом в углу комнаты. Когда он спросил, что случилось, и стянул с неё самодельную защиту, Авантюрин увидел перепуганные голубые глаза. Аканэ что-то залепетала на своём родном языке и ткнула пальцем в сторону распахнутой двери, ведущей в уборную. Авантюрин, подобно доблестному рыцарю, поспешил спасти прекрасную принцессу и ворвался в логово неизвестного чудовища, что так напугало девушку, но ничего не обнаружил. Душевая кабина, раковина с зеркалом над ней, журчащий унитаз и… собственно, всё. Он опешившим взглядом посмотрел на Аканэ, которая уже спряталась за его спиной и настороженно выглядывала из-за плеча, оценивая комнату с безопасного расстояния. - Здесь же ничего нет! – Произнёс Авантюрин, отчаянно пытаясь понять причину её страха. - Коко ! Она махнула в сторону унитаза и попятилась. Авантюрин опять ничего не понял. - Это унитаз. – Кивнул он. - Что не так-то? - Урррр! – Заурчала девушка, изображая звуки льющейся воды, и снова махнула на унитаз. - А! – Наконец-то дошло до Авантюрина. – Тебя пугает, что вода не престаёт течь? Так это унитаз сломался, я сейчас скажу, чтобы починили. Если Аканэ испугалась журчания воды, то от вида посудомойки и робота-пылесоса точно будет в ужасе! Авантюрин сразу понял это и не спешил переселять девушку из безопасной для её психики больницы. Поэтому он организовывал посиделки в её палате, без умолка болтая или, наоборот, молча наблюдая за тем, как она осваивается в новом мире. Кроме того, он решил, что обязан научить её говорить на его языке. Это казалось логичным началом. И первым делом, конечно, он должен научить её правильно произносить его имя. Уши вяли от такого коверканья. - Давай ещё раз. – Настаивал он. – По буквам. А… - А… - повторила Аканэ, морща лоб и внимательно следя за его губами. - Ва… - Ва… - Н… - Н… - Тю… - Тю… - Рин! - Рин! - А теперь всё вместе! - Абантьюрин! - Да что ж такое! – Негодующе провыл он, чувствуя, как терпение подходит к концу, и рухнул лицом в одеяло рядом с руками девушки. Она сочувствующе похлопала его по макушке. – Ты же даже не стараешься! Следом за мягкими похлопываниями он получил ощутимый щелбан, ойкнул и потёр голову, взлохмачивая уложенные пряди. Аканэ выглядела довольной своей шалостью, её глаза сверкнули озорным огоньком. - Наканаидэ ! – Произнесла она с лёгким насмешливым оттенком. - Ну тебя! – Оторвал голову от одеяла Авантюрин и махнул на неё рукой. – Двоечница! Аканэ злобно засопела и, опираясь подбородком на сжатые кулачки, отвернула лицо. Авантюрин шутливо ткнул пальцем в её щёку. - А ну, не дуйся! Девушка фыркнула, но не повернулась, о чего он лишь сильнее заулыбался. - Кому говорю? – Авантюрин мягко толкнул её в плечо. Она покачнулась и нахмурила брови. – Будешь дуться – заверну в одеяло и превращу в пирог! - Нани ? – Не поняла угрозы Аканэ и уставилась на него во все глаза. Авантюрин рассмеялся и толкнул её на спину, попутно заворачивая в одеяло, как младенца в пелёнку. - Я вообще-то волшебник! – Сквозь смех проговорил он, играючи наклоняясь к её лицу. – Всё к чему прикасаюсь – превращаю в золото, а маленьких обидчивых девочек – в пироги! Аканэ обмякла, как плюшевая игрушка, позволяя Авантюрину кутать её, и что-то тщательно обмозговывала. Её губы тихо шевелились, пытаясь что-то произнести. - Вор…ше…б… - Растягивая буквы, начала она, словно стараясь нащупать это слово. - Никакой я не вор! – Поспешно возразил Авантюрин и заткнул одеяло в образовавшуюся складку. – Всё законно и задокументировано! Он закончил свой труд и с довольным видом осмотрел проделанную работу. Девушка, закутанная по самый подбородок, бестолково хлопала глазами. - Пока правильно не произнесёшь моё имя, я тебя не отпущу! Аканэ распахнула одеяло и выскочила на свободу. Авантюрин и глазом моргнуть не успел, как она пошлёпала босыми ногами по плитке. Только он хотел наругать её за хождение по холодному и пыльному полу, как она запрыгнула на подоконник, открыла окно и выглянула наружу. - Вывалишься. – Авантюрин придержал её за плечо и потянул к себе. - Кореванандес ка ? – Она ткнула в цветок сливы. - Это слива. - Срива. – Серьёзно повторила Аканэ. Авантюрин уткнулся лицом в ладони и хохотнул. Она была так мила, когда изучала что-то новое! - Нет, слива. - Угу. – Кивнула Аканэ. - Эй, Аканэ, - он дёрнул девушку за рукав, - повтори. - С… - она наморщила нос и скрутила язык трубочкой. - Давай! - Слива. - Умница. Мягкий румянец коснулся щёк девушки, и она, будто скромничая, снова вернула взгляд на цветок. Теперь, эта маленькая победа стала её большим достижением. *** На следующее утро Авантюрин пришёл с целым пакетом мягкой сливы. Аканэ радостно подскочила на кровати, когда увидела его, а потом, заметив у него в руках фрукты, вовсе просияла. Она протянула руки, желая поскорее получить гостинец. Авантюрин, смеясь, потряс перед ней пакетом и вывалил всё содержимое в глубокую миску, которую сам принёс накануне. - Кореванандес ка? – Она подобралась к тарелке и принюхалась. - Это тоже самое. – Авантюрин указал на окно, за котором распускались розовые цветы. Он знал, что эта фраза – это её способ понять мир вокруг, найти связь между привычными и новыми вещами. - Слива! – Радостно заключила Аканэ. - Да! – Он с широкой улыбкой на лице потрепал её по макушке и взял в руку спелый плод. Фиолетовая кожица была гладкой и холодной на ощупь. – Внутри косточка, аккуратно. – Он разломил сливу пополам, вытащил косточку и бросил её в мусорное ведро. – Держи. Аканэ, не раздумывая, взяла угощение и откусила его. Сок брызнул и потёк по её рукам. Девушка поморщилась от неожиданной липкости, но продолжила уплетать фрукт. - Ойсьи ! – Причмокивая сказала она, когда справилась с первой сливой, и сразу потянулась за второй. - Много не ешь. – Предостерёг её Авантюрин, обеспокоенный скоростью, с которой исчезали фрукты. - М? Авантюрин покачал головой и выложил из миски на тумбочку ещё две сливы, а остальные убрал на подоконник. Аканэ недовольно замычала, прослеживая за его движениями. Она в одно мгновение закинула в себя фрукты, выкинула косточки и ускакала в уборную мыть липкие руки. Когда она вернулась, то первым делом положила мокрые ладошки на лицо Авантюрина. - Эй! – Возмутился он. – Полотенце там для кого висит? Аканэ злорадно захихикала и вытерла руки об своё платье. Это платье ей подарил Авантюрин. Оно было свободного кроя небесно-голубого цвета с узким пояском и короткими рукавами. Она выглядела в нём лёгкой и воздушной, что придавало её шалостям очаровательный оттенок. Авантюрин ощутил укол обиды на это хулиганство, схватил девушку за запястье, разворачивая к себе спиной, сжал в объятьях… и вытер мокрое лицо о ткань платья между лопаток. Аканэ взвизгнула и выскользнула из кольца рук. - Нурета ! – Возмутилась она и погрозила Авантюрину пальцем, самоуверенно уча его манерам. - А ты как думала? – Развёл руками он. – Будешь баловаться, и никто тебя не накажет? - Бака ! - Обзываешься что ли? – С улыбкой спросил он, готовый во все орудия продолжать эту словесную дуэль. Аканэ, словно маленький проказливый хорёк, громко засопела и упёрла руки в бока, впившись взором в лицо Авантюрина. Его самодовольная ухмылка только подливала масла в огонь. Пока её взгляд метался от одного глаза Авантюрина к другому, он придумал с десяток способов напакостничать ей в ответ, но, вместо продолжения этой баталии, Аканэ всплеснула руками и отвернулась, собираясь снова запрыгнуть на кровать. Авантюрин сделал раньше, чем подумал. Он поймал её острый локоть, развернул девушку и дёрнул её на себя так, что она бы точно рухнула, если бы он не поймал её за талию. Аканэ ахнула, почувствовав, как ноги теряют опору, но мужские руки уже крепко удерживали её, прижимая к себе. Голубые глаза распахнулись от удивления, а пухлые, потрескавшиеся губы приоткрылись, готовые вновь произнести незнакомое ругательство. Но слов не последовало. Только короткий прерывистый вдох. Авантюрин склонил голову, почти касаясь её лба своим, и почувствовал тёплое сливовое дыхание на своей щеке, оставляющее почти видимы след. От неё пахло цветами и ветром – свежо, сладко, с лёгкой терпкостью. Закрой глаза, и точно увидишь, как нежные лепестки васильков вихрем кружатся в чистом поле среди трав и бескрайних просторов. Аканэ моргнула, её ресницы крыльями бабочки затрепетали, но она не оттолкнула его. Её пальцы, холодные и слегка дрожащие, сжали ворот рубашки, цепляясь за неё, как за единственную опору. Авантюрин прищурился, наблюдая за тем разнообразием эмоций, что отразилось на её лице. Удивление сменилось растерянностью, затем проблеском чего-то неуловимого, чего-то, что он раньше никогда не видел. Её лицо было мягким и ласковым, по-детски прелестным, а глаза – бездонные озёра, в которых отражалось бесконечное небо. Где-то в глубине его сознания зашевелился страх. Авантюрин испугался. Испугался нарушить такой хрупкий, зыбкий момент. Боялся испытать её доверие, разрушить тонкую нить, что только-только натянулась между ними. Сердце гулко ударилось о рёбра, а пальцы, что сжимали её талию дрогнули. Он разжал руки и отступил на шаг. Аканэ не пошевелилась, лишь тонкие руки безвольно упали вдоль тела. В голубых омутах мелькнуло то, что Авантюрин не ожидал увидеть. Разочарование. Это длилось всего миг – мимолётно, словно тень пушистого облака, скользящая по воде. Возможно, ему это показалось. Возможно, он это вообразил. Но от чего-то внутри всё сжалось до размеров атома. - Бака. – Тихо повторила она, прикладывая ладони к заалевшим щекам. Этот голос был не таким как раньше – громким и резким. В нём не было привычного упрямства, той вспыльчивой злости, с которой она бросала это слово прежде. Вместо этого в нём звучала тоска. Грусть. Тихий упрёк за его трусость. Тогда Авантюрин тоже почувствовал, как к щекам прилила кровь. И ему захотелось обернуть время вспять, чтобы снова вернуться в тот момент. *** Аканэ проснулась от негромкого шороха около своей кровати, словно кто-то невидимый прокрался в её палату. Она распахнула глаза и встретилась взглядом с лиловыми кристаллами, которыми на неё смотрел Авантюрин. Его фигура едва виднелась в полумраке, растворяясь в ночной темноте города. Он стоял у окна, опиравшись на подоконник, и его лицо было преисполнено загадочной мягкостью. Лёгкая улыбка, всегда присутствующая на его губах, не покидала его даже сейчас. Она могла бы подумать, что это сон, игра света, но тёплый взгляд был таким настоящим, что Аканэ не сомневалась: он здесь. Стоит и выжидающе смотрит. - Я пришёл тебя похитить. – Зловеще прошептал он и плавно двинулся в сторону кровати. Его голос звучал мягко, но остаток напускной угрозы, что он демонстрировал на работе, всё ещё присутствовала в его словах. Аканэ швырнула в него подушкой и спрыгнула на пол. Авантюрин с лёгкостью поймал её в воздухе и кинул обратно, приложив минимум усилий. Подушка в мгновение потяжелела и угодила точно в голову девушки, она вскрикнула и рухнула на кровать, крякнув напоследок и прикинувшись мёртвой. Авантюрин усмехнулся, его взгляд был полон мягкой насмешки. Он подошёл к ней ближе, аккуратно положив ладонь на лоб, словно прощаясь с чем-то важным. - Мне будет тебя не хватать. – Скорбно сказал он, его слова были наполнены скрытой трагичностью. – Покойся с миром... Не выдержав, Аканэ распахнула один глаз и грозно уставилась на Авантюрина, тщательно пряча улыбку в уголках губ. Она перехватила его ладонь и впилась в неё зубами, крепко сжимая тонкими пальцами запястье. Это было не больно, но весьма ощутимо, так, словно прижать палец прищепкой. В один момент поверженная девушка превратилась в капкан, что захлопнулся на руке невнимательного Авантюрина, делая из него пленника. Авантюрин на мгновение замер, встретился взглядом с ней и неожиданно восхитился её дерзостью. Обычно, она сдерживалась, робко сопротивляясь его нападкам, а теперь смело швырнула в него подушкой, да ещё бойцовским псом повисла на его руке. Он тряхнул кистью, пытаясь освободиться, но Аканэ не разжала зубы. Она держалась за его запястье с такой решимостью, что при желании смогла бы приручить саму стихию. - Что-то ты слишком храбрая сегодня. – Рассмеявшись, Авантюрин похлопал её по макушке. Только после этого Аканэ с лёгкой улыбкой отпустила его, довольная своей победой в их маленькой битве. – Тем лучше. Значит, не испугаешься ночной прогулки. Девушка села на кровать, как йог, сложив ноги, и склонила голову в бок, не понимая, что Авантюрин от неё хочет. Её взгляд был немного скептическим, но за ней скрывались любознательность и готовность. Он потёр подбородок, размышляя, как лучше донести до неё свою мысль. В их общении переводчик давно канул в небытие, был забыт, как ненужный хлам, а сложную информацию они доносили друг до друга жестами. Слова стали лишними, а понимание – интуитивным, без перевода и пояснений. - Я хочу тебе кое-что показать. – Авантюрин осторожно, кончиками пальцев коснулся её оголённого плеча, с которого упала тонкая лямка ночного платья, и указал другой рукой на окно, в сторону ночного города. Аканэ вздрогнула от его прикосновения и опустила глаза на руку Авантюрина, которой он аккуратно поддел лямку и натянул её на маленькое плечо. Он почувствовал, как это момент стал личным, почти священным, и его сердце, несмотря на попытки сохранить самообладание, забилось быстрее. Она казалась такой хрупкой и уязвимой, и в этой уязвимости Авантюрин увидел собственное желание быть ещё ближе. Девушка сощурилась и, как кошка, почувствовавшая чужое внимание, потёрлась щекой о тыльную сторону его кисти. Мягкая, словно зефир, кожа согрела его своим теплом, и Авантюрин задержал дыхание, скользнув пальцами по точёной линии нижней челюсти. Мгновение растягивалось, становясь почти невыносимым, но убрать руку для Авантюрина – всё равно, что отсечь её. Аканэ подняла глаза, и их взгляды встретились. Это был не просто взгляд – она смотрела Авантюрину в самое сердце, туда, где не бывал ещё ни один человек. Аканэ не просто искала что-то в его глазах, она пробралась так глубоко, что разрушила твёрдый фасад и пробралась дальше, в тёмную бездну его души, где скрывалось одиночество и невообразимая печаль, наполняя тьму тёплым светом голубых глаз. В этот момент мир исчез, осыпался прахом на грязную землю, а вместо него выросло осознание, что Авантюрин не один. Вот она, Аканэ – такая же одинокая и несчастная, с незалеченными ранами, стала рассветным солнцем в его жизни. И вдруг стало так легко. Авантюрин склонился к её лицу, поймал яркий взгляд, и коснулся её губ – мягких и чувственных - своими. Аканэ судорожно вдохнула и подалась вперёд, позволяя ему утонуть в чувствах и ласковых прикосновениях. Трепетное соединение их губ над осколками мироздания стало чем-то большим, не просто физическим желанием, а обещанием и клятвой, которые они самозабвенно давали друг другу, растворяясь в их общей нежности. И казалось он не отпустит её даже, если звёзды столкнуться, а Вселенная исчезнет. Аканэ отстранилась и с лёгким трепетом провела кончиком пальца по щеке Авантюрина. - Я люблю тебя. – Прошептала она. И Авантюрин знал об этом. Всё, что им требовалось было здесь и сейчас. Но слова им всё ещё были не нужны.