Часть 1

С Моблитом за всю дорогу они перекинулись буквально парой фраз. Но, признаться честно, Леви было все равно: ему казалось, что они достаточно поболтали о Ханджи, а других общих тем у них и вовсе не было, пока прятались от дождя. У двери в лабораторию майора Леви протянул руку, чтобы забрать у Моблита и второй пакет со всем, что тот купил для Ханджи. Моблит глянул на него удивленно. — Капитан, вам не обязательно… — начал было он, но под грозным взглядом Леви стушевался и замолк. — Я сам, — отрезал Леви, — Свободен. Моблит, будто нехотя, сунул ему в руки пакет и поспешил удалится. Леви хотел было постучать, прежде чем войти, но руки были заняты. Он закатил глаза раздраженно. Да и какого, собственно, черта?! В конце концов, он пришел не к начальству отчитываться, а просто принес для Ханджи покупки, о которых она просила. Просила, конечно, не его, но какая теперь уже разница. Он открыл дверь с ноги. — Моб… — заикнулась Ханджи, но, повернув голову и увидев кто к ней пожаловал, просияла. — Ле-е-еви, — протянула она, расплываясь в улыбке. Он еле удержался, чтоб не улыбнуться в ответ, но нужно же, все-таки, держать лицо. — Я это, я, — пробухтел он, — Куда поставить этот хлам? — Вообще-то это не хлам, это — важные инструменты для моих исследований, а, как ты знаешь, мои исследования помогают человечеству двигаться вперед и… — Ханджи! Куда, блин, поставить?! — начинал закипать Леви. Она хитро улыбнулась уголком губ: нравилось выводить его на эмоции. Да чего уж там, она это просто обожала. — Куда-то туда, — неопределенно махнула рукой в сторону дивана. Леви закатил глаза и цыкнул привычно, но все же прошел вглубь помещения и сгрузил пакеты, как можно более аккуратно на пыльную поверхность дивана. На его спинке висел халат хозяйки, чем-то замызганный и, видят великие стены, Леви совершенно не хотел знать, что это. Так он будет крепче спать. Если бы все не было здесь так грязно возможно он бы придался воспоминаниям о жарких объятьях Ханджи, сидящей верхом на Леви, на этом самом диване… — И о чем это ты задумался, коротышка? — лукаво потянула губы в улыбке Ханджи, наблюдая за ним. — Ни о чем, — буркнул он и подошел к ее столу, где она, снова зарывшись в книги и отчеты, словно крот в нору, усердно что-то писала. — Ты что-то хотел? — поинтересовалась, не отрываясь от бумаг. — Нет, с чего это ты решила? — Действительно, — хмыкнула Ханджи, — Так-то я просила Моблита сходить за покупками, а притащил их ты. Сомневаюсь, что мой помощник перекинул свои обязанности на тебя. Стало быть, ты сам вызвался ему помочь. Ты бы не стал, если бы не искал повода встретится со мной. Так что ты хотел? — Может, это просто вежливость, — отозвался он. Ханджи замолкла на секунду, выпрямилась, медленно перевела взгляд на собеседника. Все это только для того, чтобы расхохотаться через мгновение, хватаясь за живот и утирая слезинки с уголков глаз. — Что смешного? — мрачно поинтересовался Леви. — Нет, хах, ничего… Просто… Уф… Ты и вежливость, да и ещё и по отношению к Моблиту. Извини, дорогой, но это очень смешно. Дорогой Его будто молнией прошибло это слово. Они никогда не называли друг друга такими словами, не показывали своих отношений… Да и были ли это вообще отношения. Сложно было сказать. Впрочем, Ханджи, видимо, и сама не заметила, что ляпнула. Ну или, по крайней мере, сделала вид. — На самом деле, — немного замялся Леви и успокаивающим жестом провел рукой по своему затылку, — я хотел спросить: ты свободна сегодня вечером… Ночью? — Ну-у, — неуверенно протянула Ханджи, и он заметил, как заалели кончики ее ушей, — смотря для чего. — Для меня. Она повернула голову в его сторону и встретилась взглядом с его: ледяным, серым, словно туман утренний. Почувствовала, что и щеки приобретают красный оттенок и потому поспешила отвернутся. Нервно заковыряла ногтем край листа, попавшегося под руку. Кивнула. Сверху она услышала довольное хмыканье. — Тогда я зайду за тобой часов в 10. И не приведи тебя титан сказать мне потом, что ты устала или что-то подобное, — уже уверенно отчеканил Леви и направился к выходу. Но у самой двери он замер и вновь повернулся к ней: — Ты знала, что Моблит ревнует тебя ко мне? Ханджи приподняла брови в удивлении: — Нет… Нет, не знала. — Ну, теперь знаешь, — просто ответил Леви и скрылся за дверью лаборатории. *** Когда Ханджи глянула на часы был уже вечер. Почти 10. В скором времени должен был прийти Леви и увести ее на… Свидание? Нет, он же не говорил, что это оно. «Не нужно придумывать себе всякое, — немного грустно рассудила она, — лучше спрошу его, когда он придёт». Ханджи потянулась, разминая затекшие мышцы. Захрустели суставы. Она поморщилась. Все таки пересидела она за столом, согнувшись в три погибели. Решив, что время до прихода Леви ещё есть, она встала, подошла к шкафу и, выудив оттуда полотенце, быстро направилась прочь из лаборатории, чтобы успеть принять душ. «Снова ведь будет ворчать, что я свинья и, что меня мыться не научили». Когда Ханджи вернулась, Леви уже был там и, оперевшись одной рукой на стол, что-то читал из ее исследований. Свет керосиновой лампы мягко очерчивал его лицо. Ханджи невольно залюбовалась им. Сложно было назвать Леви Аккермана красавцем, но все же было в нем что-то невероятно притягательное. Но, к сожалению пытливого ума Ханджи, это «что-то» было совершено необъяснимо. Леви оторвался от чтения и перевел взгляд на вошедшую. Выпрямился. Сложил руки на груди. Окинул ее изучающим взглядом. — Я уж думал ты забыла и ушла спать к себе. Ханджи хохотнула. — Ты же знаешь, что я бы никогда про тебя не забыла… Так что? Мы идём? Она уперла руки в бока и решительно посмотрела на Леви. — Ты собралась так идти? — поинтересовался он, ещё раз осматривая привычную жёлтую рубашку, выправленную из брюк и, собственно, сами брюки. Обычные, форменные. От привычного образа Ханджи отличали лишь распущенные и лежащие на плечах волосы. — А, — Ханджи замялась, глядя вниз на свою одежду, — не подходит? Переодеться? — Нет, но ты можешь замёрзнуть. Леви подошёл к ней ближе. Снял свой пиджак и ловко накинул его на женские плечи. И, не желая больше вести разговоров, схватил со стола лампу, взял Ханджи за руку и утащил прочь из пыльной лаборатории. *** — Куда мы все-таки идём? — в который раз спросила Ханджи, отодвигая свободной рукой ветки деревьев, пока Леви целеустремленно тащил ее вглубь леса. — Увидишь, — повторил уже не впервые Леви с толикой раздражения и покрепче перехватил ладонь Ханджи. Она нахмурилась, съедаемая любопытством. Ей действительно было интересно, что он придумал. Но она так и не спросила его свидание ли это. Страшно было. Вдруг на этот вопрос он скривится и ответит, что, все что между ними это так: дружба с привилегиями и не более, и что ни о каких свиданиях и речи быть не может. Ханджи вздохнула от тяжести собственных мыслей. Плотнее закуталась в пиджак, который так приятно пах Леви, его мылом, чаем и ещё чем-то, что Ханджи не могла идентифицировать, но точно знала: это та самая часть запаха Леви, которая делает его уникальным. Из раздумий ее вырвал Леви, резко остановившийся. Она едва не врезалась в него. С немым вопросом посмотрела сначала на мужчину, а затем перевела взгляд за него. Раскрыла рот в изумлении. Они вышли к поляне у реки. На влажной слегка примятой траве лежала подстилка, на которой уютно покоились несколько подушек и сложенный клетчатый плед. — Это чтоб мы не замерзли ночью, — зачем-то пояснил Леви, усаживаясь на подстилку, оставляя рядом лампу и расправляя плед. Он накинул его себе на плечи и распахнул свои объятья, приглашая Ханджи присоединиться к нему. Но внезапно столкнулся с ее абсолютно растерянным взглядом. Прикусил губу. — Все в порядке? Тебе не нравится? Что-то не так? С трудом выйдя из оцепенения, Ханджи прочистила горло и произнесла тихо: — В-все в порядке, но… Никто никогда не делал для меня чего-то подобного… Она хотела сказать что-то еще, но передумала. Вместо этого она просто стремительно подошла к Леви ближе и упала в его объятья, позволяя укрыть себя теплым, но немного колючим пледом. — Значит это все-таки свидание? — неуверенно спросила она, утопая в сильных руках Леви, дыша им и не желая, чтобы он хоть когда-то размыкал кольцо своих рук. Над головой раздался смешок: — То есть это не очевидно? — Ну просто свидание — это когда люди вместе… Ну, как пара. Если ты устроил это для нас, то получается, что мы… Леви решил не отвечать на это. Он просто перехватил пальцами ее подбородок, прерывая ее рассуждения и поцеловал ее. Нежно сминал податливые губы Ханджи своими. Поглаживал щеку большим пальцем. Через время он отстранился немного и выдохнул в ее губы: — Доходчиво? — Вполне, — уже задыхаясь от чувств, ответила Ханджи и притянула Леви к себе для нового поцелуя. С каждой секундой Ханджи распадалась все больше, целовала его ещё напористее. Руки Леви обвились вокруг ее талии. Острым проворным языком она прошлась по его нижней губе, скользнула влажными устами по щеке, скуле и поцелуями добралась до мужской шеи. Провела холодными пальцами по двигающемуся вверх-вниз, от тяжёлого дыхания Леви, кадыку. Ханджи прижалась губами к покрывшейся мурашками коже на его шее. Укусила и потянула на себя зубами, услышав над головой сдавленное: — С-стой… Погоди. Леви отстранил ее аккуратно за плечи и, видя ее вопросительный взгляд, поспешил объяснить: — Хочу выпить… Он достал из кармана брюк небольшую флягу. Не глядя на Ханджи, трясущимися от волнения, или же нетерпения, пальцами открутил крышку и сделал добрый глоток, сразу же после припав носом к изгибу локтя. Крепленое вино обжигало глотку. Пьянило. Ханджи потянулась к фляге и, нежно перехватив ее и, как бы невзначай, проведя своими пальцами по пальцам Леви, забрала, тоже глотнула вина. Не очень аккуратно. Алая капелька потекла вниз по подбородку, потекла ниже. Леви, словно загипнотизированный наклонился к тонкой изящной шее. Слизал каплю. Втянул чувствительную кожу на губами. Прикусил. И снова зализал место укуса. Рукой повел вдоль бедра. Добравшись до ягодиц, страстно сжал упругие мышцы. Она охнула и выгнулась навстречу его рукам. — Дай мне еще вина, — горячо прошептал Леви ей в шею, не прекращая зацеловывать ее. Ханджи хихикнула: — Хочешь? Так возьми. Сделала еще один большой глоток и глянула на него искушающе. Заулыбалась пьяно. На ее приоткрытых в ожидании губах блестело вино. Леви поцеловал ее. Глубоко. Мокро. Жарко. Выбивая на мгновение из сознания. Проводил языком по острым зубам и небу, сплетался с ней языками, оттягивал губами ее то верхнюю, то нижнюю губу, менял наклон головы и все начиналось сначала. Она таяла от каждого его прикосновения, от того как он привычно запускал пальцы в ее волосы, тянул их. А она подчинялась ему. Как никому другому. Ладонью водила по его груди, задевая напряженные соски под тонкой белоснежной рубашкой. Не заметила как в какой-то момент цепкие пальцы вырвали из руки флягу. Леви отпустил ее губы. Заглянул в карие, горящие страстью глаза. Не разрывая зрительного контакта снова пил вино. — Допьешь? — прохрипел он возбужденно. Ханджи оскалилась. Завороженно Леви наблюдал как она допивает остатки вина даже не морщась. Принимает любой его вызов… Чертовка. Фляга была откинута куда-то на траву. Но им двоим было уже все равно. Ханджи, подобравшись словно кошка, уселась на бедра Леви. Принялась быстро расстегивать пуговицы на его рубашке. Он скинул свой пиджак с ее плеч. Аккуратно потянулся рукой к ее лицу. Стянул очки. Мир перед ее глазами расплылся. Но с Леви даже это было не страшно. — Закрой глаза, — зашептал он ей на ухо. Ханджи послушно закрыла. Через несколько секунд почувствовала как ткань, видимо его платка, покрыла ее веки и как он крепко завязал платок на затылке. Леви ловко развернул ее и уложил на подушки, навалившись сверху. Сжал ладонью ее грудь, отмечая, что под рубашкой нет нижнего белья. Не имея ни малейшего желания возиться с пуговицами, он схватился за желтый воротник и рванул в разные стороны, с наслаждением слушая как рвется ткань. Ханджи выгнулась от неожиданности и пробежавшего по коже холода. Словно хищник Леви набросился на оголенную грудь. Кусал соски, крутил их пальцами, обводил языком ореолы, мял руками. С наслаждением он слушал женские стоны, становившиеся все громче и развратнее с каждым новым движением. Пальцами повел вниз по животу. Быстро преодолев препятствие в виде застежки на форменных брюках, проник рукой под ее трусики. Тепло. Мокро… Ему нравилось то, как быстро она намокла лишь от того, что он поиграл с ее грудью. То ли еще будет. Ханджи извивалась под ним. Вздыхала развратно. Притягивала руками ближе к себе. Пыталась стащить с него рубашку, но руки не слушались. Тогда Леви выпрямился и сам снял с себя рубашку и потянулся руками к пуговице на штанах. Естество давило неимоверно. И внезапно его руки встретились с руками Ханджи. Он перевел взгляд на ее лицо: она тянула губы в улыбке. Он убрал руки. Пусть сделает все сама. Пока она расправлялась с его одеждой, поглаживая член сквозь ткань, он водил руками по ее округлым бедрам, разводил их в стороны, представляя как восхитительно она будет выглядеть без этих армейских брюк. Но сначала нужно разобраться с его собственными. Между тем Ханджи ловко достала стоящий колом член из плена ткани и, нарочито медленно, увлажнив руку собственной слюной, провела по стволу вниз. — А-ах, — не удержался Леви. Чего греха таить, Ханджи была хороша. Очень хороша. Она захохотала, продолжая активно работать рукой. Но веселится ей было недолго: Леви приспустил ее брюки вместе с нижним бельем и погрузил сразу два пальца в теплую влагу. Наклонился к ней, ловя губами ее вздохи и стоны, дыша с ней одним воздухом, наслаждаясь ее влагой и ее проворной рукой, что ласкала его. Спустя некоторое время он, вытащив из нее пальцы, нежно убрал ее ладонь от себя. Окончательно снял оставшуюся одежду с них обоих. На несколько секунд остановился чтобы рассмотреть нагое женское тело во всех деталях. Такое притягательное. Понимая, что долго любоваться не стоит, чтобы не сбивать настрой припал устами к животу, опускаясь ниже, чувствуя как она запускает пальцы в его короткие волосы. Дергает от удовольствия. Добравшись до низа, Леви прихватил зубами кожу на лобке. Ханджи прикусила губу и уперлась пятками в землю. Пальцами ног она сжала ткань покрывала, когда Леви закружил языком на клиторе. Провел пальцем вдоль, собрал влагу. И снова погрузил их внутрь. На этот раз двигая рукой свободней и размашистей. Растягивая ее. Целовал и втягивал половые губы. Слушал громкие стоны и радовался, что они с ней ушли подальше в лес. Последний раз провел языком по лобку и выпрямился. Навис над ней. Рукой, которой мгновением ранее ласкал ее, снял с глаз платок, желая заглянуть в ее глаза. Она заморгала часто, а затем глянула на него, обвивая руками его шею. И смотрела она так… влюбленно, что Леви просто не мог удержаться и не поцеловать ее нежно в уголок приоткрытых губ. Ханджи развела ноги пошире. Взяла его член в руку. Погладила. Направила в себя. Леви толкнулся грубовато внутрь. Заполнил ее полностью. Она тяжело дышала. Ресницы дрожали, скрывая блестящие глаза. Он медлил всего секунду, а затем сорвался в бешеный темп, хватая ее за бедра так, что после останутся синяки. Она царапала ногтями его плечи и спину. Он стонал вместе с ней, наслаждаясь ее телом сполна, даря наслаждение ей. Подхватил ее под ягодицы, резко меняя угол проникновения. Ханджи вскрикнула, обнимая его ногами за талию. — Л-леви, — выстанывала она его имя. — Я… Я сейчас… — Давай, — Он понял ее и без объяснений. И сам он уже был на пределе. Несколько грубых толчков, его рука сжимала ее задницу, она впивалась ногтями в кожу его спины и вот Ханджи выгнулась, широко распахивая глаза, и мир перед глазами Леви окрасился на мгновение в белый… Еще какое-то время они лежали почти неподвижно. Леви мягко целовал ее в ключицы, Ханджи перебирала пальцами его волосы. Отдышавшись Леви отстранился от нее. Нашел среди кучи одежды свой пиджак. Из кармана вытащил платок и вытерся им. Ханджи рссмеялась: — Какой ты все-таки предусмотрительный, чистоплюй. Леви фыркнул. Вытер и ее, напоследок целуя в бедро. Откинул грязный платок от себя подальше, немного скривившись. Вытащил из-под одежды плед и укрыл им их двоих. Ханджи улеглась к нему на плечо. Он обнял ее, поглаживая. — Скажи, — она прикусила губу, формулируя вопрос, — почему в лесу? — Ну, во-первых здесь красиво, — он перевел взгляд на звездное небо, — и свежий воздух, а то ты сидишь вечно в своей лаборатории, а там дышать-то толком нечем. Пылью обросла. — А во-вторых? — Я хотел слушать тебя, — прошептал ей на ухо.— В штабе нас бы услышали, а здесь… Ну ты поняла. Ханджи кивнула. Закуталась потеплее в плед, закинула на Леви ногу. Они заснули в объятьях друг друга, под плеск воды и стрекотание сверчков. *** Следующим днем Моблит ловит Леви, хватая за плечо. Тот удивленно вскидывает бровь. Моблит мнется и Леви начинает это надоедать. — Что-то хотел? — спрашивает он, скидывая с себя чужую руку. — Я… — Моблит заметно краснеет. — Скажите, капитан, у меня нет шансов? Леви сразу понимает, о чем речь. Вернее, о ком. Почему-то в душе поселяется неприятное чувство. Но он должен сказать парню правду. — Извини, — Леви отводит взгляд в сторону и Моблит все понимает. Он сжимает кулаки и опускает голову вниз. Когда Леви уже делает несколько шагов, чтобы уйти прочь, Моблит говорит ему вслед: — Я все равно буду всегда защищать ее. Даже если однажды это будет стоить мне жизни. — Я очень на это надеюсь, — как-то невесело усмехается Леви и теперь уже окончательно уходит.