3

      Они сидели в кабинете зельеварения, ожидая, когда появится Слизнорт. Драко неспешно листал учебник, раздумывая над тем, что такого мелкая Уизли наплела Грейнджер, что та выскочила с завтрака как ошпаренная.       Сонные и помятые восьмикурсники собирались в аудитории. Так как их группа была малочисленной, они занимались в круглом кабинете, по периметру которого бесконечно тянулись парты. В центре вращался перпетуум-мобиле в виде солнечной системы.       Одной из последних в класс вошла Грейнджер. Яростно сверкнув взглядом в сторону Дина Томаса, от чего тот втянул голову в плечи, она демонстративно подошла не к своему обычному месту между Корнером и Лонгботтомом, а к свободному месту справа от Забини.       — Грейнджер, — поздоровался Блейз, приподняв бровь.       — Забини, — ответила она с каменным выражением лица. — Здесь свободно?       — Для тебя, милая, разумеется, — промурлыкал Блейз в привычной для себя манере.       Грейнджер метнула в него злой взгляд. Блейз присвистнул и поднял ладони в примирительном жесте.       — Полегче, Грейнджер!       — Извини, — пробормотала она, смягчившись. — Ты точно не против?       — Точно, садись, — он похлопал по скамейке. — Я даже рад. Если у нас будет парное задание — я, чур, работаю с тобой. А то Малфой — сущий зануда и диктатор.       Она неуверенно улыбнулась.       — Я тоже достаточно щепетильна в выполнении задания, — Драко подумал, что это было преуменьшением века.       — Зато как партнер ты гораздо симпатичнее, — не удержался Блейз и поиграл бровями.       — Кстати об этом, — вдруг сказала Грейнджер, вперив в парту взгляд, нервно покусывая кончик пера. — Насчет вчерашнего…       — О, не беспокойся, дорогая, — беззаботно начал Блейз, и Грейнджер подняла на него огромные испуганные глаза, в которых читался намек на облегчение. Блейз пнул Драко под столом, привлекая внимание, и, выдержав театральную паузу, вдруг продолжил, сжав её ладонь в своей: — Ты была просто великолепна!       Шок и неверие, ужас и отчаяние друг за другом промелькнули на её лице. Она резко дернулась, вскакивая. Цвет её щек свидетельствовал о крайней степени смущения.       Драко закатил глаза и, не глядя на неё, сказал:       — Расслабься, Грейнджер. Ничего не было. Ты тихонько напилась, сидя на диване, а потом мы отнесли тебя в твою комнату.       — Отнесли?.. — еле слышно неверяще пролепетала она.       — Отнесли, — твёрдо подтвердил Драко. — Ты умудрилась растерять всю свою обувь.       Облегчение отразилось на её лице. А после её взгляд упал на ухмыляющегося вовсю Забини, и она разозлилась:       — Ты!.. Зачем?! — крылья её носа трепетали, а при взгляде на кудри у Драко невольно промелькнула ассоциация с медузой Горгоной. — И ты!.. — теперь она смотрела на посеревшего Дина Томаса. Словно что-то вспомнив, она метнула взгляд к Макмиллану и Корнеру. — И вы! Да как вы?!.. — Грейнджер явно запуталась в словах и эмоциях. — Вы все просто — агр-р-рх!       Она в сердцах топнула ногой и, схватив сумку, выскочила из аудитории.       Парни недоуменно переглядывались и пожимали плечами.       — Может, эти дни?.. — нерешительно предположил кто-то. Лонгботтом порывался бежать её успокаивать, но Финниган остановил его, справедливо предположив, что она проклянет его ни за что ни про что.       Драко устало вздохнул и потёр виски.       — Ну и зачем ты это сделал? — обратился он к Блейзу.       — Не удержался, — тот виновато развёл руками.       — Я не буду тебя навещать в больничном крыле, — пригрозил Драко, и Блейз хмыкнул.       — Я извинюсь, — задумчиво сказал он. — Я же просто душка — все это говорят.       Драко скептически хмыкнул.       — Какая муха её укусила?       — Я не грейнджеровед, — огрызнулся Драко.       — А вы вчера не… — Блейз заглянул Драко в глаза, и тот поперхнулся воздухом.       — Конечно — нет! Да как ты?! С чего?!..       — Ну, она не так плоха… — протянул Блейз. — Когда я держал её на руках, и её пальчики зарылись в мои волосы… это было волнительно, — признался он.       Драко сухо сглотнул.       — Рад за тебя. Совет да любовь.       Блейз усмехнулся и легонько ударил Драко по предплечью.       — Да, — протянул он, — пожалуй, я перегнул палку.       Через пять минут после начала занятия Грейнджер неуверенно протиснулась в кабинет. Извинившись перед Слизнортом, она шмыгнула на свободное место — как можно дальше ото всех — и всё занятие не поднимала глаз, старательно игнорируя виноватые взгляды парней. Когда она вошла, Драко заметил, что её ресницы блестят, словно бы она плакала. Он с силой сжал челюсти. Ему было пофиг на её слёзы, но ситуация, где героиню войны доводит до слёз кучка подростков-неудачников, раздражала его.       Не успел Слизнорт объявить окончание занятия, как она схватила сумку и выскочила из класса, не обращая внимания на окрики Лонгботтома и Финнигана.

* * *

      Гермиона вяло ковырялась в пюре, а Джинни с состраданием смотрела на неё.       — Почему тебя это всё так расстраивает? — уточнила Джинни. — В некотором смысле — это даже лестно, — добавила она, понизив голос, с опаской косясь на Гермиону.       Та мгновенно вспыхнула.       — О да! Так лестно! — она с силой ткнула вилкой в помидорку, отчего та улетела на другой край стола и плюхнулась в тарелку девочке-первокурснице. Гермиона неловко извинилась и отложила вилку. — Куда уж лестнее! И я совсем не чувствую себя дурой от того, что думала, что все они хотят со мной дружить. Что я — я, Гермиона Джин Грейнджер — сама по себе что-то значу. Потому что я ответственная и умная! Я думала: о! они наконец-то рассмотрели меня как личность, и я им понравилась. О, я такая дура! Дура! — она поджала губы.       — Гермиона, я уверена, всё так и есть, они всё это в тебе рассмотрели.       — О, наверняка! Семь лет на меня никто не обращал внимания, а тут вдруг — прозрели. И, конечно же, это ни в коем разе не из-за того, что я единственная девчонка, которая постоянно маячит перед глазами. О, и разумеется, это не от того, что я «чопорная ханжа», а потому сложная и желанная добыча! И они, конечно же, не ходят, как какие-то жалкие павианы, распушив друг перед другом хвосты…       — Не думаю, что у павианов есть хвосты… — пробормотала Джинни и тут же стушевалась под грозным взглядом подруги.       Джинни глубоко вздохнула и взяла Гермиону за руку.       — Гермиона, они придурки — никто не спорит. Просто не обращай внимания. Общайся со мной, Луной и Невиллом. Мы всегда тебя замечали и любили за то, какой ты человек.       — Спасибо, Джин, — Гермиона хмыкнула. — Все нормально. Я сама не понимаю, почему всё это так меня расстроило.       Они продолжили трапезу в задумчивом молчании. Гермиона больше всего терзалась от своей гневной вспышки перед Зельями. О, Мерлин, она показала себя неуравновешенной истеричкой! Нужно было тогда грациозно изумиться и ответить Забини какой-то остроумной шуткой, показывая, что она раскусила его блеф. А потом была эта снисходительная подачка-объяснение от Малфоя. Агр-р-р!       Гермиона закрыла лицо руками, ей хотелось застонать и стукнуться лбом о столешницу. А чего стоит его заявление, что «они» её «отнесли»! Вдвоем, что ли? Один держал за руки, а другой за ноги? Ей захотелось убраться из Большого Зала подальше. А лучше вообще из Хогвартса, а может быть, из Великобритании. Такое унижение! И перед кем?! Гермиона была уверена, что ниже падать уже некуда.       Из дебрей самокопания её вырвал голос Джинни.       — Слушай, а может, найти тебе парня?       Гермиона резко отняла руки от лица и странно посмотрела на подругу.       — Все моим текущие проблемы именно что из-за парней! Чем ты слушала?!       Джинни закатила глаза.       — Можно завести фиктивного парня! — её глаза сверкнули. — Тогда от тебя все отстанут, и ты сможешь спокойно учиться дальше.       — Хм, — Гермиона задумалась, — и кто бы мог на такое пойти?.. Невилл! — лицо её просияло.       — Он с Луной… — нерешительно протянула Джинни. — И довольно давно. Я думала, ты знаешь.       — О. По всей видимости, я не очень наблюдательна, — вспыхнула Гермиона. — Тогда больше некому.       И обе они глубоко задумались.

* * *

      До самого вечера Гермиона только и делала, что уворачивалась ото всех своих одногруппников. Казалось, её истерика на Зельях не отвратила их от неё, а наоборот — показала вдруг её уязвимость и нежность. Сначала она пыталась выяснять отношения с соискателями, но после вдохновенной отповеди Макмиллану и Дину — о том, что она человек, прежде всего! Индивидуальность и личность! Со своими чувствами! — очень быстро начала выдыхаться. Они все как один ненавязчиво пытались взять её за руку, заправить прядку за ухо, сделать какой-то нелепый комплимент и тому подобное.       Когда Забини нашел её в самом дальнем и тёмном углу библиотеки, она не сдержалась и со стоном уронила голову на книгу на столе.       Забини оперся о стеллаж и удивленно воззрился на неё.       — Ты восьмой, — гнусаво сказала Гермиона, не поднимая головы.       Забини усмехнулся.       — И тем не менее. Мисс Грейнджер, прошу простить мою неуместную шутку и намёк.       — Хорошо, — вяло откликнулась Гермиона.       — Я серьёзно, — нахмурился Забини.       — И я, — отозвалась Гермиона, — всё нормально. Просто у вас всех какое-то коллективное помешательство на заботе о слабом члене группы, или собственничество, или я не знаю… Я переживу. Всё в порядке. Постараюсь впредь так остро не реагировать.       Блейз поджал губы, рассматривая корешки книг.       — Ты думаешь, это какие-то психологические законы взаимодействия внутри группы?..       — Звучит здраво, не так ли?       — Почему ты так считаешь? — быстро спросил Забини.       Она фыркнула, не сдержавшись.       — А что ещё? Ну ладно, можно добавить туда же бушующие гормоны и, — с помощью пальцев она выделила слово кавычками, — «сложность» задачи.       Забини удивился.       — Почему ты не считаешь, что дело действительно в тебе?       — Серьёзно? — её голос сочился сарказмом. — И где же все были последние несколько лет? Я же не с Марса упала — я была тут всегда!       — Если ты не заметила, Грейнджер, то последние пару лет все были сильно заняты.       — Я-то как раз заметила! — выпалила она. — Ладно, верю я или нет — это не существенно. Да и неважно, — она помолчала и вдруг спросила: — Что было вчера?       Блейз усмехнулся.       — Дин Томас опоил тебя, а Макмиллан подкатил, когда твои ушли покурить. Чтобы сегодня ты нас не попереубивала, я остановил его и уговорил тебя лечь спать. Вот и всё.       — Откуда взялся Малфой? Вы несли меня вдвоем?.. — её голос сорвался на высокой ноте, и она откашлялась.       Забини усмехнулся.       — Нет, я нёс тебя на руках, но меня отвлёк Тео… по срочному делу. Ты уснула, и я просто передал тебя Драко.       — Почему ему? — пискнула Гермиона.       — Ну не Макмиллану же! — закатил глаза Забини и приподнял одну бровь. — У тебя какие-то проблемы с Драко?       — У меня с Драко, — Гермиона выделила интонацией его имя, — никаких проблем! А вот то, что у него со мной определенно есть проблемы, он мне твердил несколько лет подряд.       Забини стал серьёзным.       — Он изменился. Многое переосмыслил. Думаю, то, что ты имеешь в виду, давно для него не проблема. К тому же, ему не нравятся все эти брачные игры вокруг тебя…       — Ещё бы! Как можно хотеть такую как я? — иронично и деланно-равнодушно выпалила Гермиона.       — Думаю, дело не в этом, — задумчиво продолжал Забини. — Я думаю, он тебя уважает.       Гермиона от неожиданности икнула.       — Ладно, Забини… Блейз. Всё хорошо. Спасибо за… вчерашнее. Извинения приняты.       Блейз посмотрел на неё долгим взглядом и, удержав какие-то слова, кивнул, прощаясь.