…

Колено саднило. По бледной коже тонкой струйкой стекала кровь. Рэй, сидя на земле, наблюдал за тем, как из маленькой ранки сочится тёплая жидкость. Ему было больно, но из-за неожиданности самого падения он растерялся. Раньше он никогда не разбивал колени, поэтому не знал совершенно, что делать в такой ситуации. «Больно», — это была первая и единственная мысль, которая посетила его в этот момент. Наверное, в таких случаях стоило остановить кровотечение. Да и рану обработать тоже. Вот только Рэй понятия не имел, как это делать. Раньше он с подобным не сталкивался никогда. Будь тут мама, она бы точно с этим быстро разобралась. Ведь это же мама. Она всегда знала, как правильно. Она бы помогла и успокоила. Но мамы здесь не было. Поэтому Рэй просто сидел на земле и смотрел на кровоточащую рану. Он чувствовал, как на глазах наворачиваются слёзы, но не спешил смахивать их: он был слишком увлечён коленом. Процесс кровотечения казался ему интересным. Было неприятно и даже больно, но он терпел. Просто потому, что ранее такого не видел. Хотелось узнать об этом побольше, рассмотреть всё поближе. В конце концов, он так увлёкся, что даже не заметил, как к нему кто-то подошёл. — Вот, возьми. Подняв голову на звук, Рэй встретился взглядом с рыжеволосой девочкой. Она стояла рядом с ним и протягивала ему пластырь, лучезарно улыбаясь. Её улыбка источала настолько сильный солнечный свет, что Рэю даже пришлось прикрыть глаза ладонью, чтобы не ослепнуть. Да и в принципе девочка выглядела яркой: огненно-рыжие волосы, которые явно давно не расчёсывались, зелёные глаза, россыпь золотистых веснушек на лице. Ну прямо солнышко настоящее. А ещё он заметил на её макушке смешную прядь, которая стояла торчком. «Какая яркая», — подумал про себя он, однако вслух сказал: — Спасибо… — В следующий раз будь аккуратнее, ладно? — сказала ему она, когда он забрал из её рук пластырь. Рэй заметил на нём рисунок в виде котика, но особо внимание не обратил. — Угу… Девочка снова лучезарно улыбнулась и, попрощавшись с ним, убежала. А Рэй так и остался сидеть на земле, глядя ей вслед. Он чувствовал себя странно. Совсем ничего не понимал. Когда он встретился глазами с этой девочкой, его сердце будто что-то пронзило. Что-то странное, непонятное, но очень приятное. В груди сразу стало как-то тепло. Наверное, это потому, что она была первая, кто проявил доброту к нему. Он не был точно в этом уверен, но одно он осознавал чётко: ему определённо нравилось это новое и непознанное чувство. Тогда он ещё не знал, что такое любовь. И даже не подозревал о том, сколько страданий принесёт ему это чувство.