Часть 1

      Хрупкий девичий силуэт на крыше. С одной стороны, ещё детский, но с другой, уже женственный и пленительный. И всё было бы хорошо, если бы не одно «но» — в руках у этой девочки был огромный тесак.       Девочку все называли Рэной. На самом деле она носила другое имя, но им Рэна никому не позволяла себя называть. Рыжие гладкие волосы, большие голубые глаза, бледная, почти фарфоровая, кожа… Определённо, Рэна была красива. Но в данный момент эта красота была опасна, убийственна. Особенно для Кейчи, который должен был ей противостоять. Я тебе не накапала зелий, Не прочла заклинаний, Не живёт под моей постелью Исполнитель желаний. Слабая женщина я — колдовать не умею. Вовсе не то, что ты думал — не ведьма, не фея.       Да, в какой-то момент Рэна стала для Кейчи наваждением. Она казалась ему такой нежной, такой милой, её хотелось защитить от всего на свете. Кейчи не мог сказать наверняка, но ему казалось, что его чувства взаимны…       Он не понимал, как они дошли до этого. Не понимал, как они стоят друг напротив друга на крыше школы и готовятся к битве. У него в руках бита, у неё — тесак.       Да, Рэна не так проста, как казалась. Я не могу оставить тебя в покое, И не могу перестать постоянно сниться. Не специально я стала твоей паранойей. Даже не знаю, как это могло получиться.       Кейчи часто снилась Рэна. В тех сновидениях она была сама на себя непохожа — взгляд был как у дикой кошки. Как сейчас. В тех сновидениях Рэна постоянно за что-то извинялась и пыталась проникнуть к нему в дом. Кейчи не понимал, почему видел её именно в таком образе. До сих пор не понимал. Не бойся, милый — это всего-лишь чувство, Не управляема сила восторга и грусти, И ощущения сладостно не выносимы — Так всегда происходит с теми, кто любит сильно.       Кейчи был влюблён в Рэну. Он не понимал, насколько серьёзно это чувство — всё-таки он ещё подросток, а любовь подростков отличается, во-первых, тем, что она больше похожа на дружбу, а во-вторых, тем, что её очень легко разрушить. Но, тем не менее, Кейчи знал, что, когда это чувство пройдёт, ему будет грустно.       Также он знал, что конкретно сейчас он боится этого чувства.       Рэна напала первой. Кейчи стоял, как вкопанный, и не мог оторвать взгляда от этого от этого прекрасного, но в то же время и опасного, танца. Я твоей не владею душой, Не владею телом. Ничего не творила с тобой — Ты сам всё сделал. Как наркотик меня прими, Вместе с пыткой счастьем, Так всегда происходит с людьми Ослеплёнными страстью.       Кейчи не мог пошевелиться. Всё было, как в замедленной съёмке. Рэна приближалась, и насколько это было красиво, настолько и смертоносно.       Кейчи вовремя очнулся. Теперь это был парный танец. Раздавались звуки ударов, блестело лезвие тесака. Двое танцевали в лунном свете. И неизвестно, чего было больше в этом танце — любви и страсти или же желания любить.       Совсем скоро Рэна выбилась из сил. Упала. Кейчи навис над ней, бита была опущена. Он не хотел убить Рэну, он только защищался. Но, тем не менее, Кейчи был начеку. Всё-таки Рэна желала его смерти.       Но Кейчи показалось, что в глазах Рэны начало утихать безумие.Она будто бы только теперь поняла, что происходит, только теперь узнала Кейчи. Ему захотелось довериться Рэне. Кейчи отбросил биту в сторону. Я так слаба, так беспомощна, так уязвима, Я упаду, если не за что будет держаться, Хаос в моей голове, а в глазах испарина. Кажется это смешным — от меня защищаться. Я никаких психотропных не знаю секретов, Ни изощрённых ловушек, ни тактики боя. Это всего лишь любовь — нет вины моей в этом. Не специально я стала твоей паранойей.       Кейчи смотрел на Рэну сверху вниз, и не знал, чего от неё ожидать. Ему казалось, что к ней вернулся разум, но он не мог слепо верить своим ощущениям. Рэна непредсказуема, Рэна опасна. Он уже однажды поверил Рэне, но она не оправдала его доверия.       Полицейские поняли, что битва завершилась в их пользу. Они попросили Кейчи спуститься. Он взял Рэну на руки, осторожно спустился и передал Рэну полицейским. Её поставили на ноги, заломали руки, надели наручники и повели к машине. В какой-то момент Рэна обернулась, посмотрела на Кейчи. В её взгляде было что-то такое, чего Кейчи никак не мог понять. Этот взгляд будто бы в чём-то упрекал его, но в то же время что-то обещал. Не умоляй меня сделать всё, так как было — Это не я в твоё сердце булавку вонзила. Не понимаю, зачем снова делаю больно - Нежность моя и жестокость совсем бесконтрольны       Рэна села в машину, и её увезли. Народ немного посудачил, но вскоре начал расходиться. Сначала друзья собрались вокруг Кейчи, пытались его как-то растормошить, но он будто бы не замечал никого вокруг, всё смотрел туда, где стояла полицейская машина, в которую посадили Рэну. Вскоре друзья поняли, что Кейчи нужно побыть одному и разошлись.       Кейчи остался один. Ему и правда было это необходимо. Слишком много мыслей роилось в голове, слишком много вопросов. Что будут делать с Рэной в полицейском участке? Действительно ли она пришла в себя или же от неё всё ещё стоит ждать сюрпризов? Что будет с Рэной дальше? А с Кейчи?       Это только со стороны казалось, что жизнь Кейчи сильно не изменится. По крайней мере, не в худшую сторону. Теперь Кейчи — герой. Он спас деревню, задержал опасную преступницу. Теперь он будет пользоваться почётом и уважением. Но нужно ли ему всё это? Нет. По настоящему судьба Кейчи зависела от судьбы Рэны. Если с ней случится что-то плохое, то он никогда не сможет быть счастлив. Тогда лучше уж разделить с ней её несчастье. Не объяснить, почему наважденья и слёзы, Именно ты почему болен именно мною. Не существует ответов на эти вопросы — Не специально я стала твоей паранойей.       Кейчи упал на колени и зарыдал. Ему нужна была Рэна, нужно было понять, что с ней произошло, нужно было пережить всё то же, что предстоит пережить ей.       Тогда Кейчи даже не подозревал, что дурное предчувствие его не обманывает. Не подозревал, что ему не суждено когда-либо увидеть Рэну, не суждено узнать, что с ней произошло, почему она совершила всё то, что совершила.       Кейчи не подозревал, что Рэна не доживёт до утра. Не знал он и о том, что главное его желание сбудется — он разделит с Рэной её судьбу. Такого он, конечно, не мог себе представить — под тем, чтобы пережить вместе с Рэной её горе Кейчи понимал всё, что угодно, но только не смерть. Ему явно стоило быть осторожнее в своих желаниях.       Кейчи не подозревал, что до утра не доживёт никто из жителей деревни. Первой будет Рика, а потом… Впрочем, мучатся будет только Рика. Остальные уйдут тихо — либо во сне, либо, по крайней мере, безболезненно. Таким образом, судьбу Рэны разделит не только Кейчи, но и вся Хинамидзава.       И самое главное, о чём стоило бы побеспокоиться Кейчи, но о чём он не мог знать, так это о словах, которые он так хотел сказать Рэне, но не решился, не нашёл времени, не нашёл в себе сил. Кейчи не подозревал, что теперь он не сможет признаться Рэне в своих чувствах и не сможет получить ответное признание. Кейчи не догадывался, что они не будут счастливы…       …По крайней мере, в этом осколке мира. Вполне возможно, что где-то сущёствует осколок, где все они будут счастливы. Где никто из друзей не сойдёт с ума, где не погибнет Рика, а за ней — вся деревня. Осколок, в котором за жарким летом наконец-то придёт осень, а за ней и зима.       Но будет ли в другом осколке мира Кейчи испытывать к Рэне подобные чувства? Сможет ли Рэна ответить Кейчи взаимностью? Что, если одним из условий успешного исхода является отсутствие притяжения между Кейчи и Реной, отсутствие каких-либо чувств, кроме дружеских? Что, если они не должны быть вместе, а если будут, то непременно умрут?       Кейчи не мог размышлять об этом — всё это было в ведении другого существа, куда более древнего и мудрого. А Кейчи мог лишь плакать и надеяться, что рано или поздно Рэна перестанет быть его паранойей и станет его счастьем…