***

Прогрето дерево, пылинки в танце над тайным логовом тревожной моли, босые духи вдыхают в воздухе осенний запах — их гложет радость. О чём-то жалобно слепые птицы на ветках дерева звенят до боли, ступени солнцем разбитым залиты, и в щели лестницы втекает август… Деваться некуда и крикнуть нечем, прощаясь с небом, таким высоким, и в медальоны уже не вместятся все лепестки, все песни летние. На крыльях чаячьих остатки голоса несут мой зов к морям далёким: «Ещё увидимся, ещё покаемся!» Последней встречи сон не был последним. А я останусь спать под листопадами, я спрячусь призраком на фотокарточках, я стану облаком, и юркой мышкою, и первоцветами под снежным настом. И — по корням наверх, по жилам яблони — исчезну в небе я, но дикой ласточкой. Всего лишь год пройдёт, обет молчания, и мир продрогший вновь обнимет август.