Ветряная судьба

Чуть только первый луч солнца коснулся раннего облака небес, Лю Мин перевернул страничку книгу судеб, указывая на начало нового дня. Испещренный письменами бамбук с лёгкостью подавался знакомой руке и золотым свечением откликался на любое изменение в мироздании по воле доверенного. Пока часы будут течь, подобно тягучей нуге из сока персика, в небесном царстве, на землях смертных пройдут недели. Несоразмерность времени слишком сильно влияет на жизнь небожителей. Особенно тех, кому вверены законы вселенной. И Лю Мину, повелителю судеб, приходилось с этим как-то справляться. Только кисть взметнулась вверх, на деревянную полоску капнула чёрная тушь, разведённая ранее услужливой ученицей Джу Ли, кляксой расползаясь по книге, как со стороны сада подул ветер и в храм привидения вихрем влетел нежданный гость. Он так сильно торопился, что покрыл своими длинными одеяниями всю библиотеку и, раскрыв все двери, устроил настоящий сквозняк. — Лю Мин! — бесцеремонно начал виновник суматохи. — Ты слышал, что произошло… Мужчина в белоснежном наряде закашлялся, не сумев договорить предложение на одном дыхании и, подобрав под себя свой бесконечный подол обратно, уставился на повелителя судеб. — Дай Фын, — не позволив начать очередную тираду, Лю Мин благоразумно одёрнул гостя, возвращая того к соблюдению манер. — Рад приветствовать тебя у себя в доме, — слегка поклонившись, выражая почтение, поздоровался он. — Что привело тебя в такое время. Для южного ветра ты слишком неспокоен сегодня. Может, чаю? Гость при упоминании чая скривился, словно съел килограмм кислых лимонов, и не желая терпеть и держать все в себе, присел напротив повелителя судеб. У его знакомого было слишком много вопросов. И он, безусловно, ответит на каждый из них. Своим рассказом. — Хоть бы раз предложил мне вина, — начав с упрёка, заметил Дай Фын, отодвигая услужливо наполненную чашку с чаем. — Как тут быть спокойным, когда в дворце Рассвета творится такое, — он театрально закатил глаза, будто его знания о чём-то, что он хранил в себе, были столь ужасны. — Ах, — отбросив приличия, махнул рукой Лю Мин. Страничка книги судеб итак уже безвозвратно испорчена. В этот месяц смертные будут предоставлены сами себе. — Не том уже. Рассказывай, — он был слишком заинтригован разыгранным спектаклем. А Дай Фын словно этого и ждал. Вмиг отмер, приняв обычное положение и, пробежавшись глазами по сторонам, боясь, что кто-то подслушает, наклонился ближе к собеседнику. — Хотят императора свергнуть, — шёпотом, почти не слышно, проговорил мужчина на ухо Лю Мину. На что тот подскочил и, округов глаза, удивлённо уставился на него. — Как? Да быть не может! Кто? — не унимался повелитель судеб. В этот момент он забыл про все манеры и откровенно демонстрировал свои эмоции, поддавшись заговорщическому шарму ветра. Дай Фын вновь состроил хитрую гримасу, гордясь тем, что знает больше других, и теперь уже не торопился всё выкладывать. Уж больно ему понравилась реакция старого знакомого, который частенько подавался на его провокации. Хоть и был повелителем судеб, вершил мир и вражду, жизнь и смерть, а на каждую новость реагировал чересчур сердечно. — Орки, говорят, — тяжело вздохнул ветер. — Власть захватить хотят. — Какие орки! — вспыхнул Лю Мин, поднимаясь из-за стола и стукая кулаком по древесине. — Что ещё за орки такие? Как они могут… нашего императора… Повелитель судеб разозлился не на шутку. Обладая абсолютно низким уровнем эмпатии, будучи наделённым полномочиями бога покровителя у смертных, и посылающим им несчастья и радости, он близко к сердцу воспринял ласточкину весточку. — Принцессу они уже украли. Требуют выкуп, — продолжал Дай Фын. — И власти, — усмехнулся он. — Женимся на принцессе и станем правители дворца Рассвета и всех небес, заявили. — И Юй Лун у них? — не на шутку испугался мужчина, представив такое нежное создание, как принцесса, оказавшееся в лапах чудищ. — Откуда они только взялись! Лю Мин вскипал на глазах, сильнее сжимая кулаки. Желваки выглядывали из-под щёк, губы от злости превратились в тонкую полоску. А на шее вздулась вена. — Только это секретная информация, — отвлекая от поглощающей ярости приятеля, вмешался Дай Фын. — Никто за пределами дворца и доверенных извне людей знать не должен, — предупредил он. — Джу Ли! — повелитель судеб не стал слушать предостережения ветра до конца. Сейчас было куда важнее вызволить Юй Лун и сберечь императора. — Мне нужна бумага и новая кисть. — Да, учитель, — тут же отозвалась юркая девчушка, выглянув из-за двери, и, немного помешкавшись, предоставила всё необходимое. — И тушь разведи лучше. Вчера она получилась слишком жидкой. На книге судеб теперь клякса. Будь то вмешательство Дай Фына или неосторожность Джу Ли, но месяц в царстве смертных прошёл также беспокойно, как тёмное пятно, расползшееся по странице.