Страница с царями и жрицами

WILL THE KEY UNLOCK MY MIND Я видела миниатюрку старую: там у ангела ключ — им открывается сердце человеческое. Я выведать хочу: «Будешь ли ты так?» ТРИ НЕМЫЕ ПЕСЕНКИ Кто сей, омрачающий Провидение словами без смысла? I. Я не хочу больше иметь слов, я хочу потерять способность говорить (а я уже — почти). Быть немым порываюсь, чтобы ничто тебя не смогло затмить, чтобы никаких терний — одни звёзды (и лампы божественные). II. Язык — пошлое явление. Я не хочу, чтобы мои губы складывались в удобные, заученные фразы, я не хочу разделять слова и их смысл с кем-либо ещё — тёмными и (не)далёкими. Отучи же меня говорить. III. язык мой — враг мой, язык мой — брат мой, язык мой — плоть моя, язык мой — плеть моя для са-мо-би-че-ва-ни-я ПЕСЕНКА МАЛЕНЬКОГО РЫЦАРЯ крыша едет зовите атлантов и кариатид пусть скорее явятся не то всё что меня скрывает от неба слетит я пока держу её временно старым копьём возможно оно сломается половицы зальёт дождём нужна будет ёмкость таз для бритья отдать не могу под ним голова глупая моя смотрю небо показывают подставляю лицо небо его не узнаёт хочет плюнуть я в потоке воды и стыда прячу руки за спину встаю и ухожу звоню атлантам больше не выдерживаю ЦАРЮ СПАРТАНСКОМУ (ТРИПТИХ) I.Человек, чьё имя — this is Sparta, избегаю я тебя, как лжепророка; ни Исайе, ни Иезекиилю, ни Науму и ни иже с ними за «Господь тебя о мостовую в гневе за грехи твои расквасит» мне внимать до боли не хотелось, а тебя готова слушать жадно, как бы слушали царя три бравых сотни, и к губам твоим прильнув — нет-нет, не думай! — я б слова, слова, слова твои вбирала. II.А когда я увидела, что с тобой стало, — в правой — бубен, на левой — браслеты и кольца, я решила, дружище, а ну её, Спарту — несомненно ошибся, кто дал тебе имя; забирай же себе государство Израиль, лишь за то, что ты пляшешь пред оком Господним; не смотри на Мелхол, не кричи им, что можешь танцевать несуразней, петь громче, фальшивей, если Богу угодно — ведь они так не могут, постесняются, скажут, что им не по чину — не смотри! Тот, кто хочет, наденет монисты и с собою прихватит тимпаны и гусли, а тебе будет мягким посланием с неба, что ты светел и свят, в исступленьи танцуя. III. А хорошо тебе! Я бы не льву тебя уподобила — ребёнку. Так и запиши, так и имя себе поменяй. А хорошо тебе! Зорок, как дитя, — вместо того, чтобы слепнуть, углубляясь, нарвал с полей цветов — увидел истину. Ею себя коронуй. А хорошо тебе! Ты, ты, ты, ты раскачивал меня на качелях, сам не зная того. Я пела, надрываясь, яростно и танцевала в волнах, вспоминая твой образ. И всё повторяю: священна, священна, священна! А хорошо! ПРЕВРАЩЕНИЕ Было дело: в обыденный женский голос, что высокочастотностью издырявлен, вторгся раз весенний несвежий воздух напевным басом. Ощутив себя без конца широкой, из всего, чем была, она стала морем, а её «спасибо» — утробным рыком Левиафана. *** В мощном прыжке ронял с качелей затылком на землю — я еле жива. Бил меж грудей тупой стрелою — я, как животина, отбилась, рыча. Рану лизав, что пахла манго, язык мой бранился: «Ах, вот бы тебя кто поборол, постылый лучник!» ЗНАМЕНИЕ Есть у меня на районе замечательное место, откуда неустанно доносится строго расставленный набор хитов с ретро-дискотек. Когда я мимо прохожу (очень часто), всегда звучит песенка, forever young которая, которая I want to be forever young. И значит оно одно (только одно): я выхожу гулять примерно в одно и то же время. *** И поющие, и играющие — все источники мои в тебе. А кто ты?