Тихая грусть

- А... А я Леди баг! - Маринетт хотелось прошептать эти слова, чтобы Алье пришлось ее переспрашивать, и в итоге тайна личности так и не раскрылась бы. Но девушка произнесла это навзрыд, полукрича, так, что казалось, родители тоже услышали её тайну. Алья широко раскрыла глаза. Если бы могла, то уронила на пол челюсть со всеми зубами. Да, такого исхода она не ожидала. Посчитав, что говорить что-либо в таком случае бесполезно, а может даже и опасно, Аля просто обняла свою подругу, уткнувшись лицом ей в плечо. Маринетт обняла её в ответ и зарыдала. Ей никогда не было так больно и одиноко. Необходимо было выплакаться и посидеть в тишине. Вопросы были сейчас неуместны. Вся боль и печаль выходили наружу. Маска наконец треснула. - Так больно.. - прошептала Мари. Сердце больше не стучало в ребра, не билось о стенки организма, будто разрезая их изнутри, заставляя задыхаться и смеяться над приторно-сладкой тягучей субстанцией, сковывающей движения. Оно просто лежало, утыканное где только можно иглами отчаяния и безысходности, разрезано на части ножами страданий и боли, растоптоно и раскидано по углам животным ощущением адреналина* и мелатонина*. Всё предалось забвению. Всё то, что пыталась скрыть, сберечь в себе героиня, сломало её и выхлестнулось волной наружу. Страх и печаль. Будто ножом вырезали сердце, изображающее любовь, на самом сердце Маринетт. - Мари... - вдруг заговорила Алья. Нечего было уже терять. - Эта тайна останется между нами, обещаю. Девушка подняла на свою подругу заплаканные красные глаза и прошептала: - Я верю тебе, Аля. Потому и решилась рассказать. Мне больше не к кому обратиться. - Спасибо тебе. За доверие. - было слишком сложно, слишком больно. Аля разделяла её боль. И её грусть. - Я думаю, тебе нужно смириться и идти дальше. В конце концов, хоть Леди баг ты стала не по своей воле, но это лишь вопрос времени, когда Бражника наконец поймают. - Да, но что если... Если он не уйдет? Если до конца наших с Котом жизней будет нас мучать. - Эй... Такого не будет, слышишь? В конце концов, он старше вас обоих, и я не думаю, что такой подозрительный тип имеет на примете преемника, который верен ему. Кроме Маюры, конечно. Но она тоже взрослая. - Да, но сколько эта война будет продолжаться? Пока они не умрут? Маринетт кое-как вытирала слезы и пыталась сосредоточиться, массируя виски и отгоняя головную боль. Алья лишь молча дала платок и вдруг спросила: - Слушай, а что если придумать план по раскрытию Бражника? Он же где-то прячется и это место, я думаю, рано или поздно нашли бы. Например, какую-то заброшку. Или канализацию. - Нет, я не думаю, что он прячется где-то в городе. Его нужно искать в его же доме. Но проблема в том, что мы ничего о нем не знаем. Тем более, где он живет. - Да, это проблема. Подруги опустили глаза и начали думать на эту тему. Все-таки Леди баг надо было отвлечься, иначе город потерял бы защиту в её лице. - А что, если попробовать подчинить себе акуму, когда та еще не вселится в предмет? Или... Ах, как же сложно! - Мари. Сейчас не стоит забивать себе голову этим. Тебе лучше отдохнуть и прийти в себя. Как ты смотришь на то, чтобы пойти в кино? - Ой, знаешь, нет. Не лучшая идея. К тому же мы с Котом сегодня сходили на один сеанс. Было просто ужасно смотреть на эту мелодраму и героев, которые... Которые напоминали мне о недавних событиях. Мари опустила голову вниз, притворяясь, что разглядывает пол. На самом деле она пыталась не заплакать. Алье трудно было смотреть на её оптимистичную подругу, которая сейчас еле сдерживалась от еще одной истерики. Нужно было что-то придумать. Они должны закончить всё это. Хотя бы ради Маринетт.