2.Kyoka and the Case of Snoring Vents/Кьёка и случай с вентиляционными отверстиями для храпа

Кьёка Джиро выросла, постоянно зная обо всём, что происходит вокруг неё. Это было и благословением, и проклятием: благодаря своим наушникам она могла буквально всё слышать. Она изо всех сил старалась не совать нос в чужие дела, но это было нелегко, и она чертовски хорошо научилась хранить секреты, учитывая то, что слышала на протяжении многих лет. Когда её приняли в класс 1-А, она знала, что, скорее всего, услышит что-то неприятное. Это было неизбежно, когда ты находишься среди людей, которые не знают о твоей причуде и о том, как она работает. Она научилась распознавать, что вызывает у людей тревогу, по учащённому сердцебиению и дыханию, поэтому она знала, что у Тодороки что-то не так с отцом, что Бакуго был чувствителен, когда речь заходила о родителях в целом, что над Шоджи, скорее всего, издевались из-за его мутации, что Каминари ненавидел, когда с ним обращались как с дураком. Однажды она совершила ошибку, подразнив его, и сразу же решила больше так не делать из-за его реакции. Конечно, он сделал вид, что ничего не произошло, но Кьёка знала правду. Её довольно легко приняли в Бакусквад, и она быстро подружилась со взрывным Бакуго и золотым ретривером Киришимой. Она хорошо поладила с Миной с первой же встречи, они обменивались плейлистами и советами по макияжу. Она извинилась перед Каминари, и после этого он принял её, и они игриво подшучивали друг над другом в учебных группах. Она также подружилась с другим сверхслышащим человеком, Шоджи, и сформировала неформальную группу поддержки для тех, кто знает то, чего не должен знать. Кьёка также внимательно следила за поведением Мидории. Зелёный подросток по большей части держался особняком, общаясь с так называемым Изусквадом в составе Ииды, Урараки, Тодороки и Тсу. Но все в классе 1-А быстро узнали о подростке с причудой «Дракон». Он был невероятно добр к своим одноклассникам, всегда протягивал руку помощи, когда мог, но при этом яростно защищал тех, кого считал своими. Он чуть не оторвал бедному Каминари голову, когда тот прикоснулся к тетради Мидории, просто чтобы перевернуть её и лучше скопировать записи. Почти сразу же Мидория извинился, размахивая руками и говоря, что он работает над тем, чтобы лучше контролировать свои инстинкты, и что, пока он учится, он иногда срывается, когда люди делают что-то неожиданное. Поэтому Кьёка посвятила часть своего разума изучению того, что движет Мидорией. Она несколько раз слышала, как он говорил о своих инстинктах, и в последний раз он объяснял Всемогущему, что на самом деле у него холодная кровь и ему нужно согреваться. Это было несколько недель назад. В следующий раз, когда Мидорию застали спящим на уроке, Кьёка была одной из последних, кто вошёл в класс. Она поспешила к своему месту и села прямо перед звонком. Она выдохнула, откинула чёлку с лица, порылась в сумке и достала тетрадь на утро. Айзава-сенсей вошёл в класс, когда прозвенел звонок, и Кьёка почувствовала, как его строгий взгляд обводит классную комнату. — Яойорозу, где Мидория? — спросил он, облокотившись на подиум и ожидая ответа Момо. — Я не уверена, сенсей, — ответила Момо. — Обычно он приходит одним из первых… Может, он заболел? Бакуго фыркнул. — Ботаник пришёл в школу с гриппом, — протянул он, откинувшись на спинку стула. — Кроме того, я видел его сегодня утром. Он любит бегать перед школой. Айзава-сэнсэй глубоко вздохнул. — Тогда я позвоню его матери после классного часа. Кьёка нахмурившись посмотрела на пустую парту Мидории. В классе воцарилась тишина, когда Айзава-сенсей повернулся и начал писать на доске. Вот тогда-то она и услышала это. Тихий, хлюпающий выдох раздался над ней. Кьёка наклонилась вперёд над своим столом и слегка постучала Шоджи по плечу. — Ты это слышал? — тихо спросила она. Шоджи кивнул, глядя вверх. — Да. Как ты думаешь, что это было? Прежде чем Кьёка успела что-либо сказать, ее прервал тихий храп. Она знала, что это храп. У каждого в этой комнате были свои особенности голоса, дыхания, она могла отличить каждого из своих одноклассников по частоте сердечных сокращений в состоянии покоя. Да, она знала, что это жутко, но это могло пригодиться, как, например, сейчас. Кьёка подняла руку. — Э-э, сенсей? — Позвала она. —Кажется, я знаю, где Мидория. Айзава-сэнсэй повернулся и посмотрел на неё. — Где? Киока указала на вентиляционное отверстие над собой. — Кажется, я слышу его там наверху. Айзава-сенсей проследил за её пальцем и тихо фыркнул, так что, скорее всего, это услышали только она и Шоджи. — Проблемный ребёнок, — пробормотал он, прежде чем его оружие для захвата ожило у него на плечах. Один конец выскользнул наружу и обвился вокруг вентиляционного отверстия. От резкого рывка вентиляционное отверстие распахнулось, и Мидория вывалился из него, со стоном упав на землю. — Хорошо, что ты присоединился к нам, Проблемный Ребёнок, — протянул Айзава-сенсей, скрывая веселье в голосе. Бакуго дико захихикал, прежде чем предложить Мидории руку. Мидория с ворчанием оттолкнул руку, поднялся на ноги и побрёл к своему столу. — Не хочешь поделиться, почему ты там оказался? — спросил Айзава-сэнсэй, опираясь на свой подиум. Мидория плюхнулся на своё место, потирая глаз одной рукой. — Было тепло… Это всё объясняло. В школе недавно включили отопление в связи с приближающимися осенними холодами. По классу прокатился смех, к большому смущению Мидории. Айзаве-сенсею пришлось использовать свою причуду, чтобы взять ситуацию под контроль и вернуться к заданию. Но Кьёка слышала, как он тихо смеётся, прикрываясь шарфом.