Часть 1

я урезонить злобу свою не смею. она раздирает горло, на связках зрея, и норовит сорваться из рта нарывом: жёлчь отвратительно едка и ядовита. ярость мне распорола живот, играя, — ястреб, покончив с чревом, гортань глодает. я на корню срубаю свой рёв-рычанье и, от обиды кровью губу венчая, ногтем взрыхляю сухость своей ладони: чтобы хребет мой не расхирел от боли (мне под лопатки напала, как зуд, щекотка — будто рождается чудище бармаглота) как ей к лицу — быть убитой мной! ах, я резвлюсь в фантазии, обезумев: зубьями лезвия лоб мазнув ей (время для нас обеих не для раздумьев), я короную пыреем ее чело и обрамляю уста ее белладонной — так куда лучше, не думаешь, мой ягненок? ох, эта греза прорезала мне язык! я осязаю злость свою — свой бензин. я потеряла контроль… или обрела?