Триумф // BangChan / NC-17

Этот вечер не должен быть таким. Его спальня должна быть пуста, а не призывно открыта для нее. Будто дом признает свою хозяйку, пока сами глупцы борются, притворяются, надевают и скидывают маски, заигрывая и обманывая, покрывая кожу ложью. Пока Минсо стягивает его рубашку, оголяя подсвеченную в свете луны кожу, он подцепляет пояс ее джинсов двумя пальцами и тянет к себе, наверх, заставляя поднять бедра. Повелительный жест, распаляющий лишь сильнее. Снова поцелуй, сопровождающийся звуками, недостойными приличного общества. Молния расстегнута, Крис стягивает джинсы, оголяет бедра, как искусный фокусник, завлекающий зрителя Поцелуи бабочками остаются на коже и можно поклясться, отдать небесам сердце в доказательство, что следы поцелуев останутся на коже на века. Под коленом, где кожа нежна и тонка, где чувствительность выше. Он точно знает, что делает, заставляет сомневаться в собственном рассудке, ведь нельзя так — чувственно, но без чувств. Когда он языком скользит по бедру, словно забирает весь воздух из легких. Хитро смотрит, пряди ниспадают на глаза, прося поправить, чтобы утонуть в бездонных глазах. Дьявол шепчет на ухо, прося полностью отдаться в руки искусителя. Бархатные простыни, призывно расправленные на кровати, просят остаться. Каждое мгновение пропитано соблазном, ведь она в его постели. Крис возвышается над Минсо, его превосходств осязаемо и приятно, оно ласкает, а не грубо давит. Он накрывает ее губы своими, почти бесцеремонно проникая языком в ее рот, не встречая противостояния, лишь верное позволение. Минсо отвечает на поцелуй со всем неистовством, на какое способна, прогибаясь в спине, лишь бы быть ближе. Будто они любят друг друга. Она сжимает пальцами его плечи, чувствуя напряженность мышц, желая проникнуть в это натяжение и расслабить, дать необходимый покой, коим она никогда не станет. Крис проводит рукой от груди до бедра, будто играя на фортепиано — нежно и с чувством. Проникает пальцами под резинку нижнего белья и стягивает по бедрам. Сам спускается и сопровождает движение рук поцелуями — снова и снова. Минсо, облокотившись о матрас, откидывает голову назад, забываясь в ощущении него, сильного мужчины, что у нее в ногах. Он откидывает ее нижнее белье, упиваясь ее наготой и сам расстегивает свои брюки, не отрывая пытливого и жадного взгляда от женского тела на его бархатных простынях Крис опускается рядом с ней, обнаженный, берет ее за руку и подносит к губам. Целует каждый пальчик, нежно покусывая. Минсо закрывает глаза. Отдает себя во власть момента. Она хочет прочувствовать каждый его вздох, каждое прикосновение. Запомнить этот момент навсегда. Ведь она знает, что после этого ничего не будет. Только пустота. Но сейчас, в этот момент, она чувствует себя живой. Минсо поддается его минутной слабости, предоставленный ей под маской нежности в этом параде лжи. Крис встречается с ее взглядом, смотрит так, будто не он сейчас лежит с ней на кровати, разделяя наготу. Она приняла его вызов, соглашаясь на правила игры. Сегодня они будут играть в любовь, страсть, одержимость Она перекинула ногу через его бедра, нависнув, создав иллюзию власти. Крис также принял этот мнимый жест власти и, приподняв бедра, вошел в нее. Минсо обхватила его щеки ладонями, целуя и попозволяя ему сжимать ее талию, направляя, проникая так, как необходимо. Дыхание сбивалось, отражаясь от стен, тлеющая сигарета могла разжечься заново от жара, царившего в комнате. Минсо не знала, какой он настоящий, но ей было все равно. Она принимала его таким, каким он был в эту ночь – ее любовником, ее искусителем, ее дьяволом. С их губ срывались тяжелые вздохи, звуки поцелуев и стоны, произнести имя - как знак проигрыша. Без слов, без обещаний, без будущего. Только настоящее, только этот безумный, опасный момент. Он — мастерски нарисованный дьявол, и она готова продать ему душу за этот короткий миг забытья. Когда он достиг пика, Минсо приоткрыла губы в немом стоне. Ее тело сотрясалось от оргазма, сознание ускользало. Она чувствовала себя опустошенной и наполненной одновременно. Она отдала ему все, что у нее было, всю свою энергию, всю свою страсть. Они лежали, тяжело дыша, прижавшись друг к другу. Лунный свет, проникающий сквозь шторы, освещал их потные тела, рисуя причудливые узоры на коже. Минсо чувствовала его сердцебиение, его дыхание, его близость. Она знала, что это ненадолго. Завтра они снова наденут свои маски, снова станут чужими. Но сейчас, в этот момент, они были вместе, едины в своей страсти, в своей лжи. Минсо прикрыла глаза и улыбнулась. Эта ночь была безумной, опасной, неправильной. Но она никогда ее не забудет. Она запомнит вкус его губ, запах его тела, жар его прикосновений. Она запомнит эту ночь, как самое яркое, самое безумное приключение в своей жизни. И, возможно, она никогда не простит себя за это.