Однажды ты почувствуешь радость так же ярко, как сейчас боль

— Маринетт, господи, мне начинает это надоедать! — отголоском возникло в ее голове вместе с образом лучшей подруги — Альи. Она казалась разъяренной, руки были сжаты в кулаки, на лбу пульсировала венка. Маринетт еще никогда не видела ее настолько злой. — Я устала от твоих вечных метаний между Адрианом и Лукой, устала от твоей нерешительности и наивности! Возьми себя, наконец, в руки, ты не маленький ребенок! — последняя фраза была настолько громкой, что Дюпэн-Чэн невольно закрыла голову руками, будто боясь, что Алья набросится на нее с кулаками. Девять вечера, а она все еще была не дома. Телефон разрядился, на улице сгущались тучи, и, в целом, было немного прохладно. Но она не хотела идти домой. — Миледи… — вновь картинка в голове, и вновь ее сердце сжимается от боли. — Не оставляй меня… — на коленях головой лежит Кот Нуар, пострадавший от собственного катаклизма. Его лицо отражало дикие мучения и слабость, и все это из-за нее. — Все будет хорошо, котик, ты только держись… — одинокая слеза покатилась по ее щеке, но она не должна быть слабой, а как иначе? С акумой покончено, но почему супер-шанс не вылечил напарника? Она совсем не понимала. Девушка безнадежно облокотилась на стену и пустым взглядом посмотрела на Кота, который не сводил с нее глаз. — Ты так прекрасна, моя леди… Прости, что не уберег себя, — он медленно поднес ладонь к ее лицу и вытер маленькую слезинку. Маринетт опустила голову на колени и дала волю эмоциям. Слезы хлынули из глаз, а из груди вырвался жалобный вскрик, который был заглушен раскатом грома. Она подняла взгляд к небу, которое совсем помрачнело. Куда ей деться от этой боли? К кому обратиться? Она была так одинока сейчас. — Маринетт? — знакомый и греющий душу голос возник у ее уха. Она повернула голову. — Ох, Мари… Что с тобой? — это был он, и как же вовремя. — Лука, я… — но она не смогла договорить, поскольку горло больно сдавил ком. Из груди вырвался лишь громкий всхлип. — Все хорошо, ты можешь мне все рассказать, — парень присел рядом и обнял девушку за спину, другой рукой проводя по ее щеке, стирая поток холодных слез. — А если не хочешь, то ничего, я просто буду рядом, — он прижал ее к себе, ощущая холод кожи и дрожь по всему телу. Она ничего не смогла ответить и лишь вновь начала истошно плакать, уткнувшись головой в сильную и теплую грудь Луки. Он гладил ее по волосам и вдумчиво смотрел в небо, слушая мелодию ветра, который усиливался с каждой минутой. Лука снял с себя кофту и надел ее на дрожащую ни то от холода, ни то от продолжительной истерики девушку. — Мари, уже холодно и поздно, тебе не стоит сидеть здесь. Давай я провожу тебя до дома, — юноша заглянул в глаза Маринетт, нежно погладив ее по плечу. — Нет! — резко отрезала она и вытерла глаза. — Только не домой. Родители будут волноваться, если увидят меня такой. — Что ж, тогда пойдем ко мне, — Лука встал и протянул руку девушке. — Не волнуйся, дома никого нет, — он слегка улыбнулся, но увидев, что подруга в замешательстве, сел перед ней на корточки и взял за руку. — Это как-то неудобно… — она опустила глаза и шмыгнула носом. — Неудобно — это сидеть под деревом в парке, когда явно скоро начнется гроза, — парень нежно коснулся ее щеки и вытер слезу, — ты ведь понимаешь, что я не оставлю тебя тут? Пойдем, я не сделаю тебе ничего плохого, ты же знаешь, — его голос был таким нежным и успокаивающим, что это подействовало на девушку, и она, наконец, встала. ***— Проходи, садись, — Лука завел подругу в комнату. — Может, ты хочешь чего-то перекусить? — Нет, нет… Спасибо. Мне только очень холодно, — еле слышно ответила Маринетт, ежась и смотря в пол усталым взглядом. — Это мы сейчас исправим, — парень закрыл окно, из которого веял достаточно прохладный ветер, и заткнул небольшую щель полотенцем. — У нас немного старые окна, поэтому могут чуть-чуть пропускать воздух. Но у меня есть плед, — с этими словами он опустился к низу кровати и выдвинул ящик, достав из него вышеупомянутую вещь. — Ты сиди, я сейчас вернусь, — Лука накинул плед на плечи девушке и заглянул ей в глаза. Она молчала. — Мари? Ты как? — он осторожно дотронулся до ее щеки, ощутив прохладу. — Все в порядке, — она улыбнулась уголками губ и коротко взглянула на парня. Сердце Луки пропустило удар, когда он увидел ее прекрасные голубые глаза, которые излучали безжизненность и боль. Он, немного помешкав, нежно поцеловал ее в щеку и удалился на кухню. Вернувшись через несколько минут с кружкой чая, парень обнаружил девушку на том же месте в том же положении. Казалось, она даже не почувствовала его поцелуя и не заметила, что он отлучался. — Держи, — Лука протянул ей чашку и присел рядом, — это чай с малиной и мелиссой. Он отлично согревает и успокаивает, но нужно лечь под одеяло, чтобы он хорошо сработал, — юноша поднял девушку и, разобрав кровать, усадил обратно. — Ложись, Мари. Пожалуйста, — умоляюще произнес он, и девушка все же легла. Лука укрыл ее одеялом и пледом и сел рядом на полу. — Что с тобой приключилось? — он положил руки на кровать и опустил на них подбородок, внимательно смотря в глаза девушке. — Прости… я не могу рассказать тебе всего, — еле слышно ответила она, и из ее глаз вновь покатились слезы, когда она вспомнила Алью и Кота. — Я понимаю, — он слегка кивнул и аккуратно взял Маринетт за руку. — Прошу тебя, не плачь, ты вся дрожишь, — Лука привстал и убрал волосы со лба девушки, — позволь, — с этими словами он коснулся губами ее лба. — Жа́ра нет, но ты очень бледная. Мари, скажи, чем я могу помочь? Я все для тебя сделаю, — переживающе спросил он и слегка нахмурил брови. — Ты можешь лечь ко мне? — почти шепотом произнесла Маринетт и подняла глаза на юношу. — Конечно. В его руках она чувствовала себя спокойнее. Девушка прижималась к его груди, будто это была последняя надежда на спасение, и отчасти это было правдой. Парень нежно и крепко обнимал ее и гладил по волосам. На душе у него сейчас было тяжело, ведь он знал все. Даже больше, чем она могла себе представить… Он видел, как Кот Нуар пострадал в бою, знал, что это является частью переживаний его любимой. О других причинах он мог лишь догадываться. Но судя по тому, что после небольшой подзарядки телефона, на него не пришло ни одного сообщения от ее лучшей подруги, Лука понимал, что, возможно, Маринетт и Алья поругались. Несомненно, все это ужасно давило на нее, но девушка не могла излить ему душу. И пусть он знал о ее главном секрете, она даже не догадывалась об этом. И хорошо. — Я рядом, — прошептал он и коснулся губами ее лба, а затем щеки. — Маринетт… — она подняла на него взгляд. — Твои прекрасные голубые глаза… Они не должны быть красными от слез, — парень посмотрел на ее губы. Он очень сильно хотел поцеловать девушку, но не мог. Ведь они остались друзьями. Маринетт заметила его взгляд и, сама не понимая, что делает, подалась вперед, показывая юноше, что она не против этого. Лука осторожно прильнул к ее губам. Он делал все очень нежно, словно боясь ранить. Маринетт отвечала ему, что давало парню право продолжать целовать девушку. Лука погладил ее по щеке и на секунду открыл глаза. Лицо подруги выражало лишь спокойствие, и юноша, несомненно, был этому рад. Он слегка углубил поцелуй, на что Маринетт снова ответила. Парень медленно чмокнул ее в губы и немного отстранился. На лице девушки была легкая улыбка, а щеки слегка пылали румянцем. — Наконец-то, ты улыбнулась, — Лука склонил голову на бок и поднял уголки губ. — Мари, я бесконечно люблю тебя… — он взял ее за руку. — И очень хочу, чтобы ты была счастлива… Даже если это счастье ты найдешь не со мной, — его взгляд слегка погрустнел после этих слов, но он тут же скрыл это. — Знаешь, я думаю, что уже нашла то счастье, о котором ты говоришь, Лука, — девушка прижалась к парню и положила голову ему на грудь. Он обнял ее в ответ. — Это ты. Тело юноши будто прошибло током, а сердце забилось быстрее, на щеках выступил еле заметный румянец. — Мне кажется, у меня начали появляться чувства к тебе. И сегодня я в этом убедилась. — Я очень рад, — Лука лучезарно улыбнулся, — правда, — было видно, что он слегка смущен. — Мари, скажи… Наши отношения перестанут быть дружескими, или ты не хочешь сейчас торопить события? — Да, я хочу, чтобы наши отношения стали чем-то большим… Чем дружба, — она подняла на него глаза и обнаружила, что парень не отрываясь смотрит на нее. Он ничего не ответил, а лишь вновь поцеловал ее. Так же нежно и трепетно, как в первый раз. Лука не мог поверить в то, что она ответила на его чувства, ведь он так долго ждал этого. На душе у него разливалось приятно тепло. — Тебе стоит отдохнуть, — тихо произнес Лука, когда заметил, что взгляд Маринетт стал чересчур усталым. Он был прав, ведь эта истерика отняла у нее немало сил, она слишком сильно переживала весь день и, к тому же, время было уже около одиннадцати. — Поспи немного, — он обнял ее и погладил по волосам, перед этим хорошо укрыв, ведь нос и руки его любимой все еще были очень холодными. — Спасибо тебе за все, ты удивительный, — произнесла она и чмокнула парня в щечку. Тот, кто умеет ждать, поистине получит то, чего всем сердцем желает, и он знал это. Он верил. И не перестанет верить.