part.

Дождик моросит за окном, мокро, мрачно, так и клонит в сон, либо в грусть, ведь рядом любимого человека нет. Чимин уехал обратно в свой родной город, дабы закончить там некоторые дела по работе, а тебе предстаётся скучать и лишь по вечерам, ближе к ночи видеть возлюбленного в экран ноутбука или телефона, созванивая в Skype или же Telegram. Но это всё равно не то: хочется чувствовать его здесь, обнимать лениво, закинув ножки на его живот и играться с его копной волос, запуская пальчики и подобно гребню расчёсывать. Тихо хихикать, когда тот, как старый дед, ворчит из-за упоминания о работе, дурачиться, правда заканчивалось это далеко не милыми моментами, а как раз-таки наоборот. Заканчивалось всё тем, что ты дрожала, скуля в губы Пака, пока тот, как чертёнок, творил невообразимое, лаская твоё тело. — Уже поздно, а Чимин не звонил ещё... Надеюсь, что всё хорошо, — тихо разговариваешь с котом особа, поглаживая его по голове и за ушками, слушая мирное урчание, а после улыбаясь, когда питомец торкал мокрым носом в ладонь. Это заставляет отвлечься от грусти, но не скучать по парню никак не получается, а прошло лишь десять дней. Казалось бы срок небольшой, но дико долгий для обоих. Так бы ты и продолжила скучать, наглаживая кота, которому приспичило уйти спать на свое законное место – диван, от хозяйки. Но благо раздался рингтон мобильного, а на дисплее горело заветное имя, что обрадовало и побудило быстрее ответить, жаждя услышать голос Чимина. — Привет, малыш, прости, что сегодня позднее, чем обычно, — первым же делом извиняется на тругом конце провода Пак, виновато кусая щеку изнутри, наконец-то после трудного дня, опракинувшись на постель. — Привет, Чим, — а ты аж будто слова расстеряла, но быстро себя собираешь, наслаждаясь голосом Пака. — Ничего страшного, работа, есть работа. Да и тем более я дома, у меня выходной, поэтому отдыхаю. — Отдыхай, Данби, это правильно. Был бы я рядом, то обнял тебя, я ведь знаю, как ты не любишь дождливую мрачную погоду, — раздаётся на конце провода, пока парень произносит это с улыбкой, он слушал прогноз, поэтому примерно догадывается, что сегодня в Сеуле мрачно, нежели в Пусане, где солнце по небу каталось целый день и небольшой ветерок присутствовал. — А я бы завалилась потом на тебя и ворчала, как не люблю эту погоду, ведь сразу хочется лечь в спячку, — с тихим смехом добавляешь, валяясь на кровати, водя ногтем по ноге, будто что-то рисуя. Часто так делаешь при телефонном разговоре – привычка. — Ну... В спячку я бы не дал тебе завалиться, но дал бы кое-что другое. Более... Интересное времяпровождение, — с небольшой усмешкой подмечает парень, представив то, как бы сейчас расцеловал мягкие губы, линию челюсти, чувствительные ушки и шёл поцелуями ниже и ниже. Немного улыбаешься этим словам Чимина и тяжело вздыхаешь: — Чима... Я так хочу тебя рядом с собой, а не чёртово расстояние и тоску. — Я понимаю тебя, малышка, но надо потерпеть. И я обязательно тебе подарю всего себя, обещаю, — а он знает, что обещание сдержит, ну, а ты это тем более понимаешь. В пустой постели переворачиваешься на спину, лёжа в спальной широкой футболке Пака, которая пахнет им, что заставляет льнуть к этой вещи, как будто фетешистка, и глубоко вздыхаешь: — Но я уже хочу сейчас... Чертовски хочу, Чимин. Я слишком соскучилась. — Малышка, потерпи, — голос меняется, становится более вязким и глубоким, от чего аж живот узлом у тебя связывается, ведь сразу вспоминается, когда так сменяется его голос. — Или слишком хочется? Малышка, ты притихла... Ты сейчас коснулась своей груди, ведь так? Парень по чёрному играет, ведь ты сейчас неосознанно по груди ручкой провела, словно очерчивая её контур, а после не замечая сама, спустилась вниз, чуть раставив ножки. — Н-нет, просто кот сел на живот и мне стало немного тяжело, — отмазываешься, чтоб со стыда не сгореть, ты считаешь это немного странным, хотя рукой настойчиво касаешься поверхности мягкого кружева, совершив медленные поглаживания по кругу. — Врёшь, малышка. Ты трогаешь себя? Трогаешь же, я уверен, — языком обводит контур пухлых губ Чимин, ещё больше понижая голос, дабы некая власть сочилась в разговоре, доминирование. Сдаёшься смущённо выдавая положительный ответ на что слышишь хриплый выдох. — Тогда трогай себя так, как трогаю тебя только я, моя сладкая девочка, — тело немного напрягается, парень сам чертовски хочет тебя, поэтому опускает руку на немного пульсирующий пах. — Давай, помнишь сколько пальцев оказывается в тебе, когда мои губы терзают твои в мокром поцелуе? — Помню, два... — проводишь вновь пальчиками по влажному кружеву и закусываешь нижнюю губу, чтоб не простонать прямо в трубку. — Хорошо, верно, моя хорошая. Войди в себя двумя своими тонкими пальчиками, пошире расставив ножки, — наставляет мужчина и сам проводит несколько раз по ноющему паху, а когда слышит несдержанный стон в трубку, то веки прикрывает, представляя тебя сейчас. Рука сразу же пролезает под спортивные штаны и боксеры, соприкасаясь с горячей головкой, невольно поглаживая её большим пальцем. Ты всё верно сделала, поэтому сейчас тихо постанывала, прикрывая веки, расставляя ножки шире и толкаясь в себя двумя пальчиками, оглаживая внутри ребристые стеночки и слыша тихий хлюп. — Чима-а, — тянется тихо, чуть с хрипотой с твоих губ, — Я хочу чувствовать жар твоей кожи..боже. — Расслабь своё тело и представь меня рядом, слушай мой голос, слушай то, что я говорю. — Хорошо, я попробую, — ты делаешь пару вздохов и детально начинаешь представлять Чимина. Что буквально начинаешь чувствовать его дыхание рядом, будто бы теперь он контролирует твою руку, из-за чего движения развязные, под определенным темпом и углом. Тихие постанывания доходят до ушей Чимина и тот сам не остаёт: представляет, что вот ты рядом, что юзишь на месте из-за желания, как ты обычно делаешь. Глубоко вздыхает, обхватывая ствол, проводя по нему вверх-вниз, словно тебя на себе стараясь ощутить. На удивление это получается, ведь каждый из вас теперь ронял стоны в трубку, звал по имени друг друга, направлял, добавлял реалистичности фантазии. — Детка, про клитор не забывай, давай моя хорошая. Ты же дрожишь и мысли путаются? — Д-да, — большим пальчиком на клитор нажимаешь, круговые движения выписывая, пока дрожишь от эмоций, от этого странного спектра действий. — Данби, моя сладкая девочка, кончи для меня. А тебя сердце словно чечетку отбивает, кровь кипит, вгоняешь в себя пальчики по максимуму чувствуя волну от поясницы, которая накрывает всё тело, стонешь имя своего молодого человека, и Чимина буквально накрывает этим, сводя в бездну экстаза, слышишь своё и его финальное глуховатое порыкивание в телефоне и даёшь себе отдышаться, привести мысли в порядок, из-за чего только больше краснеешь, чувствуя, как лицо горит. Чимин распахивает глаза сбито дышит, смотря на свою руку и пятно на спортивках и усмехается, никогда бы не подумал, что до такого дойдет. Но всё бывает в первые. — Малышка, ты как? — Я смущена... Боже, что же мы сделали, — стыдливо выпаливаешь и трогаешь свои горящие щеки тыльной стороной ладони. — Ничего противозаконного, моя девочка. Мы просто соскучились слишком дико, — успокаивающе шепчет парень и улыбается, хоть и знает, что её не видно, но ты всегда знаешь, когда он улыбается. Кто бы мог подумать, что ваш обычный разговор зайдет в такую жаркую степь, где ты мастурбируешь, а твой парень дрочит. Правильно говорила твоя подруга: «расстояние доведет до чего угодно...» До чего угодно – даже до секса по телефону.