5. Благие оскорбления

– Что делаете? – Монтанелли зашёл на кухню, несколько удивлённый тем, что никто, кроме малышки Марианны, его не встречает. А ведь семья была дома в расширенном составе, заняли почти весь диван перед телевизором. Аня валялась на коленях у Артура, в небрежной и расслабленной позе, насколько это позволял последний месяц беременности. А Меланья сидела на другом конце дивана, или почти лежала, задрав ноги на подлокотник. Артур уже давно съехал с этой квартиры, а Меланья так и не перестала ходить дома исключительно в лосинах или шортах. – Ну как что делаем? – подняться навстречу Артур не мог и только рукой отцу помахал. – Разумеется, глубоко морально разлагаемся. И слегка оскорбляем чувства верующих. – «Благие знамения» мы смотрим, – пояснила Меланья, ещё подвигаясь к краю и давая мужу место рядом с собой. – Я потребовала от твоего сына объяснить, кем именно он меня обозвал. И он вот нашёл сериал в онлайне.  – Артур? Что происходит?  – Сейчас, тут все равно придётся назад перематывать. Вот. Аж Всадник Апокалипсиса. И он указал на странную, вроде бы женскую, фигуру примерно Меланьиной комплекции и с копной белых волос. – Загрязнение, вместо Чумы, по книге – Мел, а значит, здесь Мелани, раз дама. – Нельзя не признать, правда чем-то похожа, но… – Энцо! Он не за внешность! Он тут прикрылся беременной женой и вспоминает, как полы на этой кухне мыл! Если ему сейчас мои полы не нравятся, кто не даёт опять мыть! – Дорогая, в гости ходят не уборку делать, – мягко заметил Монтанелли. – Но и не хамить! – Вот это верно, – он перевёл взгляд на сына. Тот ответил автоматически: – А Варенухе запретили лгать и хамить только по телефону. Изначально же это было в мессенджере. И кто-нибудь хочет дальше смотреть или я схожу покурю? – Да мы-то с Риваресом уже все видели, – Аня легла поудобнее, явно не желая его отпускать. – А вот Лоренцо Батьковичу, если что, стоит смотреть сначала. – Я ещё подумаю, стоит ли мне… – Правильно, – Меланья на миг прижалась к Лоренцо, потом поднялась, – сперва поешь, уже хорошо сидишь. Сейчас я тебе положу всё. – Спасибо, а потом… Марианна, будешь с папой полы мыть? – Шваброй? – пискнула девочка из своей, бывшей Артуровой, комнаты. – Мокрой? Конечно, буду! – А можно я буду восхищённо материться? – риторически вопросила Аня, наконец тоже приподнимаясь. – Артур, извиняй, я тебе там на правильное колено легла? – Всё нормально, это кошка выбрала бы неправильное. Чтобы лечить, – встал он и правда почти без усилий. И вышел.  – Аннина, – с лёгкой тревогой поинтересовался Монтанелли, – у Артура точно ещё есть таблетки?  – Есть, спасибо. Он просто много курит и ему это надо делать как можно дальше от меня. Потому что мне тоже хочется, даже очень, но нельзя категорически.  – Некоторые врачи, – заметила Меланья, – считают, что всё-таки можно, что запрещать себе больший стресс, а организм уж защитит. Чай, не алкоголь. Но мне судить сложно, у меня, помню, с Марьянкой как ножом отрезало в первые же дни, да и насовсем.  – Моя врачиха таких, которые не запрещают, называет вредителями. Вот и терплю, а тут ещё то, что плохо мне без него. Дома одна вообще сидеть не могу, ну, ты понимаешь, а гулять одной стрёмно. Ему за меня даже больше стрёмно, чем мне самой. Вот он и побросал почти все.  – Держитесь, буду за вас молиться ещё больше, – Лоренцо слушал и даже есть забывал. – За всех вас троих. Он ещё успел увидеть в дверях «сложное» лицо сына, который, видимо, эту фразу услышал и колебался между тем, чтобы растрогаться, и тем, чтобы съязвить ещё что-нибудь.  – Не вставай, не вставай, Анита, – Артур снова занял место на диване, а Аня сразу и жадно уткнулась ему в шею, пытаясь хоть так вдохнуть запретного дыма – и не только.  – Да Носова у нас не хрустальная, – подмигнула Меланья. – И точно не кошка. Она – вот, – кивнула на экран, где, как по заказу, застыл подходящий персонаж. – Вокруг кого у нас все мухи вьются? И вообще, скажите же – похожа?  Как минимум Вельзевул – её старшая родственница. – Ты почему не меня кусаешь, а Аниту? – осведомился Риварес нехорошим голосом. – Ну а в каком месте это оскорбление, мне нравится Муха, тут только если Энцо будет возмущаться. Кто ты из персонажей – я тоже знаю, но при нём озвучивать не хочу. – Ладно, жду хамство в мессенджере. – Я тоже почитаю, – хмыкнула Аня, – и да, Муха и мне вполне. Меланья потянулась за телефоном, стала быстро что-то набирать. – Ну хватит! – конечно, не было на свете вещи смешнее, нежели because I said so в исполнении Лоренцо Монтанелли… Зато у него были убедительно несчастные глаза. И, сам это чувствуя, он продолжил: – А я вот сегодня читал новую книгу в метро и чуть не плакал. Арчибальд Кронин, «Ключи Царства». Вот тут первой не удержалась от неприличного смешка Меланья. Поскольку ужин как-то не клеился, она успела перебраться к мужу на колени, вот и словила ассоциацию. На своё счастье, Монтанелли этого недопонял. Ему просто очень хотелось поделиться: – Там тоже про одного священника, шотландца, который очень долгие годы был миссионером в Китае. Это бесконечно проникновенно, я за двенадцать лет и близко ни разу не подошёл. Отец Фрэнсис Чисхолм святой человек. – Энцо, я была бы рада послушать эту книгу перед сном. Как и все, что ты читаешь. – Не перед сном, но и я бы послушать не отказался, – заметил Артур, – оскорбление, как говорится, за оскорбление. Кстати, книгу «Благие знамения», конечно, стоит читать в оригинале. Но у нас дамы без знания языка. Почти. – Да уж, – беззлобно заметила Меланья, – у нас Марьянка в свои семь по-английски понимает больше, чем я, – и наконец нажала «отправить». Через пару секунд Артур глянул в пискнувший телефон – и показал Ане сообщение: «Адам Янг. Антихрист. Только вот с друзьями не свезло».  – Зато собака есть, – не удержалась Носова от комментария вслух.