Часть 1

      горошко оседает на стул, устало обводя взглядом помещение, где он с коллегами по театру репетировали новую пьесу. у парня сегодня день рождения, который получается очень унылым, от этого даже немного обидно, праздник же, а веселья нет, только работа.       к сереже подходит аня завтур и садится рядом, так же вымученно откинувшись на спинку пластикового стула для зрителей. она глубоко вздыхает, закидывает ногу на ногу и говорит парню:       — праздновать будешь сегодня?       в её голосе слышится сочувствие и собственная усталость — на репетиции она вся отдалась, а сейчас сидит мокрая и замученная, пытается серёжу поддержать.       — да я не знаю, — он пожимает плечами.       — с сашей посидите?       — если не усну, пока она придёт.       горошко смазано улыбнулся и опустил голову, разглядывая свои кеды. аня резко встала, похлопала его по плечу и бросила напоследок:       — ну ты не расстраивайся, главное. завтра ещё может что-то устроим тебе тут. саше привет. с днём рождения, ещё раз!       — спасибо, — серёжа кивнул и улыбнулся уходящей девушке.       горошко остался сидеть один в пустом цехе. его мысли были заняты не до конца понятным сожалением о том, что все сегодня не слава богу. парень прикидывал, что можно, наверное, поехать прямо сейчас в бар, напиться и вернуться домой, а утром просто побыть с сашей. но идея эта так и осталась просто идеей, потому что серёжа понял, что лучше просто поехать домой и отдохнуть. *** — лев николаевич, ну пожалуйста!       саша стояла перед начальником, неловко опустив по швам руки, потому что не понимала, куда их деть. она выглядела, как маленький ребёнок, выпрашивающий игрушку с очень жалобным лицом.       — александра дмитриевна, я понимаю, что у вас семейные обстоятельства, но я же не могу просто отпустить вас в середине рабочего дня, — пожилой мужчина недовольно косился на девушку.       — я выйду в субботу, — она не сдавалась. — пожалуйста, мне очень надо…       — вы отчёт за прошлый месяц по лабораторным работам написали?       — да, — саша энергично закивала.       мужчина вздохнул, еле заметно закатил глаза и выдал:       — ладно, — тот махнул рукой. — в субботу выходите.       — огромное вам спасибо! всего доброго! — она почти подпрыгнула от радости и скрылась из кабинета.       буквально за десять минут шаинова собралась и выбежала из здания лаборатории, запрыгнула в автобус и упала на кресло с широченной улыбкой на лице. радость и удовлетворенность от того, что она сможет-таки подготовить сереже сюрприз, переполняла её, потому что она знала, что он сегодня придёт домой где-то в семь, явно не очень весёлый и счастливый, а она ему сюрприз устроит, порадует.       чуть не пропустив в потоке мыслей свою остановку, девушка выбежала из автобуса и зашагала домой, попутно строча сообщение давней подруге серёжи, чтобы она пришла помогать.       шаинова торопливо зашла в квартиру, скинула с себя куда-то в угол кроссовки, бросила на стул сумку и, врезаясь в мебель от волнения, полетела мыть руки. успеть бы все сделать до его прихода, хочется ведь и торт испечь, и украсить все, и спрятать гостей с шариками, а все это требует времени.       ухачева (подруга серёжи) написала, что через сорок минут подъедет, если не заходить в магазин, саша ей ответила, что хорошо бы купить шампанского и сливочного масла для торта. в итоге, с учётом всех передвижений, подруга приедет не раньше, чем через час.       шаинова встала посреди комнаты, уперев руки в боки, оценивающе оглядела помещение и вздохнула. «нужно гирлянду повесить», — отмечает про себя. она сорвалась с места и зашагала к шкафу, в котором лежат новогодние украшения. сняв коробку с верхней полки, девушка поволокла её в гостиную и принялась развешивать огоньки на карнизы для штор, ещё одну набросила на книжный шкаф и поняла, что до розетки гирлянда не дотягивается. саша тихо выругалась и рывком стянула гирлянду со шкафа, чудом её не порвав. повторив махинации, она всё-таки пристроила её к розетке и с довольным видом отошла, осматривая своё творение.       —салат, салат… — думая вслух, вздохнула шаинова.       она пошла к холодильнику, распахнула его и стала вспоминать рецепты салатов, учитывая имеющийся набор продуктов. потом она поняла, что салат надо делать в конце, чтобы он не размок, а сейчас стоит начинать готовить основное блюдо, потому что это долго.       работа на кухне закипела.       через час с небольшим приехала саша ухачева с тремя бутылками вина, бутылкой шампанского, двумя пачками масла и ещё какими-то закусками. шаинова её привлекла к готовке куриных грудок, а сама стала печь брауни.       девочки болтали ни о чем, пока у них были заняты едой руки, чувствуя себя чудесно в хорошей компании.       — ну мы до универа веселились, — хихикнула ухачева. — сначала сами на квесты ходили, а потом работать пошли.       — на хорроры?       — ага. мы один раз пять или шесть квестов за два дня прошли.       — жесть какая, — шаинова засмеялась, стряхивая с лица волосы. — я один раз в жизни была и мне не понравилось.       — ну кому как, — блондинка пожала плечами. — блин, ты бы видела серёжу в гриме, это капец. мы его мазали белой краской, рисовали чёрные глаза, как у панды, и он вот так ходил и орал.       — ой, не хочу это представлять, — шаинова как-то странно засмеялась, будто бы ей было очень некомфортно от такого образа. особенно после того, как горошко её своими воплями очень часто пугал до дрожи.       — да и не надо, — подруга улыбнулась. — а ты что до универа делала?       — зубрила, гадала на таро и ходила на йогу, — саша пожала плечами, тряхнув головой, будто бы отгоняя мысли о сереже-птеродактиле в образе призрака.       — а, ты же на инженера…       — да-да, там не зубрить нельзя, — она усмехнулась, прикрыв глаза.       — да у нас тоже весело было, британский вуз, экономика.       — ну серега-то в театральный, там не надо зубрить всю физику за два года, олимпиады физтеха тебе там не помогут.       — повезло ему с этим.       — и не говори.       девушки приготовили всю еду, которую планировали, даже написали на брауни сливочным кремом «с днем рождения!», оставили в духовке основные блюда, чтобы не остывали, заказали доставку шариков, а потом шаинова поняла, что у них нет свечек, и они побежали в магазин.       время близилось к шести, в квартиру стали стекаться гости в лице коткова, который почему-то оказался в питере, даши шаминой, специально сбежавшей с репетиции под предлогом того, что ей нужно забрать дочь с кружка, и ещё одного друга горошко, которого тоже зовут сергей.       они привезли ещё вина, подарков, даша приехала с букетом из креветок и ящиком пива, чем очень рассмешила вообще всех. рома ходил по комнате и всех подкалывал, саша ухачева болтала с серёжей, а саша шаинова наблюдала за всем этим, думая, что в квартире две пары тёзок и надо что-то с этим делать.       — саша, серёжа, у нас проблема, — шаинова подала голос и отстранилась от кухонной столешницы, на которую она облокачивалась.       — а? — ухачева подняла вопрошающий взгляд.       — я саша и ты саша, а ты серёжа, и сейчас приедет ещё один. что делать будем? — чрезмерно серьезно сказала шаинова, явно пытаясь не засмеяться.       — ну я серый, что уж велосипед изобретать, — парень пожал плечами. — ты только сереге скажи об этом, а то тоже будет откликаться.       — окей, — шаинова кивнула. — будешь ушей? — она повернулась к девушке и улыбнулась.       та смущенно усмехнулась и кивнула. шаинова обернулась и увидела занимательную картину: даша показывает роме какие-то фотки, тот громко смеётся и приговаривает что-то про то, что серёжа всегда в своём репертуаре. заинтересованная саша подошла к ним, заглядывая в телефон даши.       — он дома тоже на прочность все проверяет? — засмеялась шамина, включая видео, где серёжа бьется головой в каске об столб.       — стул видишь? — саша кивнула в сторону табуретки, грустно стоящей у стены.       — что с ним? — спросил котков.       — а ты на него сядь, — заговорщически улыбнулась девушка. — рома, нет!       она всем телом наклонилась к мужчине, когда тот пошёл к стулу, пытаясь за него ухватиться, чтобы он не садился на этот несчастный предмет мебели. рома усмехнулся и подхватил сашу под локоть, потому что она уже почти вписалась носом в угол стола, за которым все сидели.       — что он с ним сделал? — усмехнулся котков.       — он на нем наклонился, там подломилась ножка, короче, серёжа свалился, табуретку сломал, на неё теперь можно только чашки ставить, как на кофейный столик.       — кто чинил? — спросила даша.       — естественно, я, — саша немного возмутилась.       — м-да, — протянул котков, поправив очки. — серёжа мастер все ломать.       — отличная вы парочка, конечно, — хохотнула шамина.       — ой, да ну вас, — отмахнулась саша.       ее взгляд упал на настенные часы: без десяти семь, репетиция у серёжи сегодня должна была закончиться в шесть, ехать ему примерно час.       — ребята! прячемся! — воскликнула саша, убегая в коридор, чтобы везде погасить свет.       в гостиной специально закрыли шторы, чтобы было совсем темно, все уселись на диван, с которого было видно вход на кухню, саша с тортом спряталась в спальне, где сидела в темноте и пыталась воткнуть двадцать четыре свечки в торт.       в квартире воцарилась почти полная тишина, нарушаемая тихой болтовнёй в гостиной. рома всем рассказывал какие-то истории со съёмок или пьянок с горошко, а даша причитала, что он спивается.       ждать серёжу долго не пришлось. как только послышались звуки ключа в замке, все сразу перестали разговаривать, замерли, и, кажется, перестали дышать.       в коридоре слышался медленные шаркающие шаги, потом щелчок выключателя и гул вытяжки в ванной, шум воды, скрипение держателя для полотенца и снова шаги с тихим вздохом.       сережа чувствовал себя отвратительно. ему было очень грустно, голодно и одиноко. осознание того, что дома вообще никого нет, а саша с работы придёт ещё не скоро, медленно вытягивало из него силы. все, что сейчас хотелось — поесть, выпить пива и посмотреть какой-нибудь фильм. может, даже поплакать. странно, почему в квартире пахнет едой? мясом каким-то… горошко заходит на кухню и где-то на секунду не понимает, почему тут так темно.       резко включился свет, сережа заметил прямо рядом с ним улыбающуюся ухачеву, держащую руку на выключателе, он переводит взгляд в комнату, все это происходит буквально за секунду, а дальше все кричат «с днём рождения!», к нему подлетают гости и суют в руку шарики.       — вы, ой… — сережа запнулся и глупо заулыбался, пытаясь осознать происходящее.       — с днём рождения! — его потянулась обнимать даша шамина. — ты крутой, никогда не останавливайся, ничего не бойся! мы всегда поддержим и поможем.       — даша… спасибо… — он выглядел так, будто бы сейчас растечется в лужицу, крепко обнимая подругу.       — ну что, серёг, двадцать четыре? — усмехнулся котков, похлопав по плечу парня, освободившегося из объятий. — продолжай в том же духе давай, только перестань ломать саше мебель.       — спасибо, — он кивнул. — а где саша?       — саша! — ухачева крикнула так громко, что у стоящего к ней вплотную горошко заложило ухо. — так, извиняй!       она отстранилась от парня и снова выключила свет. из коридора послышался тихий мат от того, что одной рукой держать торт, а другой открывать дверь неудобно, а потом из-за двери стал просачиваться желтоватый свет. саша вошла с горящим тортом в руках и замерла в проеме.       — с днём рождения тебя! — она начала петь.       — с днём рождения тебя! — все сразу же подхватили. — с днём рождения, серёжа! с днём рожденья тебя!       под песню шаинова подошла с тортом к растекающемуся от счастья парню и встала перед ним, смотря ему прямо в глаза. тот широко улыбался и смотрел на неё так благодарно и влюблённо, что она и сама стала расплываться.       — задувай! — воскликнула шамина, когда песня была спета.       серёжа наклонился к торту и подул, сбив огоньки со всех свечек со второго раза. все ободрительно закричали «ура», захлопали в ладоши, ухачева включила свет, а шаинова поставила торт на стол и принялась выковыривать из него воск.       — это брауни? — серёжа с горящими глазами подошёл к столу, чуть дыша.       — да, — саша кивнула.       — вместе пекли! — ухачева полезла за тарелками. — нас сколько?       — шесть, — сказал серёжа шубенкин, вынимая из пакета бутылки с вином. — бокалы доставай.       — саш, где бокалы?       — тут, — шаинова указала блондинке на шкафчик.       все на кухне засуетились, стали доставать еду, алкоголь, посуду, резать торт, о чём-то болтать. серёжа в этом всем чувствовал себя так хорошо и радостно, что у него уже стали от улыбки болеть щеки. хотя он все ещё не до конца осознавался происходящее, потому что все было слишком внезапно. он медленно подошёл к саше, разрезающей торт, и очень аккуратно её обнял со спины, зарываясь лицом ей в макушку. шаинова лишь блаженно улыбалась, чувствуя спиной тепло парня.       торт был разрезан, но оставлен на потом, надо же поесть адекватной еды. в душной из-за жары на улице комнате стоял шум от смеха и разговоров, удары вилок о ножи, звон бокалов, а в воздухе витал запах приготовленной сашами еды. все потихоньку начали пьянеть, становиться более счастливыми, особенно серёжа, потом музыку включили, потанцевали, вручили сереже подарки, сфотографировались вместе и много-много разговаривали.       когда гости ушли, серёжа помог саше все убрать, а потом они очень счастливые и довольные легли спать.       у серёжи день рождения выдался отличным.