Старый дом

      Девушка сидела за столиком в уличном кафе. Ни порция мороженого, стоявшая перед ней, ни тёплый и солнечный день не могли порадовать сегодня её. Она совершила глупость, возможно даже непростительную глупость. Она должна была всё ему рассказать, а не убегать от него, но она испугалась. И вот уже второй день она сидит здесь, надеясь встретить его.       Наклонившись, она помешала ложечкой успевшее подтаять мороженое. Всё, что Юми знала о нём, так это то, что его звали Осаму Дазай и что он работал в здании, которое стояло прямо напротив этого кафе. Собственно, именно по этому она и расположилась тут.       К её столику подошёл мужчина и довольно бесцеремонно сел рядом с ней. Юми вздрогнула и затравленно посмотрела на него. Крупный и грузный, он почему-то походил на борова, даже маленькие и глубоко посаженные глазки чем-то напоминали поросячьи.       – Думаешь, ты умнее эсперов? Решила проследить за ними?       Юми быстро-быстро замотала головой. Вот такого в её мыслях уж точно не было.       – Я сказал тебе: не разговаривай с ними и ты молодец – ты ни разу не заговорила ни с одним из них. Но я не говорил тебе, чтобы ты за ними следила. Есть в этом мире люди, которые справляться с этой работой и без тебя.       – Хорошо... Господин... Я больше не буду.       Юми сложила ладошки на коленках точь-в-точь школьница, которая не приготовилась к уроку и теперь не знает как оправдаться. Впрочем, пусть лучше этот господин думает, что она решила следить за детективами, чем то, что она хотела было рассказать им.       – Сиди дома и старайся не подходить к ним даже близко, а не то я на секундочку подумаю...       Договаривать он не стал, молча встал и вышел из кафе, оставив девушку сидеть в гордом одиночестве, задыхаясь от ужаса.       – Платить будете сейчас?       Юми повернулась и с непониманием уставилась на официанта.       – Платить сейчас будете? – парень повторил свой вопрос.       – А, да, принесите счёт, – наконец, отмерла Юми.       Официант посмотрел на неё взглядом, словно она лично должна была ему полсотни йен и, резко развернувшись, пошёл куда-то в сторону кухни. Он был молод, вряд ли старше самой Юми, но словно был полной её противоположностью. Худой как угорь и явно такой же вёрткий, темноволосый и бледный, словно и вовсе не знал, что такое загар. Но самым жутким были его глаза. Словно смотришь в глаза худущей и злой бездомной собаки, которая верит только в то, что она сильнее и что у тебя есть то, что она может забрать. Подождав, когда он вернётся, Юми расплатилась и вышла из кафе, решив, что ей и впрямь не стоит совать нос в некоторые вещи.

***

      Дом, в котором жила Мияко Синдзи со своим мужем, всё так же принадлежал семье Синдзи. Довольно милый семейный особняк, невысокий забор, сад, где не было ни травинки лишней. Ничего здесь не напоминало о трагедии, разыгравшейся несколько лет назад.       – Смотри-ка, детский велосипед... Сыну Мияко-сан было пять лет когда она пропала, значит, сейчас ему пятнадцать или шестнадцать, – задумчиво сказал Куникида.       – Значит, велосипед принадлежит не ему! – жизнерадостно заключил Дазай.       – Для того, чтобы до этого догадаться, не надо быть детективом, – буркнул Куникида.       Дверь открыла женщина средних лет с тонкими морщинками в уголках глаз. Узнав, что перед ней детективы и их интересует смерть Мияко-сан, она подала плечами:       – Вряд ли я смогу вам помочь. Я тогда ещё даже не была знакома со своим мужем. А их сын Аки был совсем малышом и к тому же в тот день он с няней ездил в парк развлечений. Так что из него тоже тот ещё свидетель. А муж сейчас ещё на работе.       Куникида поправил слегка сползшие очки, достал небольшую записную книжку и ручку.       – Ну всё же давайте попробуем...       – Давайте, – согласилась женщина.       – Что вы знаете о Нобу Такира?       Женщина удивлённо заморгала, кажется об упомянутом Нобу она вообще не знала.       – А кто это?       В этот раз пришла очередь Куникиды удивляться.       – Человек, который числился главным подозреваемым в этом деле.       – А! Поняла! Это тот полицейский? Вроде бы он периодически встречался с Мияко-сан, их видели вместе в кафе. Да и позвонила она ему на личный телефон... Не знаю точно что там произошло, но я думаю, что Мияко-сан не была верна мужу...       – Это говорил вам муж?       – И он, и кое-что я сама из старых газет узнавала.       – Вы работаете? – вдруг вмешался в разговор Дазай, до сих пор стоявший молча.       – Раньше работала стенографисткой в одной конторе, потом перешла к Риото-сан... Так мы с ним и познакомились. С тех пор как родился Джиро я сижу дома, муж боится, что детям будет не хватать матери. Ведь и Аки уже шестнадцать лет, а это сложный для мальчиков возраст...       – А кем работает ваш муж?       – В министерстве экономики, он чиновник. Звёзд с неба конечно не хватает, но у него есть очень интересные проекты.       – Понятно. А у вас тут мило.       Женщина тепло улыбнулась, похоже, что уход за домом и садом был целиком и полностью её заслугой.       – Да, место чудесное! А какой вид открывается если проехать буквально пятьсот метров от дома! Всю Йокагаму как на ладони видно!       – Спасибо! Вы нам очень помогли! – Дазай схватил Куникиду за рукав и пошёл к выходу, тому не оставалось ничего другого, как подчиниться и бежать за ним.

***

      – Ну и что мы тут делаем? – спросил Куникида, стоя на обочине дороги, идущей через небольшой горный хребет.       – Любуемся видом на Йокагаму, Ясуко-сан не обманула, и впрямь весь город как на ладони. Он подошёл к самому краю дороги и посмотрел вниз, там небольшая горная речка выбила в твёрдых скалах глубокий омут, куда и падали её воды с невысокого порожка.       – Ты тут прыгать собрался что ли? С подозрением спросил Куникида.       – Вовсе нет, – Дазай с самым беспечным видом сел в машину, – Поехали в агентство, мне ещё кое с кем поговорить там надо.       – Поговорить... Сначала бы дал эту вторую жену распросить как следует. Вот бы и поговорили, – пробормотал Куникида.       – Не вижу смысла. Она имеет отношение к этому делу примерно такое же как ты к беспорядку на моём письменном столе...       – А какое отношение к перманентному срачу на твоём столе имею я??! – взревел тот.       – Никакого, поэтому мы и уехали оттуда, – пожал плечами Дазай.