Часть 1

      За окном синели сумерки и мягкий белый снег плавно опускался на землю.       «Скоро Новый Год, — подумал Гоша Корольков, отходя от окна. — А значит, будет ёлка и подарки!» — при мысли о подарках Гоша улыбнулся, он не только любил получать подарки, но не меньше он любил их дарить. Вот только придумать, кому и что подарить… Это и было самым трудным.       На столе стоял деревянный парусный кораблик. Гоша мастерил его почти месяц. Осталось только покрасить.       — Красивый у тебя парусник получился, — сзади незаметно подошёл дедушка. — Такому, наверное, не страшны никакие бури.       — Наверное, — согласился Гоша. — Это бригантина. Шхуна-бриг. Видишь, впереди у него прямые паруса, а сзади косые, — пояснил Гоша. — Я ещё только название не придумал. Просто так называть не хочется, надо чтобы имя что-то значило. Ведь у корабля должно быть не название, а имя!       — Верно, внучек. А что ты дальше будешь делать с этим корабликом?       — Наверно, я его подарю. Может Димке, а может Маше. Себе я потом ещё сделаю. А у них… Понимаешь, дедушка, это ведь не простой кораблик! — вдруг горячо заговорил мальчик. — На нём можно преодолеть любую бурю в жизни! Просто посмотреть на него, и он вынесет тебя сквозь любые волны, любой шторм! Я так задумал… — слегка смутившись добавил он.       Дедушка понимающе улыбнулся. В свои девять лет Гоша по-прежнему верил в сказку и чудо. И дед с бабушкой и родители не торопились нарушить эту кажущуюся взрослым наивной веру ребёнка. Ведь это необходимо, чтобы он вырос настоящим человеком.       — Я в детстве тоже мечтал о таком кораблике. Мечтал, что он будет стоять у меня в комнате, и, если мне будет трудно, он поможет мне преодолеть трудности… — дед осторожно потрогал мачту.       — А когда ты был маленьким, такие кораблики были? — спросил Гоша.       — Были. Но время тогда было очень трудное, тяжкое… — дед вздохнул. — Это был конец прошлого века, «святые девяностые», как сказал кто-то позже. Наша страна разрушалась, люди потеряли цель в жизни, не знали, что им принесёт завтрашний день. Кругом было полно всяких бандитов, террористов и прочей нечисти. Наверху оказались те, у кого не было ни чести, ни совести…       — Но ведь потом всё восстановилось, — тревожно глянул на него внук.       — Потом да, и тебе повезло, твоё детство вновь стало счастливым, — улыбнулся дедушка. — Но мы этого не знали. Это вы вновь, как когда-то, мечтаете быть космонавтами, инженерами, учёными, а тогда… Мечтали быть, — дед усмехнулся, — бандитами, «братками»… А я всё равно мечтал о светлом будущем. И, как видишь, мои мечты сбылись. И я хотел иметь такой кораблик, чтобы он был… — дедушка задумался, — был для меня ориентиром, маяком в жизни. И вот…       Внезапно раздавшийся телефонный звонок отвлёк деда. Звонил кто-то из его друзей. «Это надолго!» — улыбнувшись подумал про себя Гоша. Он взял баночку с краской и тонкую кисточку-«гвоздик». Он уже придумал имя кораблику и начал осторожно выводить буквы на его борту. «Надежда» — вот как будет называться эта бригантина.       «Ой!» — испуганно вздрогнул он — на подоконник, загремев, упал снежный комок. Рука дрогнула, и буква «а» в конце слова получилась с небольшим лишним хвостиком. Гоша от досады прикусил губу, но, подумав, решил, что это ничего. Хвостик получился как раз кстати и теперь казалось, что это не буква, а верный пёс сидит в конце слова, будто охраняет и кораблик, и его владельца.       Уже ложась спать, Гоша ещё раз взглянул на кораблик.       «Вот если бы подарить его дедушке. Только не сейчас, а тогда, когда он был таким же маленьким. Ведь ему, наверное, никто такой не подарил, если было такое трудное время, — Гоша вздохнул. — Только как попасть в прошлое? Учёные нашли способ путешествовать во времени, но пока это опыты. Когда ещё они построят настоящую машину времени». С этими мыслями мальчик уснул. ***       На следующий день, ближе к вечеру, Гоша возвращался домой от дедушки. Дедушка и бабушка жили в соседнем квартале, и когда родители уезжали в командировку (а инженерам-строителям это приходится делать нередко), они с младшей сестрой Сашей перебирались к дедушке.       Родители сегодня приехали, Саша уже была дома, а Гоша задержался. У магазина на углу, недалеко от их дома, Гоша увидел пожилого мужчину с большими тяжёлыми сумками.       — Дедушка, давайте я вам помогу? Вам далеко? — Гоша подбежал к мужчине.       — Спасибо, малыш. Тут рядом, если хочешь — помоги, буду рад, — мужчина улыбнулся в окладистую седую бороду.       Идти и вправду оказалось недалеко. За домом начинался парк, где весело мерцал огнями каток. А недалеко от входа Гоша увидел красные сани, запряжённые тройкой белых лошадей. Впрочем, Гоша не удивился — в парке на таких тройках катали детей.       — Ну, вот и пришли, — мужчина подошёл к саням и стал укладывать сумки. — Спасибо, Гоша.       — А откуда вы меня знаете?! — изумился мальчик.       — А я всех знаю, — хитро подмигнул ему старик, огладив белую бороду. — А тебе за твою помощь подарок ведь полагается, выбирай, — дед кивнул на лежащие в санях игрушки.       — Как будто я вам за подарок помогал, — насупился Гоша.       — Ну, не обижайся. Добро всегда добром оборачивается. Ведь у тебя есть одно заветное желание, так? Я могу его исполнить.       — А вы?.. Вы — Дед Мороз?! — друг догадался Гоша.       — Он самый! — вновь улыбнулся дед и его пальто неожиданно превратилось в красную, отороченную белым мехом шубу.       — Но вы же только в сказке?       — Но ты же веришь в меня? А помнишь, как поётся в песне: «Если веришь — сказка оживёт!»       — Есть у меня желание… — вздохнул Гоша. — Только… Вы можете попасть в прошлое?       — Когда твой дедушка был таким же, как ты? Конечно.       — Только я кораблик дома оставил. Я хочу подарить его дедушке. Он ему очень нужен! — объяснил Гоша. — А себе я после Нового Года такой же сделаю. Я же в кружке занимаюсь.       — Он уже здесь, — Дед Мороз показал на лежащий среди игрушек кораблик. Это был его — Гошин — кораблик, вон и надпись с хвостиком на борту.       — Садись и ничего не бойся.       Гоша забрался в сани, Дед Мороз взмахнул вожжами, и сани взлетели в снежном вихре. Мелькнули внизу разноцветные огни катка, тёмные деревья парка, огни города… Взметнулись снежные вихри и закружились вокруг. Всё быстрее и быстрее кружили они, всё ярче сверкали, пока не превратились в ослепительный вихрь света. И вдруг осели, разлетелись снежинками, сверкнувшими в свете фонарей.       — Ну, вот и приехали.       Гоша вылез из саней. Рядом с пустынной улицей виднелся тёмный парк. Некоторые фонари не горели, и неочищенная от снега улица терялась где-то в темноте. Почти рядом раздались чьи-то пьяные вопли — подвыпившая компания, шатаясь и нестройно голося какую-то песню на английском языке, шла по другую сторону улицы.       — Не бойся, нас никто не заметит, — успокоил его Дед Мороз.       Гоша узнал старый район, где в детстве жил дедушка. Вот площадь. Сейчас там ставили ёлку, а здесь она была вся застроена какими-то киосками и павильончиками, в которых торговали совсем не аппетитными на вид и на запах пирожками, ещё какой-то снедью, на витринах блестели ряды пивных и водочных бутылок. Гоша помнил из рассказов деда, что эти киоски назывались «палатки» и в них торговали всякой дрянью. За одной из палаток собралась странная компания молодых ребят и девушек, озиравшихся по сторонам.       — Это наркоманы, — пояснил Деду Морозу Гоша. — Дедушка рассказывал — они здесь всегда собирались, пока палатку кто-то не поджёг.       Рядом с площадью стоял большой плакат, на котором полуголая, накрашенная, как матрёшка, девица томно распростёрлась на капоте красной легковой машины. А под плакатом стояли похожие на неё раскрашенные тётки в коротких юбках и, дымя вонючими сигаретами, гоготали прокуренными голосами над шуткой двух бородатых парней в кожаных куртках.       — Вон там дедушка живёт, — Гоша показал на панельную девятиэтажку. — Он там в детстве жил на пятом этаже. А потом уже, когда взрослым был и женатым, получил вместе со своими родителями квартиру в нашем районе по этой, как её… реновации, вот.       Они подошли к панельному дому.       — Ой, а как же я к нему попаду? — Гоша посмотрел вверх.       — Держись! — Дед Мороз подхватил его, и они оказались у самого окна. За окном виднелась детская комната. В кровати слева спала девочка лет пяти, а справа темноволосый мальчик лет восьми-девяти. Гоша улыбнулся — он узнал дедушку Стёпу и бабушку Лиду, его младшую сестру, жившую в Крыму.       — Вот оказывается каким ты был в детстве, дедушка.       — Ну, дари! — Дед Мороз протянул ему кораблик.       — А…       — Представь, что ты уже внутри. И окажешься там.       — Только я забыл про бабушку Лиду. Ей же обидно будет — дедушке кораблик подарили, а ей ничего…       — А ты подари ей это, — Дед Мороз протянул ему игрушечный маячок. — Пусть он всегда светит ей в её Дороге.       Гоша взял маячок в руку и щёлкнул кнопкой. На верхушке маячка загорелся яркий зеленоватый огонёк.       Он встал напротив окна и в то же мгновение оказался в комнате. Уже пахло ёлкой и мандаринами, предвещая скорый Новый Год. На календаре уже и вправду висел листок с цифрой «31».       Гоша осторожно поставил кораблик на тумбочку у кровати Стёпы. А маячок на детский столик рядом с кроваткой Лиды. «С наступающим Новым Годом!» — тихо сказал он. И в то же мгновение вновь оказался снаружи. Гоша обернулся к окну. Стёпа проснулся и сел в кровати, протирая глаза. А потом увидел кораблик… И удивлённо обернулся к окну… Гоша улыбнулся и помахал ему рукой, а потом вновь оказался в санях, закружившихся в сверкающем вихре. ***       В Новый Год дом, как всегда был полон гостей, веселья, смеха. Приходили Димка и Даша с Машей. Звонила по видеосвязи сестра дедушки бабушка Лида и другая бабушка, мамина мама Зина. Даже перебравшиеся в Геленджик прабабушка и прадедушка — родители дедушки Стёпы — позвонили с поздравлениями. В самый разгар праздника, когда Гоша и Саша разбирали подарки, к Гоше подошли отец и дед.       — А это тебе сынок, от нас с дедушкой, — отец протянул ему коробку. В коробке лежал парусный кораблик-бригантина из потемневшего от времени дерева.       — Это особый кораблик, — сказал отец. — Его мне подарил мой папа, — отец кивнул на дедушку, — когда мне было столько же лет, сколько и тебе.       — А почему я его не видел ни у тебя, ни у дедушки? — спросил Гоша.       — Потому что мы очень берегли его, — ответил отец.       — Помнишь, Игорёк, я рассказывал тебе, что мечтал о кораблике? — спросил дедушка.       — Да, помню.       — Так вот. Я мечтал о таком кораблике. И однажды, перед самым Новым Годом кто-то подарил мне его.       — А кто? — спросил, сдерживая волнение, Гоша.       — Не знаю. Просто я проснулся посреди ночи и увидел на тумбочке кораблик. А на столике у Лиды стоял маячок и светил зеленоватым светом. Будто звал нас куда-то и говорил: «Не бойтесь! Идите на мой свет и тогда всё страшное и трудное останется позади, и всё у вас будет хорошо!» С тех пор Лида всегда включала его, как только темнело, чтобы его огонёк всегда светил нам. И… Я не знаю, почудилось мне тогда или было на самом деле, но за окном стоял мальчик моего возраста и улыбался. А потом помахал рукой и исчез. И был чем-то похож на тебя, — дедушка хитро подмигнул Гоше и погладил его по голове. С тех пор кораблик и маячок стали нашими с Лидой талисманами. И я решил, что подарю его сыну, когда ему будет столько же лет, сколько и мне в ту предновогоднюю ночь.       — А маячок бабушка Лида тоже сохранила?       — Да. И подарила его дочке Стеше, чтобы его огонёк тоже не дал ей потерять свою Дорогу. Только кораблик пришлось немного подремонтировать. Хотя он с честью прошёл все жизненные штормы, жизнь тоже потрепала его. Держи, малыш. Теперь он твой.       Гоша взял в руки игрушечную бригантину. На её потемневшим от времени борту сияло белой краской имя кораблика: «Надежда», а буква «а» в конце слова имела забавный хвостик, будто это была и не буква вовсе, а верный пёс, хранящий кораблик и его владельца…