Часть 1

— Кай заболел. Лия обводит мутными от недосыпа глазами белый потолок, фиолетовый широкий диван и обои в маленькие бледные цветочки. Все, лишь бы не выдать своего интереса. — Чем? Что то серьезное? Самой говорить не приходиться — подруга, до этого уплетающая хлопья на кухне орет так, что разбудит бабулю. Хотя та наверняка давно уже проснулась, во времени Лие никогда не удавалась ориентироваться. Им скоро в колледж, нужно одеваться, но т, а к л е н ь. — Вчера с кем-то в очередной раз подрался, видимо, что-то сломал. Нужно хотя бы позвонить. Ребекка его сестра, но не родная — далёкая, но любимая. Он с ней делится всем, то есть она имеет ввиду что абсолютно всем. И то что влюблён в Лию тоже рассказал, а Лие Ребекка подружка, но не сестра. Поэтому та не знает совсем, как это обволакивающее изнутри чувство любви питает ее. И он не узнаёт. Потому что. Потому что? Может все дело в позоре, который настигнет их семью или боязнь гнева матери, если они начнут встречаться. Да. Она Лию придушит и глазом не моргнёт. Или все потому что в месте, где они живут все очень сложные и ненадежные, им всего по семнадцать, у них под ногами целый мир, но она видит лишь е г о г л, а з, а цвета поздней пшеницы, в точности что и у неё. И он на ней не женится — по другому и речи быть не может, Лия убеждена что брак и есть самое лучшее доказательство искренности чувств. А ещё у него в колледже есть девушка. Лия подсылает туда своих подруг, те, конечно, все ей о нем докладывают, что мол, тот бабник, ещё и в драки лезет постоянно, мол, лучше подальше держаться. Но лучшие подружки, едва ли не сёстры, вечно лишь о нем и трещат. ЛияКайЛияКайЛияКай И ничего с их вечными разговорами не поделаешь. — Может, проведаем его? Лия сразу же встрепенулась. — Ты шутишь?! Меня бабуля убьёт и к нему никогда, слышишь? Никогда не пойду! Наверно она говорит излишне эмоционально, потому что подружки все хихикают и тут же звонят ему. — Слушай, Кай, тут Лия за тебя так беспокоится, все мозги нам вынесла, может, поговоришь с ней? Лиа тут же округляет глаза, не готовая к такой подставе и собирается убежать в другую комнату, как в догонку ей глубокий бархатный голос что-то хрипло кричит. — Лия, не будь ребёнком! Не беспокойся, со мной все в порядке. До нашей свадьбы точно приду в себя, ты определилась с датой? Лия краснеет, то ли от злости, то от смущения. Подруги уже по полу катятся от смеха. — Ты, ты, ты меня достал! Гневно кричит и уходит все-таки в другую комнату — слёзы обиды на подруг душат, будто горло стянули удавкой. — Почему она так делает? Игнорирует меня. Голос Кая за дверью весь будто из печали. Уставший, он наверно так задолбался за ней третий год бегать, наверно уже другую себе нашёл, потому что не одна влюбленность так долго не живет, у неё срок годности до обидного короткий. А у него что, любовь? Представить трудно. Лия выглядывает вновь в зал, вытягивая руку, прося телефон. Забирая мобильный, закрывается на ключ, тут же видя как головы подружек прикладываются к прозрачным стёклам двери. — Привет. Осторожно, тихо, будто под толщей воды. Она сказала, что ненавидит его, наверно, сильно обидела. Он такого не заслуживает. — Привет. Голос на том конце телефона все ещё хриплый и… робкий? Кай в свои семнадцать перед Лией все тот же малыш. — Извини за те слова, я сл- — Я люблю тебя. С придыханием, с оптимизмом, наверняка сжимает корпус телефона с такой силой, что поползут трещенки. Не отвечает, потому что не знает что ответить. Молчит. — И знаешь, если бы я мог, я бы умер за тебя. — Так умри. До ужаса флегматично и бесстрастно и на душе так же. У неё к нему чувства, так где они? Куда запылись, в какой постойной угол души? А он злится. Орет — все ещё охрипшим голосом — пытается ей что-то доказать, говорит, говорит, говорит. Она хранит молчание. Умри за меня, Кай. Потому что я не знаю, куда нас приведёт эта любовь.