Часть 1

      Как же я устала. Нет, правда, это уже ни в какие рамки. При поступлении на обучение на медсестру меня предупреждали, что работы будет много. При повышении квалификации на военной кафедре пугали ужасами, что, мол, "дерьма вы там навидаетесь, но привыкнете". Однако я ,словно романтичная ромашка, пропускала это мимо ушей и верила в святость своего долга помогать. Что каждый день буду на пару с врачом спасать жизни. Представляла, как меня благодарят родные, чьих сыновей и отцов я помогла вернуть на этот свет. Итог: кровь, гной, дерьмо (буквально) и куча бумаг. Вишенкой на торте служит постоянная критика со стороны руководства в нерасторопности и излишней мягкости.       А я всего лишь хочу быть милой. Ребята, которых латаю, и так видят мир только в черных красках. Если уж я их лишний раз не порадую шуткой и заботой клуши-наседки, то больше некому. И чего только стоит их благодарность после? Чувствую себя младшей сестрой всего отряда, которой каждый раз несут сладости при возможности и треплют по волосам, как щенка. Да, определенно мне нравится, как меня хвалят. Наверное, как и любому человеку. Но мурашки по коже бегут только от похвалы определенного.       Саймон Райли.       Я не знаю, как выглядит это мужчина. Я не знаю, что он любит и что нравится. Я ничего о нем не знаю. Вероятно, я выстроила в своей голове определенный романтичный образ эдакого мрачного огромного бугая. Холю свои фантазии и лелею. Млею, когда в редкие моменты он сухо бросает своим низким рычащим голосом "Молодец". Ощущаю мурашки, стоит слегка соприкоснуться нашим плечам в переполненном лифте. Легкое напряжение между ног, когда он приходит навестить своих в палату уже чистым после вылазки, пахнущий шампунем и в футболке, демонстрирующей крепкие предплечья. Этот мужчина большой. Нереальная гора перекатывающихся мышц. Такой грозный. Всё на его фоне смотрится маленьким и хрупким. И именно такой я себя и ощущаю рядом с ним, несмотря на свой достаточно высокий рост. Видимо, у меня есть комплекс определенный, который теряется рядом с этим дяденькой. Забавное прозвище, да? Я так называю его в своих мыслях.       Странно это будет назвать просто влюбленностью. Я не думаю о совместной жизни с ним, о свиданиях и романтичных воссоединениях после военных действий. Когда он рядом, в той же комнате, мне просто хочется его задержать на подольше. Хочется привлечь к себе внимание. Заслужить похвалу. Поймать на себе взгляд угольных глаз. Это все напоминает скорее восхищение и обожание.       Но опять же, я не настолько дура, чтобы надеяться на нечто большее, чем быть коллегами. Гоуст слишком профессионален, а я слишком робкая. И не его уровня. Как минимум у меня между ног нет ножа или курка от пистолета, а дяденьку будто в жизни больше ничего и не интересует. ***      Устало выдыхаю воздух, на секунду прикрыв уставшие глаза. В них будто скопился песок из-за монотонного сканирования бумаг в течении последних пары часов. Пальцами аккуратно массирую веки, стараясь не задеть лишнего. На ресницах сегодня тушь, не хотелось бы её размазать.       Утром я отпросилась у начальства на сегодняшнюю ночь из казармы. Еще пару недель назад меня посетила мысль, почему бы не сходить в ночной клуб и не развеяться. Из-за специфики работы подружек у меня нет, но потанцевать и выпить можно вполне спокойно одной. К тому же, в планы входит знакомство с каким-нибудь симпатичным молодым человеком. Время у меня такое, не до семьи и отношений. А вот найти приключение на задницу - часик другой есть. Хотя не то, чтобы я этим регулярно промышляю. Точнее, такой вот способ "отдыха" я буду пробовать впервые. Мне 26, а секс последний раз был года три назад. Или четыре. Честно говоря, я уже не помню.       Сложив аккуратно в стопочку заполненные документы и прибрав на столе, обвожу взглядом тусклый кабинет врача. Лампа освещает только рабочее место и поэтому в комнате царит полумрак. Сейчас ранняя теплая осень, но темнеть начало на улице уже намного быстрее. Из приоткрытой форточки тянет приятным прохладным воздухом, заставляя кожу покрыться легкими мурашками.       Поднимаюсь из-за стола и отодвигаю черный стул на колесиках. Пальцы быстро расстегивают надоевший накрахмаленный белый халат. Хочется поскорее уйти и почувствовать вкус текилы или что-то в этом роде. Небрежно закидываю на вешалку предмет одежды и хватаю тонкое пальто. На мне черное короткое платье в обтяг с самого утра. Достаточно удобное, чтобы долго в нем ходить, но, наверное, недостаточно откровенное для моей сегодняшней цели. Однако другого у меня нет.       Задерживаюсь еще буквально на минуту, чтобы переобуться в туфли, и выпархиваю из кабинета. В низу живота завязался приятный узелок предвкушения вечера. ***      - Так ты у нас медсестра, - парень вальяжно откидывается на мягкую спинку стула, привычно широко расставляя ноги. Губы изгибаются в приятной улыбке, демонстрируя милые ямочки на щеках. Глаза молодого человека слегка раскосые, ярко-голубые. Метис азиата и еще кого-то. Красивый.       Я хоть и привыкла общаться с мужчинами на работе, но ни один из них на меня не смотрел больше, чем на коллегу или сестру. Поэтому смущение берет верх и я краснею, убирая прядь длинных волос за ухо. Киваю.       - Вау, - он тихо смеётся, - Извини, просто звучит сексуально. Клише, как учитель, секретарша и все в этом духе, - он неловко помахал рукой в воздухе, словно оправдываясь.       - Да нет, ты прав. У девочек тоже такое есть, - сжимаю губами трубочку коктейля и ловлю на этом действии внимательный взгляд парня, - Пожарный, полицейский, военный. А ты случайно не в этих отраслях работаешь?       Парень хмыкает, тоже делая глоток своего напитка. Взгляд все также прикован ко мне и немного темнеет. Пальцами зачесывает темные волосы назад, демонстрируя дорогие часы на руке.       - Нет, я скучный юрист. Не так эротично, но приносит деньги. Во всяком случае вип столик в клубе себе позволить могу, - зачем-то подмечает он, косясь через перила на первый этаж, прямо на танцующую толпу.       Мы действительно сидим за дорогим столиком. Точнее, это он меня пригласил сюда минут 15 назад, когда я заказывала коктейль в баре. Его же, кстати, я все еще и пью. Нажираться в стельку в планы не входило. Так, скорее добавить блеска в глаза. Возможно закажу еще, но не больше трех бокалов суммарно.       Извинившись и сообщив, что я на минуту в уборную, встаю со стула и направляюсь в нужную часть помещения. В отличие от первого этажа, где нет депозита и вход бесплатный, здесь отсутствует очередь в туалет, поэтому я быстро делаю своё дело, мою руки и смотрю на себя в большое зеркало над раковиной. Длинные каштановые волосы без укладки рассыпаны по плечам. Простенький макияж с акцентом на глаза. Ресницы у меня не прямо густые, но очень длинные. Острые скулы. Я знаю, что выгляжу моложе своего возраста. Из-за этого часто сталкиваюсь с тем, что воспринимают не серьезно. Возможно, делай я хоть какие-то прически, ходи на каблуках чаще, то все бы изменилось. Но с такой работой на это просто нет времени. Да и не практично. Интересно, понравилось бы дяденьке то, как я выгляжу сейчас?       Делаю глубокий вдох и выдыхаю, на секунду зажмурившись. Гоуст не спит с такими, как я. С ним будто невольно представляешь рядом такую же сильную женщину, как и он. Я смирилась с тем, что мои фантазии так ими и останутся. Даже пытаться реализовать не буду. Страшно и неуместно. Все, на что могу рассчитывать, это его редкие обращения ко мне напрямую и случайные касания. А мне, так одержимой по его вниманию дуре, этого хватит.       Ну вот. Как-то поганенько стало на душе. Чего это я? Будто открытие для себя сделала. Взбодрись, ты в кои-то веке отдыхаешь. Там за столиком сидит и ждет красивый парень, который явно настроен на продолжение. Можно попробовать секс в туалете. А то уже взрослая, а дальше миссионерской позы под одеялком ничего не пробовала.       Подкрашиваю прозрачным блеском губы, мысленно давая себе подзатыльник, чтобы вернуться к прежнему веселому настрою. Нужно включить кокетку. Или как там. Взбиваю волосы у корней, так они смотрятся объмнее. И, последний раз обведя свое отражение взглядом, возвращаюсь в зал, к столику. Спутник делал подошедшему официанту заказ.       - Да, и девушке повторите тоже самое, - спохватывается он и кивает на мой почти опустевший стакан.       Я благодарно улыбаюсь и плюхаюсь на мягкий стул. Пальцами беру свой коктель, чувствуя небольшое покалывание на кончиках. Лед почти растаял, но все еще достаточно холодный. Делаю небольшой глоток.       - Хотела спросить, ты тут часто отдыхаешь, да? - огненная жидкость обожгла горло, медленно спускаясь в желудок. Немного жмурю глаза от ощущений во рту.       Почему-то напиток потерял свой вкус, оставляя после себя только спирт. Такое иногда бывает, когда понимаешь, что достиг своей нормы алкоголя и рецепторы притупляются. Раньше для этого мне требовалось три таких стакана. Видимо, старею.       - Признаюсь, часто. Почти каждую пятницу. Работа нервная, а тут я выпускаю пар, танцую, знакомлюсь, - его взгляд внимательный, обводит им мои ноги под коротким подолом платья. Губы уже не растягиваются в той приветливой улыбке.       Возможно, он считает, что наши посиделки уже нужно направлять в сторону чего-то более интимного. Меня это не смутило. Я ведь тоже пришла с целью заняться сексом. Хотя настроение как-то подупало.       - Ммм, - согласно мычу и чувствую легкое головокружение, между ног появляется какой-то зуд.       Что за...       Откидываюсь на спинку стула, чуть хмуря брови. Сдвигаю колени вместе и немного ерзаю. Со стороны кажется, будто я устраиваюсь удобнее, а на деле пытаюсь унять странное ощущение между ног и внизу живота. Чувствую, что зрение будто стало слегка смазанным и не успевать за поворотами головы.       - Я, если честно, впервые. Последний раз танцевала на выпускном, если не считать танцы в душе. Там и клуб, и караоке, если захотеть, - пытаюсь пошутить, неловко улыбаясь. Зуд усиливается, оставляя после себя влажный след на трусиках.       Бл*ть... Неужели это то, о чем я думаю?..       Стараясь не подавать вида, вновь подношу напиток к губам и изображаю глоток. Парень снова сопровождает взглядом мои действия. Пальцами как-то раздраженно потер свой подбородок. Он будто злиться. И уже не отвечает так мило и открыто. Даже на шутку никак не среагировал.       Твою мать.       - Слушай... - делаю паузу, зажмуривая глаза от головокружения. К горлу подходит комок. То ли от стресса, то ли рвота. В таком состоянии непонятно. Нужно собраться с силами и проанализировать, что делать дальше. Впадать в панику вообще не вариант, как бы мне сейчас этого не хотелось.       Я впервые в такой ситуации. И мне становится очень страшно.       - Извини, мне нужно опять в туалет. Кажется я там забыла свой блеск. Он стоит как одна моя зарплата, - поднимаюсь с места, слегка пошатываясь. Пальцами тут же хватаюсь за край стула, а парень дергается, помогая мне устоять на месте, от чего я выдавливаю ту же глупую улыбку - Подождешь меня тут, ладно?       - Все нормально? Может мне с тобой? - этот сукин сын делает невинный взгляд, будто и правда просто беспокоится.       Гребаный мудак.       - А? Да нет, ну что ты. Я возьму и тут же приду. Закажешь еще выпить? - тут же картинно бью ладонь себя по лбу, незаметно вытаскивая из сумочки телефон, - Точно, ты же уже взял. В общем, подожди, пожалуйста. Сумку на тебя оставляю.       На немного подкосившихся ногах направляюсь обратно в туалет, все также глупо улыбаясь. Актерская игра у меня на 2-. А вот ощущение тревоги на все 5+. Чувствую, как от паники дергается глаз и в груди бешено колотится сердце.       За пятнадцать секунд дохожу до кабинки и запираюсь внутри. Мысленно благодарю строителей за шумоизоляцию в уборной и, пытаясь хоть что-то разглядеть на экране телефона в таком состоянии, набираю номер. Неосознанно. Мне слишком страшно, чтобы анализировать. Просто первый, кто внушительный и дарящий безопасность, хоть и только в моей голове, это он.       Гудок. Нервно закусываю ноготь большого пальца. Пытаюсь сфокусировать взгляд на белой плитке туалета. Белые квадраты начинают рябить в глазах и я просто жмурюсь, отгоняя подходящую к горлу тошноту.       Гудок. Может он спит? У нас на работе все по часам. И сейчас как раз уже отбой.       Гудок. Вижу, как в туалете кто-то медленно пытается повернуть ручку с другой стороны. Слишком осторожно. Это точно не выглядит так, будто пытаются проверить на наличие свободной кабинки. Бл*ть, бл*ть, бл*ть!       - Алло, - на том конце трубки отвечает хриплый сонный голос. От радости сердце пропускает удар, а воздух будто на секунду испаряется из легких, заставляя жадко схватить его ртом.       - Л-лейтенант, здравствуйте, привет, доброй ночи, - язык заплетается, от волнения и страха начинаю пороть чушь, пальцем нервно тереблю прядь волос - Это Лулу, медсестра. Извините, что так поздно, но мне очень нужна ваша помощь. Понимаете, я тут пошла выпить...       - Ближе к сути, - тон слишком строгий и не довольный. Мужчина явно раздражен моим поздним звонком, оно и не удивительно. Я бы тоже взбесилась, если бы просто коллега по работе мне названивал ночью и порол херню.       Однако я сейчас не в том состоянии, чтобы адекватно взвешивать свои эмоции, поэтому, словно маленькая девочка, закусываю трясущуюся от подступающих слез нижнюю губу и громко шмыгаю носом прямо в трубку. Собираю оставшиеся силы в кулак, а мысли в кучу.       - Сэр, я нахожусь в клубе "House" в 15 минутах быстрой езды на машине. На данный момент я сижу в кабинке туалета и с другой стороны двери меня поджидает фактически незнакомый мне молодой человек, - выпаливаю быстро, но разборчиво настолько, насколько позволяет состояние. Ощущаю легкую прохладу между ног, когда прижимаюсь сквозь платье лобком к керамической раковине. Трусики почти насквозь мокрые, - Он подсыпал мне в коктейль смесь афродизиака и какого-то наркотика.       На последнем предложении голос надламывается и я чувствую мокрые дорожки слез на своих щеках. Вижу в отражении зеркала, как у меня расширяются зрачки, словно в замедленной съемке.       Я как никогда близка к изнасилованию. И даже сопротивляться не смогу, если до меня сейчас дотронутся. Я словно пластилин, делай что хочешь. Осознание, что если бы я выпила больше одного глотка, то была бы уже обмякшим накаченным веществами телом, прошибает до костей. Ощущаю на спине липкий холодный пот и лицо перекашивает от отвращения к самой себе. Дура.       - Этаж, номер кабинки? - сухо и по существу. Ничего лишнего. И мне почему-то от этого становится немного легче. Будто интуитивно понимаю, что сейчас он не осудит за слабость и эмоции. Я не буду выглядеть идиоткой. Поэтому шумно выдыхаю и немного отпускаю себя, переставая сдерживать потоки слез.       - Второй этаж, пятая кабинка в женском туалете, - голос моментально становится уставшим и хрипым. Вновь шмыгаю носом и тыльной стороной руки стираю с подбородка влагу, смешанную с тушью. На секунду прикусываю почти до крови нижнюю губу и жмурюсь, будто перед прыжком со скалы. Ощущения такие же.       - Дяденька... - поднимаю глаза в зеркало и смотрю на себя, не моргая. Отвратительно. Громко всхлипываю, заливая влагой телефон у уха, - Мне очень страшно...       - Буду через 12 минут, - Гоуст тут же бросает трубку.       Я знаю, что он приедет. Потерплю чуть и он будет прямо здесь. Большой, теплый, сильный и уверенный. Безопасный. Такой пахнущий спокойствием и нотками своего хвойного геля для душа. А этот гондон за дверью не выживет, если хоть пальцем до меня дотронется. Я сделаю для этого все.       Кретин. Что-б тебя самого накачали и пустили по кругу.       Чувствую, как наркотик наконец всасывается в кровь полностью и тело начинает трясти крупной дрожью. Слишком сильная эйфория прошибает нервные окончания, от чего меня ломает пополам и я склоняюсь над раковиной, дрожащими руками пытаясь удержать корпус над белым фаянсом. Тошнит. И между ног тепло, приятно. Мерзкое сочетание противоположных чувств.       В голове полный хаус, который я пытаюсь контролировать. Это как сачком ловить ветер, но у меня получается. Не то, чтобы сильно, однако размер небольшой дозы вносит свои коррективы. Я никогда ничего такого не принимала. И в данном случае это минус, эффекта тогда бы небыло вообще, будь у меня опыт.       Не заботясь о внешнем виде, включаю холодную воду и брызгаю её на лицо, чтобы освежиться. Влага попадает на шею и декольте, но это даже к лучшему, помогло хотя бы немного отрезвиться. Но...       Мне так хорошо.       Делаю глубокий вдох, а глаза невольно закатываются. Почему-то все равно ими вижу, но уже не туалет, а красивые узоры с бабочками. И черепами. Но даже они красивые такие тут, в моей голове.       Внутри будто расцвела пышным розовым цветком благость. Именно она. Такое странное слово. Смешное. Бла-гость. А еще эйфория. И тоже розовая. Почему я раньше не думала, что у каждого чувства есть цвет? Откуда-то знаю, что могу ощутить в довесок и бордовый экстаз, если дотронусь до себя, введу пару пальцев в такое влажное сейчас лоно, нажму на клитор и пройдусь по нему круговым движением. Размажу сок по всему влагалищу. А какая на вкус эта жидкость у меня? Может попробую как-нибудь.       От таких мыслей чувствую, как мышцы внутри сократились, желая что-то почувствовать. И хотелось бы потолще и длинее пальцев. Тихо скулю, как побитая собака понимая, что не могу сейчас себе позволить то, что так сильно нужно. В любой момент может приехать Гоуст и мне бы не хотелось перед его глазами предстать в таком жалком виде. Размазанная тушь на лице от слез итак делает меня похожей на грустную шлюху.       Сильно вздрагиваю, когда в дверь начинают стучать. Дерганно поворачиваю голову в направлении звука, но спросить кто там не решаюсь. Слюны во рту слишком много и я громко её сглатываю. Шарпей из меня сейчас что надо. Положите туда кто-нибудь член, а.       Я схожу с ума...       - Лулу, тебя долго нет, все хорошо? - голос не неудавшегося любовника заставляет все мое нутро сжаться. Жалобно свожу брови к переносице, чувствуя яркую вспышку паники. Я как оголенный нерв, все эмоции слишком интенсивные и душат своей концентрацией.       Заторможенно моргаю и шумно плюхаюсь попой на пол. Ягодицам прохладно, промежности тоже. Мокрое белье неприятно липнет к телу и мне до безумия хочется снять трусики, а после как собаке потереться обо что-нибудь. Мне мерзко, страшно. Вот чтобы хоть еще раз я прошла в клуб...       Парень за дверью наверняка все слышал, поэтому вновь дернул ручку и постучал уже настойчивее.       - Лулу, открой, - его голос стал ниже и будто-то бы опаснее. Возможно это мое воображение, но рисковать отвечать ему хоть что-то я не хочу. Могу спровоцировать, таким мудакам только дай повод.       Стук стал сильнее, от чего дверь жалобно потрескивает при каждом ударе, норовясь сойти с петель. А я сижу и почти не соображаю, но отлично все чувствую. Страх, паника, тревога и это гребаное возбуждение. Ведь знаю, что если сама открою дверь, то меня возьмут прямо на полу. И мне погано от своего любопытства, насколько этот мудак будет груб со мной.       Тянусь и дрожащими пальцами беру с угла раковины телефон. Тот чуть не выпадает из рук, но я удерживаю. Пытаюсь зафиксировать взглядом время окончания звонка. Осталось две минуты до приезда. Уже? Так летит время. Обалдеть. Под наркотой так всегда?       Запрокидываю голову и опираюсь ею о стену. Закрываю глаза, чтобы сконцентрироваться на своем дыхании, а не на ходящей ходуном двери. Получается с трудом. Скорее даже не выходит совсем. Мандраж не хочет меня отпускать, а сознание начинает испытывать мои нервы, подкидываю красочные картинки того, что могут со мной сделать насильники. Почему-то я представляю сразу нескольких, а не того парня.       Как же хочется себя потрогать...       Сжимаю ноги вместе и ерзаю на полу, разматывая по собственной юбке влагу от трусиков. Начинаю тихо вслух отсчитывать секунды, чтобы ускорить время, но делаю этим только наоборот. В ушах эхом отдают удары по двери и голос парня, который переходит на мат. Вот тебе и приличный юрист с милой улыбкой. Почему-то сама растягиваюсь в ухмылке от этой мысли.       В дверь прилетает еще один удар, но более мощный, и все затихает. Ни голоса, ни стука, ничего, кроме громкой музыки клуба.       Я тут же перестаю считать и прислушиваюсь, пытаясь понять, что происходит. Вновь терзаю зубами нижнюю губу. Возможно тот парень понял, что ничего не добьется, кроме привлечения внимания, и ушел? Как вариант, конечно. Либо устроил засаду и стоит открыть дверь, как меня поймают.       - Лулу, можешь открыть, - буквально пробирает такой знакомый низкий голос с рычащими нотками, заставляя почувствовать новую острую волну возбуждения. Я ахаю вслух от восторга, понимая, кто там за дверью.       Ноги все еще подкашиваются, поэтому приходится держаться за раковину, чтобы встать. Меня ведет немного в сторону, и я тихо шиплю сама на себя, стараясь сохранить равновесие руками. Сердце глухо бьется о грудную клетку, норовясь выпрыгнуть, пока расплывающиеся перед глазами пальцы поворачивают замок двери. Взгляд тут же утыкается в широкую мужскую грудь, скрытую толстовкой. Приходится немного поднять голову, чтобы наконец увидеть такие долгожданные черные глаза.       - Дядя, - выдыхаю, моментально расслабляясь, от чего чуть ли не падаю. Меня подхватывает чужая горячая рука, обжигая кожу на талии даже сквозь платье. Мужчина с силой притягивает меня к себе, чтобы я уткнулась носом куда-то в район его груди и устояла на ногах. Какая же она теплая и твердая. Хочется зарыться между ними носом, и дышать, дышать, дышать.       Пьяное от веществ сознание не дает мне себе отказать в такой возможности, и я нагло выполняю свою прихоть, вцепляясь в ответ в мужскую талию. Пальцы сжимают ткань его толстовки, а голову буквально ведет от ощущение Гоуста рядом и его терпкого запаха. Наверное я могу скинуть на наркоту свое поведение. И скину, когда приду в себя. Но как я могу себе отказать, когда настолько сильно хочется?..       Как кошка трусь щекой о мышцы и только потом вновь задираю голову, чтобы увидеть мужской подбородок, скрытый балаклавой. Лейтенант ничего не говорит. Только обводит меня изучающим взглядом, видимо пытаясь найти следы насилия. А я как завороженная прослеживаю это, восхищаясь такими густыми светлыми ресницами. Впитываю не скрытый маской участок загорелой кожи. Сегодня Гоуст не наносил черный грим. Почему-то отсуствие такой мелочи делает ситуацию более интимной.       - Вы заберете меня отсюда? - спрашиваю почти шепотом, не уверена, что мужчина меня даже услышал сквозь басы музыки.       Да и вопрос какой-то глупый. Он же за этим и приехал.       Но мужчина кивает, на секунду прижимая меня за затылок к себе, как маленькую девочку. А я лишь жмурюсь, пытаясь запомнить эту близость, не смотря на помутневшее сознание. Чувствую, как сердце бьется не так сильно, но очень, очень часто. Наверное, так щенки радуются, когда получают внимание хозяина. Будь у меня хвостик, я бы им виляла во всю.       - Пойдем, - произносит он тихо на ухо, пока мужские пальцы гребнем прошлись по моим волосам вниз. Хочется рефлекторно выгнуть спину и попросить повторить. Обвить руками его узкую талию и продолжать ласково тереться щекой о грудь. Меня держат только остатки разума и совесть. Он итак приехал в свое не рабочее время. Мог сейчас спать в теплой кровати.       Когда мы начинаем отходить от туалета, замечаю на полу, сидящее без сознания, тело того парня. Рассмотреть особо не успеваю, да и не хочется. Просто сжимаю сильнее кофту мужчины на рукаве и иду за ним, как потерявшийся ребенок. Гоуст дергает рукой, стряхивая мою, и перехватывает за запястье, крепко его сжав, пока мы продолжали идти вглубь танцующей толпы. Я и не против. Моя ладонь смотрится достаточно хрупко и эстетично в его такой огромной. Он вполне ею может перехватить сразу обе мои.       Склоняю голову чуть в бок, представляя в своей голове ситуации, когда бы Гоуст мог это сделать. Интересно, насколько этот здоровяк груб в сексе. Какая любимая поза. Мысленно представила, как его мощные большие бедра ударяются о мои ягодицы, и шумно выдохнула. Почувствовала, как вышла новая порция влаги из промежности в и без того мокрые трусики.       Фантазии настолько накрыли мою голову, что я не заметила, как мы спустились на первый этаж и покинули душное помещение с танцующими потными телами. Мне сейчас и не до них. Впереди меня идет мужчина, перед которым я готова встать на колени даже на асфальте и отсосать при толпе.       Кошмар... Я никогда себе ранее не позволяла настолько вульгарно выражаться в своих мыслях, не то чтобы вслух. Всегда была такой примерной девочкой. Наверняка от меня многих тошнило. И тошнит, может быть, до сих пор. Я не такая. Я не оторва, не клубная шлюха, не нахальная девица из армии, коих у нас много. Я гребаный олененок в свете фар, до задницы стеснительный и мечтательный. Но кто же знал, что мою такую светлую голову так поведет от наркоты и афродизиака. И стоило в моем поле зрения появится лейтенанту, как я готова растечься лужицей, лишь бы он до меня дотронулся там, куда я могла только мечтать.       Мужчина подвел меня к черной машине, которую я ранее видела на территории военной части, и открыл пассажирскую дверь возле водителя. Кивком головы дал команду сесть, параллельно взглядом обводя почти пустую улицу.       Я поежилась от холода и приобняла себя за плечи. Немного шатаясь перекинула ногу через край салона машины и, не без помощи Гоуста, который схватил меня за локоть, села в машину. Почему-то зеркало приборной панели было отогнуто в мою сторону и я наконец за долгое время увидела свое отражение.       Матерь моя... От покрасневших глаз идут черные дорожки из туши, нос розовый от постоянного шмыгания, кожа болезненно белая. Я уже молчу про гнездо из волос. Мне стало так стыдно за себя, что захотелось вновь расплакаться. Наверное, не стоит этого делать и ухудшать и без того не привлекательную картину. Я просто сгорбилась немного и дерганно начала пальцами распутывать волосы на макушке, пока Гоуст обходил машину, чтобы сесть на место водителя. Так хочется не выглядеть жалкой сейчас перед ним.       Не говоря ни слова и не смотря в мою сторону, мужчина просто завел тачку, отточеным движением начав выруливать на трассу, пока я терла пальцами свои щеки, чтобы стереть тушь. И стереть-то стерла, но кожа покраснела. Даже к лучшему, теперь выгляжу менее истощенной, но с все еще расширенными зрачками. Падаю спиной на мягкое сидение и расслабляюсь, вытягивая по возможности уставшие ноги. Не хочется отказывать себе в минимальном комфорте, поэтому скидываю со ступней туфли и тихо выдыхаю, в блаженстве закидывая голову. Видимо, я была более шумной, чем мне показалось, когда замечаю кинутый на меня внимательный взгляд мужчины.       - Ты понимаешь, где находишься? - уточняет, переводя глаза на дорогу. Сильная ладонь крутит руль и я залипаю на этих пальцах. Как белеют костяшки при сжатии. На запястье проступат крупные вены. Матерь моя...       - А? - перевожу взгляд на лицо мужчины, тут же слегка пьяно киваю, - Да, понимаю.       - Кто я, Бемби? - продолжает допрос мужчина, очевидно проверяя меня на вменяемость и осознание происходящего. Как околдованная наблюдаю за шевелением губ под маской. Челюсть крупная, по-мужски квадратная. Хочу увидеть его кадык...       Тут же по-кукольному начинаю хлопать глазами, пытаясь проанализировать заданный вопрос. Стоп.       - Сэр, как вы меня назвали? - перевожу взгляд с толстовки, скрывающей его шею, на глаза. Немного ерзаю на сидении, пытаясь рефлекторно потереться опухшим от возбуждения клитором о грубую ткань. Я животное, честное слово.       - Бемби. Тебе давно дали прозвище, но видимо ты не знала, - смотрит на меня, а я тут же смущенно отвожу глаза в сторону, не выдерживая прямого контакта.       И так всегда. Что на базе, что здесь в машине. Особенно здесь в машине. Не могу долго. Может это кажется из-за цвета, но его взгляд будто проедает кожу и заглядывает в душу. Шарит по всем темным углам, игнорируя светлые. Вытягивает все тайные желания, которые хотелось бы скрыть, и страхи. Обволакивает черным мазутом, проникая в каждую щель сознания. Саймон Райли гребаный хищник. И он прав. Я пугливый олененок. Олененок, который так сильно хочет попасться сейчас в когтистые лапы.       Сглатываю скопившуюся слюну во рту и сжимаю ноги сильнее, потирая бедра между собой. Пальцами тереблю край платья, то ли желая порвать надоевшую ткань, то ли натянуть пониже. Сама не понимаю. Знаю только то, что после меня придется чистить салон автомобиля. Как буду вставать - не представляю. Там наверняка влажное пятно.       Машина наезжает на кочку и меня слегка подбрасывает на сиденье. Шлепаюсь ягодицами обратно и тело прошибает током. Спина выгибается, выставляя грудь в декольте, а голова слегка откидывается назад. Моментально тянусь ко рту рукой и прикусываю палец, чтобы не издавать звуков. Отворачиваюсь в сторону, ведь понимаю, что не смогу остаться незамеченной. Мне стыдно и до дрожи в кончиках пальцев ног приятно. Еще немного и я бы кончила. Еще пару кочек и...       Слышу низкий хмык со стороны, очевидно на мое поведение. Зажмуриваю глаза от неловкости и чувствую, как щеки становятся пунцовыми. Стыдобища-то какая.       - Тебе нельзя в таком состоянии на базу, - константирует факт, а я киваю. Нас действительно не поймут, если увидят на КПП мало того, что вдвоем, так еще и меня размазанную по сидению.       Чувствую, как грудная клетка тяжело опускается и поднимается. Тело на пределе и требует разрядки. До безумия хочется почувствовать чужое тепло. Скольжение ладони по бедру. Как пальцы сжимают горло. Мне хватит и чего-то простого, прижаться к кому-то голой. Ощутить приятное трение своей кожи о чужую.       - Покатаемся по городу час. Если не отпустит, повезу к доку на базу, - добавляет Гоуст своим таким низким, рычащим голосом. Этот хренов британский акцент...       Меня слегка потряхивает от перевозбуждения и я прижимаюсь разгоряченным лбом к стеклу. Немного приоткрываю влажные от частого облизывания губы, чтобы начать дышать ртом. Стараюсь сфокусироваться на дороге, на проезжающих мимо машинах, огнях фар. Ничего не могу придумать, что могло бы немного ослабить узел внизу живота. Хочется расправить трепыхающуюся бабочку внутри, почувствовать дрожь разрядки. Поэтому я рефлекторно зажимаю ладонь между ног и стараюсь незаметно потереться о неё. Как школьница в пубертат. Но ощущение стыда тут же испаряется, когда у меня получается задеть клитор. В блаженстве сгибаю носки ступней и закрываю глаза. Хочу еще раз.       - Бемби? - выдергивает меня из блаженства мужской голос, а на бедро ложится широкая горячая ладонь. Кожа к коже.       Затравлено скулю, как побитое животное, и поворачиваю голову в сторону мужчины. Брови жалобно сходятся домиком и рот приоткрывается чуть шире, шумно выдыхая. Отрицательно мотаю головой, как в бреду.       - Сэр, нет, не надо, - голос стал сиплым и тонким. Превозмогаю себя и пытаюсь оттолкнуть чужую руку, которая почему-то только сильнее сжала теплую кожу, - Вам лучше не трогать меня. Н... Не надо, - шумно сглатываю слюну, когда не получается. Большой палец чужой руки начинает мягко поглаживать внутреннюю часть бедра, от чего я капризно хнычу.       Гоуст молчит, и будто бы вовсе не он трогает мою ногу сейчас. Взгляд черных глаз все еще устремлен на дорогу, а вторая рука продолжает мягко управлять машиной. Ни один мускул не дрогнул под маской, когда я вновь попыталась оттолкнуть чужую настойчивую ладонь, начиная дрожать сильнее. Пальцы сдвигаются выше и ребро чужой руки касается влажных складок через ткань. Я взвизгиваю, переходя на протяжный стон. Спина выгибается, вжимая ягодицы в сидение, глаза на секунду прикрываются. По телу пробегают мурашки вдоль позвоночника, снизу вверх. Между ног щекотно и... Мало. Хочу еще.       Пьяно моргаю, пытаясь разглядеть хоть что-то на лице мужчины. Пытаюсь понять, что вообще происходит и почему. Специально ли он меня дразнит или же случайно. Я совершенно ничего не понимаю. Если это шутка, то какая-то слишком жестокая.       - Дядя... - чувствую, как по щекам побежали мокрые дорожки. Вновь облизываю уже порядком распухшие губы, а сама неотрывно наблюдаю за движением глаз мужчины, - Пожалуйста... - немного дрожу, пока раздвигаю ноги шире.       Гоуст на секунду поворачивает лицо в мою сторону и слегка щурится. Взгляд быстро пробегает по моему дрожащему телу сверху вниз и задерживается там, где находится его ладонь. Слышу его шумный вдох и наблюдаю, как светлые брови сердито сходятся на переносице. В душе поднимается немая паника, когда мужчина поворачивает голову обратно на дорогу и ничего не отвечает.       Что я наделала?..Как шлюха предложила себя старшему офицеру, который просто приехал спасти глупую девчонку.       С силой прикусываю нижнюю губу, чтобы сдержать начинающиеся рыдания. Ощущаю во рту металический привкус и тут же жмурюсь до звездочек перед глазами.       Бл*ть...       Вновь вздрагиваю, когда все еще лежащая рука на моем бедре начинает опять двигаться. Притирается ближе к промежности и с нажимом проходит там, где клитор. Я тихо охаю, распахивая глаза. Рука повторяет нажатие и меня в который раз выгибает в пояснице, но не так сильно. Хватаю воздух ртом. Опять нажатие и ноги начинают дрожать сильнее. Зажимаю ими чужую ладонь и сама проезжаюсь клитором с уже большим давлением. Чувствую внутри себя бешеную пульсацию. Мозги начинают плавиться, а глаза закатываться с каждым движением собственных бедер. Дыхание постепенно становится поверхностным по мере приближения долгожданной разрядки и я будто сквозь толщу воды слышу тихое рычащее "Е*аный в рот!..". Шершавые мужские пальцы с силой сжимают ногу, оставляя красные следы, но остаются на том же месте, давая мне тереться о неё.       А я кончаю. Не громко, но протяжно. Голова откидывается назад, а ноги разъезжаются в стороны, чтобы прочувствовать промежностью всю горячую поверхность руки. Сознание моментально пустеет и в ушах появляется звон. Чувствую, как с уголка рта потекла слюна.       Гребаный рай. Такой долгожданный и сладкий. Эйфория пульсацией отдает по всему телу, туманя последние остатки разума. Я на минуту забываю где и с кем. Мне просто до одури хорошо. Хочется ухватиться за это чувство. Продлить его, из-за чего я вновь потираюсь о ладонь, растягивая ощущение благости. Да, той самой. Но всему прекрасному приходит конец. Спустя секунд 15 я начинаю слышать стук своего сердца. Ресницы влажные, поэтому получается разлепить их не сразу. Перед глазами пока все плывет, но постепенно приобретает четкость. Мысли упорно не хотят собираться в кучу.       Нетрезво поворачиваю голову чуть в бок и не сразу понимаю, кто передо мной. Балаклава. Хмурые светлые брови с заложившейся морщинкой между ними. Глаза такие черные, мрачные, что не видно зрачка. Лейтенант.       До меня доходит, что машина уже не двигается и мы припарковались где-то на трассе. Быстро оглядываюсь по сторонам, не узнавая местность.       - Сэр, я... - пытаюсь в туманной голове придумать, что сказать. Глаза от стыда опускаются вниз, где все еще была ладонь мужчины. Щеки багровеют сильнее. Почему-то хочется оправдаться за свое поведение. Тянусь пальцами к своему лицу, чтобы стереть слюни, и продолжить говорить, как руку перехватывает чужая большая. Я тут же поднимаю взгляд на мужчину и отвожу его моментально в сторону, не выдерживая прямого контакта. Он слишком внимательно на меня смотрит. Смущает.       Замечаю, как под толстовкой часто поднимается его грудь. Шумно сглатываю, когда вижу натянутую ширинку чужих джинс.       Он туда пистолет спрятал, да?..       Мужчина чуть медлит и отпускает мою руку. Шумно откидывается на свое сидение и убирает ладонь с моего бедра. Мне моментально становится холодно и я сжимаю ноги вместе, пока растерянно наблюдаю за Гоустом.       Мужчина шарится внизу, нащупывает рычаг под сидением и нажимает кнопку. Кресло моментально сдвигается назад, а вместе с шумом механизма мое сердце ухает куда-то вниз желудка. Широкой ладонью хлопает по своему мощному бедру.       - Иди сюда, - голос на октаву становится ниже, сильнее выделяя рычащие нотки. Вновь смотрит на меня не моргающим взглядом прямо в глаза, как животное. Обычно так они и делают, когда выслеживают жертву.       Встревоженно моргаю. Внизу все еще мокро, а тело слегка дрожит от пережитого оргазма, но... Новый узелок скручивается где-то внутри от предвкушения. Я нерешительно смотрю в сторону чужих громадных коленей, а после в черные глаза. И вновь на колени, они смущают меня меньше, чем такой въедливый взгляд.       Ладонь вновь хлопает по мощному бедру. Вижу, как одна светлая бровь взметается вопросительно вверх. Голова склоняется в бок, как у хищника.       - Бемби, ну же, - наблюдает за мной, вновь начиная опасно щурить глаза.       Внутри живота зарождается трепет, однако я все еще с опаской поглядываю на чужие бедра, где так сильно выпирает ширинка. Во рту скопилась слюна и я шумно сглатываю её. Нерешительно сдвигаюсь с места и плавно стекаюсь со своего сидения. Перебрасываю ногу через чужие бедра и взбираюсь сверху. Сажусь на край коленей, но меня тут же хватают за ягодицы, с силой придвигая к себе. Тихо взвизгиваю, вынужденно хватаясь за широкие плечи, чтобы удержать равновесие и не прижаться к мужчине грудью. Чувствую под собой, прямо под промежностью большую выпуклость, и по коже пробегают мурашки.       - Ой... - тихо говорю, вновь сводя брови домиком. Со стороны наверно комичная реакция, так как мужчина тут же хмыкает, а в уголках глаз от ухмылки образуются морщинки.       - Ой, - повторяет и кивает, ведя ладонями по ягодицам в бок. Сжимает бедра через ткань платья и давит на таз, вдавливая меня в себя.       Пугливо дергаюсь, но не отодвигаюсь. Резко хватаю воздух ртом от маленькой вспышки экстаза. Чувствую, как толстый ствол приятно давит на слегка опухший клитор через джинсы и трусики. Опускаю взгляд вниз, где виднеется толстая полоска ремня из-под задравшейся толстовки и участок загорелой красивой кожи. Хочется провести по нему пальцем и ощутить, насколько она горячая.       Слегка приоткрываю рот, чтобы сказать еще хоть что-то, завлекающее, красивое. Как в кино. Но на воспаленный ум ничего не приходит. Мысли формируются с трудом, ведь я бы никогда не подумала, что такая ситуация может возникнуть. Я сижу верхом на Гоусте. На мужчине, о котором могла только грезить перед сном. От которого меня бросало в жар, стоило ему адресовать мне пару фраз. С такими большими руками, что его ладони могут обхватить мою талию и коснуться друг друга, а бедра настолько крупные, что приходится прилично развести ноги. И рост. Даже сидя на нем я смотрела все равно немного снизу вверх. Потрясающе.       Я как зачарованная тянусь к нему руками, немного покачнувшись на бедрах. Провожу по внушительным грудным мышцам вниз. Изучаю подушечками пальцев выступающий каменный пресс сквозь толстовку. Позволяю себе коснуться загорелой кожи над брюками, от чего его член подо мной вздрагивает. Удивительная бархатистость. Внизу он такой же?       Гоуст молчит, даже дышит уже размеренно. Видимо дал верх своему вечному самоконтролю. Удивительная способность быть с холодной головой при любых ситуациях. Даже когда на нем верхом девушка, готовая растечься лужей просто от прикосновения ладонью. Он позволяет себя трогать, изучать. Возможно дает таким образом привыкнуть к нему, ощущению его настолько близко. Заметил ли он, что я не могу долго смотреть ему в глаза? Не знаю. И посмотреть сейчас не решаюсь. Просто хочу трогать. Больше его кожи.       Ноги разъезжаются шире, когда я расслабляю свои бедра. Подол платья задирается, бесстыдно демонстрируя влажные трусики. И мне следовало бы прикрыться, как приличной девочке, но не хочу. Пусть видит, что я влажная. Что готова его сейчас принять в себя.       Дыхание вновь становится поверхностным и через рот. Сжимаю край толстовки мужчины вспотевшими пальцами и делаю волнообразное движение бедрами, имитируя близость, за что получаю шумный вдох носом и пробирающиеся ладони мне под подол. Руки крепко хватают за тазовые косточки, наверняка оставляя красные пятна.       - Играешься, Бемби? - такой греховный низкий голос прямо возле моего виска. Носом через маску проводит по линии роста волос, к уху. Останавливается там и шумно делает вдох, будто пробует меня. Ладони скользят на ягодицы, чуть ниже. Кончики пальцев касаются прямо влажного естества через трусики. Проходят вниз, а затем вверх, дразня. А я лишь млею, тонко простонав и слегка откинув голову. Рефлекторно выпячиваю ягодицы назад, к его рукам.       Хочу намного больше. Мышцы внутри сжимаются, желая ощутить в себе твердость. И я нерешительно пальцами касаюсь ремня на джинсах мужчины. Слышу слегка насмешливое хмыканье возле уха. Мужчина прижимается лицом к моей шее, от чего чувствую там мурашки от трения ткани балаклавы о нежную кожу. Чужие пальцы наконец отодвигают ткань трусиков в сторону, натягивая влажную ткань сильнее, чтобы открыть больший доступ. Складок касается прохладный воздух, заставляя меня слегка привстать на дрожащих коленях. По бедру тут же скользнула капелька смазки вниз, наверняка пачкая чужие синие джинсы.       Тихо ахаю, когда большой палец мужской руки начинает настойчиво потирать клитор. Тут же перемещаю свои руки на шею Гоуста, судорожно сжав края толстовки. Прижимаю лейтенанта ближе к себе, буквально вдавливаю за шею в свое тело. Совсем не замечаю, что наши лица теперь на одном уровне, а мужчина этим пользуется, прислонив свой лоб к моему. Смотрит внимательно, в упор, а я смущенно жмурю глаза, но не надолго, они распахиваются, когда в меня входят сразу два пальца. Свободно проскальзывают внутрь из-за обилия смазки и недавнего оргазма.       Черные глаза буквально затягивают, а я могу лишь жалобно свести брови, не смея больше оторваться от чужого взгляда. Сама начинаю двигать тазом, насаживаясь на длинные пальцы. Гоуст склоняет голову в бок, прижимаясь сквозь ткань губами к моей щеке. Дышит опять шумно. Через нос. Как разъяренное животное. Взгляд напряженный, темный. Вводит пальцы по костяшки и сгибает внутри, от чего я взвизгиваю. Свободная ладонь зконко шлепает меня по ягодице.       - Сэр! - голова откидывается назад, а мужчина низко смеется, вышибая этим голосом из меня очередной протяжный стон.       Сжимаю мышцами внутри чужие пальцы, ощущая приближение второго оргазма. Я думала для этого понадобится время, но нет. Этот мужчина буквально заставляет кровь кипеть и доходить до предела.       - Бемби, посмотри на меня, - обманчиво ласково, вынимает из меня пальцы и сжимает ладонями попку. Мнет её, слегка раздвигает, давая прохладному воздуху скользить по чувствительному лону. Мужчина вновь прижимается своим лбом к моему, пытаясь заглянуть в глаза.       Я тихо хнычу от появившейся пустоты и крупно вздрагиваю. Струна внутри натянута до предела, а я беспомощно жмурюсь, не получив необходимую разрядку.       - Ну же, солнышко, - такое обращение заставляет меня часто моргать и распахнуть глаза. Ресницы немного влажные и слипаются. Тут же чувствую себя маленькой девочкой в его таких здоровых руках.       - Возьми своими пальчиками мою маску и натяни её до носа. Поняла? - спрашивает, опять сощуря глаза. Потерся щекой о мою, совсем как животное, - Ну же.       Я послушно киваю, как щеночек готовый выполнить команду, и подношу руки. Аккуратно хватаю грубую ткань в районе кадыка и тяну её вверх. Медленно, будто подарок распаковываю. Запоминаю каждый появившися сантиметр загорелой кожи. Впитываю вид крупного кадыка. Темной щетины. Угловатого подбородка. Узкая полоска губ, которые Гоуст тут же облизывает. Прослеживаю за движением языка, не отрывно.       Мужчина не ждет, склоняется ко мне и прижимается горячим ртом к моему. Поцелуй выходит сразу глубоким, мокрым и шумным. Выбивающим воздух из легких. Слегка обветренные губы зажимают мою пухлую и посасывают. Отпускают с влажным чмоком, а я стону, без стеснения проникая в его рот своим языком. Мягко лижу, как кошка. Прижимаюсь всем телом и трусь, теряя последние остатки смущения.       Гоуст как темное божество. Греческое, наверное. С черными глазами, томным низким голосом и таким опасно красивым телом. Мне не нужно снимать с него одежду, чтобы это понять. Он совершенен в своей мрачной притягательности. А я смертная женщина, готовая отдать ему всю себя во имя поклонения.       Мужчина отодвигается от меня, распахивая закрытые до этого момента глаза. Следит за мной, тяжело дыша, обводит тяжелым взглядом сверху вниз и останавливается там, где видно влажные складки с отодвинутой узкой тканью белья в сторону. Я вижу, что ему жарко. По стекающей по шее капельке пота. Чужая грудь ходуном ходит под теплой толстовкой, а я решаюсь помочь: цепляю серую ткань пальцами и тяну вверх.       Саймон поддается, выгибая навстречу спину, как большая мощная пантера. Удерживает балаклаву на лице и садится обратно, позволяя рассмотреть себя.       Хренова груда мыщц. Мать моя, сколько же в нем силы? Нельзя быть таким, это не законно.       Уже не стесняясь, кладу ладони на мужскую грудь и сжимаю её вместе. Такая твердая и крупная. С небольшими шрамами. Даже соски красивые, пудрово-розовые. Я буквально залипаю, представляя, как могла бы потереться о твердости своей промежностью. Растереть влагу. Готова кончить только от этого.       Меня выводит из фантазий очередной шлепок по ягодице, от чего я вздрагиваю и перевожу взгляд на лицо мужчины. Тот растягивается в ухмылке, демонстрируя белые зубы. Замечаю, что клыки у него немного острее, чем у других людей. Саймон Райли действительно большая крупная кошка.       - Бемби, повернись и облокотись грудью на руль, - не грубо, но достаточно властно. Тон не терпит возражений, а я и не вижу смысла отказывать. Все к этому шло и от понимания, что вот-вот я почувствую то, о чем думала в душе, пока трогала себя одинокими вечерами, по телу пробегают маленькие разряды тока, концентрируясь чуть ниже живота.       Кусаю опухшую нижнюю губу и слегка приподнимаюсь с мужских колен. Дрожащие ноги норовят подкоситься, но я удерживаю себя, хватаясь то за плечи Гоуста, то после за руль. Ложусь грудью на кожаную поверхность и оттопыриваю ягодицы назад, чуть выгибаясь в пояснице. Не уверена, что простою так долго на полусогнутых ногах, но сейчас эта мысль уходит на второй план.       Краем уха слышу позвякивание ремня и сердце в груди замирает. Не видящим взглядом смотрю куда-то вперед, на пустую трассу. Прислушиваюсь только к своим ощущениям и возне сзади. От слишком сильного сосредоточения немного вздрагиваю, когда горячая ладонь мягко очерчивает ягодицу. Отодвигает в сторону и я шумно выдыхаю, ощущая прикосновение головки к влажным складкам. Она слишком большая. Это даже немного пугает. Проводит по промежности вверх вниз, собирая влагу. Вижу, как по бокам от меня мужские ноги разводятся шире, пока Гоуст пристраивается удобнее. Легкое покачивание тазом и крупная головка с напором скользит внутрь, слегка болезненно растягивая узкие стенки влагалища.       - Бл*ть, Бемби, - сквозь зубы и шумный выдох, - тебя до этого спичкой трахали?       От такой грубости по телу пробегает дрожь, заставляя мышцы внутри сократиться и сжать сильнее введеную головку. Гоуст шипит и ,судя по звуку, бьется затылком о сиденье. Сама прислоняюсь лбом к рулю и тихо скулю от боли и блаженства. Крупный ствол продолжает медленно входить сантиметр за сантиметром, растягивая. Хотя казалось бы, уже некуда. В меня словно биту вставляют.       - Дядя, не могу... - готова упасть в любую минуту, слишком горячо внутри. Слишком много. Моя нежная промежность, видавшая до этого всего один член среднего размера, была не готова к этому монстру.       Как же это охеренно.       Несдержанно стону в голос, когда мужчина на середине резко качает бедрами, с хлопком входя на всю длину, прижимаясь лобком к моим ягодицам. В глазах опасно темнеет, а мозги плавятся от нехватки воздуха. Жарко. Душно. По спине бежит капелька пота, пока я пытаюсь удержаться на ногах и хотя бы частично прийти в себя.       Слышу сзади низкий тихий стон с таким же тихим "Бл*ть", ладонь мягко сжимает ягодицу, все также держа его отодвинутой слегка в сторону. Крупно вздрагиваю, когда чувствую кончик пальца, обводящий мой вход с членом внутри.       - Бемби, смотрится ох*енно, - слегка рычаще. Звонко шлепает по мягкой коже, заставляя смущенно пискнуть и залиться еще большим румянцем. Чужие бедра тут же начали движение назад. Медленно дошел до середины и вновь резко двинулся вперед. Словно это был пробный заход, потому что следующие толчки моментально набрали скорость. Короткие, но сильные. Заставляющие буквально плакать от наполненности и трения.       Тело то и дело содрогается с каждым шлепком о чужую кожу. Салон автомобиля пропитывается запахом пота и секса. А я теку. По рулю, сжимая его вспотевшими пальцами. И там внизу. Влаги настолько много, что она давно стекает по ногам вниз и пачкает мужской лобок. Я перегреваюсь от переизбытка ощущений, постепенно начав закатывать глаза в экстазе.       Шлепки резкие, звонкие, выбивающие из рта то стон, то хнык, то вой раненого животного. Оглушающая эйфория медленно, но верно накатывает, заставляя органы будто бы скрутиться в узел и проподняться внутри. Как в бреду виляю тазом, сама начинаю насаживаться в том же ритме, что-то скулю и говорю мужчине, от чего получаю новый шлепок и уже громкий стон сзади, когда мышцы немного сокращаются. Внутри все начинает дрожать, а по лицу течь слезы.       Мощная рука перехватывает меня под животом и валит назад, от чего я буквально падаю спиной на вспотевшее тело Саймона. Ноги безвольно болтаются, но я догадываюсь раздвинуть их и перекинуть через широкие мужские бедра. Промежность приятно натягивается и влажных горячих складок касается воздух, пока член внутри буквально начинает долбить. Свободная мужская ладонь ложится на горло, откидывая мою голову на накаченое плечо, и слегка сжимает. И я окончательно себя теряю, впадая в истерику. По губам безобразно потекли слюни, глаза закатились, а тело начинает дрожать, начав непроизвольно сокращать мышцы внутри.       Оргазм накатил настолько сильный, что меня оглушило, оставляя фоном только звон. Лишь почувствовала, как толчки стали гораздо медленнее из-за невозможности нормально протолкнуться, а руки на моем горле и животе окаменели от напряжения.       Я буквально в раю. Не смотря на уже полученный оргазм, тело прибывает в блаженном состоянии, будто под новой дозой. И меня совершенно не волнует то, как пошло я сейчас выгляжу. Глаза медленно хлопают, влажные ресницы то и дело слипаются, но я не засыпаю. Мне просто обалдеть как хорошо. Особенно от того, как продолжающиеся толчки растягивают оргазм.       - Бемби, еще немного, потерпи. Внутрь? - голос сбившийся, грудная клетка подо мной ходит ходуном. Вижу, как напряжены его бедра и... Как край крупного ствола с вздувшимися венами исчезает внутри меня.       - Потрясающе... - почти бессознательно сиплю в блаженстве. Это действительно красиво. Как и весь мужчина в целом. Не сразу даже слышу вопрос, но киваю. Хорошая привычка, пить таблетки.       Чувствую, как член внутри становится еще больше, болезненно растягивая и без того покрасневший вход. Как слегка дрожат чужие бедра, напрягаются, от чего видно перекатывающиеся мышцы. Мужские руки перехватывают меня кольцом и плотно прижимают к себе, делаю последний резкий толчок. Самый глубокий, от чего я хнычу, почувствовав укол легкой боли.       Гоуст стонет, переходя на тихое рычание. Поворачивает голову в мою сторону и кусает за плечо, пока кончает внутрь, продолжая проталкивать мелкими движениями сперму внутрь. Я жалобно всхлипываю, вновь сводя брови к переносице домиком. Немного сильнее развожу ноги, слегка покачиваясь на толстом члене. Мне хочется вобрать в себя все, что он мне дал.       - Хорошая девочка, - поднимаю взгляд и вижу черные глаза в отражении зеркала над приборной панелью. Влажные от лихорадочного блеска. С хмурыми светлыми бровями и по бл*дски суженными в хищническом жесте.       Я бы кончила третий раз, если бы была способна. Но не могу. Поэтому просто растягиваюсь в яркой нежной улыбке, как самый благодарный на свете олененок за то, что его поймали.       - Да, дядя.