1. Намджун

- Где Намджун-хён? - Чимин выполз из гостиной с выражением крайнего затруднения. Все мемберы кроме Юнги и лидера уже сидели в комнате, и, судя по звукам, устроили какую-то потасовку. Видимо, снова пытаются решить кто съест больше пельменей. - У себя, - пожал плечами Юнги, снимая наушники. Парень встал и, потянувшись, указал рукой на комнату лидера. - Он не вылезает еще с самого утра. Хосок и Чонгук уже заходили и интересовались, как у него дела. Вид у него грустный. Во время перерывов я слышу, как он читает рэп или стучит по клавиатуре компьютера. Буквально. Головой. Я думаю, он слишком усердствует. Даже несмотря на вполне обычное каменное лицо Юнги, сейчас он выглядел довольно обеспокоенно. В последнее время все участники заметили, что от их лидера ни слуху ни духу, только иногда им удаётся пересечься с ним, когда тот выходит в туалет или же приходит на обед. Парней уже начинало беспокоить подобное поведение Намджуна, обычно несвойственное для него. Редко можно увидеть его в столь плачевном и подавленном состоянии. Тихо шурша тапочками, Юнги удалился в гостиную, в которой уже устроили конец света, революцию и третью мировую. Казалось бы, хуже некуда, еще немного, и бедный стафф, случайно проходивший мимо, может стать жертвой вопросов о том, кто громче жует, храпит, кто дальше плюет и громче орет. Кивнув уходящему Юнги, Чимин аккуратно постучал по двери комнаты Намджуна и тихо приоткрыл ее. Сначала, полумрак окружавший все пространство кроме рабочего стола, немного удивил Чимина. Парень застыл, хлопая глазами и пытаясь привыкнуть к темноте. Когда это наконец случилось, он тихо прошел к фигуре, напоминающей Намджуна. Тот был в непонятно каком положении. Вроде, он занимался чем-то, но его неподвижность говорила о том, что он спит. Если бы Чимин мог сейчас приглушить остальных бантанов, то услышал бы тихое сопение лидера, но увы. Он осторожно дотронулся до плеча Намджуна, стараясь не испугать. Через несколько секунд лидер громко вздохнув, приподнял голову. Из-за полутьмы и теней он выглядел ещё больше вымотанным, поэтому Чимин тяжело вздохнул: - Хён-, - начал было он, но был прерван быстрой реакцией: - А, извини. Вы, наверное, только меня ждете, - перебил его Намджун, поднимаясь со своего места. Когда парни зашли в гостиную, уже творился полнейший хаос. Сегодня участники решили выпить, так как закончили съемки клипов и были почти готовы к выходу альбома. Тэхен случайно перебрал, и пока ставил стакан на место, случайно задел перцовку, но не заметил этого и поднес руку к лицу, из-за чего у него начался приступ чихания. Чонгук с Хосоком сидели, уставившись в одну точку, они полностью сломались после того, как ударил алкоголь. Хотя было сложно сказать, пьян ли макнэ, ведь подобные зависания вполне обычное дело для него. Джин, который может надорваться от смеха не будучи пьяным, сейчас задыхался в истерике, наблюдая за тем, как Тэхен чихает, а Чонгук с Хосоком, абсолютно вылетевшие из реальности, подскакивали каждые несколько секунд. Лишь один Юнги сидел совершенно спокойно и, иногда поглядывая в экран телефона, наблюдал за мемберами. Стаффа в комнате не было, они поспешили удалиться, предоставив парней самим себе. Примерно такую картину Намджун и ожидал. Из всех семерых шум издавали только двое, но зато какой! Даже рок-концерты бывают потише, чем эти двое сейчас. Даже не дойдя до самой комнаты, парень уже представил, что творится за дверью. Он слышал звуки, которые может издавать только Сокджин - парень уже не мог дышать, поэтому отчаянно пытался это сделать, из-за чего везде раздавались звуки кричащей чайки. Лидер зашел сразу за Чимином и от неожиданно яркого света почти сразу зажмурился. Он уже привык к тому свету лампы и темноте, окружавшей его. С трудом открыв глаза, он понял, что все звуки стихли, кроме уже редкого чихания. Буквально все, кто мог, резко отвлеклись от своих дел, уставившись на пришедших. Разве что Чонгуку понадобилось несколько секунд чтобы снова вернуться в действительность. Следующие несколько минут прошли в полной тишине. Даже Тэхен наконец смог успокоиться, а сейчас он вытирал подступившие к глазам слезы: - О, хён! - Тэхен шмыгнул покрасневшим носом. Намджун сел за стол и взял тарелку, разглядывая их ужин. К тому времени, когда парень закончил есть, в комнате снова стало шумнее - Чимин с Тэхеном сидели и активно что-то обсуждали уже в нетрезвом виде, вскоре к ним присоединился Чонгук, который, похоже, все это время перезагружался. Хосок молча сидел и слушал бурное обсуждение макнэ-лайна. Устало вздохнув, Намджун отложил палочки для еды, а затем с громким выдохом откинулся на спинку стула. Сокджин, недавно умиравший от смеха, сейчас сидел с серьёзным выражением лица, а Юнги что-то быстро печатал. Возможно, они втроем бы и провели все время в тишине, но ее вдруг прервал Джин: - Намджун, - неожиданно серьёзно и твёрдо проговорил он. - Тебе стоит отдохнуть, скоро ты просто выгоришь. Все сейчас стараются, но ты... - В скором времени у нас камбэк, - ответил Намджун. Было видно, что он смутился от заданных ему вопросов. - Именно поэтому тебе не стоит так сильно напрягаться. Ты же потом вообще развалишься. Мы же недавно обсуждали, что в скором времени после выпуска альбома устроим тур. Осталось всего ничего, - Юнги убрал телефон. Все это время он молча сидел и слушал их. Джун в ответ виновато понурил голову. Возможно, Сокджин и Юнги были правы. Он не хотел заставлять ребят волноваться, но в итоге сделал это, отчего ему стало очень грустно. Вернувшись обратно в комнату, Намджун глянул на единственную горевшую лампу, стоявшую у него на столе. Она освещала кучи каких-то бумаг, черновиков, наушники, скомканные огрызки листов и много всякого хлама. Парень на несколько секунд застыл: он даже не замечал, какой бардак творится в комнате. Он устало плюхнулся на кровать. Джун правда хотел стараться. Стараться для мемберов, стараться для арми. Он хотел вложить все свои силы, ведь все-таки он айдол. Он должен быть опорой и поддержкой для других, он лидер своей группы, он не должен ломаться, ведь участникам так нужна моральная помощь, они ищут ее именно у него, у Намджуна. Он прекрасно знал об этом, так как сам загнал себя в эти рамки, сам стал жертвой собственных убеждений. Он, как лидер, решил добровольно отдать себя в жертву ради того, чтобы стать той самой опорой. Он не заслуживал бы той же самой любви? Джун даже не задумывался об этом, так как слишком был занят опекой спокойствия других. Он принимал весь удар на себя, читая бантанам только положительные комментарии, стараясь не расстраивать парней, которые ужасно знали английский. Он так боялся собственной внешности, что не мог показывать собственные глаза. В первые годы после дебюта он боялся показать свои глаза, боялся осуждения и хейта. Намджун настолько загнался, что лишь чужое утверждение его красоты могло дать ему возможность поверить в себя. И почему же он вспомнил это прямо сейчас? Парню вполне хватало его чувства усталости и вины перед всеми участниками. Но сейчас все эти чувства жгли его изнутри. Ему было больно. Больно внутри, от осознания всего. Он почувствовал подступающую к глазам влагу. Все это время пока он работал, оставался в зале для тренировок чуть ли не до утра, старался улучшить свои навыки, Он не мог, он не хотел подвести остальных участников. "Поэтому я выйду последним. Пока вы стоите на солнце, я буду тем, кто прикроет вас в тени." Намджуну было тяжело. Он старался успокоиться и сосредоточиться, но внезапно нахлынувшая волна негативных мыслей не давала ему этого сделать. Стараясь уже хоть как-то начать думать, парень резко выпрямился. Но сейчас уже было поздно. Он устал. Он сломался, будучи уже без сил. Слезы, одна за другой, закапали из глаз. Но разве его боль - единственное, что у него есть? Намджун тяжело вздохнул. Он уже не знал, что делать. Он прекрасно понимал, что из всей группы он самый непопулярный, но был готов к этому. Он всегда считал, что не достоин и того внимания, что у него есть. Он ценил всех, кто отдавал ему хоть чуточку своей симпатии, и был готов отдать взамен всю свою любовь, все свое время, силы и старания. Именно поэтому он был готов постараться. Но, резко, Джуна осенило. Ведь помимо той печали, что у него есть, всех накопившихся у него страданий, у него есть бантаны. Те люди, которые его поддерживают. Именно с ними он прошел и огонь, и воду, и хейт. Только сейчас он понял, что на все, что сделал для них лидер, участники возвращают их заботу в двойном размере. Именно эти ребята стали для него семьёй. У Намджуна есть арми. Та самая армия, которая не позволит его обидеть. Он понял, что за его любовь арми готовы защищать его. Прыжком вскочив с кровати, Джун быстро вытер слезы, но почему-то не смог их только остановить. Но это уже стало неважно. Парень прыгнул на стул и, схватив первый попавшийся листок и письменную принадлежность, начал быстро писать. Он делал это настолько быстро, что почерк становился разборчивым лишь для него, а врачи даже близко не стояли. Но, спустя несколько десятков минут он наконец поднял листок перед глазами. На нем красовались первые два куплета: "이젠 너무 선명해졌어 저 환호 속의 낯선 그림자 아마 다신 믿을 수 없을 좋은 것만 보고 듣잔 말 고요한 너의 슬픔이 나를 흔들어 조용한 나의 바다에 파도가 일곤 해" Спустя еще несколько минут, появилась следующая строчка. Однако, Намджуну она чем-то не понравилась. Задумчиво вытирая глаз, он гипнотизировал листок. В общежитии уже было совсем тихо, все уже или легли спать, или сидят в соц сетях. Его одиноко горевшая лампа уже становилась единнственным, что сейчас горело в доме. Веки покрасневших глаз уже опускались, его недосып в последние дни давал о себе знать. Но даже несмотря на это, Джун настойчиво перечитывал первые два куплета. Его исписанный листок превратился в непонятно что, странно, как он вообще разбирал, что пишет и что написано. Дальше дело немного не шло. Он уже испробовал несколько вариантов, но ни один из них не подходил под смысл, который он вкладывал в зарождающуюся песню. Парень закрыл глаза. Такими темпами снова ничего не выйдет. Неужели все вдохновение ушло просто вникуда? Но он не должен был останавливаться. Если сейчас он сможет передать свои чувства, то сможет пробиться через свои комплексы, сможет не подвести ребят и сделать всю их поддержку не напрасной. Джун все больше зарывался в свою память, вспоминая нужные слова. Он не знал, чего точно он хочет, но это "что-то" определенно теплилось где-то на глубине. Точно!! Намджун открыл глаза. Он понял. Стараясь не забыть, парень схватил карандаш и продолжил писать: "Louder than bombs I break 쏟아지는 아픔들 네가 지었던 그 표정이---" Да, это было именно оно. Его вдохновение. За эти несколько часов парень испытал слишком много чувств. Но сейчас он прекрасно понимал, как их передать. Рассветало. Красные облака плыли по небу, а солнце уже выходило из-за горизонта, занося солнечный свет в окна общежития. Но лампа Намджуна все ещё горела. Он до сих пор не спал. Он быстро-быстро писал и исправлял, писал и исправлял, и так на протяжении нескольких часов. Парень резко перестал чувствовать усталость. Его озарило и осенило, он понял, что он хочет рассказать будущим слушателям. Карандаш и бумага уже были на пределе, но Джун продолжал писать. Наконец, дописав последние строчки, Намджун от души поставил жирную точку. Оставалось только придумать название. Немного подумав, парень посмотрел на начало куплета. Именно то, на которое он потратил несколько часов. Оно идеально подходило. Но не успел он написать, как дверь со всей силы распахнулась. Это был Чимин, который вместе с Тэхеном и Чонгуком договорились встать рано и сходить в зал для тренировок чтобы отработать некоторые движения. Намджун уже почти не удивлялся, но все же вздрогнул от неожиданности. За Чимином появились две фигуры повыше: Тэхен и Чонгук. Все трое выглядели взъерошенно, похоже, что только встали. - Эй, хён!! - тихо закричал Чимин. Макнэ выглядели агрессивно. - Потише, - буркнул Тэхен, стоящий с лицом лица, и грозно посмотрел на лидера. Чонгук же просто молчал, уставившись куда-то в пустоту. Намджун повернулся обратно к листку и, написав название, молча протянул листок парням, выражение лиц которых сразу изменилось на вопрошающее. Тэхен взял протянутую им бумагу и упорно начал читать, нахмурив брови. - Хён.. тут ничерта не разобрать..., - наконец проронил Чимин, спустя некоторое время разгадывания шифра Намджуна. - Э? - в ответ парень немного смущенно забрал листок обратно. - Ко мне резко пришло вдохновение, поэтому я решил все записать... - проронил он. Откашлявшись, он начал читать им текст, а закончив, посмотрел обратно на макнэ-лайн, ожидая их оценки и мнения. - Ты сочинил это за ночь?.. - проронил Чонгук. - Мне нравится. - Мгм.. мне тоже, - задумчиво кивнул Чимин. Тэхен же просто похлопал глазами, соглашаясь с мемберами. - Как ты назвал это? - Я.. я хотел показать и рассказать о своих мыслях и чувствах.. думаю, название "Louder than bombs" подойдёт, - Намджун улыбнулся и жирно написал сверху название.