Вселенная

— Хэй, Лидия, — говорит Стайлз, и его фраза как обычно будто пролетает сквозь неё. Она проходит мимо твёрдой походкой, гордо подняв подбородок и выстукивая ритм острыми каблуками. Эта нарочитая резкость совершенно не сочетается с её нежным цветочным платьем и волосами, струящимися мягкими волнами. Она постепенно удаляется, пока не исчезает за поворотом, и Стайлз не может отвести взгляд, будто загипнотизированный. Или всё же сочетается?.. Иногда ему кажется, что где-то сбиты глобальные настройки, или пара струн вселенной лопается каждый раз, когда он входит в её поле зрения. Ему хочется думать, что Лидия не игнорирует его специально. Она мило щебечет с Эллисон, спешит к ней, едва заметив её в дверях школы, делает комплимент её новой юбке. Лидия вовсе не стерва. Она критично изгибает бровь, заметив какую-то несостыковку в формуле, написанной учителем на доске, тянет руку и не успокаивается, пока не доберётся до сути. Лидия очень внимательна. Лидия вьётся вокруг Джексона, но очень хочет делать вид, что нет. Использует все свои девичьи штуки и приёмчики, чтобы он попал в её сети и, даже не поняв, что произошло, начал бегать за ней сам. Она смотрит на Джексона, в её глазах обожание, и Стайлзу даже не обидно, он просто не может перестать удивляться. Во вселенной точно какая-то поломка. --- — Хэй, Лидия, — Стайлз не сдаётся, наоборот, он собирается осуществить свой амбициозный план «Добиться Лидии Мартин До Окончания Школы». Он признаёт, не без гордости, что кое-что у него получилось. Они на третьем году старшей школы и Лидия наконец-то знает о его существовании. И, кажется, даже немного больше. Она болтает с ним в школе, объясняет, как работает крик банши и бозоны Хиггса. Она красит губы, сидя в его джипе, хлопает дверью так, что дрожат стёкла, и случайно забывает помаду на переднем сидении. Она болтает ногами, лёжа на его кровати, закусывает ручку и говорит, что в их совместном проекте по биологии не хватает эмпирических данных. Она пьет чай на его кухне, кружится перед ним и спрашивает, что он думает о её новом платье, она хлопает в ладоши громче всех, когда он забивает гол на матче в лакросс. Она резко отрывается от губ Дейва, Майка, Тома, снова Дейва или как-там-его, чтобы помахать ему через весь школьный коридор. Стайлз уже давно смирился с тем, что вселенная — очень странная штука, но его план заточен на долгий срок. У него ещё куча времени. --- — Хэй, Лидия, — говорит Стайлз и добавляет: — Что задали по истории? или — У тебя были новые видения? или — Скотту нужна твоя помощь. Стайлз хочет сказать: — Зачем ты тогда меня поцеловала? Лидия ведёт себя как ни в чем не бывало всё это время, а он чуть ли не сходит с ума, пытаясь придумать какой-то удоволетворительный ответ на собственный вопрос. Был день, когда Стайлз даже твёрдо планировал поцеловать её сам, набрался смелости, но Лидия будто почувствовала это и куда-то испарилась до того, как он успел хотя бы начать разговор. Ещё одна банши-способность? В конце концов он решает, что это очередной сбой системы, какое-то необъяснимое исключение, только подтверждающее правило, но его губы ещё много дней горят от её поцелуя. --- — Хэй, Стайлз, — Малия стоит на его пороге, — поможешь мне с несколькими предметами на завтра? Я не поняла математику. Стайлз комментирует тот факт, что у неё с собой нет ни одной тетради или учебника. Малия охотно соглашается и говорит, что в таком случае они могут заняться чем-нибудь другим. Стайлз вздыхает: он вовсе не против, но он ведь и правда беспокоится за её оценки. Она притягивает его к себе, накрывает поцелуем его губы, и он отвечает ей. — Мне нравится Лидия, — говорит ему тем вечером Малия. Они лежат в кровати и она по-собственнически обвивает его рукой, — сначала я думала, что она высокомерная стерва, а сейчас мне кажется, мы подружимся. Она умная и мне нравятся её платья. — Да, — растерянно говорит Стайлз, — мне она тоже нравится. Малия говорит что-то ещё про Скотта, и Киру, и математику, но Стайлз не слушает, он думает о волосах цвета клубничный блонд и чувствует себя самым ужасным человеком во вселенной. --- — Хэй, Лидия, — устало говорит Стайлз, стараясь улыбнуться. Он не спит ночами, его преследуют кошмары, где в него снова вселяется Ногицунэ, или где он умирает от клинка О́ни или клыков оборотня, или где он почему-то убивает Эллисон, и её лицо со стекающей изо рта кровью настолько реально, что он всегда просыпается на этом моменте. Его жизнь — это нескончаемый калейдоскоп страха и смертей, неудивительно, что и сны ей под стать. Лидия кладет руку ему на плечо, смотрит ободряюще, и говорит, что они справятся. У неё самой круги под глазами, но укладка по-прежнему идеальна, а губы — ягодного цвета. Лидия садится рядом с ним и молчит. Он не знает, о чём она думает, но чувствует, что может разделить её эмоции без всяких слов. Вселенная жестока, и он рад, что Лидия просто рядом. --- — Хэй, Стайлз, — говорит Лидия, улыбаясь ему в коридоре, притягивает его к себе и целует, закрывая глаза. Это настолько восхитительно и безумно, что Стайлз всё ещё не может к этому привыкнуть. Он бы сказал, что план сработал, но по-правде говоря, у него давно уже нет никакого плана. Лидия смотрит прямо на него. На её щеках проступают милые ямочки, она поправляет его вечно мятую рубашку. Она берёт его за руку и вслух размышляет о каком-то особо заковыристом вопросе к экзамену, пока они неспешно идут в кабинет. Стайлз наслаждется её голосом и ощущением её ладони в своей. Это никакой не план и даже не фантастическое везение. Просто всё встало на свои места, уравнение сошлось и паззл сложился. На последнем году школы законы вселенной наконец-то работают как надо, и Стайлз рад этому как никогда.