Новый вдох свежего воздуха

Как бы больно не было, как бы тошно он себя не ощущал. Это был полный провал по всем фронтам. Человеческое тело это всего лишь машина, и Карл давно это знал. Уже на протяжении многих десятилетий он искал способы воссоздать жизнь, не без помощи так ему ненавистной Миранды. Сейчас же он не просто пытался воссоздать какой-то труп. Он пытался собрать самого себя. После долгой и мучительной драки с Итаном, Карл долгое время думал что умер. Но нет… Плесень. Чертова плесень была истинным порождением ада. Мужчина был бы и рад умереть, закончить свои чертовы душевные и телесные муки. Но нет. В этот раз судьба укусила его за задницу так, что сидеть бы он не смог несколько месяцев. Как тогда, когда в его дом явилась Миранда. Боль отзывалась по всем оставшимся частям тела, что вросли в метал. Страшное и омерзительное зрелище, скажу я вам, но не мне об этом судить. Это новое перерождение далось тяжело и больно, особенно после того как Карл услышал взрыв в замке этой высокой нафуфыренной суки. Сердце от чего-то сжалось, хотя если честно, Гейзенберг до недавнего времени считал что его и вовсе нет. — Итан… Тихо сорвалось имя с израненных и не до конца восстановившихся губ. Его… его больше не было. Мужчина это четко ощущал и понимал, ведь они были едины по своей природе. Это было больно. Очень больно и обидно. Почему он, а не я? За что судьба так ненавидела белокурого мужчину, который, рискуя собой, спасал свою дочь. Бился с цепными псами «Матери», даже отказался от предложения пойти против неё. Он был удивительно проницательным и осознавал на что шёл. От того было ещё больнее. Время шло и регенерация позволила новому телу Карла сделать первый вздох при восходе солнца. — «И восстанет он как феникс из пепла». Пора начать все с чистого листа. *** Детройт 20хх год. Влиться вновь в общество было одновременно и сложно, и интересно. Ведь люди хоть и были по-своему тупыми и скучными, но имели в себе разные изюминки, что Карлу даже были по вкусу. За счёт регенерации фактически с нуля, мужчина выглядел намного моложе своих реальных лет. Однако взгляд был все тем же, тяжёлым и видавшим весь ужас и уродство этого чертового мира. — Элайжа! Подойди ко мне после лекций, пожалуйста. Хочу обсудить проект, что ты предложил. Он весьма интересен. Женщина немного снисходительно улыбнулась «юному» ученику. Как бы Аманда не походила по характеру на Миранду, все же различия имелись. Аманда ценила тех, кого «приютила» под своим незримым крылом. Она видела истинный потенциал в людях, а в Кар… Элайдже он был просто необъятен. Почему же Элайджа Камски? Вопрос одновременно и сложный и простой. Желая порвать все связи с прошлым, мужчина отрёкся от старого имени. Однако первые две буквы оставил в фамилии. КАрл перешло в КАмски. А вот с именем он думал очень долго. Ему хотелось иметь такое имя, чтобы оно отображало всю его суть. «Бог есть истина». Это объяснение имени Элайджа. А Карл все же считал себя божеством — не только из-за способностей, которые были и даром, и проклятьем, но и за счёт острого ума с огромным жизненным опытом. Так на горизонте появился стремительно развивающийся, идущий впереди всех «молодой» инженер Элайджа Камски. *** Андроиды — именно такое название дал он своим новым экспериментам — были улучшенными версиями тех трупов с моторами в грудине. Было принято решение не брать никакой органики — все было искусно имитировано технологиями. Элайджа почти не выходил из своего нового дома. Он ощущая себя в нем комфортно и впервые в жизни чувствовал безопасность. Мастерская конечно уступала размерам его прошлого завода, но она была оборудована под все нужды мастера. Тут было все — от различных манипуляторов до ниток с иголками. На столе лежало множество чертежей, проводов и различных частей его детища. Было интересно воссоздавать человека искусственно, невольно ощущал себя Франкенштейном. Но пожалуй в прошлой жизни он был намного ближе к одержимому ученому из романа. — Элайджа, надеюсь ты хотя бы поел. Нам предстоит долгая работа. Аманда въехала в мастерскую и все так же величественно смотрела на своего ученика, невзирая на состояние болезни. Эта волевая женщина восхищала мужчину, она не боялась смерти и прекрасно осознавала что её ждёт. Но последний проект своего ученика ей хотелось увидеть хотя бы глазком, и Элайджа не мог отказать ей в этом желании. ИИ был безупречен, следовал всем протоколам, анализировал каждый ответ и шаг оппонента. «Аманда» стала бессмертной. Теперь она существовала в виде компьютерной программы, но она все так же могла помогать мужчине. Хоронить такого человека было необычно. Камски действительно привязался и даже считал учителя настоящей семьей. Было страшно и необычно смотреть на побледневшее лицо женщины. Но такова жизнь, как бы иронично это не звучало. *** Прототип первого андроида был почти готов. Все системы мужчина перепроверял и отлаживал, тело в анатомическом плане походило на настоящее. Однако полностью состояло из синтетики и пластика. Белый корпус, голубая кровь. Все было идеальным. Оставался лишь вопрос внешности данного образца. «Аманда» предлагала варианты из стока, или же близких знакомых Камски. Но ни один из вариантов мужчину совершенно не устраивал. Ему хотелось… Взяв в руки карандаш, Элайджа стал делать набросок. Светлые, скорее даже пшеничные волосы, чуть припухшие щечки, аккуратные чуть улыбающиеся губы, слегка оттопыренные уши. Светлые и такие нежные волевые глаза. — Аманда, разработай протокол для данного варианта внешности. — Хорошо, Элайджа. Какое название дадите прототипу? — «Аманда» говорила спокойно и без лишних эмоций, как и в былые живые времена. — «И»… Элайджа всячески отгонял мысли что данное лицо ему было до боли в сердце знакомо. Такое родное, решительное, волевое и идущее за своей семьей до конца. *** Сейчас на столе мужчины лежало белое тело, почти совершенное, по сравнению с прошлыми моделями. Оно даже было удостоено головы и лица. Последние детали были подключены и в руках мужчины оказалось «сердце» — тириумный насос. Погрузив цилиндр в корпус, Камски осторожно и даже молитвенно произнес: — Аманда, запусти протокол активации. Тихое гудение насоса ознаменовало удачное начало чего-то нового. По белёсому телу стала переливаться голубая жидкость — тириум. Компонентно оно походило на настоящую кровь и на топливо одновременно. Андроид постепенно начал оживать. *** Сейчас на кресле в гостиной перед Элайджей сидела красивая и миниатюрная девушка. Со светлыми волосами собранными в хвостик, в синем платье карандаш, с милой улыбкой на лице и такими родными светлыми глазами. Но все же они были кукольными. Неживыми. Мелодичный и приятный слуху голос произнес первые слова в своей «жизни». — Здравствуйте, Элайджа. Какое имя вы мне дадите? Девушка смотрела в глаза своего создателя и мило улыбалась, держа фарфоровые ручки на коленях. -Ит… Нет. В голове мужчины болезненно забилась та самая мысль, что не давала сомкнуть глаз по ночам. «Она — не Он. Нельзя так снова сердце ранить вновь». После некоторого молчания, Камски произнес тихо и прохладно: — Хлоя. Твоё имя Хлоя. *** Это был истинный фурор величия Элайджи. Андроиды плотно стали вливаться в жизнь людей, заменяя их даже во многих сферах жизни. Но было кое-что неизменное. Хлоя всегда была лишь у Камски. Появилось множество новых моделей, вариантов. Но все Хлои всегда были лишь у него. Мужчина не мог даже на интуитивном, неосознанном уровне вновь позволить кому-то препятствовать его единению с таким немногим, что осталось от его прошлой жизни и воспоминаний. Идеальная девушка, от любви к которой он мог не получить негодования и унижений. Однажды в его голове даже промелькнула мысль: «Раз я не смог тебя получить, то воссоздам таким, каким нас приняло бы общество вместе». Но мужчина не мог не признать, не мог допустить препятствия его единения с теми крупицами воспоминаний об Итане, которые несли его творения… Хотя Карл Гейзенберг, хотя уже Элайджа Камски, четко осознавал что они всего лишь куклы, пусть и болезненно напоминающие о его провале в борьбе с Мирандой и собственным погибшим вместе с Итаном сердцем.