10: Город

Бледно-желтое небо среди бледно-серых футуристичных небоскребов пролетел стильный черный корабль. Он летел под неправильным углом, шатаясь в стороны как пьяный, угрожал врезаться во что-то, пролетел идеально над каким-то мостом, попытался поднять свой ност для высоты, и у него практически это получилось, он летел почти ровно над улицей, но все еще терял высоту, и в скоре столкнулся с асфальтом широкой трассы. Со скрежетом и искрами, вырывая за собой ров, разбивая на своем пути незначительные в размере брошенные машины. Проехав по асфальту метров 100, может больше, корабль остановился, вдавленный наполовину в землю, помятый и безжизненный. * * * Скар захрипел от глухой боли в плечах, спине и пояснице. Болезненно изогнувшись, пытаясь сомкнуть зудяшие лопатки. Чем больше он приходил в сознание, тем больше частей тела у него болело, даже те, которые он не знал что могут вообще болеть. Глаза открывать было неохота, до тех пор, пока он не осознал, где находится. Ведь он находился прямо посреди Атланта. Одного из крупнейших городов Сатурна. "Сатурна" - Повторил в своей голове Скар. Так он еще и живой был при этом, и даже не в плену. Он глубоко втянул прохладный городской воздух, таящий в себе нотку гари. Открыв глаза, он увидел картину удаляющихся куда-то вверх небоскребов, словно огромных извивистых спичек, среди которых он как оглушенный клоп валялся и смотрел в бледное небо. Градиентовые облака переливались разными оттенками серого. Как, впрочем, и весь город. Когда то он был белоснежным, но со временем этот материал тускнел, на него оседала пустынная пыль, окрашивала градиентовыми затемненными отенками на изгибах и платформах. Половину неба искаженной полоской, где-то вдали, сквозь полупрозрачные облака, было видно астероидное кольцо, окружающее весь Сатурн. Филигранные лучи солнца, под характерной перспективой просачивающиеся сквозь небоскребы, тонкими линиями падали на бледные стены, искустно создавая красочные солнечные зайчики. А тени небоскребов наваливалисб друг на друга паралельно лучам солнца, образуя хаотичную игру тьмы и света, украшающие улицы, стены, и сам городской воздух. Медленно поднявшись, осматриваясь, Скар всячески пытался размять болющую спину. Он даже не хотел вспоминать, каким было приземление. Стоял он посреди асфальтного рова, по одну сторону которого виднелся ошметок корабля, а по другую - многочисленные обломки, и где-то среди них, вдали, Скар заметил знакомую фигуру, лежащую на земле. Вокруг не было ни души, пустые улицы были наполненны мрачными машинами, как колесными, так и летающими, разбившимися о землю. Видимо, вспышка застала всех врасплох и здесь. Люди летели по своим делам, ехали к своим семьям, и за один щелчок пальца ничего не стало, Пустые машины камнем рухнули на землю, врезаясь в другие опустевшие машины на земле. Скар поймал себя на сожалении, но одумался. Эти семьи поощряли убийства семей на планете Скара. Никто из них не сопротивлялся режиму Сатурна, никто из них не проявлял сожаления семьям Скара. Они заслужили на такой исход. Разве нет? Но оборачиваться стоило. Все время изучая местность вокруг, Скар двинулся вдоль рова. Идти было не так уж и легко, игнорировать боль было сложно. Но интерес, интрига охватившая Скара превышала все другие чувства, инстинкты и рациональные мысли. Он шел прямо к телу Ромы. Обездвиженное, в испачканном костюме тело блондина лежало среди камней, фрагментов корабля, и трещин в земле. Этот момент был особенным. В этот момент Скар мог сделать со своим врагом то, что не мог сделать до этого в силу разницы силы. Скар все это время хотел сдлеать именно это. Взять какой-то острый кусок обшивки корабля, и вонзить в шею Ромы. За все, что он сделал. За убийство Бродяги. за шантаж, использование. Теперь у Скара не было ничего. Ярость, гнев овладели Скаром. Его взгляд выжигал тело Ромы, который медленно, незаметно, но дышал. Сейчас его враг был обездвижен, слаб, уязвим. Это шанс на миллион... Скар оглянулся вновь. Не было ли свидетелей. Он мог закончить все здесь и сейчас. Круговорот мыслей овладел им. Он словно очарованный, застывший в пространстве, смотрел вниз. Сделав глубокий вдох, выдох, он сосредоточился, начиная собирать все мысли в отдельные фрагменты, а фрагменты пытаясь выстроить в гармоничную последовательность. Во-первых, Бродяга был жив. Не было известно жив ли он сейчас, Рома же не захотел зачищать станцию от аномалий. Он решил оставить все как есть, и скинуться на планету. А что еще было делать Скару? Но не об этом. Во-вторых, Рома спас Скара. Каким бы не был Рома глупым, жестоким, лицемерным, корыстным и высокомерным, он спас Скара, пусть и в свою выгоду. Конечно, в эту ситуацию Скар попал именно из-за Ромы, но он переступил через себя, предав кодекс Сатурна, убив своих союзников ради врага... С другой стороны, Рома обязан был так поступить. Он сам втянул Скара в это все своими действиями. Он во всем этом виноват. В третьих, Скар не имел понятия, как вернуться на станцию и спасти Бродягу. Как минимум какой-то корабль нужен, как второй минимум нужно знать где эта станция вообще находится... Скар ни то ни другое без Ромы не сделает. Они были связаны, и это Скара бесило. Очень сильно бесило. И в один момент ярость начала тухнуть. Темная пустота наполняла душу Скара с каждым мгновением, словно внутренняя вспышка распространяясь и наполняя все тело Скара. Напряжение пропало, боль заглохла, а по щеке скатилась слеза, блестящая в филигранных солнечных зайчиках. Скар подметил дежавю его невезения. Он снова тянул огромное тело какого-то громилы, который был больше Скара, и тянуть его надо было снова черт пойми куда. Сначала вытащить из рова, затем протащить мимо машин на трассе, тащить куда-то по улице, вдоль хаотично разбросанных объектов, упавших рекламных вывесок, каких-то барикад. Пока он его тащил, солнце постепенно заходило за горизлнт, и солнечные зайчики становилсь краснее, темнее, и отдалялись от земли вдоль небоскребов. Покинув трассу, они оказались на специфичной улице, которая, фактически, шла под небольшим наклоном вдоль самой трассы, и Скар решил, что тащить бессознателньео тело Ромы вниз будет более разумной идеей чем вверх. В конце концов надо было найти какое-то временное убежище, особенно для предстоящей ночи, и даже не из простых соображений о том, что это вражеский город. Нет, здесь было нечто более пугающее. То, что люди после вспышки никуда не деваются. Потому Скар больше всего боялся встретить новых обитателей города, которые, скорее всего, вылезут с приходом темноты. Улицы были специфичными, неочевидными, и в конце концов Скар понял, что нужно спрятаться в каком-то здании. Но двери в городе не являлись дверьми в привычном смысле, как и все, что должно служить функцией классической "Двери", в которой дергаешь за ручку и самостоятельно двигаешь панель прикрепленную на петлях с одной стороны. В современности же подобного практически не было. Все дверные проемы представляли из себя механизмы, автоматически раздвагающие металлические пластины. Просто так их открыть было нельзя, лишь по специальному пропуску. И, как ни странно, любые двери в любое здание, постройку или что угодно были закрыты, либо вели в не самое надежное убежище. Скар уже порядком устал. Он не был готов тянуть такую кучу мышц, причем второй раз за последние сутки. А еще он давно не спал. Да, как ни странно, не смотря на технологический и Даторский прогресс в сфере модификации человека, который способен питаться лишь таблетками раз в определенное время, превышающее несколько дней, он все еще нуждается во сне. И Скар уже знатно устал. Словно спасение с небес, по правую сторону улочки была небольшая площадь, или что-то подобное этому. А за ней возвышалось невысокое здание, связанное сложными формами с ближайшими небоскребами, но само по себе являлось отдельным. И двери туда были без выпендрежа, они чем-то смахивали на стародавнее понятие двери, и оно было приоткрыто, словно кто-то забыл закрыть. Ну он туда и пошел, вернее, потащился. Толкнув характерные двери, выполненные в коричневом стиле, внутри он увидел стильный интервьер магазина. Это было уникальным местом: подобные магазины давно вышли из моды, потому это носило характер музея, для цинителей чего-то экзотичного и древнего. Такие места не были популярны и часто находились в какой-то глуши и неочевидных местах. Такие когда-то были и в родном городе Скара, который назывался Вентаун. До момента, когда его не стерли лазерами с орбиты. - Здесь кто нибудь есть? - Наивно спросил Скар. Его слова эхом отразились от дальних стен, а ответа не последовало. Восприняв это как разрешение войти в темное помещение, Скар потащил в него Рому, который все никак не мог придти в сознание. Хотя Скар задавался вопросом, как это вообще можно было выжить: потерпеть крушение корабля, попутно вылетев с него и приземлившись на ошметки трасы. Конечно, было очевидным, что их тела были крепче обычных, но у Скара все равно оставались подозрения. Вдруг Рома телекинезом смягчил падение именно для Скара и самого себя? Тем самым позолив вообще выжть. Но спросить об этом он мог лишь когда Рома придет в сознание, если вообще придет. Скар уложил тело в углу возле дальней стены, рядом с изящными выступами из стены, на которой, теоретически, должна была сиять какая-то голограмма, но по понятным причинам электричество отсутствовало. Скар уставше сел недалеко от Ромы, откуда было видно выход из здания, и впервые смог расслабиться. Расслабление, когда твои мышцы не должны быть в бесконечном тонусе, когда не нужно быть в постоянном стрессе, напряжении и неопределенности. Скар опрокинул голову, в эйфории расслабления его веки перестали держаться, он прикрыл глаза всего на пару минут, и тихо, беззаботно уснул. * * * Роме редко снились сны. Такая концепция как сон для него была забавной, даже абсурдной, потому что его сны если и являлись ему, то были размытыми образами хаотичных цветов, они почти никогда не имели смысла, и в основном просто представляли из себя кашу. Потому, когда он встал с туманной, влажной поверхности, он подумал что попал в рай. Очевидно в рай он не верил, но в этот момент был готов пересмотреть все свое мировоззрение, потому что он находился посреди облаков. - Неужели я пожертвовал жизнью ради какого-то глупого Юпитерианца? - Сам к себе произнес Рома. Его голос звучал по-другому, словно со стороны а не из его уст. Оглядываясь, он наблюдал красочную игру переливающихся световых лучей, исходящих за облаками в спонтанных местах, создавая градиент между тумано-образными объектами темных цветов, переходящих в сероватые а из сероватых в пышные белые тучи, окружающие буквально все вокруг, словно формируя "площадь", на которой стоял Рома. Но даже пол был покрыт лёгким туманом, сквозь которые он с трудом различал свою обувь. - Ау? - Все так же оглядываясь спросил Рома. От безысходности он начал двигаться, неуверенно шагая в туман, удивляясь идеально гладкой поверхности на которую он становился. Предчувствие было странным, без тревоги, без суеты. Его сомнения не вызывали какой-то яркой эмоции, словно он смирился со своей смертью. Но тут же его охватила ярость, комок гнева подполз к горлу, и он прищурился, набрался сил и, ничего не сделал. Он не знал что мог сделать. Желтоватый свет сквозь тучи на мгновение стал красным, в соответствии с его эмоциями, сквозь туман увидел криокапсулу, в которой под багровым светом отражалось лицо Анны. Родное, аккуратное лицо, спящее, бессознательное, текстурированными клетками кожи отражало Грозный свет. Но свет пропал, и видение пропало, все вернулось как было до этого. Рому настигло непонимание. - Ты наполнен верностью. - Тихо, спокойным тоном, нечеловеческими нотами прозвучали вселенские слова сразу отовсюду. Рома бесполезно оборачивался, пытаясь увидеть хоть что-то четкое. - Кто здесь? - Но твоя жизнь переполнена противоречиями, эмоциями, нерациональностью... - Тихий голос обрёл нотки печали и тоски. - Отлично, спасибо. Я умер, и теперь меня будут судить? - Рома язвительно развел руками и продолжал оглядываться. - Нет, Рома. Ты не умер. Но судить себя будешь ты сам. - Кто ты? Где я? Можно пожалуйста ответить? - Такой нетерпеливый... Как те, кого ты презираешь. Тебе не кажется это очередным противоречием? Рома сделал глубокий вдох, выдох, и снова вдох. Перестав ёрзать, он опустил руки, и холодным взглядом всматривался в точку, откуда, как он предполагал, доносился голос. И голос утих. - Я слушаю. - Хладнокровно спросил он, на самом деле сдерживая сильные эмоции. - Наконец. - Торжественно произнес нечеловеческий пространственный голос. - Но наш основной диалог будет позже. Как и близкое знакомство. - Хорошо. - Подтвердил Рома. - А сейчас что? - Сейчас я скажу тебе кое что важное. Любой ценой не позволь Скару попасть в руки врага. Даже ценой самого себя. - Какого? - Ты поймёшь на месте. - А мне что с этого? На мгновение повисла тишина. - Я излечу Анну. Рома был в замешательстве. Но все вокруг начало пропадать, темнеть, рассеиваться, как и туман, расходившихся в стороны и оголяющий прозрачное пространство. Туман расходился в форме туннеля, демонстрируя бескрайний плоский масштаб реальности. А затем все пропало. Но в самом конце, перед темнотой, сквозь туман Рома углядел странный силуэт возвышающейся над туманом структуры, напоминающей пирамиду. * * * Скар проснулся от чего-то мешающего ему дышать. По началу он и не понял, что не так, до тех пор, пока не понял, что он ничего не видит. Широко октрыв глаза и дернувшись, осознал, что его голову что-то держит со всех сторон. Тут же ощупывая объект вокруг своего черепа, он осознал, что это что-то органическое, и попытался это от себя оторвать с неистовой паникой. Внезапно в кромешной темноте на него взглянула огромная улыбка, две белых точки и огромная, острая улыбка "от уха до уха", оно издало громкий вопль, сбивающий с толку и вызывающий ответный вопль ужаса со стороны Скара, он с силой отодрал это от себя и швырнул в противоположную часть помещения. Извивистое существо в множеством конечностей подобное пауку, мерзко и сколько перекатывалось и дергалось пытаясь поймать точку равновесия, после чего застыло намертво, подняв свою неподвижную улыбку право на Скара. Неожиданным рывком оно дернулось в сторону, неестественными и неуклюжими перебежками оно направилось к двери и выскользнула сквозь небольшой проем. Скар сопровождал существо взглядом вплоть до выхода, а затем его кожа покрылась морозом, когда в дверном проёме он увидел чью-то голову. Да не простую, а лысую. Яркий звездный свет освещал вытянутую неестественную голову с черными впаднинами вместо глаз и широкой черной рваной улыбкой. Вместо носа у существа было две пропасти. Оно не двигалось, не дышало, словно просто картина висела в воздухе, выглядывая из-за угла, и смотрела прямо в душу Скара. А вот что делать сейчас Скар совсем уже не знал. Существо, судя по размерам головы, выглядело не маленьким, и просто откинуть его от себя чтобы оно убежало - вряд ли выйдет, а какого либо оружия здесь Скар не видел. Как же хорошо было Роме. Он мог управлять телекинезом, даже если это истощало, он мог свернуть шею любому подобному существу, создать барьер, а при достаточно мастерском владении телекинеза можно научится в какой то степени летать. Потому скар сильно завидовал бессознательному Роме. А нельзя было допустить, чтобы Рому съели. Скар пялился в дверной проем, и задавался вопросом, ведь дверь была закрыта, значит эти существа могут двери открывать, значит, что мешает этому упырю снаружи просто взять и залезть внутрь? Игра в гляделки длилась недолго. - Ну же... - Неожиданный, хриплый, многоголосый звук издался из рта, словно его пасть вела прямиком в бездну ада, откуда шептало около десятка усопших. - Подойди... Скар сглотнул слюну. - Да чёт не. - Ответил он, сам не зная зачем. - Ну подойди.. я не обижу.. - Продолжало хрипло сопеть существо сразу несколькими голосами. - Я сомневаюсь. Существо словно не ожидало такого ответа, слегка повернуло голову, изучая Скара под другим углом. - Сомнения избавляют тебя от радости... - Сомнения избавляют меня от удела быть съеденным. - Я не голоден... Я истощен скукой.. а вы здесь сидите, как забытый футбольный мяч... Что-то огромное на длинных лапах пробежало сзади. Существо обернулось, оглянулось, а затем резко рванулось куда-то в сторону. От его ломаных движений у Скара свело тело, будто это не его кости сейчас выламывлись в неестественном положении. Сломанное человекоподобное существо зарезвилось, словно... Испытывая страх. Затем на него налетело что то огромное, тонкое, с множеством острых конечностей, и начало резать ими бледное существо. Из его ран брызгала черная жидкость пачкая футуристичный белый мрамор и утробно визжать тысячами голосов, а темное существо не останавливалось, после чего накинулись на него, схватило, расправило огромные крылья и резко влетело, забрав существо с собой. Скар понял, где он находится. В городе смерти. Темный силуэт Скар узнал сразу и Дразги. Одни из считанных представителей жизни обитающей в пустыне, далеко за городами. Эти существа не были предусмотрены терраформатарами, когда создавалась твердая поверхность Сатурна, ещё при постройке городов, а именно агломераций соединяющих города между собой, рабочие стали замечать под покровом ночи страшные вопли, доносящиеся откуда-то далеко, а иногда даже над головой. А затем рабочие стали пропадать. Для всех было загадкой, откуда вылезли Дразги. Самая популярная теория - они обитали под глубокими слоями Сатурна которые не были изучены до конца, и это бы объяснило невероятную анатомию и характеристики существ: гибкие, но одновременно невероятно прочные, их не берут пули, а лазер лишь обжигает. Они крайне резкие, обладают множеством иголко-подобных конечностей и парой руко-подобных отростков, которые они могут прятать внутри своих тонких тел, подобных насекомым. С другой стороны их челюсти и общее строение тела больше напоминало смесь богомола и драконом. Единственный метод защиты от этих существ - тяжёлый концентрированный лазер, способны прожигать почти все за долю секунды. Очень дорогое, за то эффективное устройство. Таким оружием обладает каждый фрагмент стены, окружающей город, а так же самое мощное ПВО внутри города. Дразги были умными, они быстро усвоили, что нападать на города - дело гиблое, и никогда не приближались к ним. Они живут глубоко под песком, в пустотных пещерах под материком, а так же бурях. Неизвестно чем именно они питаются, но могут есть они буквально все, от человеческой плоти до микросхем внутри корабля. Потому просто так летать в атмосфере планеты было запрещено, и запрет вытекал из горького опыта, когда пропавшие корабли находили посреди пустыни, разобранные и обломанные как труп, обладающий крайне жестокими увечиями. Скар пытался осознать увиденное. Из-за пропажи людей, пропало питание, защитный купол, и угроза для Дразгов. Видимо, они ощутили это, и налетели на пустой город, в котором в них никто не стрелял. И теперь выстраивается совершенно новая эволюционная цепочка доминации, в котором Дразги доминируют над аномалиями, а аномалии доминируют над обычными людьми, которых в этой части города были единицы (по субъективным оценкам Скара). Было не по себе. А еще болела спина. Скар прям знал, что на утро его позвоночник скажет ему привет, но это наступило намного раньше. По ощущениям он не сильно выспался, но часть своих сил ему удалось восстановить. Безнадежно глянув на невинного Рому, Скар ужаснулся. У него были открыты глаза, но в них не было зрачков. Он находился все в той же позе, не издвавал ни звука, ни движения, вся странность была именно в его глазах. Выйдя из ступора Скара потянуло в сторону. Теперь он не чувствовал себя в безопасности даже здесь, а убегать наружу было еще опаснее. Не понятно, что было страшнее: очередная какая-то аномалия, или Дразги. Не отрывая глаз от Ромы, он заметил, как его губы шевелятся, словно он что-то кому-то говорит, но не было слышно не звука. В один момент он кивнул, а затем дернулся, его зрачки опустились откуда-то из-под лба, и он, приходя в сознание, начал осматриваться. В непонимании, как он тут оказался, он резко встал, и нервно остановил взгляд на Скаре.