Чонину

Я так далека от танцев искусства, Мне до тебя ещё шагать и шагать, Но n-лет назад мне пришлось безрассудства, Посмотрев на тебя, в жизнь внезапно принять. Роль твоя так проста — ты танцор и душою, и сердцем, В синхронности можешь ты воспарить в небеса, Ради самых страстных этюдов, ради правого дела Ринешься ввысь и легко поломаешь себя. Твои струны души натянуты жестко, ты хочешь, Чтобы ошибки исчезли, а тело смогло Пренебречь даже правилом материй непрочных И исполнить все то, что в твоём сердце взошло. Но когда ты становишься в линию с теми, Кто готов принимать тебя даже любым, Сердце тает, а тяжелое, свинцовое бремя Отпуская, пронзает твой дух лучом золотым. Кай — на сцене, за ней — просто Нини Ким Чонин — твоё имя, его просто так не отнять, И, ловко познав своей жизни все линии, Ты не позволишь их людям бездумно прервать. Ты любишь медведей, рушить кухню, племяшек, Твой смех громкий, звонкий, узнаю везде, Но за материями, которые тебе не подвластны, Я знаю, ты прячешь оттенки хрустальной души. Они крутятся, вертятся стеклянным калейдоскопом, Иногда затухают под печалью улыбки твоей, Но всегда, непременно, нам, твоим рудокопам, Вновь предстанут горстью ярких алмазов огней. В этот миг твоё сердце поёт, а из горла Вырываются мягкие, тонкие переливы души, Твой поток, словно маятник, тихо, но звонко, В тишине раздаётся, вот туда и беги. Я не знаю, какие таланты в тебе ещё скрыты, Но, уверена, скоро ты откроешь нам все. И даже если решишь, что должны быть зарыты, Мы пойдём за тобой, как всегда, доверяя тебе. Ким Чонин, я прошу, оставайся той же искрою, Что когда-то вспыхнула жаром в пустой темноте, Я тогда жила без любви, но тобою Открылась мне тайна в протянутом тобою мосте. И если когда-нибудь я потеряю желание, Забуду про смех, радость, слёзы, свернусь в тишине, Моим самым последним и самым душевным заданием Станет руку подать и станцевать наравне.