Глава 4. Партия

Вариант 7: Партия. Игорь Гром       Когда ты приходишь в себя, то не знаешь, как оказалась там… где оказалась. Сначала тебя мутит, как после отравления, голова кружится, и ты не спешишь открывать глаза. В памяти под пробирающий холод начинают всплывать размытые образы, суматоха, крики. Что случилось? Прилив страха, а вместе с ним и адреналина заставляют тебя распахнуть глаза и проморгаться. С тобой много людей, кто-то сидит рядом, гладит тебя по голове. Это Юля? Ты поворачиваешь голову в её сторону, а она вскакивает на ноги и хватается руками за железные прутья. Стоп, вы в клетке? Собравшись с мыслями и начиная паниковать, ты тоже поднимаешься на ноги. Да, вы в клетке, да, с тобой большая часть тех, кто хоть отдалённо знаком с Игорем. Ты не знаешь в лицо и половины, но потому, как он оборачивается и окидывает всех взглядом, ты понимаешь, всё плохо. — Хорошо.       Что «хорошо»? Ты смотришь распахнутыми глазами то на него, то на Разумовского. И почему тебя не удивляет, что всё это его идея. Дышать трудно, ты тянешь ладонь к горлу и касаешься чего-то. Похоже на чокер. Подсунув пальцы под ремень, ты уже собиралась его сдёрнуть, как вдруг Юля хватает тебя за руку. — Нет, не трогай. — С чего она так добра? — Они взрываются, прошу, не трогай. — Они что?       Ты медленно убираешь пальцы из-под ремня и опускаешь руку. Ты не слушаешь, о чём говорит Гром с новым Джеком-Потрошителем Питерского пошива. Страх сковывает тебя как цепью, и ты даже не замечаешь, что Юля продолжает с тобой разговаривать. Она произносит: «Выходит, ты одна из пешек». Потом она выше поднимает подбородок. — Я, посмотри, кто я.       Но вместо ответа ты отталкиваешься от ледяных прутьев клетки и протискиваешься в самый конец, к стене. Обессиленно сползая вниз, ты прижимаешься спиной к бетону и, обхватив колени, громко всхлипываешь. Страх, обида, паника… Ты чувствуешь безысходность, чувствуешь, как слёзы катятся по щекам. Дура, какая дура. — Не волнуйся, я оставил тебе любимую пешку, — говорит рыжий.       К чему бы он это не сказал, ты уже не можешь акцентировать на происходящем внимание. Ход, второй, третий… Ты вдруг чувствуешь, что чокер на шее начал пульсировать. Вскинув голову, ты сталкиваешься с напуганным, даже шокированным взглядом Игоря. На заплаканных глазах ещё остались слёзы, картинка размывается. Люди вокруг тебя расступились, все смотрят не моргая. Ты успеваешь понять, что произойдёт. В глубине души ты уже знала. Последней секунды всегда может хватить на… осознание. История окончена. Финал 5 Вариант 8: Партия. Игорь Гром       Когда ты приходишь в себя, то не знаешь, как оказалась там… где оказалась. Сначала тебя мутит, как после отравления, голова кружится, и ты не спешишь открывать глаза. В памяти под пробирающий холод начинают всплывать размытые образы, суматоха, крики. Что случилось? Прилив страха, а вместе с ним и адреналина заставляют тебя распахнуть глаза и проморгаться. С тобой много людей, кто-то сидит рядом, гладит тебя по голове. Это Юля? Ты поворачиваешь голову в её сторону, а она вскакивает на ноги и хватается руками за железные прутья. Стоп, вы в клетке? Собравшись с мыслями и начиная паниковать, ты тоже поднимаешься на ноги. Да, вы в клетке, да, с тобой большая часть тех, кто хоть отдалённо знаком с Игорем. Ты не знаешь в лицо и половины, но потому, как он оборачивается и окидывает всех взглядом, ты понимаешь, всё плохо. — Хорошо.       Что «хорошо»? Ты смотришь распахнутыми глазами то на него, то на Разумовского. И почему тебя не удивляет, что всё это его идея. Дышать трудно, ты тянешь ладонь к горлу и касаешься чего-то. Похоже на чокер. Подсунув пальцы под ремень, ты уже собиралась его сдёрнуть, как вдруг Юля хватает тебя за руку. — Нет, не трогай. — С чего она так добра? — Они взрываются, прошу, не трогай. — Ну, конечно, — ты фыркаешь, не в силах сдержать отвращение.       Ты медленно убираешь пальцы из-под ремня и опускаешь руку. Ты не слушаешь, о чём говорит Гром с новым Джеком-Потрошителем Питерского пошива. Страх сковывает тебя как цепью, и ты даже не замечаешь, что Юля продолжает с тобой разговаривать. Она произносит: «Ты… королева». Потом она выше поднимает подбородок. — Я, посмотри, кто я. — Не надо. — Ты прикладываешь всё своё самообладание, чтобы хоть как-то ей улыбнуться. — Лучше не знать и не делать ставок.       Ты сосредотачиваешь всё своё внимание на игре. На том, как пальцы Грома передвигают фигуры. Страшно, но страха показывать нельзя. Ты стараешься не замечать едких высказываний рыжего, не замечать бурлящих эмоций. Ты зажмуриваешься, когда Гром теряет очередную фигуру, сжимаешь сильнее железные прутья и всеми силами игнорируешь брызги крови на своих руках и волосах. Ход, второй, третий, красный огонёк вспыхивает на чокере Юли. Набрав воздуха, ты замираешь и закрываешь глаза. Крики, возгласы, тёплые потёки, которые ты так отчётливо чувствуешь на щеках и шее. — Ах, да, ты выиграл.       Ты распахнула глаза, но даже не подумала расслабиться. Отвернувшись, ты осматриваешь множество изуродованных трупов, вязкую алую жидкость под своими ногами. К горлу вновь подкатывает тошнота, и вдруг ты понимаешь, что партия окончена. Шум за спиной тебя не смущает, в голове одна яркая мысль. Дверь открыта, можно уходить. Оказавшись там, где пол сухой, ты только теперь немного приходишь в себя. Поймав равновесие, ты видишь причину шума и грохота, завязалась драка. Ожидаемо. Гром нависал над Разумовским, прижимая его к полу и занеся руку с большим осколком. Тебе понадобилась секунда, нужно вмешаться! Срочно! У тебя ещё хватит сил. Восьмая развилка: 1) Ты решаешь, что можешь помочь, и делаешь уверенный шаг вперёд. (Перейдите в финал 2) 2) Нет, ты неосознанно пятишься. Ничего ты делать не можешь и не хочешь. С тебя хватит пережитого. (Продолжайте читать здесь)       Последующие мгновения кажутся вечностью, у тебя подкашиваются ноги, и ты опускаешься на пол. Схватившись за голову, ты закрываешь ладонями уши. Пожалуйста, пусть этот кошмар закончится. Но он не заканчивается ещё долгое время. Выбитая дверь, полиция, выстрел… А потом арест, суд, череда допросов, заседаний, коробки успокоительных и снотворных. Теперь у тебя всегда подрагивают пальцы, ты ненавидишь рыжий цвет волос у людей и косо смотришь на всех, кто пытается с тобой заговорить. Даже милая бабушка, спрашивающая дорогу, кажется подосланной. И хоть впоследствии ты проходишь просто свидетелем, твоя жизнь разрушена. Ты не можешь работать по профессии, никто не допустит к детям человека с дрожащими руками, паранойей и вереницей диагнозов от психиатра. Никаких чувств не осталось: ни любви, ни ненависти, ни обиды. Мир потерял краски. Люди говорят, что ты должна радоваться тому, что осталась жива. Но ты не понимаешь ради чего. История окончена. Финал 7 Вариант 9: Партия. Сергей Разумовский       Когда ты приходишь в себя, то не знаешь как оказалась там… где оказалась. Сначала тебя мутит, как после отравления, голова кружится, и ты не спешишь открывать глаза. В памяти под пробирающий холод начинают всплывать размытые образы, суматоха, крики. Что случилось? Прилив страха, а вместе с ним и адреналина заставляют тебя распахнуть глаза и проморгаться. С тобой много людей, но ни одного рядом. Им словно всё равно на тебя. Собравшись, ты медленно поднимаешься на ноги, узнав среди людей Олега и тех, кого рыжий называл охраной. А потом ты хватаешься за железный прут, чтобы не упасть. Стоп, вы что, в клетке? От осознания становится страшнее, ты чувствуешь, как паникуешь. Дышать сложно, ты тянешься к горлу, нащупывая что-то напоминающее чокер. Олег отталкивает человека рядом с тобой и хватает за руку. — Не трогайте.       Это звучит сильно, как приказ. Ты поворачиваешься и видишь Разумовского, человека с которым он говорит, ты узнаёшь не сразу. Однако когда узнаешь, как ни странно, по голосу, отходишь от прутьев на пару шагов. Шахматная партия, но для чего? — Как видишь, мы находимся в равных условиях, я тоже могу потерять лучшую розу своего сада.       Ты думаешь, не о тебе ли речь. Но когда Разумовский добавляет: «Знаешь, она не так хороша, как казалась», — ты только фыркаешь. Да, о тебе. Не так хороша, ты бы могла подобрать сейчас целый список претензий к нему. Да пошел ты к чёртовой бабушке! Лучшая роза сада… Тебе становится противно. И хоть ты не до конца понимаешь, что происходит, гнев охватывает тебя полностью. Ты отталкиваешься от ледяных прутьев клетки и протискиваешься в самый конец, к стене. Обессиленно сползая вниз, ты прижимаешься спиной к бетону и, обхватив колени, громко всхлипываешь. Страх, обида, паника… ты чувствуешь безысходность, чувствуешь, как слёзы катятся по щекам. Дура, какая дура!       К чему бы он это не сказал, ты уже не можешь акцентировать на происходящем внимание. Ход, второй, третий… Ты вдруг чувствуешь, что чокер на шее начал пульсировать. Вскинув голову, ты сталкиваешься с напуганным, даже шокированным взглядом Игоря. Он ещё не терял фигур и не знает, какие у этого последствия. А вот Разумовский на тебя даже не смотрит. На заплаканных глазах ещё остались слёзы, картинка размывается. Люди вокруг тебя расступились, все смотрят не моргая. Ты успеваешь понять, что произойдёт. В глубине души ты уже знала. Последней секунды всегда может хватить на… осознание. История закончена. Финал 4 Вариант 10: Партия. Сергей Разумовский       Когда ты приходишь в себя, то не знаешь, как оказалась там… где оказалась. Сначала тебя мутит, как после отравления, голова кружится, и ты не спешишь открывать глаза. В памяти под пробирающий холод начинают всплывать размытые образы, суматоха, крики. Что случилось? Прилив страха, а вместе с ним и адреналина заставляют тебя распахнуть глаза и проморгаться. С тобой много людей, но ни одного рядом. Им словно всё равно на тебя. Собравшись, ты медленно поднимаешься на ноги, узнав среди людей Олега и тех, кого рыжий называл охраной. А потом ты хватаешься за железный прут, чтобы не упасть. Стоп, вы что, в клетке? От осознания становится страшнее, ты чувствуешь, как паникуешь. Дышать сложно, ты тянешься к горлу, нащупывая что-то напоминающее чокер. — Не надо, — ты слышишь его голос, не Олега, а его. Пробирающий до мурашек, но уже не приятных, а словно от холода. — Попытаешься это снять, и я потеряю фигуру раньше времени.       На его лице расплывается улыбка, достаточно дружелюбная. Словно ребёнку, он грозит тебе указательным пальцем и возвращается к разговору с… Гром? Ты не понимаешь, откуда он взялся. Что значит «потеряю фигуру»? А потом ты видишь шахматы. Да-а… он ведь не мог взять просто деревянные, ему нужно шоу. Как всегда, как полагается. Раньше тебе даже нравилось. Олег оказывается рядом, ты не сразу заметила, как это произошло. — Вы — королева. — Он бросает взгляд на твою шею, на маленькое изображение и отворачивается. — А вы… — ты смотришь на фигуру, потом мотаешь головой, — лучше не знать и не делать ставок. — Как видишь, Игорь, мы находимся в равных условиях. Я тоже могу потерять лучшую розу своего сада. — Он разводит руками, а ты представляешь, как схватила бы его за рыжие волосы и встряхнула. — Она и правда прекрасна. Для своей роли.       Дальше начинается Ад. Как ты думаешь, только это слово может подойти. Ты сосредотачиваешь всё своё внимание на игре. На том, как пальцы Разумовского передвигают фигуры. Страшно, но страх показывать нельзя. Ты стараешься не замечать едких высказываний рыжего, не замечать бурлящих эмоций. Ты зажмуриваешься, когда он теряет очередную фигуру, сжимаешь сильнее железные прутья и всеми силами игнорируешь брызги крови на своих руках и волосах. Ход, второй, третий, красный огонёк впихивает на чокере Олега. Набрав воздуха, ты замираешь и закрываешь глаза. Крики, возгласы, пять громких выстрелов. Ты абстрагируешься как можешь, ожидая неизбежного конца и надеясь принять его с положенной гордостью. — Ах, да, ты выиграл.       Ты распахнула глаза, но даже не подумала расслабиться. Даже не представляя, почему ещё жива. Несмотря на проигрыш, ты понимаешь, что нужное удовольствие от сатисфакции он всё же получил. Он вообще не хотел выигрывать. А только лишить Игоря самого ценного, отомстить за свой арест. Обернувшись к тебе, он вдруг говорит: — Лови, разблокируй двери.       Телефон, или что это бы это ни было, быстро пролетает между прутьями и падает в лужу свежей крови. Разумовский слегка разочарованно опускает плечи. — Я же просил поймать.       Отвернувшись, ты осматриваешь множество изуродованных трупов, вязкую алую жидкость под своими ногами. К горлу вновь подкатывает тошнота, и вдруг ты понимаешь, что партия окончена. Шум за спиной тебя не смущает, в голове одна яркая мысль. Двери! Открыть и уйти. Ты поднимаешь телефон, игнорируя приступ отвращения, и краем юбки протираешь экран, так, чтобы не осталось даже тёмных разводов. Находишь нужную команду, замки открываются, чокер гаснет, ты уверенно сдёргиваешь его с шеи. Оказавшись там, где пол сухой, ты только теперь немного приходишь в себя. Поймав равновесие, ты видишь причину шума и грохота, завязалась драка. Ожидаемо. Гром нависал над Разумовским, прижимая его к полу и занеся руку с большим осколком. Тебе понадобилась секунда, нужно вмешаться! Срочно. У тебя ещё хватит сил. Девятая развилка: 1) Ты отбрасываешь телефон подальше и бежишь к дверям, ведущим в зал.(Перейдите в финал 6) 2) Нет, ты неосознанно пятишься. Ничего ты делать не можешь и не хочешь. С тебя хватит пережитого. (Перейдите в финал 3)