Часть 14

      Вопрос, вылетевший с уст Капитана Элитного отряда Развед. корпуса, так и остался без ответа, вызывая у представителей женского пола, находящихся в периметре кабинета, судорожный вздох. Елена от удивления пошатнулась, делая шаг назад, едва не свалившись на пол, но благо сильная ладонь Ривая вовремя пришла на помощь – перехватив запястье раскрасневшейся девушки. Медик не колеблясь выдернула тонкую ручку с цепких лап сильнейшего воина человечества, посчитав, что лучше её тело пострадает от ушиба, чем этот мужчина ещё хоть раз прикоснется к ней. На лице Елены, даже слепой бы лицезрел всё то отвращение и…стыд? Да, ей было стыдно, но не за ошибочное мнение Ривая, даже, если бы это оказалось правдой, ни этому человеку её судить. А за то, что её фактически дважды называют потаскухой, а она молча хапает воздух побелевшими губами, не зная, что ответить в свою защиту. Елена хотела ударить по этому вечному холодному безразличию, разбив эту маску отчужденности на мелкие осколки и пустить по ветру, чтобы ни одна живая душа не смогла склеить её вновь. Корпус Капитана был повернут к ней, будто Ривай и сам ожидал пощёчины за такие едкие слова, не собираясь даже перехватить ладонь Фримен или как-то закрыть своё лицо. Но лекарь не стала наносить этот удар. Её зрачки расширились, а сердце забилось чаще, встретившись с глазами грозового неба. В них больше не читалось то безразличие и сила, что бурлила в его жилах, сейчас там было место переживаниям. Мужчина свёл брови к переносице, внимательно пробегая взглядом по каждому миллиметру разгорячённого лица, словно пытаясь найти ответ на терзающий вопрос. Ривай ждал, это было видно по его напряженным мышцам и тяжелому дыханию, он хотел, чтобы эта девушка разозлилась и опровергла все его теории и догадки, пусть даже даст пощёчину, начнёт кричать и проклинать за его длинный язык и полное отсутствие такта, но произнесла заветную фразу. Ждал, когда же воздух колыхнется, а из горла юного медика вырвутся слова, что вмиг бы скинули груз, что терзал его сердца уже несколько недель. Ривай не любил её, ему был неприятен сам факт, что ОНА спит с НИМ. Он не хотел ни с кем делить эту девушку, но и рядом быть не решался, лишь наблюдал, всегда наблюдал уж столько лет, боясь потерять обладательницу рыжих волос. Капитан нашёл себе некое оправдание в том, что эти чувства, застилающие пеленой глаза, вызваны только из-за схожести Елены с одним важным человеком из его прошлого. — Я… — начала рыжеволосая девушка, отведя взгляд в окно, на тёмный, едва освещённый тусклым светом луны сад, слова будто стали комом в горле, бросило в жар, Фримен нервно теребила складку на чистой юбке, не в силах промолвить и слова. — Елена, — тихий, осипший голос Ривая, заставил её вздрогнуть и вновь заглянуть в эти сети, из которых невозможно выбраться лишь единожды попавши, мужчина поддался вперёд, словно так станет ближе к разгадке, — ты… — Ты трахалась с Закаирусом?! — почти прокричала Анна, обращая внимание двух, забывших о присутствие посторонних, людей, девушка была в не себя от удивления, что так и разрывало её на части, желая разузнать как можно больше деталей, — и мне не сказала? — последующие были произнесены с более грустной интонацией, будто Фримен должна была налево и направо рассказывать все подробности своей половой жизни, которую в принципе создал из воздуха и непониманий Ривай. Елена уж было открыла рот, встретившись с озадаченным взглядом Петры, что поочерёдно смотрела на свою подругу и предмет обожания, который явно сейчас был критически близко к Елене, можно сказать, не позволительно близко, с учётом сложившейся ситуации. Дверь резко без стука распахнулась, запуская в разгорячённый от страстей воздух, поток морозящего, заставляя кожу покрыться мурашками от резкой прохлады. Запыханая Ханджи с явно читаемой тревогой на лице появилась в комнате, опираясь чуть влажной ладонью об стену, стараясь хоть как-то восстановить сбитое дыхание, свободной рукой хватаясь за воротник рубашки. Чуть послабляя сжимающую горло ткань. Все замерли, будто ожидали смертного приговора, иронично, если учитывать, что совсем недавно Оса казнили. — Не томи, очкастая, что уже стряслось? — не выдержал Ривай, скрестив руки на широкой груди, он ещё никогда не видел эту женщину настолько встревоженной, это заставляло слегка напрячься в ожидании объяснения столь спонтанного позднего визита, — или вы тут решили устроить ночные посиделки? — он бегло прошёлся взглядом по двум медикам, что с тревогой наблюдали за Ханджи. — Хорошо, кхм, что вы все здесь, — наконец приведя себя в чувства начала Зоэ, поправляя мятый воротник рубашки, чуть желтоватого от старости, либо от выпоров с веществ, что дымели в её лаборатории, оттенка, — я уже послала за вами мед. помощников, — это было произнесено для Анны и Елены, что уже подошли к майору, присев на диванчик рядом с Ралл, которая от нервов, вызванных или столь спонтанным приходом Ханджи, или ещё Бог знает чем, царапала кожу на ремнях, опоясанных вокруг её худых, но накаченных от круглосуточных, упорных тренировок, ног, — Оливер Стар, — на имени мужчины все замерли, словно набрали в рот воды, боясь даже громко выдохнуть, — только что очнулся, Стивенсон и Эрвин вызывает всех в лазарет, срочно. — Ханджи, — протянула Анна Стоун, с облегчением выдыхая и откидываясь на чуть жестковатую спинку серого дивана, — ну, ты конечно интриганка, — тихий смешок сорвался с розовых губ, скорее это был от нервов, чем от веселья. — Его травили ветреницей раскрытой, из-за этого Оливер так долго не приходил в себя, просыпаясь лишь на несколько минут, — произнесла майор, словно кинжалом исполосовав всё то спокойствие, что пришло в головы трём девушкам и Риваю, что старался держать спокойное выражение лица. — Сон-трава? Невозможно, возле него было круглосуточное дежурство и только… — голос Анны дрожал от нахлынувшего волнения, она вскочила на ноги, намереваясь тут же рвануть в лазарет, чтобы удостовериться в словах Ханджи, позабыв о страшашего её душу маньяке. — Только мед. помощники имели полноценный доступ к Оливеру Стару, — констатировала и так всем понятный факт Елена, закончив фразу своей подруги, всех сбудоражили эти мысли. Мысли о том, что Ос Блэр мог быть не виновен, или имел подельников. — В полости рта мы обнаружили несчетное количество язв от сильной дозы и посиневший оттенок языка, — продолжала Ханджи, открывая вновь дверь и покидая кабинет Капитана Ривая, вслед за ней быстрым шагом направились и все остальные присутствующие в комнате люди, минуя коридор за коридором, словно убегая от незримой для глаза опасности, боясь прийти не вовремя в лазарет, — и как мы только могли это не заметить? — устало протянула Зоэ, стукнув себя ощутимо по лбу ладонью, сейчас в полусвете она казалась совсем измученной накатившимися, словно снежным комом, проблемами. — Это наш недочёт, мы тщательно следили только первые дней пять, после оставив Стара на мед. помощников, не вините себя, — Елена коснулась плеча майора, стараясь не только словесно, но ещё и тактильно поддержать женщину, которую безумно уважала и гордилась общением с ней. — Да, Ханджи, Вы здесь не причём, — Анна поддержала слова Фримен, ступая почти вровень с майором, к слову говоря, как и Елена, в то время как Ривай с Петрой отставали от них на несколько шагов, перешептываясь о чём-то своём. — Елена! Елена, постойте! — запыхавшийся голос молодого парня эхом пронёсся по стенам каменной громадины, растворившись где-то в глубине коридора, это был Сэм. Мед. помощник упёрся ладонями в колени стараясь перевести дыхание от спонтанной пробежки, — я-я везде вас ищу, Стивенсон попросил, чтобы вы набрали лекарственных трав в подземелье и пулей прилетели в лазарет, — его глаза растерянно метались по серьёзным, напряженным в данный момент чертам лиц высших по должности людей, объемная рубаха, сейчас весела, словно мешок на его худощавых плечах. — Ты мед. помощник и вполне можешь отличить травы между собой, — чуть сощурив глаза, Елена уж была возобновила свой ночной марафон по пути в лазарет, как была остановлена чуть разочарованным голосом Сэма: — Стивенсон нам больше не доверяет, он выгнал всех мед. помощников с лазарета, — Сэм зачесал чуть дрожащими пальцами спутанные волосы назад, от обиды поджимая тонкие губы, смотря теперь куда угодно, но не в глаза старшим лекарям. — Чёрт, — протянула Елена, закатив глаза, быстрым шагом подходя к Сэму, обернувшись назад, стараясь избегать взгляда серых глаз, что намеривались прожечь в ней дыру, — идите без меня, я быстро. Разделившись, Елена и Сэм поспешили к подземелью, парень чуть отставал от темпа девушки, ведь до этого явно пробежал не мало, намереваясь найти медика. От тёмного помещения веяло сыростью и холодом, от этого ощущения кожа Фримен покрылась мурашками, сама лекарь невольно поёжилась, жалея, что не накинула излюбленную кофту младшего брата, Рея, сейчас бы она явно пригодилась. Ступеньки, ведущие вниз по лестнице, были крутыми и с них легко можно было скатиться вниз и свернуть себе шею, особенно, если сзади кто-то подтолкнет. Опираясь ладошкой об стену, камушки неприятно врезались в кожу оставляя вмятины и чуть влажную грязь, Елена аккуратно переступала чуть боком, за ней, почти дыша в спину, шёл Сэм. Оказавшись возле склада, что был чуть дальше по коридору, Фримен обвела беглым взглядом огромнейшие деревянные коробки с различными названиями, в которых покоились засушенные лекарственные препараты в разных за формой и растворами банками или же завернутые в плотную ткань. Повернув голову в сторону мед. помощника, лицо которого освещали свечи, которые он только что удосужился зажечь, лекарь с выжидающим видом осмотрела паренька, что с непониманием в глазах смотрел на девушку. — А! — воскликнул паренёк, растрепав волосы на затылке, с тенью улыбки осмотрев тело Фримен, — травы-травы. Крахлёбку и душицу, — Сэм словно веселился и совсем не был напряжён, будто пьян. — Соберись, правильно крОВОхлёбку, — раздраженно кинула рыжеволосая, поворачиваясь спиной к парню, глазами пытаясь найти нужную стопку, касаясь длинным пальчиком пыльных коробок, — чего ты застыл? — Ты счастлива? — голос Сэма совсем повеселел, мед. помощника явно веселило всё вокруг, его глаза казались совсем безумными при ярком свете полыхающих свеч, но Елена не видела этого, игнорируя присутствие парня, — довольна собой, а? Такая вся умная и превосходная Елена Фримен, всеми любима, просто талант среди общего сброда, — он выплёвывал эти слова ей в спину, словно яд, пока девушка спокойно собирала нужные цветки в корзину, что покоилась на почти чистом столе, — в тебе нет ничего особенного, ты дешёвка, уяснила? — Закончил? — спокойно, без доли злости или страха, произнесла Елена, слегка удивившись резкой смене настроения Сэма, укладывая травы на дно, расфасовывая их в нужном порядке и разделяя кусочками рваной ткани, она старалась отстранится и не вслушиваться в тот бред, что твердил ей молодой помощник. — Сука-а, — протянул Сэм, начиная хохотать, ударяя себя по бедру ладонью, его смех эхом разлился по подземелью, — я тебя ненавижу, слышишь?! Ненавижу, лучше бы ты сдохла в той вылазке, вечно суёшь свой нос куда не следует, упрекаешь нас во всём. Что, пытаешься таким образом выехать за нас счёт? — Ты пьян, Сэм? — вздохнула Елена, укладывая поверх болеутоляющей кровохлёбки душицу, стараясь не измельчать лепестки до состояния крошки. — О-о нет, я наконец ясно вижу, — прошипел Сэм, оскалившись словно дикий зверь, готовый кинуться на несчастную жертву, — знаешь кого я вижу? Трусливую суку, что всегда выезжала за счёт других, уверен это ты виновата в смерти Криса, это ты их подставила! — в его глазах метались молнии, воздух настолько накалён, что Фримен наконец почувствовала страх, что закрадывался в её сердце неуверенными шажками. — Ты думаешь я не виню себя в их смерти? — прошептала девушка, устало потирая глаза, словно стараясь проснуться от кошмара, — мне каждую ночь снятся люди, которых я не сумела спасти, но я старалась. А что сделал ты, Сэм, какую пользу принёс ты? — Ох, ты даже не представляешь какую пользу я принесу для человечества! — воскликнул Сэм, раскрыв руки, словно ликую над своей несбыточной победой, вызывая у Елены тихий смешок, — ты смеёшься надо мной? — его голос прозвучал довольно устрашающе, из-за чего Фримен напряглась, вжимаясь поясницей в угол стола, пальцами стараясь нащупать хоть что-то острое или тяжелое на столе, внимательно наблюдая за действиями парня. — Сэм, я собрала нужные травы, нас ждут, — её голос продолжал вещать спокойствие, а вот сердце намеривалось выпрыгнуть из груди и самостоятельно попрыгать по ступенькам наверх. — Знаешь, — голос парня вновь стал прежним, не было оскала, он будто образумился и пришёл в себя, это заставило медика судорожно выдохнуть, расслабляясь, — я бы давно это уже сделал, но вот приспичило Осу начать вякать прям перед этим Старом, вот и пришлось марать руки в крови, так он ещё и живучим оказался, — Сэм издал смешок, словно сейчас рассказал какую-то шутку, над которой все должны посмеяться и забыть, но девушка вновь напряглась, сердце пропустило удар, а ясные глаза, в которых сейчас танцевал огонёк свечи с ужасом смотрели на парня, — Ос всегда был тупым, вот и подох, знаешь, слабые всегда умирают первыми. Только вот тебе что-то везёт. — Ты признаёшься в покушении на жизнь Оливера Стара? — произнесла Елена, испугавшись собственного голоса, её пальцы нервно сжимали край стола, ногтями впиваясь в дерево, оставляя едва заметные царапины. — Знаешь, вот в одном они все правы, — в руках Сэма что-то заблестело, быстрым шагом он стал сокращать расстояние между ними, — у тебя очень красивое лицо, не хочу марать его кровью. *** Лазарет был наполнен только приближенными к Эрвину Смиту людьми, которым он мог довериться безоговорочно. Абрам Стивенсон, Лип Фрэй, Марк Кэмир, Табита Луческа, Элитный отряд Ривая, Майк Закаирус. Сейчас дверь лазарета распахнулась и в просторном помещении, веющем всякими лекарственными травами с заумными названиями, на входе которого стояло пара троек солдат, появились недостающие особы, а собственно: Капитан Ривай, Ханджи Зоэ, Петра Ралл и Анна Стоун. Молодые люди торопясь прошли по прохладному помещению, во все глаза рассматривая виновника сего собрания – Оливера Стара. Над мужчиной нависли Лип и Марк, что растирали его тело непонятным, не приятно пахнущим раствором зеленоватого оттенка с красными крупицами. От запаха Ривай поморщился, прикрывая нос, собственно, как и его отряд, что больше сейчас походил на охранное подразделение. Эрвин Смит стоял чуть поодаль, внимательно рассматривая всю картину, явно перебирая разные вариации в своей голове, стараясь связать всё произошедшее воедино, его пальцы вжимались в форменную куртку, доставляя дискомфорт, но видимо мужчине было так легче обдумывать происшествия, чувствуя едва ощутимую боль, что не давала забыться. — Я же сказал всех собрать, где Эл? — нервно произнёс Стивенсон, сжимая в руках пару листков, исписанных идеально ровным почерком, от сильного нажима на бумагу, та слегка примялась и уже потеряла свой первоначальную форму. — Вы послали её и Сэма в подземелье за недостающими лекарствами. После того, как Ханджи с непониманием в голосе произнесла имя мед. помощника, спокойно лежащий Стар вдруг стал метушиться по кровати, словно безумец, схватившись за предплечье Марка, остервенело трясся его, царапая грубыми ногтями кожу Кэмира, от чего последний удивленно вскинул брови, стараясь уложить солдата на место, к нему на помощь пришёл Эрд и Лип, но Оливер всё вырывался, мычал. Он не мог говорить из-за язв во рту, но его нутро кричало, это выглядело устрашающе, от взора этих налитых кровью от передозировки глаз волосы вставали дыбом, Анна прикрыла губы, встав за спиной Оруо, что тоже не имел особого желания приближаться. — Я не посылал её за травами, нам не нужны они… — с ужасом прошептал Абрам, едва не падая на койку позади себя. Мгновение и Ривай рванул к выходу из лазарета. В последний раз он так спешил на выручку, так переживал за чью-то жизнь, когда погибли Фарлан и Изабель, эти эмоции, страх пережить это всё вновь разъедало его душу изнутри. Это сводило мужчину с ума, кажется он сбил с ног проходящего солдата, но не остановился, минуя коридор за коридором, что сейчас казались бесконечными. Его шаги гулом отзывались по замку, а сердце бешено стучало, ударяясь о стенки грудной клетки. Он не может её потерять, только не её, пусть это будут сотни солдат, но не она. Эта девушка была сильна. Она старалась убежать, вырваться из рук, перепачканных чужой человеческой кровью, но убийца был быстрее и проворнее. Лезвие вошло ей в живот несколько раз, вызывая судорожный вздох, что слетел с её губ. Сэм вынул нож, рассматривая, как кровь полилась на пол. Без поддержки Елена упала на колени перед своим мучителем, стараясь закрыть трясущимися ладонями раны, из которых била кровь. Она чувствовала, как увядает, в глазах стало темнеть, словно вмиг всё исчезло. — Это моя польза человечеству – твоя смерть.