3. Дуэт

      Давно Мэтт так долго не отдыхал от работы. Он и не помнил, когда уходил в полноценный отпуск. В полиции и выходных особо нет, вызвать могли в любой момент, что уж говорить о более длительном отсутствии. А уж после перевода в убойный отдел Мэтт и вовсе забыл, что такое — провести с семьей уик-энд или праздничные дни.              Конечно, послеоперационную реабилитацию весьма сложно назвать отпуском, зато его действительно не выдергивали на места преступления, лишь навещали в больнице. Хотя непривыкшему сидеть без дела Мэтту быстро наскучило лежание на кушетке — он устал от безделия едва ли не сильнее, чем от работы.              Одинаково серые будни скрашивали посещения. Навещали друзья и коллеги из участка и прокуратуры, но чаще всего, безусловно, Мария с дочерью, а еще Николь. Еще пару недель назад это бы удивляло, но чем больше Мэтт с ней общался, узнавал, тем сильнее убеждался, насколько был не прав. Он, как и остальные детективы убойного, видел лишь то, что лежало на поверхности, даже не пытаясь копнуть глубже, а ведь у Николь действительно были причины отрастить клыки и когти, огрызаться и агрессивно реагировать на любые нападки.              Конечно, порой она все же перегибала палку, но теперь Мэтт просто не мог ее винить. Учитывая взрывной характер, Николь еще и сдерживалась. На самом деле, Мэтт не то что не задумывался, как ей и правда тяжело в исключительно мужском коллективе, а даже не хотел думать об этом. И после того, как Николь спасла ему жизнь, рискуя собственной, чувство вины за то, что предпочитал закрывать глаза или смотреть в другую сторону, когда другие детективы цеплялись к ней и подбрасывали унизительные вещи, грызло в десятки раз сильнее. Больше Мэтт не останется в стороне.              — Все еще валяешься в постели, соня? — Ехидный голос отвлек от размышлений.              Мэтт повернул голову и кивнул вошедшей в палату Николь с папкой под мышкой. А в руках она держала плюшевого единорога, и выглядела эта картина весьма необычно и немного комично.              — Если бы врачи позволили, ноги бы моей здесь не было, — хмыкнул Мэтт и вопросительно кивнул на игрушку.              — Купила в сувенирной лавке, подумала, может, тут будут Мария с Сэмми. — Николь пожала плечами, а потом, чуть подумав, водрузила единорога Мэтту прямо на живот — очень аккуратно, не потревожив рану. — Ну раз здесь только ты, значит, и подарок тебе, — она расплылась в довольной улыбке, — чтобы не было скучно.              Если бы кто-то сказал, что острая на язык Николь, огрызающаяся по любому поводу и едва ли не кидающаяся на всех, подарит плюшевую игрушку без всякого ехидства и сарказма, Мэтт посчитал бы этого человека сумасшедшим. Слишком глубоко Николь запрятала эту часть себя, стараясь не выглядеть слабой. Наверное, она даже когда-то была милым подростком. Мэтту действительно хотелось узнать Николь получше — настоящую, а не ту маску, которую она показывала другим.              — Спасибо, тут и правда умереть от скуки можно быстрее, чем от ранения, — усмехнулся Мэтт.              Он устал от просмотра тупых одинаковых передач и сериалов по телевизору. И когда Николь приносила материалы по очередному делу — это было словно глоток свежего воздуха, так не хватавшего в четырех белых, чертовски наскучивших стенах. Причем Мэтт прекрасно понимал, что его мнение Николь не нужно — она и сама неплохо справлялась с разбором старых дел, а ничем другим ей не давали заниматься без напарника. Но каждый раз Николь приходила с папкой, и они вместе разбирали факты, что для Мэтта стало самым долгожданным моментом в череде однообразных, бесконечных дней. Он бы ни за что не подумал, что будет так радоваться работе над старыми делами — ни один коп этого не любил. Похоже, лишь до того момента, как лишался всего, что связано с расследованиями.              — Что-то интересное? — Мэтт кивнул на папку, которую Николь все еще держала под мышкой.              — О да! Тебе и твоему новому напарнику, детективу Юни, понравится, — хмыкнула та, потеребив единорога.              В этот момент она выглядела совсем как ребенок, что невероятно умиляло. Вряд ли многие могли похвастаться тем, что видели Николь открытой, непосредственной, без всей бравады и напускной колючести. Впрочем, характер у нее все же был взрывной, так что и этим немногим наверняка приходилось непросто с ней. Но, пожалуй, оно того стоило — узнать ее получше, подружиться. Уже сейчас Мэтт точно знал одно — на Николь можно положиться.              — Ну давай, не томи, — нетерпеливо поторопил он.              Самодовольно ухмыляясь, Николь делала все нарочито медленно, но в стенах больничной палаты это скорее забавляло, чем раздражало. Мэтт предполагал, что именно этого Николь и добивалась — ну не могла же она просто так потешаться над ним?              — Смотри, какая увлекательная пьяная потасовка в баре, — хихикнула Николь, протянув раскрытую папку. — Ты точно сможешь решить это дело, Шерлок?              — Ты ведь уже написала отчет? — Мэтт прищурился.              — Ну ты чего, Дайсон? Где я и где отчеты? — пошутила Николь.              Ведь пошутила же?       

***

      Когда врачи наконец выпустили Мэтта из больницы, у него оставалось еще несколько недель накопившегося отпуска по болезни, и он твердо намеревался потратить как минимум полторы из них. Может, Мэтт взял бы и больше, но ему стало жаль Николь, застрявшую со старыми делами, да еще и среди не самых дружелюбных коллег. И ведь вступиться за нее было некому. Но ничего, больше Мэтт не позволит цепляться к ней.              Дома Мэтт чувствовал себя намного лучше, и дело не в том, что ранение с каждым днем беспокоило все меньше — теперь он мог по-настоящему провести время с семьей. Николь решила не мешать его заслуженному отпуску и больше не приносила папки с делами, справедливо посчитав, что у Мэтта найдутся занятия поинтереснее.              Но на барбекю он ее все-таки позвал — хотелось не просто стать надежным напарником, коим была и сама Николь, но и приятелем за пределами участка. Они ведь могли даже стать друзьями, хотя об этом еще рановато задумываться — все-таки Мэтт слишком мало знал о ней, лишь то, что их взгляды на жизнь несколько отличаются и что она преданный делу коп.              Однако пригласить ее к себе домой оказалось отличной идеей. Без необходимости постоянно поддерживать броню и коготки, Николь могла быть милой и веселой. А еще на удивление неплохо ладила с детьми.              Потягивая пиво и жаря бургеры, Мэтт с улыбкой наблюдал, как Николь качала Саманту на детских качелях, приделанных к ветке дерева на заднем дворе. Малышка хохотала во все горло, сжимая в руках того самого единорога, принесенного Николь в больницу. Мэтт даже попытался представить ее в роли матери, но, пожалуй, это оказалось слишком сложным, зато в роли сестренки, заботливой и готовой на все ради родных — вполне.              Вообще, Мэтт словно и правда увидел в ней младшую сестру, которой у него никогда не было. Две старшие скорее заботились о нем, чем наоборот, воспитывали, учили всяким хитростям. Возможно, Николь, рано потерявшей отца, действительно нужен был тот, кто мог бы и защитить, и дать совет, указать верное направление в жизни. Похоже, отчасти капитан Бэйкер занял место отца, оберегая и поддерживая ее, но ведь старшего брата никто не отменял.              — Сэмми в восторге от Николь. — Мария появилась неожиданно, вырвав из мыслей, и поставила на столик три запотевших бутылки пива.              Последние дни выдались невероятно теплыми и солнечными. Когда ранение почти перестало беспокоить, лишь немного отдавалось тянущей болью, Мэтт и правда почувствовал, будто в настоящем отпуске. Мария шутила, что лишь операционная может загнать копа на отдых, и была в целом права, вот только Мэтт видел, как тяжело она переживала случившееся. Конечно, Мария пыталась этого не показывать, всячески поддерживала, вот только он прекрасно слышал, как та порой плакала в ванной или ворочалась до утра. Но и поделать с собой ничего не мог — работа в полиции много значила для него.              — А единорога так и вовсе из рук не выпускает. Это было мило, что Николь подарила его, — улыбнулась Мария, но тут же недоверчиво прищурилась: — Мэтти, ты где витаешь? У тебя все сгорит.              — О черт! — спохватился Мэтт, тут же принявшись судорожно переворачивать котлеты, успевшие стать чуть чернее необходимого. — Задумался просто.              — И, кажется, я знаю о чем. — Бросив быстрый взгляд на Николь, усаживающую Саманту себе на шею, Мария склонила голову влево и криво ухмыльнулась.              — Ну давай, скажи это, тебя ведь распирает.              — Сказать что? — Мария вскинула брови в удивлении, но взгляд карих глаз говорил за нее — столько из него сочилось самодовольства и ехидства.              — «Я же говорила», «Не суди книгу по обложке» и все такое, — закатив глаза, скороговоркой проговорил Мэтт и посмотрел на жену, но той, конечно, было мало — она ждала, что он признает ее правоту. Вслух. И может, в других обстоятельствах он бы посопротивлялся, но ведь давно осознал, что ошибся в Николь, увидев лишь верхушку айсберга. — Ты была права. Николь оказалась не такой, как я думал. Несдержанная, да, но она действительно хороший человек и коп.              — Если бы не она, Мэтти… — Глаза Марии немного заблестели. — Я не уверена, что другие полезли бы под пули, чтобы вытащить тебя. Я прекрасно знаю ваши протоколы, она не была обязана это делать. Но сделала, а это много значит…              Мэтт кивнул, понимая, что Мария в очередной раз права — здесь и сейчас он стоял лишь только потому, что Николь рискнула собой ради него. Ради того, кто палец о палец не ударил, чтобы остановить нападки и унизительные издевки в ее адрес. Ради того, кто считал ее недостойной быть копом. Ради того, кто считал работу с ней наказанием. А вышло все совсем наоборот. Больше Мэтт не совершит такой ошибки, послушав чужое мнение и заранее навесив ярлыков.              В этот момент ураганом подлетела Николь с Самантой на шее, раскинувшей руки в стороны и вопящей что-то похожее на «Я — орел!». Мэтт еще не очень хорошо различал, что лепетала малышка, хотя за последние дни все же продвинулся в понимании загадочного детского говора.              — Дайсон, ну пожрать-то готово? — хмыкнула запыхавшаяся Николь.              — Еще минут пять, — ответил Мэтт, не в силах сдержать улыбку.              — Тогда у нас еще есть время, сделать пару кругов, коммандер, — важно заявила та.              Саманта согласилась с не менее торжественным видом, и они опять понеслись кружиться по небольшому заднему двору. Мэтт боялся, что вот-вот Николь споткнется, упадет и обе покалечатся, но ловкости и координации ей было не занимать.              — Мэтти. — Мария многозначительно посмотрела на него.              — Что? — оторвавшись от созерцания резвящихся Николь и Саманты, Мэтт вопросительно посмотрел на жену.              — Ты знаешь.              — Да-да, я все понял. — Он подмигнул и взял булочку. — А еще надо ее накормить.       

***

      В первый день после возвращения Мэтт приехал раньше обычного и некоторое время сидел в машине, рассматривая вход в родной шестьдесят шестой участок. Ничего не изменилось — все та же синяя дверь с немного потертой надписью рядом. Мэтт усмехнулся — опять кто-то пририсовал лишнюю шестерку. Иногда он задумывался, почему хулиганов так и не поймали, несмотря на камеры и кучу копов вокруг, и тогда в голову лезли идиотские идеи о том, что это регулярно проворачивал кто-то из своих.              Размышляя над тем, кто мог «осквернить» надпись, Мэтт отвлекся от других, более тревожных мыслей. Он еще никогда настолько долго не выпадал из работы, и возвращение ощущалось чем-то странным. Не то чтобы Мэтт боялся или волновался, просто ощущалось все как-то по-другому, но никак не удавалось понять, как именно. Все казалось таким знакомым и одновременно таким далеким, словно Мэтта не было не месяц, а несколько лет.              — Эй, Дайсон. — Стук в окно заставил вздрогнуть. Мэтт медленно повернул голову и увидел заглядывающую в пассажирское окно Николь. — Ну и долго ты собрался тут штаны просиживать? Там вообще-то отчеты ждут. Я не все сделала, — выдала она так, будто гордилась этим достижением.              — Никаких послаблений в первый день? — хмыкнул Мэтт, выбираясь из машины — на самом деле, ему нужен был такой своеобразный толчок.              — Ну что ты, я оставила тебе самое вкусное, — хихикнула Николь и махнула в сторону входа. — Погнали!              Мэтт поспешил следом, а стоило поравняться с ней, как она протянула один из стаканчиков из какой-то кофейни, которые несла на подставке.              — Спасибо, — улыбнулся Мэтт, отпив пару глотков горячего кофе — со сливками, но без сахара. Неужели Николь обратила внимание на то, какой он любит?              — Ты не привыкай, это одноразовая акция в честь твоего возвращения. Я бариста не нанималась.              Охрану Николь прошла быстро, а вот Мэтту пришлось задержаться для дежурных поздравлений с возвращением, пожеланий удачи и прочих ничего не значащих фраз. Но из вежливости Мэтт не мог их игнорировать, поэтому то и дело останавливался, чтобы перекинуться парой слов с теми, с кем и не говорил никогда, разве что пересекался пару раз в коридорах. Николь даже пришлось придержать створки лифта, чтобы не уехать без него.              — Да ты просто супер-звезда, — закатив глаза, фыркнула Николь, на что Мэтт лишь пожал плечами — ему и самому не нравилось такое излишнее внимание.              Выйдя на этаже убойного, Мэтт почувствовал себя как дома — ему чертовски не хватало суеты, гула голосов и трелей телефонов, запаха дрянного кофе и даже застоявшегося воздуха — проветривали здесь крайне редко. Однако Мэтт невероятно соскучился по всему этому.              Стоило войти в общий офис, как со всех сторон обрушились аплодисменты, словно они с Николь на Бродвейской сцене, а не в полицейском участке. Такой неловкости Мэтт не ощущал давно — он ведь, по сути, ничего не сделал, просто выжил.              — С возвращением, Дайсон! — то и дело слышалось от детективов, а Мэтту не оставалось ничего, кроме как улыбаться и кивать.              — Говорю же, супер-звезда. Других так не встречают, — буркнула Николь.              — Постой, — отмахнувшись от очередного пожелания, Мэтт отвел ее в сторону, — тебе такого не было?              — Шутишь? — Николь скептически выдохнула. — Да они меня терпеть не могут и ждут, когда Бэйкер отправит меня куда подальше. Какие уж тут…              Мэтт не дал ей закончить и махнул руками, привлекая внимание:              — Эй! Ребята, послушайте. Вы тут встречаете меня аплодисментами, но суть в том, что не я их должен получить. Меня бы здесь не было, если бы не Николь Сандерс.              Мэтт заметил, как Бэйкер вышел из кабинета и одобрительно кивнул. Вообще, Мэтта возмутило, что героический поступок Николь так и не оценили по достоинству — если бы не она, то Мария и Саманта остались бы одни. За это Мэтт всегда будет ей благодарен и сделает то же самое для нее, если потребуется. И даже больше.              Николь же в этот момент как-то сжалась, явно смутившись. Наверное, стоило немного подготовить ее, но Мэтт подумал, что она будет в порядке. Он увидел ее разной в последние несколько недель, но одно мог сказать точно — Николь сильная и справится со всем. А вот справедливость восстановить Мэтт все-таки обязан.              — Николь рисковала жизнью, чтобы спасти меня, и только благодаря ей я сейчас здесь. Так что это она заслуживает почестей, а не я, — продолжал Мэтт, скользя взглядом по лицам скептически настроенных детективов.              Он уже был готов подскочить к кому-нибудь из них и встряхнуть, а лучше выбить всю дурь и гендерные стереотипы, но тут услышал, как кто-то хлопнул в ладоши. Обернувшись, Мэтт заметил, что это Бэйкер, а за ним последовали и остальные. Николь в этот момент даже улыбнулась — так, как делала это в больнице, не прячась за дерзкими ухмылками и колючими усмешками. Она это действительно заслужила.              — Отличная работа, Сандерс, — даже послышалось от некоторых.              — И еще кое-что, — Мэтт снова привлек внимание начавших расходиться к столам детективов, — больше никаких… «розыгрышей», — подходящее слово удалось подобрать не сразу. — Если я узнаю, что вы опять что-то подсунули Николь, то будете иметь дело со мной.              — Что, Дайсон, теперь она под твоим ангельским крылышком? — хохотнул Шектер.              — Хочешь проверить? — процедил Мэтт, буравя того нахмуренным взглядом.              — Ой, да надо оно мне? Нравится тебе нянчиться — вперед, — отмахнулся Шектер.              — Мне не нужно ничье крыло, чтобы надрать тебе зад! — прорычала Николь.              — За работу! — рявкнул Бэйкер, и его грозный голос, как обычно, подействовал словно волшебная палочка — все тут же с послушным «Да, сэр» разбежались по местам.              Отойдя к своему столу, Мэтт чуть наклонился и тихо сказал Николь на ухо:              — Не ведись на провокации.              — Но он… — возмущенно начала та, но Мэтт ее перебил:              — Мудак, знаю. Но не ведись на провокации.              Николь пробурчала что-то нечленораздельное в ответ.              — Ладно, — усмехнулся Мэтт. — Дай мне минутку, я поговорю с капитаном, а ты пока займись отчетами, которые не сделала.              Николь с обреченным видом кивнула, а он поспешил к кабинету Бэйкера. Все формальности уже были улажены, документы подписаны, так что с капитаном разговор не требовался, но тот, похоже, ждал Мэтта. Вообще, привычнее было видеть его серьезным и суровым, но, когда дело касалось Николь, что-то в нем неуловимо менялось. Вот и сейчас Бэйкер встретил с какой-то нечитаемой улыбкой на губах.              — Сэр, можно? — спросил Мэтт.              — Ты уже вошел, — хмыкнул тот.              — Капитан, — Мэтт выпрямился и расправил плечи, сцепив руки за спиной, словно перед командиром в армии, — я просто хотел сказать, что мы могли бы работать с Сандерс постоянно. Как напарники.              — А я ведь говорил.              Мэтт лишь усмехнулся. Да, капитан сумел разглядеть то, чего он сам не видел, пока не наступил критический момент. А еще Мэтт не сомневался, что просто с Николь не будет, но теперь он точно знал, что может доверить ей жизнь, а это намного важнее. Он доверял Николь — возможно, даже больше, чем тем, кого знал дольше. Да что уж говорить, Николь Мэтт доверил бы и жизни Саманты и Марии, самых дорогих для него людей, а такое он мог сказать далеко не о всех копах в участке.              — Вы были правы, сэр, — улыбнулся Мэтт. — Николь — хороший коп и прекрасный человек. Нужно только до этого добраться.              — Ты добрался. И то, что ты сделал для нее там… — Бэйкер обогнул стол и положил руку на плечо Мэтта. — Спасибо. Она ведь вытащила тебя из-под пуль, а они никак не отреагировали, но я не мог, сам понимаешь. А она заслужила… Уверен, из вас выйдет отличный дуэт.              — Да, сэр. — Мэтт согласно кивнул. — И еще кое-что. Тот стол, за которым сейчас работает Николь, никуда не годится. Ей нужно место получше и желательно рядом со мной, раз уж мы будем работать вместе.              — Будет. И, Дайсон, береги ее.              — Кто еще кого будет беречь, — хмыкнул Мэтт.              Быстро пожав Бэйкеру руку, он направился к выходу из кабинета — впереди ждало много работы. Не только над делами, но и над отношениями — им с Николь еще предстояло узнать друг друга, понять, найти нужную волну, но теперь Мэтт не сомневался, что у них это получится…