Shine

Все началось с неоновых труселей. Хотя нет. Все началось в тот самый год, когда Варя устроилась на работу в педагогический институт на должность лаборантки, хотя изначально училась в консерватории в Питере (вокальный факультет, сольное пение), но вернулась домой, потому что ей было сложно и дорого жить в большом городе. Родственники сочувственно смотрели на несостоявшуюся певицу, вздыхали, качали головами и говорили за спиной, что “погубит себя в деревне девчонка”, но Варя упрямо шла по своему пути, никого не слушая, благо родители были на ее стороне. Она завела свой музыкальный блог и снимала коротенькие видео в тик-ток, также вела несколько учеников онлайн, а еще пела в единственном городском оркестре, но денег все равно было впритык. Вернее как? На обычную жизнь хватало, а вот на крутое оборудование - нет. Потому Варвара Басманова решила устроиться на полставки в местный пед, благо текучка кадров там была большая, и девушку охотно приняли. Работенка оказалась довольно пыльной: печатай документы, вводи в таблицы статистику, составляй списки, изучай положения и прочая-прочая муть, которая не надоедала девушке лишь только потому что рабочий день заканчивался быстро. Со временем Варя привыкла к скучным обязанностям, но имелось одно весомое НО. Вернее ОН. Звали его Виталий Михайлович Мухоморов. Являлся он тридцатилетним холостяком, не состоял в отношениях, а в пединституте занимал видную должность преподавателя ИКТ. Внешностью Мухоморов тоже не был обделен: черные чуть вьющиеся волосы, смуглая кожа, синие глаза и немного шальная разбойничья ухмылка. А еще в довесок высокий рост, широкие плечи, крепкое телосложение и отвратительный вкус в одежде (кто носит на работу в вуз спортивные штаны? Физруки - да, но информатики - явно нет). Помимо всего прочего Виталий Михайлович имел своеобразное чувство юмора и каждый раз, когда видел невысокую Варю Басманову в коридорах, то изображал C3PO (того золотого блестящего робота из старых “Звездных войн) и обращался к девушке так, будто бы она - R2D2 (пищащий низенький бело-синий робот). На свою голову она знала обоих этих персонажей, как и вселенную, откуда они произошли, и шутка информатика воспринималась ею болезненно. Варвара и вправду была маленького росточка (всего метр пятьдесят семь), что в сочетании с ее мелко вьющимися каштановыми короткими волосами и большими карими глазами превращало ее в некое подобие фарфоровой куклы, из-за чего в подростковом возрасте девушка комплексовала, но в течении жизни постепенно научилась компенсировать свои недостающие сантиметры и кукольный вид высокими стремлениями, харизмой и яростью. Она прекрасно помнила поговорку: “Месть - блюдо, которое подают холодным”, потому не реагировала на подначки Мухоморова, смотрела на него как на пустое место и была уверена, что его уволят совсем скоро, за интимные связи со студентками, которых на гуманитарных специальностях водилось словно селедки в океане, на любую масть, вкус и цвет. Тут тебе и рыженькие, и темненькие, и светленькие, и полногрудые, и плоские, с большими бедрами, маленькой грудью и прочее, прочее, прочее. Выбирай - не хочу. Виталий Михайлович конечно вроде как и держал дистанцию с обучающимися, но не верила Варя, что он ни разу не воспользовался своим положением и нехилым обаянием в личных целях. Сколько преподавателей-мужчин на этом погорело? Не меряно. Остались только совсем уж седые старички, у которых "хозяйство" не вставало по вполне себе понятным физиологическим причинам. Не зря говорят: пединститут - женское царство. Даже парней ежегодно поступало на весь первый курс от силы человек шесть, четверо из которых отсеивались на второй или третий год учебы. Посему Варя была уверена, что полетит Виталий Михайлович с должности преподавателя ИКТ совсем скоро, учитывая то, с какой плотоядной ухмылочкой он заходил в стены педа каждый рабочий день. Словно кот, неспешно прогуливающийся меж рядов, расставленных вокруг него мисок с жирными свежими сливками, и размышляющий над тем, к какому бы блюдечку приложиться сегодня. Также Варвара не раз видела Мухоморова в коридорах института, окруженного стайкой щебечущих студенток, и скептично вздергивала брови, наблюдая за тем, с каким обожанием они смотрят на его пусть и спортивную, но безвкусно одетую фигуру. Нет… ну, чтобы добровольно натянуть на себя синие треники, украшенные надписью abibass (явно китайского производства) в сочетании с серым свитером и белой рубашкой под ним, шлифанув весь комплект начищенными коричневыми туфлями, это совсем нужно отбитым человеком быть. Порой информатик ловил варин скептический взгляд и вскидывал свои черные брови в ответ, обаятельно подмигивая, после чего лицо Варвары Николаевны преисполнялось сдержанным отвращением, и она скорее уходила из поля видимости мужчины, дабы тот не подумал, что девушка в нем заинтересована, ловя летящее в спину “здравствуйте, госпожа Басманова”, сказанное с интонацией робота C3PO. В общем, если бы не Мухоморов, варина жизнь была бы в сто раз прекрасней, но с другой стороны, некоторая житейская мудрость шептала девушке о том, что на каждую бочку меда найдется своя ложка дегтя, и пусть лучше она будет в лице Виталия Михайловича, чем кого посерьезней. К тому же, с информатиком в педе лаборантка практически не пересекалась, благо тот самостоятельно мог воспользоваться принтером и ксероксом, стоящими в деканате, в отличии от стареньких преподавательниц, ежедневные попытки которых овладеть мудренной современной техникой обычно заканчивались криком: “Варенька, я кажется не на ту кнопку нажала!” Конечно были еще институтские корпоративы на 8 марта, 23 февраля, которые Басманова успешно пропустила из-за выступлений оркестра, потому и за праздничным столом с Мухоморовым пообщаться у нее не вышло, чему Варя была несказанно рада, потому что выслушивать его шутки по поводу своего роста и наблюдать за тем, как он изображает робота из “Звездных войн” оказалось выше ее сил. На самом деле Виталий Михайлович был тем еще фриком, и Варвара удивлялась тому, как другие люди этого не замечают. Студентки хихикали от его бесконечных раздражающих шуточек, текли с его мужской яркой харизмы и природного обаяния, а пожилые преподавательницы относились к информатику по-матерински, сдувая с него пылинки, словно с редкого зверя, чем Мухоморов без зазрения совести пользовался, гоняя чаи с пирожками, принесенными заботливыми старушками. Деканша тоже радовалась присутствию Виталия Михайловича, который участвовал в разных конкурсах, сопровождал студентов в поездках и вообще был в любой дырке затычкой. Короче информатик являлся значимой фигурой педагогического института, а Варя, устроившаяся на должность лаборантки в деканат три месяца назад, была никем, посему свой гонор держала при себе, игнорируя Мухоморова и мысленно считая, сколько денег ей осталось накопить на покупку Того Самого комплекта звукозаписи, на который она засматривалась уже давно. Вот наберется подписчиков у нее на канале, тогда и будет посылать всех НА… а пока, руки в ноги, плетку в зубы и вперед - работать на собственное благо. *** То, что день не задался, Варя ощутила уже с самого утра, когда спросонья подскочила с кровати от того, что у нее свело правую ногу. Еще и будильник не сработал, так как разрядился телефон. Благо сведенная нога бодро заменила его функции, и на работу Варвара не опоздала, правда, пришлось пожертвовать душем, так и не сменив свои воскресные зеленые труселя с яркой надписью Shine, которая в темноте светилась розовым неоном на всю задницу. Трусы подарила Варе ее лучшая подружка Галка еще на 8 марта и сказала, что заговорила их на привлечение хорошего мужика. К слову, Галя и на картах Таро гадала, и вроде как бабка у нее в деревне заговорами лечила, но Варвара Николаевна не особо верила в такие вещи, хотя трусы с сияющей надписью носила на всякий случай лишь дома, чтобы не привлекать ненужного внимания. Не хватало еще того, чтобы какой-нибудь Мухоморов ей случайно под юбку подглядел и получил очередной повод для шуток. Поэтому сегодня Варя надела на работу черные брюки с высокой посадкой, бежевую майку и длинный кофейный кардиган, обеспечивающий зад дополнительной защитой от стороннего внимания. Конечно пришлось дополнительно тащить с собой концертное платье в чехле и сумку с микрофоном, ибо поздним вечером городской оркестр (где Варя пела и играла на флейте) открывал сезон уличных выступлений в парке Победы. Помимо прочего предстоял долгий рабочий день в пединституте из-за выпускников, приближающихся сессий, зачетов и экзаменов, куда требовались бесконечные документы, списки и прочая дребедень, о которой забудут сразу же после того, как подпишут. В общем, даже домой переодеться забежать не выйдет, придется прямо в институте платье надевать и тайком такси вызвать. Варвара с тоской вспоминала тихую зиму и раннюю весну, когда проводила на работе всего лишь полдня. Ну ладно, зато по итогу заплатят больше. ***К институту девушка подошла уже без двух восемь, когда большая часть студентов с теплой апрельской улицы успела разбрестись по кабинетам. Варя облегченно выдохнула и подумала о том, что день все же будет удачным, а наличие странного предмета одежды в чехле не придется никому объяснять. Хотя у нее было заготовлено вполне действенное оправдание про вечернее свидание. Девушка не хотела, чтобы на ее рабочем месте знали, что она - вокалистка в городском оркестре. Скорее всего после этого ее бы заставили петь на институтских праздниках в дешевый микрофон, звук которого дополнительно бы портили плохонькие музыкальные колонки. - Варвара Николаевна! - послышался откуда-то справа, со стороны одной из парковых лавочек, оклик, когда Варе почти удалось распахнуть входную дверь здания института. Девушка обреченно вздохнула. Нет. День все же не задался. Сейчас она предпочла бы встретить всех студентов и преподавателей педа разом, вместо одного единственного Мухоморова, который с довольным видом поднялся с лавочки и направился в варину сторону. Одет в этот раз он был почему-то очень прилично - в новенький, с иголочки классический костюм шоколадного цвета, красный галстук и коричневые блестящие ботинки. Черные волосы зачесаны назад, обаятельное мужественное лицо гладко выбрито. Наверное поэтому Варя и не узнала сначала информатика, хотя краем глаза еще на подходе к институту заметила его фигуру на лавочке, рядом с почти зацветшим деревом черемухи. - Виталий Михайлович, здравствуйте! - выпалила она с искусственной улыбкой, вновь цепляя ногой дверь снизу, потому что руки были заняты платьем и сумками. - Простите, я очень тороплюсь и не могу побеседовать с вами. Мужчина тем временем без слов широко распахнул тяжелые двери, словно бы они вообще ничего для него не весили, и двинул рукой в приглашающем жесте. - Спасибо. - девушка удивленно кивнула и шагнула внутрь просторного фойе с различными информационными стендами, схемой эвакуации, кофейным автоматом и пунктом видеонаблюдения в углу. - А вы не спросите у меня, почему я так сегодня одет? - как ни в чем не бывало поинтересовался у Вари шагающий рядом Мухоморов, который открыл ей и следующую дверь на лестницу. - Спасибо. - она вновь кивнула и сбоку глянула на информатика, который смотрел на нее в ответ. - Видимо у вас есть весомый повод. Хотела было добавить “по случаю увольнения”, но сдержалась. - У меня, Варвара, день рождения сегодня. - широко и обаятельно улыбнулся Виталий Михайлович, подмигнув девушке правым глазом. - О. - только и произнесла Варя, стараясь аккуратно подниматься по истертой бетонной лестнице института. - Ну… поздравляю вас с днем рождения. Мужчина вдруг недовольно цыкнул и немного расстроенно потрепал свои красиво уложенные волосы: - Зря наряжался. Басманова вздернула брови, удивляясь его поведению и словам. - Сейчас вы выглядите гораздо лучше, чем в обычные дни. - попыталась она его утешить, но осознала, что звучит совсем не очень. - А что, я разве плохо одеваюсь? - информатик искренне удивился ее ответу. Варвара пожалела о только что сказанных словах и чуть ускорила шаг, мечтая добраться до своего маленького закутка в деканате, где стоял ее рабочий стол и имелся небольшой шкафчик для верхней одежды. Если бы это был обычный день, то она бы честно призналась Мухоморову, что одевается тот просто ужасно, но сегодня его день рождения, и говорить в лицо человеку такие вещи, означало - испортить ему праздник. - Не знаю, я к вам не приглядывалась особо. - Варя пожала плечами. - Как обычно вы одеваетесь. - все же нашла она слова. - Просто сегодня выглядите иначе, вот и заметила. - Значит мне нужно найти свой стиль. - мужчина задумчиво почесал подбородок, а от его печали не осталось и следа. Ей-богу, этот Виталий Михайлович какой-то холерик прям. - Так вот о чем я. - он вновь переключился с темы на тему. - После окончания рабочего дня собираюсь угостить коллег в зале для совещаний. С деканом уже договорился. Так что жду и вас. - Ой, а я не смогу. - в этот раз Варвара извинилась вполне себе искренне, останавливаясь перед закрытыми дверьми деканата. - У меня дела сразу же после пяти. На самом деле на концерт ей нужно было к семи, но до шести она собиралась тихо подождать в медпункте у Тамары Петровны, маминой подруги, единственной, кто знал о вариной певческой карьере и помогал скрывать девушке тайну. - А эти ваши дела как-то связаны с нарядом, который вы так бережно несете в своих руках? - взгляд синих глаз Мухоморова вдруг стал острым, а некая маска раздолбая слетела с его лица. - Что-то вроде свидания. - тут же поспешила отговориться Варя, которой совсем не понравился этот странный интерес информатика к ее бежевому платью, которое было видно из-под прозрачного чехла. - Извините, мне пора работать. Вам тоже в деканат? - девушка гостеприимно распахнула дверь и заглянула внутрь. - Нет. - информатик так и не сводил с нее проницательного взгляда, в котором после слов про свидание появился какой-то новый темный огонек. - Но не буду отвлекать вас от работы. - мужчина развернулся и ушел в сторону 216 аудитории, откуда стоял гвалт девичьих голосов. “Странный человек” - подумала про себя Варвара, когда прокралась к своему закутку (благо деканат был почти пустым, только Ленка, вторая лаборантка, усиленно стучала по клавиатуре) и спрятала платье в шкаф для верхней одежды, предусмотрительно накинув на него кардиган. Мысли о встрече с Мухоморовым быстро вылетели из головы девушки, как только та оценила масштаб работы на день и принялась за дело, стараясь не отставать от Лены. За все время Варя лишь раз прервалась на обед, а еще иногда вылезала из-за рабочего стола, чтобы немного размять ноги. По итогу девушка уработалась настолько, что так и не заметила, как опустел деканат. Был у Варвары некий гиперфокус еще со школы: она чувствовала себя свободной лишь тогда, когда доделывала абсолютно все дела, которые ее бесили. И в этот момент до девушки невозможно было дозваться, настолько сосредоточенной она становилась. Очнулась Басманова в вечерних сумерках, допечатав последнюю точку в вордовском документе. Варя довольно потянулась и только потом глянула на часы, которые показывали 18:25. Девушка вытаращила глаза, скорее сохранила файл и вскочила, тыкая на кнопку выключения ноутбука. На такси до парка Победы ехать двадцать минут, а еще нужно время на переодевание. Варя заметалась по кабинету, не зная за что хвататься, а потом все же ринулась к шкафу, где висело платье. Правильно. Сначала одеться, привести себя в порядок, а такси можно и на улице поймать, благо возле соседнего супермаркета их держурило много. Варвара стащила с себя брюки и топ с вкладышами, оставшись в одних трусах. Она даже не думала, что в деканат в столь позднее время может кто-то войти, к тому же вокруг стояли густые сумерки, поэтому потенциальный нежданный гость все равно бы не успел ничего разглядеть. Девушка аккуратно вытащила из чехла длинное бежевое платье с мелкими блестками, прилегающее к телу словно вторая кожа. Она откладывала на него с двух зарплат и на прошлой неделе наконец купила. Теперь настала пора выгулять эту красоту на концерте. Вообще Петр Семенович, дирижер и глава оркестровой труппы, не требовал на каждое мероприятие иметь новый наряд, но Варя, которая во время учебы в консерватории успела выступить в нескольких ресторанах (заработок в большом городе никогда не помешает, особенно если ты - студентка и живешь лишь на стипендию и небольшую помощь от родителей) и прекрасно знала, какую весомую роль играет внешность и одежда певицы, поэтому на концертах всегда старалась выглядеть красиво, а также как можно чаще менять платья, либо комбинировать наряды, чтобы запоминаться зрителю голосом, а не как “девушка в одном и том же”. Варя аккуратно просунула голову через подол платья, чтобы не испортить прическу, и напевая строчки из песни Майкла Бубле, которой должна была открывать концерт, начала протискиваться в свой узкий наряд. - It's a new day It's a new life For me And I'm feeling good Удивленный свист за спиной заставил девушку замереть и остановить пение. Может это машина на улице резко остановилась? - Это я удачно за чаем зашел. - раздался где-то в районе дверей голос Мухоморова. - Shine - сияй! Вроде так переводится. Если после того, как обреченная Варвара только услышала информатика и подумала, что день уже не может стать хуже, то благодаря его подсказке вспомнила про светящиеся в темноте труселя, которые были на ней надеты, осознала - нет, может! - Мило и соответствует вашему характеру, Варвара Николаевна. - вежливо добавил голос Виталия Михайловича, пока девушка, пыхтя, активно влезала в платье. Она молча поправила подол и корсаж, а после грозно оглянулась на Мухоморова, отплевываясь от своих мелких каштановых кудряшек, залезших в рот. Варино лицо было красным от усилий, но стыда перед информатиком она не испытывала. Уж слишком ничтожный он человечишка. Облокотился о стол замдекана, ухмыляется белозубо и поигрывает не распакованной коробкой с чайными пакетиками в руках. Смотреть противно. “Ууууххх… так бы и бросила в него дыроколом!” - злобно подумала Варя, а после быстро запихала одежду и чехол в пакет, подхватила микрофон, сумочку и независимо потопала на своих невысоких бежевых лодочках в сторону выхода. Виталий Михайлович вдруг воздвигся в дверном проеме, загородив его собой, и с высоты своего роста (метр восемьдесят пять, не меньше!) посматривал на девушку с тем самым новым и непонятным темным огоньком в глазах. - Пропустите, я опаздываю. - как можно спокойней и уверенней произнесла Варвара, не отступая. - Могу подвезти. - информатик вздернул черную бровь, но не отошел. - Я возьму такси. - девушка хмуро посмотрела на экран телефона, зажатого в руке. Циферблат показывал 35 минут. Еще пять минут, и Варя точно опоздает. - Виталий Михайлович, давайте вы меня сейчас пропустите, а завтра можете сколько угодно шутить над светящимися трусами, ладно? - Басманова выдохнула, стараясь держать себя в руках. Если она сейчас разорется, то последствия могут быть непредсказуемыми. - Да я и не думал над этим шутить. - удивился мужчина, а после вновь произнес обманчиво спокойным тоном. - Говорю же, давайте вас подвезу. У меня машина рядом совсем припаркована. Вам куда? В “Амелию” или “Лабрадор”? Вроде бы это единственные приличные рестораны в нашем городе, подходящие для свиданий. - Бл*ть, просто уйдите с дороги! - Варя все же потеряла терпение и следующие слова уже прорычала. - У меня работа! И если через двадцать минут я не буду на месте, то подведу кучу людей! - Так вы - эскортница?! - челюсть Мухоморова пораженно отвисла, и Варя с огромным наслаждением вмазала по ней правым хуком, а после, оттолкнув, удивленного информатика, со всех ног понеслась к выходу из института. Если доплатить таксисту по двойному трафику, то наверняка он сможет ехать и побыстрее. “Эскортница! Пфф….! - девушка просто плескалась яростью, несясь по ступеням лестницы на первый этаж. - Тварь! Мухомор проклятый! Да чтобы у тебя секс только со старухами был!” Она слышала, что за ней кто-то бежит, но не обращала на это внимания. - Варвара Николаевна! - летели девушке в спину окрики информатика, когда та уже выскочила из главного входа педа и понеслась в сторону стоянки возле ближайшего супермаркета. - Варвара! Варя! Варь, ну, прости меня! Я - идиот! Крепкая мужская рука ухватила варин локоть, тормозя ее на половине пути. - Прости меня! - Мухоморов развернул девушку к себе лицом и, тяжело дыша, начал извиняться. - Просто с утра ты сказала про свидание, а сейчас про работу и деньги. Еще и платье такое красивое, вот я и подумал, что… Варя молча и с размаха ударила его по правой щеке. На левой уже краснел след. - Машина, говоришь, есть у тебя? - девушке совсем сорвало крышу, потому что она сильно опаздывала и прямо сейчас подводила целый оркестр, Петра Семеныча, а еще гостей и людей, которые просто придут посмотреть. - Есть. - покорно кивнул Мухоморов, морщась от боли и потирая щеки. - Так вот, слушай меня сюда. - Варя схватила его за предплечья (выше не доставала) и затрясла, что есть сил. - Сейчас ты сажаешь меня в свою тарантайку и везешь к парку Победы со всей возможной скоростью, нарушая всевозможные правила, а после сразу же уезжаешь восвояси. Понял? Виталий Михалович вместо ответа пялился на разъяренную девушку расширенными от удивления синими глазами, а потом с тихим восхищением произнес: - Ахуеть… Варина рука поднялась для третьей пощечины, и мужчина тут же взбодрился, быстрым шагом направившись вправо, за небольшой парк, окружающий пединститут, в сторону, где находилась автостоянка. Варвара Николаевна неумолимой карой следовала за ним. Она молча забралась в гостеприимно распахнутую послушным Мухоморовым дверцу серебристого джипа, а после уставилась в окно, неторопливо стуча пальчиками по сумке с микрофоном. Информатик меж тем, быстро сориентировавшись, завел машину и всю дорогу гнал молча, опасаясь очередного акта насилия со стороны девушки. Надо сказать, до парка он добрался даже не за 15 минут, а за 10, затормозив возле ворот. - За. Мной. Ходить. Запрещено! - четко произнесла Варвара, тыкая пальцем в грудь Виталия Михайловича, а потом выбралась из машины, и гаркнув “спасибо!”, со всей дури хлопнула дверью, потому что прекрасно знала, что мужиков это сильно раздражает. По итогу на месте проведения концерта девушка появилась практически вовремя. На парковых лавочках уже были заняты почти все места, а музыканты оркестра настраивали инструменты. Варя поздоровалась с коллегами, извинилась за опоздание и тут же принялась подключать микрофон. Она прекрасно понимала, что если бы опоздала, Петру Семеновичу пришлось бы перестраивать программу, поэтому… на Мухоморова девушка и злилась, и одновременно нет. Просто… Чего он к ней так привязался? Сначала с утра со своими странными вопросами и взглядами приставал, потом уже вечером. Непонятный человек. Варвара отогнала от себя эти мысли, и, спрятавшись за колонкой, принялась поправлять прическу, пока остальные музыканты неторопливо рассаживались на выставленные на сцене стулья. По итогу начало концерта все равно пришлось отложить на десять минут, так как Петр Семенович потерял пюпитр и ноты с заметками, которые потом долго искали по оркестровой газели. Когда все, наконец, было улажено, Варвара Николаевна со своей привычной сценической улыбкой вышла к микрофонной стойке, находящейся чуть сбоку и спереди от музыкантов, и ясным взором оглядела зрителей. На лавочках присутствовали в основном семьи с детьми (эти уйдут, скорее всего не дослушав, еще до восьми вечера), пенсионеры, парочки и собачники, которые как раз выгуливали своих питомцев перед ужином. Варя ловила взгляды каждого и мельком улыбалась гостям ровно до тех пор, пока не наткнулась на синие глаза Мухоморова, который в ответ удивленно рассматривал девушку, приготовившуюся петь. Варвара еле удержалась от того, чтобы не показать ему средний палец. Нет. Ну, это вне всяких рамок! Видимо завтра ей все же придется писать заявление на увольнение и искать новую работу, потому что этот товарищ растреплет про варин талант всему институту, и деканша с хищным оскалом тут же попытается заставить девушку петь на ближайшем празднике какую-нибудь избитую композицию под ужасный звук и фонящий микрофон. Это очень подпортило Варе настроение, но она заметила кивок Петра Семеновича, глубоко вдохнула, выдохнула, настраиваясь на ту работу, которая предстояла ей сейчас, и отринула все свои беспокойства. Потревожиться можно и потом, а сейчас время - петь. Честно говоря, Варвара внутренне кайфовала от того, как знакомые всем песни (порой откровенно попсовые или слишком ретро) меняли свой характер и атмосферу, будучи перестроенными под симфоническую музыку. Они обретали глубину, объем и иные смыслы, которые не были ощутимы и понятны ранее. Конечно городской оркестр предпочитал классические и традиционные композиции, но чтобы идти в ногу со временем и привлекать больше зрителей (за что шло отдельное финансирование от органов власти), музыканты добавляли в свой репертуар и современные песни, которые были у всех на слуху. И здесь им очень пригодилась Варя, которая постепенно помогла оркестру перестроить свою работу на новый лад. Тем временем зазвучали первые аккорды той самой “I'm feeling good” Майкла Бубле, и девушка забыла обо всем, кроме песни. Ее лицо привычно держало улыбку, ее глаза смотрели на зрителей, но сама Варя была немного не здесь. Ощущения от выступления на живую публику всегда отличались от того, когда Варвара пела уже на камеру для своего блога. После Майкла Бубле девушка за все время двухчасового концерта исполнила еще пять песен, среди которых были три попсовые известные, одна народная и один романс. Также за Варей была партия флейты в некоторых классических композициях. К завершению концерта зрителей почти не осталось. Семьи и пенсионеры разошлись по домам, парочки убежали в глубину парка целоваться, а собачники - кормить своих питомцев. К завершающему номеру на задних рядах сидели лишь три алкаша с задумчивым интеллигентным видом, а вот на передней лавочке, занявши ее целиком, лежал Мухоморов в своем классическом стильном костюме, сложив на груди руки и глядя в звездное небо. Варвара, которая аккуратно упаковывала флейту, заметила, что информатик так и не ушел, и закатила глаза. Пьяный что ли? Виталий Михайлович вдруг резво подскочил с лавочки и легким шагом направился к сцене, где музыканты уже начали потихоньку складываться. Он хлопнул ладонью по деревянным доскам возле ног Петра Семеновича, и Варя увидела, что там теперь лежит несколько довольно крупных купюр. - У меня сегодня день рождения, я бросил своих унылых коллег и классно провел вечер. Спасибо! - громко произнес он. - А можно напоследок “Прекрасное Далеко”? Брови Варвары медленно поползли на лоб от удивления, а дирижер откашлялся и после переглянулся с коллегами. - Я скрипку еще не убрал. - первым отозвался скрипач Владимир Геннадьевич, который стоя проверял смычок. - А у меня синтезатор не отключен! - добавила сорокалетняя пианистка Анна Валентиновна. - К тому же, день рождения у человека. Что, ему теперь отказывать? Мухоморов вдруг шлепнул сверху уже лежащей суммы еще пять тысяч, и музыканты, которые уже складывались, остановились и вновь вытащили свои инструменты. Петр Семенович с интересом посмотрел на Варю. Вообще “Прекрасное далеко” оркестр исполнял в прошлом году, кажется на 1 июня, поэтому текст Варвара помнила относительно хорошо. Девушка пожала плечами, положила флейту в чехле на стул, а сама вернулась к микрофону, вновь подключив его к колонке. - Виталий Михайлович. - обратилась она к информатику, решив воспользоваться ситуацией. - Я спою эту песню лишь при условии, что вы не станете никому рассказывать, что я умею петь и выступаю с оркестром. Мужчина кажется удивился ее словам. Он подошел ближе к тому месту, где стояла Варвара, и произнес: - Да я и не собирался. - он вздернул правую бровь. - Вы хоть слышали, какие отвратительные колонки в институте? - Так вы - коллеги? - кажется, Петр Семенович облегченно выдохнул, услышав данный диалог. - Варенька, что же вы не сказали сразу, что знакомы с этим человеком? Конечно мы сыграем для него, хотя обычно заказы не берем. Ответ Мухоморова Варю устроил, одобрение дирижера успокоило, и она махнула рукой, показывая, что готова. Ладно уж. Информатик тем временем вернулся на лавочку и приготовился слушать. Вообще было странно, что он выбрал такую песню. От человека с внешностью Виталия Михайловича (а еще с его стилем одеваться и манерой поведения) ждешь какого-нибудь Макса Коржа или вообще Имперский марш (вот кстати странно, что этот любитель “Звездных войн” не заказал его). Мужчина выглядел трезвым как стеклышко, но Варя подозревала, что он все же пьян. Ну, не ожидала она подобных интересов от человека, который буквально пару часов назад назвал ее эскортницей. Тем временем со стороны Анны Валентиновной послышались звуки фортепиано, потом его подхватила скрипка, а Варвара, вновь забыв обо всем, начала петь. Девушка обладала голосом в тональности меццо-сопрано, что в целом не вязалось с ее внешностью, которая бы лучше сочеталась с лирическим сопрано. И тем не менее “Прекрасное далеко” не стало от этого хуже звучать. Слова песни из далекого детства как будто бы сами ложились на язык и пронзительными птицами вылетали в прохладный апрельский воздух, как бы стирая все неурядицы сегодняшнего дня. Ну, и ничего страшного, что Варя проспала. И что трусы светящиеся надела. И что опоздала. И что Мухоморов ее в одном белье увидел, а после о секрете узнал. Кстати, как там он? - Я клянусь, что стану чище и добрее, И в беде не брошу друга никогда, Слышу голос, и спешу на зов скорее По дороге, на которой нет следа. Варвара, как раз пропевающая эти строки, глянула на мужчину, который сгорблено сидел на лавке, и чуть было не запорола песню. Виталий Михайлович плакал. Вернее как. Скорее он пытался не плакать, вытирая свои покрасневшие глаза, словно бы хотел выжать из них все слезы заранее. И сдерживал всхлипы, закусив костяшки пальцев зубами. Басманова скорее собрала себя в кулак, чтобы допеть последние строки, а как мелодия утихла, отвернулась, не обращая внимание на проживающего какой-то личный катарсис зрителя, стала отключать микрофон и сворачивать провода. - Варь. - к девушке, закончившей сборы, тихонько подошла Анна Валентиновна, которая уже успела отнести синтезатор в газель. - Этот твой знакомый… там плачет до сих пор. Ты уж подойди к нему. - Он - не мой знакомый. - буркнула Варвара, глянув в сторону сгорбившегося на лавочке Мухоморова. - Просто коллега из института, который увязался за мной. Он пьян наверно. - Может у него случилось что-то? - обеспокоенно спросила женщина. - А то день рождение у человека, а он сидит и плачет в парке в одиночестве. - она вздохнула. - Сына моего Сашеньку так напоминает. Жалко. Ну, Варь… Ну, подойди. Может ему такси вызвать? Я бы заплатила. Басманова вздохнула. Ох, уж эта сердобольная Анна Валентиновна! И ведь она права. Информатик вообще с утра какой-то странный был. Девушка накинула поверх платья теплый кардиган, подхватила микрофон и сумки, попрощалась с коллегами и направилась к лавочке, где понуро сидел Мухоморов. - Виталий Михайлович, с вами все хорошо? - она остановилась сбоку от него, в паре шагов. - Да нормально. - прогнусавил мужчина, шмыгая носом. - Развезло просто. Песня больно красивая. Но с каждым прожитым годом я чувствую, будто бы ее смысл отдаляется от меня. - он так и не поднял головы, вытирая глаза. Наверное стыдился того, что заплакал. Варя молча вытащила из сумочки упаковку бумажных платочков и протянула их информатику. - Вам такси вызвать? - все же спросила она. - Не надо. - мотнул головой Мухоморов, вынимая салфетку, и громко высморкался. - Я тут в полукилометре живу, на Белознаменной. Машину свою поставил на стоянку у дома, как вас привез, и вернулся смотреть, что вы от меня скрываете. - он вдруг поднял свое лицо на Варвару и покачал головой укоризненно. - Такую красоту вы от меня скрывали, Варвара Николаевна. Да если бы я раньше знал, я бы на все ваши концерты приходил. Когда кстати следующий? - На Девятое мая! А после - каждое воскресенье недели до конца теплого сезона. - послышался откуда-то позади голос Петра Семеновича. - Приходите, оставим для вас место в первом ряду! Виталий Михайлович благодарно махнул дирижеру словно старому знакомому, а после вновь вернулся в свою унылую позу, вытирая салфеткой нос. Варя впервые видела этого мужчину в подобном состоянии. В институте он всегда был бодрым и веселым. Даже как-то жаль…. стало? - Какой-то вы не такой сегодня. - произнесла она свои мысли вслух. - У вас вообще друзья есть по жизни? Почему вы торчите в парке в одиночестве? - У меня есть друг - Лего, но он сегодня уехал сразу после работы. И сестра. Она на соревнованиях пока. Завтра вернется. Мать с отчимом в другом городе живут. С утра звонили-поздравляли. - отчитался информатик и шмыгнул носом. - Я вообще планировал сегодня вернуться домой из педа и напиться, но не вышло. Как-то не вязались эти слова с веселым образом мужчины. А с другой стороны, Варя на свой двадцать пятый день рождения тоже плакала, лежа под одеялом, и не знала, почему. Просто все как будто бы стало другим. И мечта петь на большой сцене, и прочее… Личное “Прекрасное далеко” Варвары Басмановой оказалось не таким, как она себе представляла в детстве, или же могло стать таковым однажды, просто на это требовалось гораздо больше времени и сил. - Но мне кажется, я провел этот вечер куда лучше, чем планировал. - Мухоморов вдруг вновь лег на лавочку плашмя. Кожа его век покраснела, но в целом информатик выглядел неплохо. Он глянул на девушку и добавил: - И вы, Варвара Николаевна, тому причина. Особенно ваше пожелание. - Какое? - Варя удивленно вскинула брови. Она не помнила, чтобы желала чего-то конкретного Виталию Михайловичу на его день рождение. - Ну, а как же? Shine! - мужчина вдруг широко и обаятельно улыбнулся, вновь напомнив себя обычного. - Словно звезда на небе. Варвара сначала не поняла, а потом как поняла, вспомнив свои светящиеся трусы. Ну, все! Этот мужик теперь в порядке, а ей пора домой! - Всего вам доброго. - процедила она, подхватила сумки, развернулась и отправилась в сторону выхода из парка. Ну, никакого сладу с ним! Неисправимый человек со специфическим чувством юмора! А ведь на секунду показался нормальным, фактически родной душой. - Варвара Николаевна! - Мухоморов догнал ее минуты через две. - Варя, ну постой. - Мы на “ты” не переходили. – проговорила девушка, не оборачиваясь. Когда этот тип от нее уже отстанет? - Между прочим ты перешла, когда била меня по щекам возле института. - заметил информатик, широко шагая рядом. - У меня теперь два синяка наливаются: справа и слева. Кстати, очень симметрично, так что я не жалуюсь. Ответственность возьмешь? - Не переживайте, студентки будут любить вас и так. - бросила Варя, мельком оглянувшись, и под светом парковых фонарей и, вправду, заметила синяки на щеках мужчины. - Все равно они не испортят ваш отвратительный стиль в одежде и акцент Си-три-пи-о. - О, ты заметила? - кажется Мухоморов был… доволен этим фактом. - Я пытался тебя развлечь. - Намекая на то, что я - пищащая коротышка Ар-два-дэ-два? - возмутилась Басманова и потопала еще быстрей. - Больше так не делайте. - Нет же. Я совсем не это имел в виду. Просто эти два робота… ну, как бы… друзья. - попытался оправдаться информатик, который легко успевал за девушкой. - Я вообще не думал о росте. Да и голос у тебя не пищащий, а такой … сочный наверное. Как у джазовой певицы. Хотя я совсем не разбираюсь в музыке. Варвара промолчала, чуть смягчившись, но шагу не сбавила. Они уже выходили из парка. - А на счет одежды, такая смешная вещь. - он вдруг хмыкнул. - Я специально так одеваюсь. Чтобы вызывать отвращение у студенток. Но это не помогает. “Конечно не помогает. - подумала Варвара, поворачивая в сторону Горьковской улицы. - Твоя лучезарная улыбка в совокупности с обаянием дают плюс десять к харизме, даже если ты будешь в мешке от картошки ходить”. Но вслух, понятное дело, не сказала. - Жалко, что мой стиль подействовал правильно лишь на тебя. - Мухоморов даже как-то грустно вздохнул и развел руками. - Нет, Линек, моя сестра, конечно советовала мне носить круглые очки, шмыгать и пожимать плечами, но это бы слишком разнилось с моим прежним образом. - А совет неплохой, кстати. - уважительно кивнула девушка. Сестра Виталия Михайловича действительно разбиралась в уровнях стремности мужиков. - Но с другой стороны, а зачем вам отпугивать студенток? - удивилась она. - Вы с такой рожей каждый день к институту подходите, как будто в бордель собрались, а не… Ой. - Варя заткнулась, осознав, что ляпнула лишнего, и опасливо глянула на информатика. Тот некоторое время пораженно смотрел на нее в ответ, открыв рот, а после медленно проговорил: - Каждый день, приближаясь к институту, я представляю, что его больше не существует. - мужчина настолько был возмущен, что споткнулся и чуть не врезался в фонарь. - Это, между прочим, визуализация, Варвара Николаевна! Нужно наполнять желаемый образ позитивными эмоциями. - Погодите… Так вы тоже ненавидите наш педагогический? - девушка пораженно остановилась. - Да! - выпалил Мухоморов. Он поднял голову к небу и со всей силы крикнул: - Я отвратительный человек, потому что мне нужны деньги и я лижу жопы старухам, чтобы меня не выперли. Мне осталось работать два года по программе, и после я свалю! Варвара Басманова молча подошла к мужчине и от души протянула ему руку. Тот ее официально пожал, а потом они посмотрели друг на друга и расхохотались до истерики и слез, плюхнувшись на ближайшую лавочку. - Блять, Варь, у тебя теперь на меня компромат есть хуже моего на тебя. - проговорил информатик, когда отдышался и расслабился, запрокинув голову вверх. - Тогда мы квиты. - пожала плечами девушка, опираясь локтями о колени, и искоса глянула на Мухоморова, решив теперь точно обращаться к нему на “ты”. - Скажи по секрету, а со студентками ты спал? Мне нужен еще один компромат. - Ни хрена себе у вас интересы, Варвара Николаевна! - Виталий Михайлович выпрямился и немного неловко почесал затылок. - Первый год своей работы в педе я встречался с выпускницей, и да, было дело. А потом она уехала и меня бросила, потому что я не мог ехать вместе с ней. Второй год повторилась та же история. А на третий год одна девица начала меня шантажировать. И это было ужасно. - он недовольно мотнул головой. - Я еле разобрался с той ситуацией, и после поставил себе на студенток четкий запрет. Вот знаешь, если раньше вставало. - Мухоморов двинул рукой на ширинку. - Сама понимаешь, короткие юбки, декольте и всякое разное. То после шантажа и неудавшихся отношений, которые шли друг за другом, как отрезало. - М-да…. - пробормотала Варя, поднимаясь с лавочки. - Поучительная история. Говорят, “кашу маслом не испортишь”, но… видимо есть свои исключения из правил. - Так что, никакого компромата по этому поводу на меня не найдешь. - мужчина тоже встал и довольно ухмыльнулся. Когда они прошли мимо трехэтажек и оказались в районе частных домов уже ближе к окраине города, информатик удивленно оглянулся: - А ты где-то здесь живешь? - Родители. - мотнула головой Варвара, осознавая, что потащила за собой информатика, которому вообще не хотела раскрывать свое место жительство и адрес родственников. - Я квартиру снимаю, но у нас на улице воду отключили, поэтому я к ним ночевать напросилась, чтобы в душ сходить. - Просто… - потянул мужчина. - Хочешь, покажу, ради чего я жопу в пединституте девятый год рву? Девушка задумалась. С одной стороны Мухоморов не вызвал отвращения, а с другой… было непонятно, что у него в голове. - Дом, Варвара Николаевна! - информатик закатил глаза, заметив ее заминку. - По госпрограмме молодым специалистам в маленьких городах положена жилплощадь и машина. Но при условии, что десять лет отработаем. - А! - Варя поняла, о чем он. Она слышала про эти адские условия однажды от матери и осознала, что сама на такое ни за бы что не пошла. Хотелось иметь возможность уехать в любое время. - Ладно, пошли. - добавила девушка. Мухоморов показал в сторону улицы Петрова, которая находилась рядом с Луговой, где жили родители Варвары, и первым отправился туда. - Изначально я рассчитывал на квартиру. Но чиновники как всегда что-то намутили с документами, и мне достался старый кирпичный одноэтажный дом. Когда я понял, что произошло, было уже поздно. - пояснил мужчина, шагая по слабо освещенной фонарями и окнами жилых деревянных домиков улице. - Сначала я злился. - признался он. - Но потом вдруг вспомнил бабушку и деревню. Мы с матерью и сестрой всегда жили в квартире (летом это было адище), но в далекие дни моего детства, когда отец еще не ушел “за хлебушком”, меня отправляли к бабушке в деревню на каникулы. И это было самое лучшее время в моей жизни. - Виталий Михайлович вздохнул, вновь ероша пятерней черную шевелюру. - У бабушки был точно такой же дом. Не изба, как у других, а новый, кирпичный, с большими окнами, некрашеными рамами, кружевными занавесками. Внутри пахло деревом, потому что все стены обшиты деревянными панелями. - сейчас мужчина шел закрытыми глазами, словно бы вызывая в памяти образы из детства. - Там еще был большой стол и клеенчатая скатерть в зеленую клетку, а на ней ваза с пионами, тарелка с горячими блинами и менажница с медом. На плюшевом диване три кошки спят, за окном коричнево-белый пес бегает, и очень много всего растет. - кажется Мухоморов тайком вытер вновь набежавшие слезы. - В общем… Я решил, что большая удача, раз мне достался похожий на бабушкин дом, и начал его обустраивать. В основном своими силами, медленно, но… Вот, смотри! Он резко остановился, и Варвара, зачарованная его откровением, врезалась в плечо мужчины, а после повернулась туда, куда он показывал. Они стояли возле свежевыкрашенного в зеленый невысокого деревянного забора, от которого среди молоденькой травы и каких-то кустов вилась посыпанная песком тропинка в сторону небольшого домика из белого кирпича с узорчатыми вкраплениями красного. Сверху строение венчала листовая крыша, сделанная под черепицу и явно более новая относительно дома. Вокруг было темно, поэтому Варя не разглядела всех деталей, но жилище показалось ей довольно уютным, пусть и не обжитым. Было как-то… трогательно узнать подобный секрет и мечту Мухоморова. Вот теперь они с ним точно были квиты. Пение для Варвары несло примерно такой же смысл и чувства, как дом детства для Виталия. - Блин, жаль ключа с собой нет. В машине остался. - мужчина недовольно цокнул, роясь в карманах. - Дом конечно внутри пустой, но там почти все отремонтировано. Только с ванной и туалетом разобраться осталось, а еще с отоплением. - Я считаю, что это круто. - наконец, заговорила Варя. - По крайней мере теперь я понимаю, почему ты рыдал над “Прекрасным далеком”. Это оно… Твое Прекрасное далеко. - она показала в сторону дома. - Ты - одна из немногих, кто сказал, что это круто. - кажется Мухоморов был тронут. - Мне все, кроме Лего и сестры, советовали продать этот дом. - Вот и не вздумай продавать! - возмутилась Варвара. - Когда я отучилась в консерватории и вернулась сюда, люди вокруг говорили, что здесь я загублю свой талант, и мне нужно возвращаться в Питер. Потому что для них ценность таланта была равна количеству денег, которые он приносил. Но… - она опустила голову, разглядывая свои туфли и темную дорогу под ногами. - Я много работала, и теперь у меня есть свой канал, пока с десятью тысячами подписчиков, а еще маленькая звукозаписывающая студия, которую я постепенно наполняю оборудованием. Я понимаю, что исполнение мечты идет гораздо медленнее, чем представлялось раньше, но оно идет. И твоей тоже. С этими словами Варя развернулась и отправилась в сторону родительского дома на другой улице. Она и так слишком разоткровенничалась. Виталий Михайлович молча шагал рядом. Когда они шли уже по Луговой, откуда-то спереди послышались выстрелы и крепкая ругань. Информатик вдруг ухватил Варвару за локоть и потянул обратно. - Тут что вообще творится, Варь? Может тебе лучше в квартиру вернуться? - А, не парься. Это батя на хорька, который куриц наших душит, охотится. Он у меня - майор в отставке, вот и развлекается. - мирно произнесла девушка, уверенно шагая дальше, где уже виднелся ее родной дом - небольшой двухэтажный кирпичный коттедж в окружении цветущих яблонь. Мухоморов кажется сглотнул и отпустил варин локоть. Меж тем окно первого этажа родительского дома распахнулось, и оттуда послышался голос мамы Кати. - Коль, ну, может прекратишь палить, а? Соседи вон уж спят! - Катюх, я почти поймал его, погоди! Он к забору убежал! - голос отца звучал совсем близко. Послышался шум смородиновых кустов, и прямо у калитки вынырнул Николай Васильевич, майор в отставке собственной персоной в полосатых трусах, майке, шлепанцах и охотничьем ружьем наперевес. В зубах он крутил какую-то травинку. - О, Варька! - отец широко улыбнулся сквозь седеющие усы и открыл щеколду калитки. - Ты жениха что ли наконец привела? - он глянул на Мухоморова, а после крикнул в сторону дома. - Катюх, на стол накрывай! Вареник наша с кавалером пришла! - Пап, ну, это коллега. Преподаватель. - девушка закатила глаза. - Прекрати уже считать любого мужика, с которым я говорю, моим женихом. Проводил меня человек, сейчас домой пойдет. Информатик вдруг отодвинул Варю в сторону, выступил вперед и уверенно протянул Николаю Васильевичу руку. - Виталий Михайлович Мухоморов, приятно познакомиться. Отец ответил на рукопожатие и крепко хлопнул Мухоморова по плечу, а после повел в сторону дома. - Молодец, хороший мужик, здоровый! А Варьку не слушай. Все бабы сначала нос воротят, а потом прикипают. Девушка вновь закатила глаза, недовольно цокнула и отправилась вслед за родителем. Такая ситуация повторялась не впервой, и обычно потенциальные кавалеры после некоторого общения с батенькой-майором довольно быстро находили отговорки, чтобы уйти из гостей. Варвара прошла среди молоденькой зелени и зацветающих яблонь, вдохнула ночной апрельский воздух и осознала, что очень скучала по родному дому, где не гостила уже около двух недель. Дома горел свет и пахло свежими пирогами. Пока Варя и Виталий разувались, отец успел прошлепать босиком на кухню и тут же получил от мамы Кати нагоняй. - Штаны надень! И не стыдно тебе перед дочерью и гостем в трусах одних ходить? Мухоморов вдруг наклонился к девушке и тихо проговорил: - А я смотрю, у вас это семейная черта - в труселях перед людьми щеголять. Он тут же получил от Вари болезненный тычок в ребра и ойкнул. - Помолчи, иначе пойдешь домой и не попробуешь пирогов моей мамы, о чем потом будешь очень жалеть! Надо ли говорить, что Виталий сразу же сделался шелковым и послушным? Правда, это длилось до тех пор, пока он не уселся за накрытый стол и не начал отвечать на разные мамины каверзные вопросы, вновь превратившись обаятельного институтского болтуна. Иногда Варе приходилось намерено наступать Мухоморову на ногу, чтобы тот не перебарщивал, но в целом все прошло хорошо. Девушка с честью выдержала шипперские атаки своих родителей, и, спустя три часа, проводила информатика до калитки. Он, немного разомлевший от рюмки отцовской самогонки, сначала было пошел вперед, а потом развернулся, ухватил Варю в охапку и поцеловал в нос: - Варь, это. Спасибо за день рождения! - Виталий также легко отпустил девушку, махнул рукой и отправился восвояси. Басманова некоторое время стояла с открытым ртом, глядя вслед удаляющемуся информатику, который шагал почти вприпрыжку. Какой же дурак, а?! - Дурак, дурак, дурак… - пробормотала про себя Варвара, трогая покрасневшие щеки, а после вернулась в дом. Завтра начинались майские праздники и о всяких сложностях она будет думать завтра, а сейчас в душ и спать, перед этим аккуратно развесив свое концертное платье. *** На следующий день матери приспичило убрать чердак, потому закономерно Варя попала в эксплуатацию. Первомай, праздник труда ведь. Вдвоем они провозились там до самого полдника, пока отец топил баню и разжигал костер для шашлыков. Мама Катя как раз разбирала последний мешок в самом дальнем углу чердака и вдруг удивленно ойкнула. - Тут моя куртка с девяностых. - она бережно достала свекольно-розовый сверток. - Я в ней с твоим отцом на свидания зимой бегала, когда он еще ефрейтором был. - Не выбрасывай. - Варя улыбнулась. - Память же. Пусть хранится. А что там еще есть? - Да хлам всякий. - мама вытащила свернутые старые занавески, а за ними пакет с обрезками ткани и какой-то белый в зеленую клетку прямоугольник. - Выбрасывать надо. - Стой! - Варю будто что-то стрельнуло внутри, и она подняла с пола клеенчатый бело-зеленый сверток в старой упаковке. - А это что? - Скатерть. На свадьбу с Колей нам кто-то из родни подарил. - мать удивленно вздернула светлые брови. - Тебе нужно что ли это старье? - Это ретро, а не старье. - девушка полностью повторила ее жест с бровями. - К тому же, скатерть новая совсем, даже не распакованная, так что я заберу. - Тебе бы в девяностые! - усмехнулась мама Катя, складывая ненужные вещи в мусорный мешок. - Там такими скатертями все прилавки рынка были устланы. - Но сейчас-то их уже нет. - возразила Варвара, отложив скатерть к окошку, и стала помогать матери убирать последний мусор. - Ладно, понятно все с тобой. - улыбнулась женщина. - Пойдем уже, мешки стащим. Коля их на свалку отвезет. Варя одной рукой подхватила свою находку, второй - мусор, и они с мамой спустились на первый этаж. “Там еще был большой стол и клеенчатая скатерть в зеленую клетку…” - звучали в голове Басмановой слова Виталия Михайловича, которые тот произносил таким теплым и щемяще-печальным тоном, с каким наверное не разговаривал ни с кем. Это так сильно врезалось в память, что у девушки рука не поднялась выбросить найденную на чердаке и очень похожую по описанию скатерку. Конечно Варя оправдывала это тем, что хочет забрать ее к себе на квартиру, но по итогу, шестого мая, в рабочий промежуток между выходными притащила находку в институт. Работы как всегда было невпроворот. Лаборантка Леночка божилась, что так бывает лишь весной, поэтому Варвара, стиснув зубы, с огромной скоростью набирала очередной документ на печать, таблицу-эксель и другие непонятные штуки. Наливала кофе, бегала к принтеру, чтобы распечатать лекции для пожилых преподавательниц, и возвращалась обратно. К обеду стало полегче, и девушка было собиралась устроить себе перерыв, как в деканат заглянул сияющий аки солнышко Виталий Михайлович, почему-то очень прилично одетый (черные брюки, стальная рубашка, пиджак, часы и даже, мать его, парфюм присутствовал!) Мужчина подмигнул Варе и устремился в отдельный кабинет декана со стопкой каких-то листов на подпись. - Так, я на сегодня отпросилась, у парня день рождения. - Леночка торопливо свалила в сумочку свои вещи, подскочила и захлопнула ноутбук. - Пока… - уныло пробормотала Варвара, глядя коллеге вслед, и второй раз потянулась к контейнеру с перекусом. Тут дверь кабинета деканши распахнулась, и на пороге вновь показался довольный Мухоморов. На сей раз он проследовал к вариному столу, оперся на него руками, обдав девушку шлейфом дорого парфюма, чуть наклонился, загадочно блеснув синими глазами, и прошептал: - Я нашел тебя в тик-токе и на ютубе и подписался с трех аккаунтов. Басмановой только и оставалось, что закатить глаза. - Значит будет на кого заявление в полицию писать. - добавила она, расчищая стол от бумаг. - А ты, кстати, чего не уходишь, Варь? Сегодня же короткий день. Почти все уже по домам отправились. - поинтересовался Виталий Михайлович, ловко перехватывая стул и садясь на него спереди, удобно оперев локти о спинку. - У меня этот день - не короткий. - девушка поджала губы и кивнула в сторону ноута. - Нужно разобраться документами. Уйду в пять как обычно. Информатик открыл было рот, чтобы ответить, но тут дверь деканата распахнулась, и в проеме появилась толпа пестро одетых студенток. Одна из первых девушек, аккуратная блондиночка в черной юбке и белой блузе, мило улыбнулась, стрельнув глазками в сторону Мухоморова, и проговорила: - Виталий Михайлович, а мы группой вас в пиццерию пригласить хотим с нами посидеть. В честь праздников и вашего дня рождения. Прямо сейчас. Идемте? Кажется на миг Варя уловила в синих глазах мужчины панику, но потом он уверенно обернулся, так и не вставая со стула: - Девушки, прошу простить, но я с Варварой Николаевной обедаю. Пиццу уже сюда заказал. На лицах студенток отразилось яркое разочарование. Некоторые девушки злобно зыркнули в сторону Басмановой, блондиночка приторно улыбнулась, попрощалась, и дверь в деканат захлопнулась. - Фух… - Мухоморов расширил глаза и комично обвис на стуле. - Пронесло. - Вообще не вижу проблем в том, чтобы сразу обозначить со студентами правильную дистанцию: ты - преподаватель, а они - обучающие. И не выдумывать отговорки каждый раз. - Варвара громко поставила контейнер с салатом на стол. - Кстати, а когда пицца приедет, которую ты заказал? Учти, я люблю с ананасами и размера плюс сайз. - Щас и приедет. - обаятельно подмигнул Виталий, легко ухватывая трубку деканатского телефона с Ленкиного стола, и набирая там какие-то цифры. - А размер плюс сайз и так у меня с собой. - его хитрый взгляд на миг опустился куда-то в сторону брюк. Варе уже некуда было закатывать глаза, но она все же это сделала, пока информатик делал заказ в пиццерии. - На счет дистанции. - мужчина вздохнул, опуская трубку. - Мне все еще с этим сложно. С одной стороны, дистанция необходима, чтобы у девушек не возникало ненужных надежд на сближение, слухов и недомолвок, с другой стороны, приятно быть на короткой ноге со студентами, потому что таким образом они охотнее соглашаются на участие в каких-то институтских проектах и конкурсах. А это - плюс в мое личное дело и резюме. - он обаятельно подмигнул. - Вероятно преподавателям с этим сложнее. - заметила девушка, включая чайник и постепенно смиряясь с присутствием Мухоморова в пустом кабинете. Все равно было скучно. К тому же, он явно платит за пиццу. - Я кстати кое-что нашла на чердаке дома. - проговорила Басманова, когда вновь вернулась за стол уже с двумя кружками заваренного чая, протянула одну мужчине, вторую поставила перед собой и полезла в сумку. - Ну-ка… - Виталий с любопытством вытянулся, внимательно наблюдая за тем, как Варя достает из сумки прямоугольный сверток в характерную зелено-белую клетку. - Не знаю, была ли такая же у твоей бабушки, но мама сказала, что эта скатерть с девяностых не распакованной у нас дома лежит. - девушка протянула подарок Мухоморову. - Так что, дарю. Мужчина некоторое время держал скатерть в руках, во все глаза ее разглядывая, а потом поднял взгляд и медленно потянул: - Ваааарь, это же она самая… Слушай, спасибо тебе огромное, я… я не знаю, слов нет… У Виталия Михайловича сейчас было такое же выражение лица, как и в день его рождения, когда он девушку в порыве чувств в нос поцеловал. Не хватало еще, чтобы это опять повторилось. Неловкость потом заминать. Ну… их, эти непонятные проявления чувств со стороны информатика. С этими мыслями Варя нырнула под стол. - Ты чего там спряталась? - спокойно поинтересовался Мухоморов. - Да шнурок завязываю. - оправдалась Басманова. У нее вдруг возникло ощущение, что он понял суть ее увертки. - О, а нам пиццу уже привезли. Пойду заберу. А ты головой не стукнись, пожалуйста. - заметил он. Послышались удаляющиеся шаги, и мужчина вышел из кабинета. Интересно, он расстроился? Варвара все же треснулась макушкой о край стола и вылезла наверх, потирая ушибленную голову. Мухоморов вернулся через пять минут, довольный, как ни в чем не бывало неся в руках картонную белую коробку с огромной пиццей и две упаковки с картофелем фри. - Все, убирай ноутбук, Варвара Николаевна, сейчас будем с тобой обедать. За едой разговор стал более непринужденным. Виталий Михайлович ел за двоих, плюсом сожрал еще и варин салат из квашеной капусты, клюквы, орехов и грибов. После обеда информатик никуда не ушел и принялся помогать девушке с оставшимися документами, заявив, что дома ему скучно, потому что сосед Лего вновь будет собирать огромный звездолет из деталек лего и жаловаться на тупых студентов техникума, кто-то из которых дал ему (тоже преподавателю, заметьте!) смешное прозвище “Ебанатыч” (прим. от автора: отсылка к ориджу "О, тепленькая пошла...") Варя на самом деле не особо и возражала против помощи, потому что ей очень хотелось закончить работу поскорее. Погода на улице была удивительно ласковой и теплой, где-то в районе двадцати градусов. Нужно будет забежать в ДК на репетицию оркестра на часик, и потом - свободное время! С бумагами разобраться удалось аж к пол четвертому, и довольная Варвара засобиралась домой. Она отключала везде компьютеры, телефоны, интернет, а Мухоморов все не уходил, ждал ее в коридоре, сидя на подоконнике и глядя в окно. - Варь, а может сходим куда-нибудь? - спросил ее информатик, когда она закрыла дверь деканата. - Я сейчас в ДК на репетицию. - девушка немного стушевалась. - О, отлично! - Виталий довольно подскочил, подхватив свой дипломат. - Я пойду с тобой и даже тебя подвезу. Он, мелодично посвистывая, уверенно направился вперед. Варя какое-то время смотрела ему в спину, а потом махнула рукой и зашагала следом. Ну его, этого Мухоморова! Да и Анна Валентиновна вчера спрашивала, “а как дела у того плачущего мальчика?” Вот пусть и увидит воочию, что Виталий Михайлович в конец обнаглел, радуется жизни и процветает. - А ты когда в последний раз простужался? - спросила его девушка, после того, как информатик завел машину. - Хмм… - он задумался, выруливая с институтской стоянки. - Кажется в детском садике. - Значит, правду говорят, что дураки не болеют. - Эй, у меня вообще-то ветрянка была во втором классе! - Это не показатель. - Варь, ну ты! Как всегда. Мухоморов легко рассмеялся и быстро глянул на Варвару, которая тоже улыбалась в ответ, а после вернулся к дороге. - Вот, ты, наконец, улыбаешься мне. - тихо заметил он. Об этих словах мужчины, сказанных непривычно нежным и личным тоном, Варя потом думала всю репетицию (которую информатик просидел в зрительном зале, раскрыв рот от удивления и наблюдая за тем, как музыканты начинают одну и ту же композицию сто раз подряд, преодолевая сложные моменты) и когда пела, тоже думала (получила от Петра Семеновича ласковый нагоняй за считание ворон). А после того, как они с Мухоморовым вышли на сумеречную улицу, оказалось, что началась первая в этом году гроза, и все мысли пропали. *** - Люблю грозу в начале мая, как ебанет! и нет сарая… - прямо сейчас Виталий Михайлович матерился сквозь зубы, пытаясь завести машину, но она глохла. - Бляяять! - кажется, мужчина впервые разозлился, немного нервно дергая ключом зажигания. Он отпустил руки, рухнул спиной на водительское кресло, а после повернулся к Варе, которая пыталась рассмотреть хоть что-то сквозь потоки воды, сплошняком стремящиеся по оконному стеклу. - Не знаю, в чем проблема. - честно признался Мухоморов, а потом с некоторым сожалением предложил. - Давай, я тебе такси вызову тогда? - Связи нет. - Варя включила экран телефона. Палочки сверху, которые обычно показывали уровень сигнала, полностью отсутствовали. Информатик вытащил свой смартфон и увидел ту же картину. - Такие грозы обычно быстро заканчиваются. - уверенно предположил он. - Подождем. Басмановой ничего не оставалось кроме того, чтобы согласиться с ним. Через полчаса и три неудачные попытки завести машину, она сдалась и проговорила: - Вообще я квартиру снимаю неподалеку. Ливень вроде не такой сильный уже, но я в погодной сводке с утра читала, что его на целую ночь обещают. Так что давай, собирай вещи, и ко мне пойдем. Я в машине торчать столько времени не хочу. Виталий Михайлович кажется немного подрасслабился и огляделся: - Блин, у меня даже зонта нет. - Скатерть! - вдруг вспомнила Варя. - Она же как клеенка… Ну, если ты конечно захочешь ее использовать в качестве защиты от дождя. - поправилась она. Мухоморов замер на мгновение, а после резво полез в свой дипломат, где лежал варин подарок. Спустя десять минут редкие прохожие, которых черт дернул гулять под сильным проливным дождем поздним майским вечером, могли наблюдать, как двое странных личностей, в обнимку, накрывшись сверху бело-зеленой клетчатой скатертью, бодро шагают от городского дома культуры, мимо кофейни “В-Кофе”, краеведческого музея и магазина “пятерочка” в сторону трехэтажек на Космической улице (именно из-за ее названия Варя и выбрала себе квартиру конкретно в этом месте). Скатерть из девяностых была сделана очень качественно, поэтому у Мухоморова и Басмановой намокли лишь лица и ноги, на которых импровизированного укрытия не хватило. Варвара отперла ключом квартиру, находящуюся на первом этаже, и шагнула в густые сумерки коридора. Она щелкнула выключателем сбоку от вешалки для одежды, но чуда не произошло. - Электричество вдобавок отключили. - проворчала девушка, разуваясь. Виталий Михайлович, зашедший следом и закрывший за собой дверь, аккуратно сложил мокрую скатерть в углу, снял свои ботинки и огляделся. - Миленько у тебя тут. - вежливо заметил он, рассматривая пестрые коридорные обои с цветами и какие-то вырвиглазные футуристические картины, висящие на стенах. - Эта квартира принадлежит местной художнице, которая раз в месяц стабильно дарит мне по одной своей работе. - ответила Варя, проходя на темную кухню, чтобы зажечь плиту, погреть чайник и найти свечи. - Я не очень соображаю во всех этих линиях и кругах, мне по душе овечки и поля, но неизменно вешаю на видное место подаренные картины, чтобы подлизаться к хозяйке квартиры. - Вот видишь, ты прекрасно понимаешь, почему я предельно вежлив с нашими институтскими старушками. - хмыкнул Мухоморов, ступая вслед за девушкой и усаживаясь на деревянный стул возле небольшого белого стола. Он тут же выхватил конфетку из хрустальной вазочки и с удовольствием засунул ее за щеку. - М-да, - проговорила Варя, роясь в настенном шкафчике в поисках заварки. - Мы с тобой, оказывается, отвратительные люди. Какой чай хочешь? Зеленый, черный или с фруктами? - Давай с фруктами. . - кивнул Виталий. - Девчачьи у тебя вкусы. - усмехнулась девушка, забрасывая пару пакетиков в заварник, и отправилась к холодильнику. - Вне работы я предпочитаю быть полностью честным, чтобы не терять человечности, и не молчу о своих истинных потребностях. - мужчина слопал еще одну конфету. - Кстати, извини за наглость, я исправлюсь и потом приглашу тебя в ресторан, но пока… есть что повесомее перекусить? - Тебе очень повезло. - Басманова вытащила из холодильника контейнер с холодцом и банку горчицы. - Моя маман дала. Доедаю уже вторые сутки и больше не могу. - Блин, Варь, ну, стряпню твоей матушки я теперь боготворю! - информатик сверкнул глазами и потянулся было к холодцу, но тут же получил по рукам. - Ай! - Руки мыть сначала. Мужчина подчинился. Варвара тем временем нарезала ржаного хлеба, достала ложки для горчицы, и чуть позже они на пару с Мухоморовым принялись уничтожать остатки домашнего холодца, который после всех перипетий сегодняшнего дня казался в сто раз вкуснее, чем обычно. Дождь на улице все лил и лил. Варя разлила чай по кружкам и достала пряники, а потом вдруг обратила внимание на мокрые брюки Виталия Михайловича, который во время уличной пробежки, пожертвовал большей частью скатерти для девушки. - Знаешь, у меня в шкафу случайно завалялись спортивные штаны и футболка, оставшиеся от бывшего. Могу дать. Они еще не распакованные, я в подарок заказывала на 23 февраля. - предложила она. При слове “бывший” информатик резко вскинул голову, и в его синих глазах вновь появился уже знакомый непонятный темный огонек, в котором Басманова с удивлением опознала ревность. - Ты хранишь вещи бывшего? - спокойным голосом спросил мужчина. - Ну, мне же надо чем-то полы мыть. - фыркнула девушка. - Ты сейчас или не выпендриваешься и берешь, что я предлагаю, или сидишь так, словно в штаны описался. Во взгляде Мухоморова отразилось удивление, а потом заискрились смешинки. - Буду рад принять от вас, Варвара Николаевна, любую гуманитарную помощь, чтобы спасти остатки своего былого достоинства. Спустя пятнадцать минут переодетый в сухое Виталий Михайлович с интересом бродил по вариной гостиной, часть которой была переоборудована под звукозаписывающую студию. Сама Варвара, тоже сменившая брюки с топом на удобный домашний костюм бежевого цвета, сидела на полу, копаясь в телефоне. Связи до сих пор не было, и это значило, что информатик еще не скоро уедет к себе домой. Девушка вдруг осознала, что вероятно, когда все общие темы для разговоров закончатся, им вдвоем будет неловко сидеть в молчании, и теперь не знала, что с этим делать. - Чего загрузилась, Варь? - мужчина вдруг уселся рядом с ней и заглянул через плечо в телефон. - Был бы свет, мы бы хоть фильм посмотрели. А так… даже и не знаю, чем тебя развлечь. - более менее оформила вслух свои опасения Басманова. - Не парься на этот счет. - просто пожал плечами Мухоморов и устремил взгляд в окно, за которым совсем потемнело, но фонари так и не зажглись. - Спасибо тебе в целом за то, что на улице не оставила. Мне до Белознаменной отсюда переть полчаса. Так что посижу просто так, ничего со мной не сделается. Я ж не подросток, который без гаджетов жить не может. - Им сейчас наверное особенно плохо. - хихикнула Варвара, немного расслабляясь. - Представь себе, оказаться наедине с собственными мыслями, без возможности отвлечься на короткие видео и болтовню в мессенджерах? И как наше поколение только в детстве-то выживало? - Я строил домики из подушек и одеял, забирался внутрь и с фонариком читал книжки. - кажется Виталий улыбался, вспоминая прошлое. Его плечо касалось вариного плеча, ненавязчиво, но тепло. - А я считала по секундам в скольки километрах от дома ударила молния. - проговорила девушка, обнимая колени. - Помню, почему-то всегда боялась, что однажды не успею посчитать, и молния ударит рядом. В этот самый момент сверкнувшая молния озарила гостиную, и Варя вздрогнула от неожиданности, а потом тут же подобралась и стала проговаривать: - Раз, два, три, че… Мухоморов вдруг двинулся вплотную, наклонился и прикоснулся к вариным губам, не давая ей договорить. С улицы раздалось громыхание, и, кажется, усилился дождь, еще яростнее забарабанив по окнам. Варвара удивленно расширила свои карие глаза и замерла, не совсем осознавая, что происходит. Она не ответила на поцелуй мужчины, но и не отстранилась, вдруг осознав, что ей комфортно вот так. - Одно твое слово, и я могу прямо сейчас уйти, а после на работе мы будем лишь здороваться. Я не стану тебе навязываться, Варь, потому что вижу, что у тебя и так обо мне мнение не очень. - шепнул информатик ей в губы, не отводя прямого честного взгляда. - Но если вдруг тебе хотя бы… не неприятно сейчас, то дай мне шанс исправить это мнение. - Просто я не понимаю, почему ты это сделал? - спросила она. - Зачем? что тебе от меня нужно? почему ты пристал ко мне как банный лист? - Нравишься ты мне потому что! - громким шепотом воскликнул Мухоморов, ткнувшись носом о ее нос. - Вот как пришла работать в институт, с тех пор и нравишься. Басманова очень удивилась этому его признанию. То есть, все вот эти дразнилки и цирк с роботом из “Звездных войн” были ради того, чтобы привлечь ее внимание? Как по-детски! Варвара фыркнула. - Вот чего ты смеешься? Я же серьезно! Ты меня все три месяца игнорировала и не замечала, будто бы я - пустое место, хотя я всегда с тобой первым здоровался. На каждом собрании на тебя смотрел. И шоколадки на твой стол подкладывал. - признался мужчина. - Так это был ты! - девушка вспомнила про альпенгольд с мармеладками, который появлялся на ее столе каждый рабочий понедельник. - Спасибо за пару лишних сантиметров на моей заднице. - Ха-ха. Я и дальше буду так делать. - Мухоморов вновь поцеловал ее в губы. Он как будто был немного зол от переизбытка эмоций. Синие глаза его лихорадочно блестели. - Ты меня игнорировала, а потом потешалась, а я тебя ревновал между прочим сильно, хотя знал, что это глупо! - и вновь информатик быстро поцеловал Варю, а после прижал ее к своему плечу. - Жестокая вы женщина, Варвара Николаевна. - В моих глазах ты долгое время был полным идиотом, вел себя как идиот и даже одевался как идиот. - призналась она, расслабляясь в его руках. Сердце громко билось, а голова кружилась от смеси запахов акватического парфюма и все еще мокроватых волос Виталия. - Вот уж спасибо. - пробурчал мужчина, с удовольствием потершись щекой о кудрявые варины волосы. - Выживал как умел. Басманова фыркнула и обняла его в ответ, уткнувшись носом в футболку, которая теперь точно пахла Мухоморовым. - Такой ты нелепыш, оказывается, Виталь. Знали бы все эти студентки, которые по тебе сохнут, какой ты дурак. - Называй меня Виталей, мне очень нравится. - кажется в голосе информатика послышались мурчащие нотки, и он вновь погладился о Варю щекой. - Ну, что, шанс мне даешь? - Ладно. - сдалась Варвара. - Но только при одном условии. Четкое обозначение дистанции со студентками. Никаких болталок в коридоре и совместных походов в пиццерию, кино и прочее, даже из-за вежливости и желания сохранить хорошее о себе впечатление. Если хочешь как по-старому жить, то без меня. Я таких вещей не терплю совсем. - Понял-принял. Сделаю. - согласился мужчина, крепче ее обнимая. - Но если бы ты была студенткой, то я вряд ли бы смог воздержаться от того, чтобы не сократить дистанцию между нами. - Несмотря на ошибки в прошлом? - спросила Варя с замиранием сердца. Сейчас ей было очень трепетно и тепло. - Ага. - вздохнул Виталя, кладя подбородок на ее макушку. - Вот такой я ужасный человек, Варюша. Не давал бы тебе прохода. - Да ты и в нашем положении прохода мне особенно не давал в последние дни. - фыркнула она. - На концерт за мной поперся, еще и смотрел, как я переодеваюсь. - Я просто не хотел упустить шанс. - проговорил он, а после с интересом двинул бровями. - Кстати, а где те классные трусы? Shine. - В комоде лежат. - Басманова немного напряглась. - Да, расслабься ты, Варь. - кажется Мухоморов даже хихикнул. - Не собираюсь я сейчас просить тебя их надеть и снять. Но, вот потом однажды… - потянул он мечтательно. - Главное, не выкидывай. - Буду тебя ими шантажировать. - пробормотала Варвара, успокаиваясь. Она была рада, что Виталий пока не настаивает на чем-то более серьезном, чем легкие поцелуи. Прямо сейчас Басманова не ощущала себя готовой переводить только начавшиеся отношения на следующий этап. Тем временем капли дождя вдруг перестали бить по окошку, а на улице зажглись фонари, проникая светом в гостиную. - Кажется, дождь кончился. - заметила девушка. - Угу. - Мухоморов лишь крепче ее обнял, совсем не желая отпускать. Он как будто бы был разочарован, что так не вовремя затихла непогода и дали свет. Варя это чувствовала. - Вообще моя мама звала тебя на пироги в выходные. Просто до сего момента говорить я про это не хотела. - призналась Варвара. - Шутишь? - мужчина отстранился и встрепенулся. - Мне очень нравится тетикатина стряпня, а ты еще и рассказывать не хотела. Конечно я приду! - Тетикатина. - передразнила его Варя. - Ты разговаривал с моей мамой всего раз, а ведешь себя так, будто бы с детства с ней знаком. Вообще, что за способность такая - везде сойти за своего? - Это, Варвара Николаевна, врожденная харизма. - Виталя убрал непослушную кудряшку с ее лба. - Правда, на тебя она не действует. Я тебе больше скажу. Мы с твоим отцом договорились, что я ему пол в бане перестелить помогу. - Когда вы успели? - девушка пораженно вытаращила глаза. - Когда ты по своим маленьким делам куда надо уходила. - усмехнулся информатик и ласково дернул ее за нос. За что получил кусь в губу, счел это за разрешение на более серьезный поцелуй и тут же им воспользовался. Целовался Мухоморов и вправду отменно. По крайней мере Варя минут на десять забыла обо всем, окутанная его присутствием и лаской. Когда действительно не стоило переходить границ, Виталий Михайлович знал, потому вел себя очень прилично. Домой он ушел спустя час, выторговав с Вари обещание встретиться завтра и вместе поехать к ее родителям в гости. Забрал высохшую скатерть, бережно сложив ее в пакет, зато забыл свой промокший костюм. Скорее всего намеренно, как подумала Варя, чтобы была возможность вернуться. “Вот же навязчивый тип” - она улыбнулась, аккуратно вывешивая пиджак, рубашку и брюки Мухоморова на бельевую веревку балкона. На улице было темно, пахло озоном. дождем и сиренью. Эпилог Год спустя На кухне маленького кирпичного, полностью отремонтированного коттеджа было прохладно и уютно, но Варя все равно открыла окно, выходящее в сад, и вновь вернулась к нарезке салата. С улицы доносились ароматные запахи готовящегося шашлыка, а еще голоса Витали и отца, которые рассуждали о том, что нужно ли пристраивать беседку к дому или поставить ее с другого края сада, среди яблонь. Мама Катя ушла проверить пироги. Как-то так получилось, что с того памятного майского вечера Мухоморов из ее жизни никуда не делся, скорее даже влился и прижился, постоянно показывая, что достоин быть рядом. Несмотря на свой образ раздолбая и всеобщего любимчика, Виталя оказался очень заботливым и верным. Слово свое о дистанции со студентками он сдержал, ни разу не заставив Варю беспокоиться. Зато студентки теперь очень переживали о странных отношениях какой-то лаборантки и их единственного-неповторимого бусечки-преподавателя, которые вдруг подозрительно быстро нашли коннект. - Варюша. - на кухню зашел Виталя в белой, испачканной сажей футболке и серых спортивных шортах. Он держал в правой руке телефон и выглядел озадаченным. - Лего звонил, сказал, что не приедет. - Почему? - удивилась девушка, вываливая вареную кукурузу из банки в салатницу. - Сказал, что живот болит. - Мухоморов почесал затылок. - Но судя по фоновым звукам, он дома, то есть в съемной квартире. - И что? - Варя достала майонез из холодильника. - Может настроение у него испортилось или устал? Пусть отдохнет. - Но дело в том, что мне сестра моя час назад позвонила, пожаловалась, что в общаге воду отключили, и попросилась в эту же квартиру, душ принять. - Виталины брови поползли наверх. - То есть… получается… они там … это… вдвоем? Может мне съездить, проверить, все ли с Линой в порядке? Варвара, удивленная данной новостью, задумчиво мешала ложкой готовый салат, а после ее вдруг озарило: - Слушай, а Лина… Эмм.. случаем не та самая студентка, в которую влюблен Олег? Помнишь, он недавно напился и признался нам, что ему кто-то из обучающихся нравится, потом еще у тебя совета спрашивал, что в таких случаях делать? - Линек и Олег…? - Мухоморов недоверчиво покачал головой. - Да быть не может. Сестрица при мне его последними словами недавно кляла за придирки на зачете. Я потому Лего и не говорил, что она у него учится, чтобы еще больше ей не вредить. - А ты напиши ей. - уверенно кивнула Варя. - Я думаю, что Лина - та самая тайная любовь Олега. По всем мутным его описаниям, характер - ее. Виталя с сомнением разблокировал экран смартфона и что-то быстро набрал в мессенджере. Буквально через минуту тут же пиликнул ответ. Басманова с любопытством пролезла под руку мужчины и уставилась на присланную фотку. Кусочек хорошо знакомой гостиной, экран телевизора с каким-то ситкомом и линины колени, на которых лежит коробка с наполовину слопанной пиццей* (прим. автора: история Лины и Олега в оридже "О, тепленькая пошла...) - Олег с грибами не любит. - кажется Виталя облегченно выдохнул. - Нет его там. - Пфф… - Варя ткнула в нижний правый угол фотографии. - А портмоне тогда чье на полу валяется? Мы с тобой самолично его Лего на день рождения дарили. - Бля-ааааать… - потянул Мухоморов, осознавая происходящее. - Тогда точно надо ехать. - Стоять. - девушка по-командирски ухватила мужчину за шиворот футболки. - Ты сейчас на улицу пойдешь салат относить, а после за шашлыками следить. Понял? - Ну, Варь… ну… - Ты Лего вспомни? Он вообще с девушками деревянный. А теперь Лину вспомни? Она побьет кого хочешь и не поморщится. Так что если за кого и переживать, то за Олега. - Варвара сверкнула глазами, а после вытолкала Виталю с кухни, всучив перед этим ему полную до краев салатницу. - Я сама Лине аккуратно напишу чуть попозже, поинтересуюсь. А пока никого не трогаем. Мухоморов сдался и задумчиво побрел в сад. Девушка улыбнулась, глядя из окна, как он ставит на уже почти накрытый стол тарелку с салатом. Варя чуть прикрыла окошко и вернулась к раковине, чтобы намыть фрукты. На ее безымянном пальце блеснуло в солнечном лучике колечко. Видимо сегодня о помолвке узнают только родители. Варвара приблизила ладонь с кольцом к лицу и вновь прочитала надпись, выложенную на золотом ободке крошечными бриллиантиками: “SHINE”