Часть 1

“Классные сиськи” — появляется у нее на ключице и Дрёме кажется, что от такого количества закатывания глаз в своей жизни она скоро начнет видеть внутренние стенки своего черепа. Она разглядывает новую надпись в ванной и желает своему мэйту ночных кошмаров, так как у нее еле как наскребается 1,5 размер лифчика (с подкладом) и эти мысли явно были не о ней. Такое ведь бывает, мысли могут проскакивать не обязательно о своем мэйте, а о нынешнем объекте влюбленности. Она даже злорадствует в глубине души от представления картин разочарования на лице у этого парня, когда он поймет, что никаких “классных сисек” у его мэйта нет и ей становится легче начинать этот день. Это можно назвать фейской несправедливостью, потому что у Буковки на запястье красуются милые слова, что-то вроде “умная”, “красивая” и “с ней так интересно” и все прекрасно понимают, чьи именно эти мысли и к кому конкретно они относятся, разгадать этот ребус потребовалось пару дней и теперь Диджет отлетает от феи разве что на поспать в своей домике, хотя через год, когда Буковки стукнет восемнадцать, они съедутся в какой-нибудь университетский корпус и будут до конца своей жизни начитывать друг другу учебники по астрономии. Так мило, что аж тошно. Потому что Дрёме достался какой-то придурок, у которого в голове только “классные сиськи”, “тонкая талия” и “обалденные длинные ноги”. “Подрочи, придурок” - думает Дрёма, когда в летнюю жару натягивает на себя свитер и теперь до конца занятий она будет изнемогать от липкого ощущения на своих не-классных-сиськах. Какое не хорошее начало дня! — Кто обидел мою сонную фею? - чужие руки накрыли ее учебник по истории магии и Дрёма раздраженно поднимает глаза от парты и смотрит на прилетевшего Эклера, лицо которого, кажется, скоро треснет от непонятной ей радости. Чему можно радоваться в тридцатиградусную жару - она не понимает. Хотя кажется понимает, он стоит в одной футболке и свободных брюках: он явно не парится над тем, как спрятать непристойные мысли своего мэйта, потому что своим быстрым взглядом она понимает, что даже если там и были грязные слова, они образовались на более скрытых частях его тела. Хотя какие грязные слова, его мэйтом, скорее всего, является до тошноты миловидная фея ниже его ростом. — Ее мэйт опять думает о всяких извращениях, - хихикающе добавляет Буся и тут же прячется за Буковку от раздраженного взгляда Дрёмы. — Покажешь? - Эклер заинтересованно наклоняет голову и тянется к воротнику ее свитера, но фея быстро перехватывает длинные пальцы и отвечает: — Обойдешься, - и встает из-за парты, запихивая тетради в свою сумку. Дрёма не в курсе, какими конкретно словами она одаривает кожу своего мэйта, но надеется, что это лучшая часть ее мыслей, потому что в последнее время у нее в арсенале только не беспочвенные ругательства о всей несправедливости мироздания. Спасибо, блять, фея Мерцания, услужила. От жары у нее кружится голова и ей хочется утопиться в холодном горном озере где-нибудь в лесах Албании, но порхающий рядом Эклер от нее не отстает до конца дня и это мешает ей осуществить задуманное. Если так подумать - Эклера вообще слишком много в ее жизни, и от этого утопиться ей хочется с удвоенной силой. Блядский эльф. — Давай я тебе покажу свои слова, а ты мне - свои, равноценный обмен, - мягко парирует Эклер рядом с ней, они сидят на шкафу, поближе к кондиционеру и пытаются спастись от жары. — Равноценный он был в том случае, если бы мне было хоть какое-нибудь дело до твоего мэйта, - лениво отвечает Дрёма, поедая фруктовый лед, - но мне, как видишь, абсолютно, кристаллически, все равно, - она хочет сказать поебать, но не хочет еще больше изуродовать кожу своего мэйта ругательствами и от этого старается подбирать слова, хотя это до жути нечестно по отношению к ней, потому что ее мэйт даже не удосуживается фильтровать поток своих грязных мыслей (похабный придурок). А затем старается думать о рунах, луне и магии, чтобы партнер, предназначенный ей вселенной, очаровался ее необычными ходом мыслей. — Ауч, - парирует эльф и, наклонившись, отбирает ее порцию мороженного из рук, Дрёма вздыхает от тяжести своей горькой участи и встает с колен. Теперь, когда они вместе парят над шкафом, она замечает, что Эклер на пару дюймов выше ее. Они витают друг напротив друга и Дрёма разглядывает маленькую капельку пота, стекающей по синим венам на его шее, она уходит за ворот футболки и Дрёма видит верхушки черных букв чуть ниже ключиц, впечатанных в кожу, но разобрать до конца слова не получается. Она вглядывается еще какое-то время, а потом переводит взгляд выше, на темные глаза Эклера, странно, но тот выглядит серьезнее обычного. — Вижу, как тебе все равно, - и тут же смеется, у Дрёмы немного краснеют уши, от того, как же быстро ее поймали на лжи. Она выдавливает из себя что-то на прощание и улетает в свой домик, чтобы наконец избавить себя от шерстяного свитера и липкого ощущения на теле. Она еще не решила, чего хочет больше всего от этой жизни: перевести лунную книгу полностью и войти в истории, стать феей с магической силой десятого уровня до совершеннолетия или то, чтобы Эклер оказался ее мэйтом. Да, пожалуй второе самое реалистичное из ее мыслей, потому что Эклер абсолютно на сто процентов не ее мэйт: он больше заинтересован в своей музыке, чем в ней, а еще она никогда не видела его меток. Хотя там скорее всего что-то из разряда о нем “офигенный”, “симпатичный” и “какие же у него сексуальные руки с этими длинными пальцами”. Она закрывает глаза ладонями от духоты и ложится спать, грустно представляя, какие мысли рисуются на коже Эклеровского мэйта и надеется, что там “фееричная Дрёма”. Блядский случай, решает фея и улетает в объятия морфея. Или высокого эльфа с руками Эклера. *** Это даже уже не смешно, думает Дёрма, разглядывая на своем запястье “вот бы посадить ее на стол и…” от последнего слова она морщится, как от горького лекарства и считает до двадцати. Наверно у нее в мэйтах какой-то придурок с переизбыточным спермотаксикозом, потому что все время думать о том, как он кого-то там на столе - это уже признак последней стадии дебилизма. И Дрёме хочется проблеваться от представленных в голове картин со своим участием. Хотя вряд ли там именно она, скорее кто-то постарше и посимпатичней семнадцатилетней феи с ростом, предназначенным эльфам, и скверным характером. И почему соумэйтовская магия не может отфильтровать посторонние мысли, так было бы гораздо легче. А потом представляет, как будет чиста ее кожа, потому что конкретно о ней мэйт будет думать примерно никогда. Жара сегодня не сильная, так что она одевает немного коротковатый лонгслив, слезно выпрошенный у Буси, и собирается на вечернюю совместную вылазку на летний фейский фестиваль, устроенный на крыше пятиэтажки в пару домов от них. Весь вечер придется следить за рукавами, но это лучше ее шерстяного свитера в такую духоту, и тяжело вздыхает, кажется столько вздыхать в ее возрасте запрещено законом. Фестиваль, как назло, оказывается очень даже ничего: она пьет много пунша, заводит парочку новых знакомств и обменивается номерами телефона с одним высоким эльфом с острыми скулами, очень похожими на.. — … Эклера, - Дрёма давится соком, сидя за столом и направляет взгляд на Диджет, тот хохочет совместно с Бусей и Дрёма понимает, что явно что-то упускает в этой жизни, витая в своих мыслях. — Что-что у Эклера? - спрашивает Дрёма, скорее из-за того, чтобы быть в сути событий, а не из-за любопытства (она себя обманывает). — Я говорю, - сквозь смех повторяет эльф, - что у Эклера сегодня более изощренное ругательство, чем обычно - и машет куда-то за спину Дрёмы, она хочет убедить себя в том, что ей абсолютно не интересно, что там на теле у Эклера, но язык действует быстрее ее разумной части мозга: — И какими-такими ругательствами осыпают бедолагу Эклера? - и чувствует легкие прикосновения холодных пальцев на задней части своей шеи, а потом слышит хриплый голос откуда-то слева: — Тебе наконец-то стало интересно? - Дрёма поворачивается на стуле и смотрит на чересчур довольного жизнью эльфа. Она кривит губы в ответ и отворачивается в противоположную сторону, наблюдая за кружащими феями на танцполе под уличной гирляндой. — Абсолютно, кристаллически… — .. все равно, да-да я помню, - он проводит своей ладонью по ее острым лопаткам и садится рядом, отнимая у нее стакан сока. — Эклер, ну не томи, покажи уже! - командует Буся, постукивая пальцами по столу. Да, Эклер, не томи, нетерпеливо добавляет Дрёма у себя в голове. А затем Эклер рядом с ней приподнимает край своей футболки, где прямо над резинкой шорт на смуглой коже высечено “блядский эльф”, Дрёма давится воздухом от увиденного. — Фу, как грубо, - ошарашенно протягивает Буковка, успев разглядеть буквы, перед тем, как Диджет накрыл ее глаза ладонями. — Она, наверно, та еще штучка, - отвечает Эклер и как-то уж слишком недвусмысленно смотрит на Дрёму, у которой в голове шестеренки крутятся с такой скоростью, что из длинных ушей сейчас пойдет пар от переизбытка мыслительного процесса. — А у меня сегодня вот это, - и Буся, взлетев над столом, гордо показывает свой локоть, на котором виднеется слово “аппетитная”, и восторженно добавляет, - наверно, сравнивает меня с пирожным! — Да-да, Буся, именно так, - мрачно произносит Дрёма, прекрасно зная, что слово “аппетитная” относится, скорее, к ее задней части, а не к той невинной идеи, которая зародилась в голове у розовой феи. — Да-да, Дрёма, именно так! Не у всех мэйты помешаны на сама-знаешь-чем! - обидно выплевывает Буся и опускается обратно за стол, расслабляя крылья. — Прости, что? - заинтересованно протягивает Эклер сбоку от нее и наклоняется к ее красному лицу слишком уж близко для просто друга по переписке в фейнете. — А ты посмотри на ее кисть, - хихикающе продолжает Буся и Дрёма кидает в нее злобный взгляд сквозь макушку Эклера, который чуть ли не ложится к ней на грудь из-за любопытства. А потом старается оттянуть рукава как можно ниже, пряча непристойное выражение на своей коже. — Отвали, все равно не покажу, - отталкивает его Дрёма и встает из-за стола, - пойду поговорю кое с кем и полечу домой, и вам тоже советую, Терция отпускала нас до двенадцати, - и улетает в сторону нового знакомого. Марк - высокий эльф с черными волосами ей очень даже нравится, у него хриплый голос и широкие плечи, а при знакомстве он даже сделал комплимент ее волосам, а многого ей и не надо, не говорит непристойности и уже хорошо. И вообще ей уже пора задуматься о поиске своего соулмэйта, ведь сидя в четырех стенах с окружением из двум с половиной эльф и парочку фей, предназначенного судьбой партнера не найдешь. Ну и пора бы избавиться от небольшой невзаимной влюбленности к Эклеру. Она обнимает Марка напоследок, обещает скинуть свои статьи по лунным рунам и возвращается к столу. За ним сидит только Эклер и, странно, но он даже не встает, чтобы попрощаться. Он, закинув одну руку на спинку соседнего стула, выглядит серьезней обычного и смотрит куда-то в сторону танцпола. Она следует его взгляду и не видит ничего особенного, разве что Марк витает рядом с другими феями и все. Наверно Эклер решает какая из фей более миленькая, чтобы подлететь для легкого флирта. Она поворачивается обратно и ловит взгляд Эклера. Дрёма не решается прервать этот неожиданно-возникший контакт первой и вопросительно выгибает бровь. Эклер зло улыбается и давит языком на внутреннюю часть своей щеки, чтобы образовался бугор, затем подносит кулак к противоположной части лица и делает два движения вверх-вниз, как будто он наглаживает... Дрёма почти задыхается от такого непристойного жеста в свою сторону, но не успевает язвительно ответить, Эклер взлетает из-за стола и улетает с крыши здания вниз. Сам отсоси, зло думает Дрёма и, повернувшись, пытается догнать Бусю с Буковкой; им еще надо незаметно проникнуть в дом, так как на часах час ночи, а Терция всегда была чересчур строга к своему бесценному времени. *** Да ладно, удивление Дрёмы была где-то на уровне стратосферы, она смотрит на часть живота ниже пупка и не может поверить своим глазам: на бледной кожи виднеется слово, которого раньше никогда не было на ее частях тела - “дура”, и ей даже хочется смеяться от происходящего. От такого свалившегося на нее счастья Дрёма наконец-то за все лето надевает футболку с короткими рукавами и спускается на завтрак, улыбаясь слишком сильно для такого пасмурного дня. Буся что-то щебечет рядом о своем новом знакомстве в фейнете, но Дрёма почти отошла от утренней эйфории в перемене мыслей своего мэйта: он наконец то перестал думать о похабных вещах с той бедной феей, в которую он влюблен, а может даже с ней поссорился (она очень надеется на этой), в голове проскакивают мысли, а вдруг ее родственная душа думает так именно о ней. Магия связи мало изучена на самом деле, никто до конца так и не смог ответить о ком конкретно появляются мысли у партнера: об объекте временной влюбленности или только о своем соулмэйте в целом. Дрёма склоняется к первому, потому что принимать тот факт, что те грязные слова, которые чаще обычного появлялись у нее на коже, относились конкретно к ней. У нее в окружении всего несколько домашний фей, пару эльфом, в виде Эклера, Диджет и недавнего Марка, а ее соцсети ограничиваются ее статьями о рунах и пару фотографиями ночного неба и полумесяца. Странно, она считала себя умненькой девочкой, но мысль крутится у нее в голове все быстрее, но суть ее до конца уловить не может. “блядский эльф” Слова Диджет о ругательствах на коже Эклера не выходит из головы дольше нужного, дольше положенного. Она поедает йогурт и он застревает у нее где-то в мозжечке, когда вспоминает, что это выражение крутилось у нее в голове весь вчерашний день. “блядский..” — … Эклер? - она ловит дежавю со вчерашнего и у нее точно начинает дергаться глаз. — Что там опять у дурацкого Эклера? - Дрёма нервно бросает ложку с йогуртом на стол и злобно смотрит на Бусю, которая нависла над столом, тянувшись рукой к … эклерам. О. — Дрёма, ты точно помешалось на нем, - класс, теперь Буся говорит с ней как с душевнобольной, - либо признайся, либо не срывайся на мне. — Супер, пойду просто утоплюсь, - извиняться у нее не хватает моральных сил и, немного, гордости (а ведь день только начался!), она взлетает из-за стола и возвращается в единственное безопасное место в доме - в свою спальню. Злость на себя и на законы мироздания отпускает к позднему вечеру, когда она отвлекается на свои лунные руны, Дрёма бросает ленивый взгляд на телефон и видит парочку непрочитанных сообщение. От Эклера. Да ладно. Эклер 12:39 - как насчет того, чтобы моямилая ДрёмочКА прилетела в гости на репетицию новой песни?))))0 Эклер 12:40 - она правда лучше прддшей;)) Эклер 12:58 - мм, игнор, ты разбиваешь мне сердце(( ты что обиделась за вчерашнее??9 Эклер 13:50 - с тем эльфом общаться поинтересней наверно) Дрёма потирает глаза от словесного Эклеровского потока, а потом открывает другой неизвестный чат, не придумав, что ответить на беспочвенные обвинения. Неизвестный 13:51 - привет, это Марк с фестиваля, если ты еще помнишь ахах, у меня есть наработки на счет твоих лунных рун, может увидимся? я думаю, тебе понравится Дрёма откладывает телефон и тяжело вздыхает, мысль, крутящаяся в ее голове за обедом ускользает вместе с лунными рунами и она уже не может восстановить причинно-следственные связи своей жизни, и закусывает щеку изнутри. А потом вспоминает жест Эклера на фестивале и уголки ее губ поднимаются вверх, он ревнует или просто дебил? Она берет в руки телефон и быстро печатает: Я 22:30 - я не против, Марк) как на счет завтра? А потом ее смущает слишком короткий ник в чате и она смотрит на верхнюю часть дисплея и понимает, что написала это немного не туда, Дрёма лихорадочно пытается удалить сообщение, но Эклер всегда был более задротом в соцсетях, чем она, поэтому в следующий миг она нервно наблюдает за всплывающим уведомлением: Эклер 22:31 - понял))))). Сообщение она все таки удаляет, но написать что-то в ответ на эти блядские скобочки Дрёма не решается. Тем более Эклер уже вышел из сети и, кажется, ее заблокировал. Ее уши краснеют от ошибочности своих действий и ей хочется разбить телефон о ближайшую стену. Она уже почти потянула руку к потолку, но в следующий миг чувствует небольшое жжение на левом боку, она поднимает футболку и видит новые черные буквы, аккуратно выведенные в слово “да пошла эта дура к марку”. Шестеренки в ее мозгу снова заскрипели и мысли крутятся в ее голове еще быстрее обычного. Да, она ведь всегда была умненькой феей. А разгадка ее соулмэйта не такая уж и сложная, как казалась на первый взгляд. Дрёма смеется непонятно от чего: от своих натянутых нервов или от того, какой же Эклер ревнивый имбицил. Она накидывает легкую кофточку, поправляет волосы и пытается как можно незаметней покинуть домик. Дрёма пролетает примерно половину маршрута до Эклера, как понимает, что ее крылья всегда были немного слабее, чем у остальных, она останавливается на знакомой крыше с прошедшего фестиваля и упирается руками в колени, чтобы перевести дух. — Что, так не терпится увидеться с Марком? - она поднимает взгляд и видит Эклера, он сидит на стуле со своей электрогитарой, немного поодаль от стола. И выглядит чертовски устрашающе злым. — Я, - горло жгло от слишком быстрого полета для ее возможностей и делает шаги в его сторону, - летела к тебе... — Верю, - выплевывает Эклер и откладывает гитару на соседний стул, а потом медленно встает и планирует улететь с ненависшей ему крыши. Дрёма впопыхах колдует небольшую веревку на свою и чужую кисть и чуть не падает на колени от резкого подъема Эклера в воздух. Он злобно разворачивается в ее сторону от недовольства быть связанным, но видит, как у пытавшейся встать Дрёмы, расцарапались коленки. Он тяжело вздыхает и возвращается на крышу, подходя обратно к столу. — Летела она, - отвечает Эклер; Дрёма облокачивается поясницей на стол, упираясь руками на заднюю часть столешницы за ее спиной, и морщится от свежих царапин на коже. Эклер стоит слишком близко к ней и смотрит вниз на ее раны, он хочет добавить еще что-то ядовитое, но Дрёма прерывает его поток саркастичности: — Хочешь посмотреть на мою метку? - у Эклера мутнеют глаза от услышанных слов и он облокачивается руками на стол, ставя ладони по обе стороны от ее талии. Нависание эльфа над ее грудью ощущается так неожиданно приятно, что она глубоко вдыхает воздух, чтобы собраться с силами и.. ничего не произносит. — Удиви, - о фейский, какой же Эклер бывает упрямый от своей ревности. — Левый бок, - Дрёма облизывает губы, которые заветрились от быстрого полета, и смотрит в глаза эльфа. Тот почти трясется от охватившей его злобы, но ладонь со стола все таки убирает и кладет на тонкую талию, Дрёма немного дёргается от ощущения чужого тепла на своем теле, но старается взять себя в руки. Эклер не сразу поднимает край кофты, а долго смотрит ей куда-то в уровень плоского живота, а затем аккуратно длинными пальцами залезает ей под одежду и приподнимает футболку с кофтой до груди, оголяя нижнюю часть кожи. Дрёма смотрит ему в глаза при этих действиях и кажется видит, как зарождается зерно осознания в ограниченном разуме Эклера. А потом берет его за шеи, наклоняет вниз и страстно, в меру своей опытности, целует в губы. Эклер отвечает слишком быстро для эльфа, разум которого заполнен только музыкой, боевой магией и женскими частями тела. Он сжимает ее талию слишком сильно, что Дрёма привстает на носочки, чтобы ослабить хватку. — Так и, - хрипло произносит Эклер, прерывая поцелуй, - ты считаешь меня озабоченным мудаком? и блядским эльфом? ты даже советовала мне подрочить на недели, - и опускает ладонь чуть ниже, поглаживая ее бедра. — Ты хотел кого-то поиметь на столе, от этого мне пришлось надевать свитер в такую жару, чтобы не смущать девочек, - оскорбленно парирует Дрёма и надавливает на его шею, запрокидывая голову эльфа чуть выше к небу. — Справедливо, - он гладит ей ноги так нежно и приятно, что Дрёма ослабляет хватку на его шее и ее неожиданно поднимают за бедра и сажают на стол, раздвигают коленки и произносят куда-то в шею, - хочешь узнать кого?