Часть 3

Прошло чуть больше недели. С того дня я стал одиноким, нет никого кто стал бы мне другом. Единственное что осталось в моем затуманенном разуме это ненависть ко всему. Жизни, людям, дружбе, любви. Обычной, дружеской. Мне каждую ночь снятся кошмары. Я так же сижу на коленях у лужи пересохшей крови, солёные слезы перемешиваются с дождём, крик матери Криса смешался с моим и больше ничего, вокруг пустота и боль. А на следующий день, как ни странно, был похорон. Бледное лицо друга, слезы его матери, а во мне — пустота. С тех пор я почти ничего не ел, заперся в комнате и смотрел в стену. Порой каждая вещь напоминала о Крисе. Я рвал, сжигал книги, полотна расписанные самым близким человеком в моей жизни. И что теперь? Его нет, как и меня. Я пустая оболочка. Иногда мама тихонько открывала дверь чтобы убедиться что со мной все в порядке. «Черт, никогда ничего уже не будет в порядке!» Оставляла мне еды и с понимающим взглядом уходила. Я был благодарен ей за это. Время от времени на ноутбук приходили уведомления. Я их считал, за последние 3 дня — 144. Это была Лола. Она не поняла что случилось. Мы хорошо провели время и тут я пропал. Мне было все равно. Еще через неделю я немного пришёл в себя. Стал выходить из комнаты и даже немного прибрался. Мама была рада. Через пару дней вышел на улицу и проходя 10й дорогой ту многоэтажку заметил Лолу. Я пытался пройти так, чтоб она не узнала меня, но все попытки были провалены. Лолита подбежала ко мне с обеспокоенным лицом начала расспрашивать: — Сэм, что случилось? Почему ты пропал? Я что то не так сделала? Мне не хотелось отвечать на ее вопросы поэтому я просто развернулся, сказал: — Поговорим потом, Лола. Я занят. И ушёл. Она не хотела просто так сдаваться, догнала и схватила меня. Я удивился (первая настоящая эмоция за 2,5 недели?). — Что ты хочешь от меня? Я сказал — занят. — Мне плевать, просто скажи что я не так сделала что ты не хочешь общаться? О боже, Лола, пожалуйста, молчи. — Ну, я жду объяснений. Или ты хочешь тут до конца своих дней стоять? Я не был готов к разговорам да и вообще не знал что ответить. Просто уставился на ее руку которая крепко удерживала мою. Ее глаза загорелись и намокли: — Сэмюэль, ты хоть знаешь что я пережила?! Я так устала от вас, парней. Вот что я не так сделала, что ты даже на почту не можешь ответить мне? Я столько слез пролила, а тебе то что? Стоишь, молчишь, хмуришься. Зачем вообще меня приглашал куда то? Чтобы потрепать свое самолюбие и унизить обычную девчонку которой ты понравился. Поздравляю! У тебя получилось! Лола убрала свою руку с моей и пока ее глаза горели ненавистью замахнулась чтобы дать пощечину. У меня хорошая ловкость поэтому я схватил ее раньше и переполненный злостью сжал ее.  — Ты, маленькая сука, унижаешь меня, говоришь какой я неправильный, а сама причастна к смерти моего лучшего друга. — На бледную щеку упала слеза. — Когда ты со своей тупой неряшливостью врезалась в меня, то в это время мой друг стоял неподалёку от твоего дома на крыше и через пару секунд сиганул с нее. — Ее глаза были испуганны. А в моих смешалась усталость, боль, слезы, гнев. — Пока ты мне что то трепещала своим «ротиком», половина меня умирала лежа на асфальте в пару десятков метрах от нас. И после этого ты говоришь что я в чем то виноват? Да ты сама во всем виновата. Это все ты! — Сэм, хватит! Успокойся! Я вообще ни при чем. Никто не виноват, я читала новости, это самоубийство. Его ж никто не толкал. — Да как ты смеёшь так говорить? — Я оттолкнул ее от себя и ушёл. Так и не попрощавшись. В последний раз запомнил ее лицо, испуганное и залитое слезами. Она почувствовала что чувствую я.