Часть 1

Грязный подъезд, противный запах сигарет, что пропитал всё помещение, окурки, грязные окна и неприятная вонь из мусоропровода, всё это так описывает твою нынешнюю жизнь. За пожелтевшим окном также пасмурно, как и на твоей душе. Осматриваешь пакетик с таблетками в своих руках, иногда переводя взгляд на рукава грязно-жёлтой куртки, что пропитана таким же противным запахом сигарет. Разве тебе хотелось такой жизни? Далеко нет. Ты приехала учиться в крупный город, надеясь на лучшую жизнь... Но не всегда всё так радужно, как нам хочется. — Что это? Поток твоих мыслей, резко прерывает мужской басистый голос, от чего слегка вздрагиваешь. Поворачиваешь голову в сторону и осматриваешь объект, который задал вопрос. Мин Юнги — студент третьего курса, психологического факультета и твой, наверное, друг, хоть и не настолько близкий. — Чего тебе? — немного грубишь, чтобы он отцепился. Где-то в глубине души, не хочешь, чтобы юноша уходил, потому что одиночество далеко не радует, как раньше. Юнги кивает на пакетик, что лежит в твоих руках. Чувствуешь всем нутром, как он не доволен и, кажется, зол... — Что за дрянь ты употребляешь? — Мин подходит к тебе впритык и прижимает хрупкое тело к подоконнику. Аромат мужского одеколона, перебивает отвратительный запах в помещении, резко ударяя в нос. Отчетливо видишь, как напрягается его челюсть, что можно увидеть желваки на лице. В какой-то момент тебе кажется, что глаза парня наливаются кровью. Ситуация слишком стрессовая. — С чего ты взял... — твой грубый тон исчез совсем, потому что вид юноши пугает, отчего боишься даже слово вставить. Сейчас ты похожа на запуганного, побитого котёнка, которого выкинули на улицу. Сердце бьется бешено, хочется сбежать, испариться, что угодно, лишь бы не чувствовать этой тревоги. — Твой вид, сам за себя говорит, — его тон серьёзный, грубый. — Сухая и бледная кожа, расширенные зрачки и слишком суетливое поведение. Думала, я не замечу? Ты каждый день, будто сама не своя. Ощущение, что не живёшь, а проживаешь остатки своей жизни, словно последний пепел, что остается от сигарет, — брюнет переводит свой холодный взгляд, на лежащие под подоконником окурки. Отводишь взгляд, выдыхая от всей этой безысходности. Он прав. Абсолютно прав. Ты давно не чувствуешь себя живой. — Прости. Единственное, что можешь сказать в этой ситуации, переступив через себя. Юн так сильно беспокоится о тебе, но ты даже этого не замечаешь в силу своей сильной апатии. Даже точно не скажешь, когда ты пришла к такой жизни. А может ты и вовсе жила так всегда? — Это всё, что ты хочешь сказать? — вскидывает брови вверх брюнет, чуть отстраняясь. Ему хочется накричать на тебя, прочитать очень много нотаций, о подобном образе жизни, но вместо этого, он лишь садится напротив тебя, рассматривая. — Нет, — медленно мотаешь головой в стороны, не отводя взгляд с капель на окне, что стекают по стеклу стремительно, как будто играют в гонки. Юн мгновенно напрягается, сжимая губы в тонкую полоску, и ждёт, когда ты заговоришь. — Мне пришлось не по своей воле употреблять эту "дрянь", — твой голос тихий, скованный, будто бы всю жизнь пытали, а ты до сих не можешь выйти из этого состояния. — В смысле? — В прямом. Мой отец с малых лет заставлял меня употреблять это, — показываешь пакетик перед глазами Юнги, продолжая свой монолог. — А если я плакала и отказывалась, он бил меня, самым жестоким способом. Лучше тебе не знать каким. Мин хотел что-то сказать, но резко замолчал, сжимая ладонь в кулак, до побеления костяшек на пальцах. Его мозг категорически отказывается вникать в услышанное. Так тяжело поверить в твои слова… Твои мысли смешались, хочется заплакать, но слез нет. Понимаешь, что ты виновата во всем, что происходит с тобой сейчас. Никого не винишь кроме себя и от этого так тяжко внутри. Парень резко вскакивает со своего места и, открыв окно нараспашку, выхватывает пакетик из твоих рук и выкидывает на улицу, тяжело дыша. Его переполняет злость, обида на себя, потому что не может поддержать сейчас, и на тебя, что поделилась этим так поздно. Да, вы не так близки, но это не значит, что он не беспокоится о тебе. — Сора, — Юн хватает тебя за холодную руку, сжимая её в своей, а другую укладывает тебе на лицо, переводя взгляд с окна на себя. В его глазах можно заметить большое беспокойство, которое далеко не наигранно. Для тебя подобное чуждо, непонятно. Разве может человек так сильно волноваться? — Что? — Я помогу тебе. Эти слова ввели в ступор. Как? Как он поможет тебе выбраться из этой жизни и перестать травить себя и свой организм? — Как? — задаёшь этот вопрос, вздрагивая. — Мы обратимся в больницу с твоей проблемой. Я уверен, тебе помогут. А с местом жительства... оставь это на меня. Я разберусь. Ты больше не будешь жить в таких условиях. Только скажи, ты согласна принять мою помощь? Юнги сверлит тебя взглядом, надеясь на положительный ответ. Совсем не знаешь что ответить. Вроде бы, подвернулся такой шанс, кардинально поменять всё, но тебе страшно... очень страшно. Что же будет, когда ты станешь жить не так, как сейчас? Подобная мысль, никогда не приходила тебе в голову, но сейчас есть веский повод задуматься над этим. Стоит ли рискнуть и изменить всё? Краем глаза замечаешь, что дождь за окном прошёл и на его место, пришло красивое солнце, что закатывается за горизонт, оставляя после себя лишь лучи и радугу. В душе наступает резкое умиротворение, и ты все же решаешься ответить на предложение Юнги. — Я согласна.