Яма

Зря. Ой, зря мы сюда поехали. Интуиция, выручавшая меня в Пустоши и не раз помогавшая избегать опасностей, на этот раз не сработала, и нас занесло в убежище с милым названием Яма. Нам всего лишь очень нужно было пополнить запасы еды, воды и топлива, а в итоге на выходе из лавки меня кто-то огрел по затылку…       Открываю глаза — и недоуменно моргаю, видя перед собой закатное солнце и просторы Пустоши. Пытаюсь пошевелиться — и осознаю, что веревок на меня намотано столько, словно изначально они предназначались для стреноживания средних размеров мамонта. Извиваюсь на земле и тихо ругаюсь в попытке освободиться. Э-эй, что происходит?!       — Доброе утро, моя скаковая лошадка, — передо мной опускается на землю какой-то лысый тип с перебитым носом, шрамами на лишенной волос башке, некогда аккуратно и демонстративно заштопанными тонкими черными проводами, и повязкой на левом глазу. — Открывай свои глазоньки и внимай тому, что я тебе скажу.       — Ты кто? — хмуро спрашиваю, снова дергаясь в надежде, что веревки поддадутся. — Чего тебе от меня надо, морда?       — Неверный ответ, — безмятежно ответил этот тип, кивает кому-то за моей спиной, а следом мне по голове прилетает такой удар, что даже в ушах зазвенело.       Смаргиваю кровавую пелену перед глазами, кое-как сплевываю тягучую слюну и выдаю тихое, короткое, но очень эмоциональное ругательство. Тип передо мной хохотнул и одобрительно закивал:       — Теперь я верю, что именно ты выиграешь этот забег.       — Какой забег? — хрипло переспрашиваю и закашливаюсь от попавшего в горло песка и пыли.       — Обычный, — безмятежно отвечают мне. — Перед тобой часть Пустоши, огороженная столбами. Кто первый на этой территории успеет найти оружие, перебить своих соперников, достать артефакт и принести мне его в Яму до полного рассвета — получает обратно свои вещи, напарников и транспорт. Остальные же… — вместо слов одноглазый, выразительно оскалившись, чиркнул ребром ладони по горлу. А меня пробил холодный пот…       — Ты псих! — не выдерживаю и всё же высказываюсь, рискуя снова получить по голове. — Гребаный отморозок! У тебя что, совсем мозги вместе с глазом вытекли? Нахрена тебе это?!       — А мне скучно, — вопреки ожиданиям, нового удара мне не наносят. Вместо этого перед моим носом оставляют мой же собственный нож, а кто-то за спиной аккуратно перерезает стягивающие меня веревки. Тихо вою от боли в затекших конечностях, отчего лысый тип, негромко хохотнув, поднялся на ноги и куда-то пошел.       — Не подведи меня, лошадка, — бросает он через плечо. — Я на тебя немало поставил.       Через минуту за моей спиной раздается рокот двигателя и шум колес. Уехали…       Аккуратно сажусь и, растирая запясться, невидяще смотрю в сторону заката. Голова болит, неимоверно хочется пить, а где-то там за мой счет развлекается одноглазый псих.       То, что это не дурная шутка, было понятно почти сразу. До нас долетали какие-то слухи, что в Яме любят устраивать бои насмерть и тому подобные развлечения, но чтобы вот так оказаться в роли скаковой лошади?       Решившись, поднимаю с земли нож и, прихрамывая, отправляюсь вперед. Ночи в это время года достаточно длинные, чтобы успеть достать всё, что надо.

***

      Неторопливой трусцой бегу по каменистой земле Пустоши в сторону тайника. Рядом со мной семенит худющая немолодая, очень энергичная женщина с оружием наперевес.       …- Елена, — коротко кивает она в приветствии и насмешливо щурится. — Надеюсь, ты не думаешь меня убить? У тебя всё равно не получится, а мне что-то не хочется убивать товарищей по несчастью.       — И не думаю даже, — демонстративно держу руки подальше от ножа. — Меня Женя зовут.       — Женечка, значит, — как-то тоскливо усмехается женщина и кивает. — У тебя кого захватили в плен?       — Лучшего друга, — досадливо морщусь. Ну почему, почему моя интуиция не сработала?       — А у меня — жениха…       История, которую поведала мне Елена, была грустной и незамысловатой. Она сама, её супруг и трое их уже давно взрослых, живущих самостоятельно детей в день Катастрофы оказались разбросаны по разным убежищам, в совершенно разных городах. И если своих отпрысков Елене каким-то чудом все же удалось позже найти, то её муж…       — Он погиб через пару месяцев жизни в убежище. Сердце прихватило, — коротко описала ситуацию женщина и продолжила свой рассказ.       Напарника для вылазок по Пустоши Елена искала очень долго. В итоге к ней прибился какой-то очень бодрый пожилой мужчина, который вряд ли мог отбиться от врагов в силу общей миролюбивости, зато мог и с лавочниками поторговаться, и транспорт починить буквально голыми руками, и собрать что угодно из хлама, и комплиментов наговорить… Через год странствий он сделал женщине предложение — и та его приняла.       — Да я сама наваляю всем, кому надо, я тренером боевых искусств раньше много лет была! — отмахнулась Елена от моих осторожных расспросов и, мечтательно покраснев, добавила: — Зато как вкусно Виктор готовит…       Тихонько смеюсь, стараясь, чтобы собеседница меня не услышала. Ну надо же, в таком возрасте — и такая любовь! Всем бы так!       …в тайнике внезапно обнаружился планшет. Самый обычный гаджет, какие раньше были практически у каждого. И, судя по горящему индикатору, он был даже рабочий.       — Однако… — прищурившись, посмотрела Елена на нашу находку, после чего, небрежно обмотав планшет в снятую с головы бандану, сунула его за пазуху. — Ну что, пошли обратно? И не трясись ты так, я же сказала, что тебя не трону! — прикрикнула она на меня, видя, что я аккуратно обхожу её стороной.       — А…       — Разберемся, — с нехорошим прищуром пообещала она.

***

      В Яме нас оперативно обыскали, отобрали добытое в Пустоши оружие, после чего, ухмыляясь и переглядываясь, поволокли куда-то вниз…       — Ну надо же, — поприветствовал нас в небольшом пустом уже знакомый одноглазый тип с заштопанной проводами лысой головой. — У нас сразу два победителя! И кому же отдать победу, хм…       — Ты обещал, — не выдерживаю и дергаюсь в крепкой хватке охранника. — Отпусти наших напарников!       — Да пожалуйста! — по щелчку пальцев в зал втолкнули перемотанных веревками, как сосиски, напарников. Малость помятых и побитых, но несомненно живых.       — Виктор, — дернулась женщина. Я же только скриплю зубами при виде смачного фингала на лице друга. Ну за что, а? Почему?! Что тут вообще происходит, к чему всё это?!       Местный главарь бандитов же вместе с парой оставшихся в зале охранников полюбовался на наши одинаково перекошенные физиономии и, снова щелкнув пальцами, скомандовал:       — Убить!       Дергаюсь в чужом захвате и выдергиваю забытый охранниками при обыске нож. Краем глаза вижу, как Елена, небрежно стряхнув с себя завывающего и держащегося за сломанный нос охранника, кидается в сторону лысого главаря, как оный главарь, сбитый подсечкой, падает на пол с самым изумленным выражением лица, как мой друг нелепым прыжком добирается до стены…       И в этот момент в зале погас свет.