Ветер, который должен перемениться

Грохот разлетающихся над площадью снарядов, топот ног и пульсация искры сливались в единый азартный гул. Все ускоряя бег, Найра крепче сжала обезглавленное туловище первого крионского генерала. Среди бледно-серой кутерьмы металла, мелкой снежной поземки и тел убитых сине-желтые окуляры выцепили вторженца с прямоугольным устройством на поясе. Наклонившись вперед, серебристая фем увернулась от пролетевшего совсем рядом обломка шаттла, разорванного на части взрывом, сдернула уцелевшее устройство климат-контроля с брони криона и тут же автоматическим жестом подцепила второе такое же с другого трупа. Выпрямившись, полупредакон обнаружила, что к месту, куда она направлялась, опасно приблизился отряд крупных крионских штурмовиков. С балконов на уровень выше им навстречу вырвалось несколько мощных огненных сполохов. – Ого, – уронила она, различая на месте источника жгущих врага языков пламени знакомый серый силуэт. Верно оценив свою боеспособность с «переговорщиком» на плече, полупредакон припустила к самому крайнему наземному входу в правое крыло Даркмаунта.

***

Держа перед собой искру с направленным на нее бластером, Никсандер на ватных ногах спускался по низкому пандусу следом за Ретчетом. Красно-белый мех изредка бурчал что-то, значение чего из-за удушья жаром кибертронской крепости крион уже не мог разобрать. Все звуки вокруг него расплывались и растягивались бензиновой пленкой, теряя свой вес и значение. Тут спереди потянуло прохладой. Взгляд наследника негуса приобрел большую ясность. В конце ничем не освещенного коридора показался светлый абрис скругленного у крыши выхода. Радуясь, что колесник все же вывел его наружу, Никс, подтолкнутый вперед окрылившей его надеждой на спасение, ускорил шаг, почти поравнявшись с доктором и резко остановился, едва не обронив взятую им в заложники сферу жизни. Пустующую арку столь желанного выхода преградила мощная серебристая фигура. Найра со скрипом наколенников остановилась под безопасным навесом, перехватила свою, чуть сползшую за время бега, ношу и уже хотела двинуться внутрь коридора, как посреди него с удивлением обнаружила так же ошарашено глядящих на нее Ретчета и Никсандера. Красно-белый мех стрельнул гневно пылающей оптикой в направлении юнца. Узнав броню в манипуляторах кибертронки сбежавший пленник в ужасе вскрикнул: – Наставник! Он тут же осекся, но было уже поздно. Ретчет сделал короткий и быстрый выпад. Манипулятор меха пронесся в наноклике от искры. Успевший среагировать на его движение крион шарахнулся от колесника и громко стукнулся спиной о стену. Серебристая фем и красно-белый мех коротко переглянулись и перевели не предвещавшие ничего хорошего взоры на наследника негуса. Вжавшись в холодную обшивку прохода, тот буравил экс-генерала широко распахнутыми глазами без радужек. – Что ты хочешь с ним сделать?! Свобода была всего в нескольких метрах от него, как и атмосфера, где пришелец смог бы свободно дышать. Манипуляторы Найры были заняты. Никсандер все еще держал перед собой на прицеле едва зародившегося кибертронца. Крион мог швырнуть его автоботскому доктору и попытаться сбежать, но сковавший Никсандера ужас от того, что после эти трансформеры сделают с его учителем, не позволил пленнику сдвинуться с места. – Прожарю его тушку над плавильной ямой, если сейчас же не вернешь то, что взял, – легко прочтя все по лицу несостоявшегося приемника власти, грозно отчеканила серебристая фем. – Не надо, – наследник негуса, давя подступающую дрожь, отрицательно качнул головой и разжал пальцы. Бластер с глухим ударом упал на пол. Предлагать обмен в подобных условиях было смешно. Через перекрестный огонь сражавшихся трансформеров и крионов, под шквальным обстрелом шаттлов с телом Вердена на руках, Никс не прошел бы от цитадели и нескольких кликов. Та же самая причина, по которой он смог покинуть камеру, теперь обрубала ему все возможные пути, чтобы выбраться. «Выходит… Все же, сдаться на их милость». Оставшийся совершенно беззащитным крион плавным жестом протянул раскрытую ладонь с искрой в сторону Ретчета. Доктор тут же забрал еще не активировавшегося, но уже побывавшего в заложниках, кибертронца и спрятал его в свой багажный отсек. Найра, довольная эффективностью выбранного подхода, пугающе оскалилась и кивнула на первого генерала. – Он все еще жив, верно? Ядро в груди еще светится. – Да, да, жив! – удивленный, что его еще не обездвижили и пользуясь молчаливым согласием фем, Никсандер подступил ближе к ней. Он протянул руки к телу своего наставника, но в нескольких дюймах резко отдернул их назад, боясь, что за такой самонадеянный жест могут поплатиться они оба. Решив извлечь из своего незавидного положения все, что только можно, наследник негуса сложил ладони в просительном жесте. – Он регенерирует голову точно так же, как я ногу. Нужны только время и холод, – сам не понимая, откуда взялась столь стойкая и уверенная надежда на спасение, пленник взмолился. – Пожалуйста, не убивайте его. Я сделаю, что скажете, расскажу все, что вы захотите. – Ты бы о себе волновался, – строго процедил Ретчет, не слишком-то сочувствуя этому совсем уж отчаявшемуся криону, и снова обменялся с Найрой многозначительными взглядами. После случившегося ни полупредаконше, ни колеснику не было никакого смысла сохранять врагам жизнь. Но щадить тех, кто просил об этом, было в духе серебристой фем. Это же была одна из причин, по которой многие автоботы, со временем смогли принять ее, как свою. Экс-генерал уже притащила сюда обезглавленное тело неудачливого, преданного своими переговорщика, явно не планируя его добивать. Красно-белый мех шумно провентилировал и развернулся обратно в коридор цитадели. – Возвращаемся! – доктор двинулся большими шагами обратно к подъёмнику на третий уровень. Серебристая фем, быстро соотнеся комплекции худого и тонкого наследника негуса и его крепкого и массивного наставника в полной боевой экипировке, вложила в приподнятые руки пленника подобранный снаружи температурный модуль. Никсандер, краешком мысли надеявшийся, что ему все же позволят понести тело его генерала, не сводя с полупредакона широко распахнутых глаз, клацнул кнопкой активации и прижал устройство к поясу своей брони. Дышать ему стало значительно легче. Найра, повторив движение криона, активировала точно такое же устройство на боку Вердена, удобнее уложила своего недавнего оппонента на наплечник, и развернула его ученика в направлении быстро удаляющегося красно-белого меха. – Двигай. Бегом! Тот послушно поспешил за Ретчетом. Услышав вместе с его топотом приближающиеся шаги серебристой фем, доктор с мрачным видом оглянулся. – Найра, генератор купола поврежден. Мне нужна твоя помощь! – Запрем этих двоих, как следует, и я в твоем распоряжении, – с готовностью кивнула полупредакон. Услышанное ножом резануло гало Никсандера, но ничего, кроме как шагать за красно-белым мехом обратно в камеру, тихо молясь за своего тяжело раненого наставника, он не мог.

***

– Капитан, они заряжают главное орудие прямо под щитом! – Стартар очередью щелчков по клавишам управления вывел на переднее табло увеличенный вид вражеского крейсера. – Прекрасно, – Процептус вперил оптику во всплывшее перед ним окно, не выпуская рычаги штурвала. Светло-голубая оптика капитана полыхнула азартом. – Поймаем его передними щитами. Циний, деактивировать защиту и бортовые пушки! Всю энергию на носовое орудие. – Что?! – едва не взвизгнул Блайд. Умару и Спуф уставились на автобского капитана с тем же удивлением. – Активация переднего щита по моей команде, – сине-серый мех подцепил пальцами встроенные в рукояти штурвала курки. Космос наклонил нос и стал снова набирать высоту. Желто-золотой и бело-коричневый колесники, синхронно поднявшись с сидений, оставили разгоряченные орудия и заняли места по правый и левый манипулятор от своего лидера. Циний опустил несколько миниатюрных тумблеров и поднял два в центре контрольной панели. Стартар в несколько нажатий подключил протокол авариного включения щитов, откинул прозрачную крышку, занес сведенные один над другим манипуляторы над широкой кнопкой и бросил через наплечник: – Держитесь там, сзади! Носовое орудие кибертронского звездолета загудело от быстро наполняющей его энергии. Процептус плотно сжал топливоприемник вслушиваясь сквозь рокот сражения в отдаленный свист почти готового к выстрелу крионского орудия. В этот клик щит над ним словно истончился и коротко моргнул. Процептус спустил курки и выкрикнул: – Щит! Встряхнутый отдачей от грохнувшего выстрела Стартар с силой вжал кнопку в контрольную панель. Головной крейсер крионов опустил экран над собой и дал залп. Пространство между ним и Даркмаутном разорвал широкий луч белой сверххолодной плазмы. Почти параллельно нему, в обратном направлении пронесся ярко-голубой сполох, рожденный носовой пушкой Космоса. Автоботский снаряд с хрустом вгрызся в дуло главного орудия вторженцев, выжигая себе путь к ее основанию. Процептус качнул штурвалом, ставя свой корабль между вражеской артиллерией и цитаделью. Мощный белый луч врезался в едва успевший укрыться щитом звездолет. Удар погасил разом все внешние камеры и потолочные лампы. Из герметично задраенного салона мгновенно выморозило весь теплый воздух, разукрасив все иллюминаторы изнутри и снаружи толстым ледяным узором. Толчок ужасающей силы сдвинул Космос назад. Оказавшийся в полной темноте салон корабля осветили фары трех автоботов. Циний затрещал новыми комбинациями тумблеров, вжимая из двигателей остатки их мощности, надеясь, что этого хватит, чтобы не впечататься хвостом в Даркмаунт. Капитан развернул штурвал еще раз. Плазменный луч, упершийся им в лоб, спорснул по гладкому борту, отскочил от звездолета вбок и со страшным грохотом ударил в пустырь в нескольких кликах от крыла цитадели.

***

Эйрахнида неспешно двигалась по темному подземному тоннелю в приподнятом настроении, вслушиваясь в отдаленную канонаду. Масштабы сразу двух развернувшихся сражений обещали обернуться достаточным числом убитых и еще большим количеством раненых. Охотнице претила мысль переходить со сладкого свежеизъятого из энергонного хранилища топлива на падаль. А вот вероятность того, что несколько неспособных передвигаться самостоятельно рядовых окажутся забыты снаружи цитадели их командирами была достаточно высока. Такие потерянные игрушки не зазорно и подобрать. Она милостиво подарит им куда более интересный конец, чем медленная деактивация от холода на поверхности замерзающей планеты. Прежде чем выпить этих бедняжек досуха, с ними можно будет наиграться вдоволь. Как же ей этого не хватало! Топливоприемник паучихи растянулся в тонкой широкой ухмылке, в предвкушении грядущего веселья. Тут все вокруг содрогнулось от близкого взрыва. Прямо над головой черно-фиолетовой фем в землю ударил снаряд такой силы, что ту на мгновение оглушило. Подчиняясь пугающе обострившимся за последнее время инстинктам, она толкнулась всеми тонкими лапами и пружинисто отлетела назад. Там, где только что стояла паучиха, рухнул свод. Эйрахнида воззрилась широко распахнутой оптикой на подземный коридор полностью заблокированный неподъемными обломками полупромерзшего шлака. За ее спиной раздался точно такой же хруст ломающегося металла и бетона. Черно-фиолетовая фем обернулась. Путь обратно ей обрубил такой же обвал. Со страшным треском и скрежетом, обрушение потянулось дальше, быстро приближаясь к паучихе. Испуганно вскинув, она шарахнулась назад, в прыжке развернула перед собой лапы, превратив их в бур, и попыталась ввинтиться в стену тоннеля. Конец ее сверла соскользнул с гладкого, прокаленного сверххолодным снарядом перекрытия, отдавшись сводящей денты болью. В ее корпус ударило смятое волной обвала ребро тоннеля. Эйрахниду отшвырнуло обратно к тупику. Быстро перебирая лапами и разражаясь проклятиями, она вжалась в созданную первым обвалом стену. Рушащиеся бетонные перекрытия почти добрались до нее и вдруг обвал резко прекратился. С потолка с погребальным треском сорвалась панель и с хрустом приземлилась на паучьи лапы фем. Торчащий из многотонной плиты штырь кинжалом впился ей в бок. Зажатая с двух сторон в подземном тоннеле, подобные которому всегда были ее вотчиной, и прибитая к полу неподъёмным обломком, охотница завопила от боли. Она не помнила, как долго кричала. В клик, когда Эйрахнид снова очнулась, оглушенная своим же сорванным вокалайзером, обращенным в глухие стены, она поняла, что через полученные раны из нее медленно вытекает добытое с такой, немыслимо скрупулёзной аккуратностью топливо, унося вместе с собой так ненадолго выигранное у беспощадного времени сознание. Железной волей отметя порыв впиться жвалами в собственный манипулятор, чтобы хоть на мгновение успокоить подступивший подобно извержению вулкана голод, она потянулась к мысленной сети и, впервые за многие гиперциклы на Кибертроне, позвала. Ответ на зов королевы инсектиконов пришел почти мгновенно. Кибер-жук, привезенный сюда одним из новоприбывших десептиконов, оказавшийся к ней ближе остальных, в этот клик замер на месте, вслушиваясь в новый для него вокалайзер. Искать кого-то еще было бесполезно. Другие инсектиконы, если и остались на Кибертроне, после всех пережитых им катаклизмов и сражений, то впали в глубокий стазис от холода снаружи. Эйрахнида понимала, что вторгается в чужую сеть и покушается на рой местного хозяина, но всепоглощающие, сводящие с ума голод и боль не позволили ей ничего, кроме как отдать приказ. Паучиха прижалась навершием шлема к холодному металлу, отсчитывая внутри себя мгновения. Каждое следующее проявление терпения давалось ей все труднее, застилая мысли неясной пеленой. Спустя несколько кликов совсем рядом послышались шебуршание и скрежет. Постепенно приближающийся звук ввинчивающихся в обломки мощных лап постепенно усиливался, потом резко стих и завершился мощным ударом. Раздробив бетонный камень толстым лбом, рядом с паучихой появилась, шевеля жвалами, огромная угловатая голова. Инсектикон обвел цепким взглядом найденное пространство, остановился на черно-фиолетовой фем сдал назад и продолжил работать когтистыми манипуляторами, разгребая перед собой конец вырытого им широкого лаза наружу. Наконец оказавшись в тоннеле рядом с призвавшей его королевой, огромный кибер-жук отвалил в сторону прижавший ее переломанные лапы обломок потолочной панели и наклонился ближе, ведомый ярко горящими в подземном мраке фиолетовыми окулярами. С ироничной усмешкой охотница прочла на периферии его сознания радость. Эйрахнида протянула к своему спасителю длинные, скрюченные болезненной судорогой пальцы и с упоением впилась хищными жвалами в его шею.

***

«Кажется… я немного увлекся…» – Старскрим покачнулся, тяжело вентилируя. Выставив перед собой когти, он насадил на них шлем ближайшего криона, брезгливо стряхнул манипулятор от изморози, неприятно ужалившей сопряжения, и отшатнулся вбок, едва не попав под тесак другого крупного вторженца. Последний орн подарил серому меху слишком много впечатлений, чтобы стравить все накипевшее за короткую перестрелку. Летун без крыльев спустился на платформу перед левым крылом цитадели, в восторженном упоении рубя и сжигая всех, кто смел приблизиться к нему достаточно близко. Пламя, не так давно приводившее десептиконского командующего в ужас, теперь было полностью подвластно ему. Старскрим рассчитал верно, что самый эффектный режим нового оружия, мощностью почти не уступающий предаконским огненным снарядам, при интенсивном использовании расходует куда больше топлива, чем его привычные лазеры или ракеты, но не учел, что сквозные отверстия в спинной броне, внутри крепежей для крыльев, настолько ускорят остывание его корпуса. Система климатконтроля хрипела соплами, при каждом прогоне промерзшего воздуха через разгоряченные системы, болезненно отдаваясь в процессоре, подтачивая растревоженное сознание азартом. Серый мех легко согнул манипулятор в локте и, с ухмылкой сжав кулак, окатил грудину и голову криона перед собой новым водопадом огня. Нокаут выскочил из зябкой свежести коридора под порывы ледяного ветра площади вместе с Брейкдауном. Два колесника резко остановились, осыпаемые мелкой снежной крупой, и просканировали поле боя окулярами. Радар с мутным зеленым экраном, настроенный на единственный сигнал отслеживающего чипа, тихо пискнул в манипуляторе доктора. – Туда! – красно-черный мех взмахнул устройством в направлении тонкого серого силуэта, едва просматривавшегося в пелене поднимающегося бурана. Брейкдаун сорвался с места, на бегу трансформируя манипулятор в молот. Громко топая, он обогнул сикера без крыльев и с разворота впечатал свое оружие в грудину высокого вторженца, прицелившегося в летуна. Старскрим с легким удивлением проследил окулярами за траекторией отлетевшего в сторону крионского бластера. Видя, что недавно вернувшийся из Колодца Всех Искр колесник снес его предыдущую цель, и уже взялся за две другие, подступающие следом, сикер устало сел прямо на один из полусотни оставленных им на земле вражеских корпусов. Вдруг со стороны Фальшивого Колодца донесся раскатистый и мощный металлический грохот. Серый и красно-черный коны на мгновение оглянулись в его сторону, едва представляя, что могло издать подобный звук. Мотнув головой, Нокаут, поравнявшийся с посадившим аккумуляторы летуном, с легкой брезгливостью поджал топливоприемник. – Ты не изменяешь своей привычке добавлять мне работы, – он протянул манипулятор своему сослуживцу. «Повезло, что Кахолонг приказал мне срочно его проверить... Так можно и поверить, что пауку не плевать на нас. Мегатрон бы так точно не сделал». Старскрим взялся за сунутую ему почти в фейслист ладонь и тут же отдернул когти. Нокаут, точно так же обжегшийся об обшивку сикера из-за контраста температур, сплюнул в сторону, взялся двумя манипуляторами за оплавленные отвороты нагрудной брони кона и рванул вверх, заставляя его подняться на не слушающиеся от усталости ноги. Брейкдаун расчистив подступы к крылу Даркмаунта от крионов в достаточном для отступления радиусе, шумно вентилируя, вернулся назад к своему напарнику. Серо-синий колесник свернул оружие и толкнул обоих мехов крепкими манипуляторами обратно к цитадели, ускоряя движение легковушки и навалившегося на нее истребителя. Они вместе переступили низкий порог входа в рукав перового уровня крепости. Оставив серого сикера, коротко и устало прогоняющего воздух через системы, в манипуляторах своего ассистента, Нокаут потянулся к панели управления входными шлюзами. – Не закрывай, – властно прошелестело совсем рядом. Доктор резко оглянулся. Брейкдаун и Старскрим повернулись одновременно с ним и воззрились на беззвучно появившегося за их спинами Кахолонга. Снаружи снова донесся гулкий рокот, подобный взрыву обрушающегося ледника, решившего увлечь в бездну вместе с собой и всю каменную гору, на которой стоял паук, поигрывая ярко-красной секирой в манипуляторе грубой автоботской сборки, плавным шагом прошествовал мимо них и вышел навстречу подступающим к крылу цитадели крупным крионским штурмовикам. Три десептикона проследили широко раскрытыми окулярами, как белый, чуть угловатый силуэт их «нового лорда», очутившись на припрошенной снегом равнине, почти растворился и вдруг резко исчез, мелькнув алой искрой обоюдоострого оружия. Четыре ближайших вторженца рухнули на землю уже без голов.

***

Гладко оплавленная арка взорванных снаружи шлюзов левого крыла цитадели пела от проходящего сквозь нее шквального ветра. Широкий коридор, ведущий к подъемникам вглубь крепости, у порога был так завален разрубленными и простреленными телами захватчиков, что чтобы пробраться глубже, крионским воинам приходилось взбираться по получившейся куче. Почти все они, оказавшись внутри, тут же встречались с оранжевым лезвием боевой косы или меткой очередью легкого ручного бластера. Гринмен, толкнувшись ногой от стены, подскочил вверх. На пол отлетела еще одна бледная отрубленная голова. Руби с размаху пнул ее обратно и метнул в том же направлении тонкий кинжал. Увесистый снаряд врезался в лоб показавшегося снаружи криона, а клинок с хрустом прошил грудину подцепленного краем косы туловища. Два меха разом отпрянули в стороны. Венесса дала три точных залпа между ними. Тут высокая баррикада из ледяных тел загудела, дрогнула, приподнялась, выгнувшись словно в конвульсии, и взорвалась. Сносящий все на своем пути поток ледяной плазмы разом заполнил помещение, расшвыривая разорванных на куски павших вторженцев, словно шрапнель. Десептиконов сорвало с места ударной волной. Извернувшись в полете, оранжево-зеленый мех подтянул к себе вехикона и фем нежной конструкции, заслонив их толстой броней от разлетающихся осколков перед тем, как всех троих впечатало в стену. Руби и Венесса широко распахнули топливоприемники, пытаясь вернуть выбитый из вентиляционных систем воздух. Гринмен со стоном осел вниз, толкнулся кулаками от пола и снова выпрямился, выставляя перед собой косу. Сильно обожженный вражеским снарядом тыл, вкупе с десятком мелких жестких обломков, застрявших в спинной броне и плечах, подействовали весьма отрезвляюще, напомнив элитному разведчику, насколько он уже истощил свой боекомплект и энергозапас. По фейслистам своих союзников, он понял, что в коридор сквозь оседающие сполохи взрыва вошло не меньше десятка крионов и раскрутил за своей спиной косу. Широкое лезвие его оружия, стены и плотно сомкнутые двери подъемника задребезжали под очередями крионских залпов. Гринмен коротко выругался. Держать наступление врага малым составом на выбранной им позиции было легко. Десептикон не сомневался, что взявшийся за небо Процептус не пропустит сюда ни одной вражеской боеголовки с шаттлов. Забрасываемые в коридор гранаты пехоты, боец из элиты легко отправлял обратно за наноклик до взрыва. Но он не предусмотрел, что крионы могут заминировать и подорвать баррикаду из тел их собственных сослуживцев. Разведчик уже знал, чем придется заплатить за подобный недосмотр. В клик перезарядки вражеских пушек он подцепил бластер Венессы из ее манипуляторов и зажал курок. Очередь в упор раздробила защитный экран контрольной панели справа от кона. Мощным ударом приклада по тумблерам, он разбил пульт управления, полностью блокируя с этой стороны толстые ворота, ведущие на этаж и в подъемник. – Ты что?! – черно-серебряная фем не успела закончить. Оранжево-зеленый мех подцепил ее за предплечье вместе с Руби и, не прекращая вращать косу, зрительно превратившуюся в огромный круглый щит, открыл ими двумя узкую, едва заметную дверцу у разбитой панели. Он протолкнул вехикона с колесницей внутрь подсобки с инструментами, и захлопнул ее на автоматический замок снаружи. Со свистом выпустив воздух сквозь сжатые денты, он развернулся к крионам. Точно пересчитать врагов перед собой помешало зрение, начавшее терять фокус от жгучей боли. Бросив эту затею, он перехватил древко косы двумя манипуляторами и размахнулся, краешком мысли отмечая, что похоже уже весьма скоро встретится со Скайфаером. Несколько вторженцев усмехнулись, глядя на едва не шатающегося кона, и резко оглянулись на раздавшийся за их спинами рев сикерского двигателя. Его заглушили громоподобный треск и клекот. В промороженный коридор снаружи влетели два инсектикона. Тяжелые и мощные кибер-жуки пронеслись через проход, тараном изогнутых носов снеся большую часть строя вторженцев. Посреди арки входа завис серый истребитель стандартной конструкции и щедро окатил оказавшихся на полу штурмовиков алыми очередями плазмы. Отрезвленный пахнувшим в фейслист жаром плавящихся тел и криками, Гринмен начал бить косой направо и налево, рассекая и протыкая грудины всем, кто еще остался на ногах. Резко наступила тишина, наущаемая лишь стрекотом жучиных крыльев. Инсектиконы и сикер, раненый в предыдущем бою и оставленный в цитадели до полного восстановления, трансформировались и приземлились в нескольких шагах от зелено-оранжевого меха. Все четверо огляделись. Коридор и его окрестности на подступах к крылу были зачищены. Гринмен отшагнул назад и привалился спиной к воротам подъемника, глядя в упор на появившееся из ниоткуда подкрепление. Поверить в свое неожиданное спасение оказалось не просто. В паре метров от него светящаяся ярким голубым неоном вибропила рассекла замок двери подсобки. Венесса пинком распахнула узкую дверь и вперила в разведчика уничтожающий взгляд. – Грин, ты процессором двинулся?! – она в два быстрых шага оказалась рядом с колесником, превращая оружие обратно в манипуляторы, и замахнулась. Основательно покоцанный в бою кон бы получил звонкую добивающую оплеуху, если бы ее окуляры не зацепились за иснсектиконов и летуна, с интересом наблюдающих эту сцену. Полное праведного гнева выражение фейслиста фем сменилось искренней радостью. – Вы откуда тут? – Кахолонг приказал поддержать вас, – с уважительным кивком мягко отрапортовал сикер, когда-то служивший Фарлиску. Гринмен оттолкнулся от стены и вдруг громко хохотнул в вокалайзер. Он пугающе резко схватил когтистую ладонь десептикона и рванул ее на себя. – Ты что делаешь?! – ошарашено вскрикнула Венесса, и замерла на месте, видя, что в прежде ярких оранжевых окулярах колесника отражается бездна. Крепкие когти разведчика так сомкнулись на кисти летуна, что не трудно было догадаться, – при любом неверном движении или слове он по очереди с корнем выломает ему каждый палец. – Что приказал твой лидер?! – насмешливо переспросил десептикона Гринмен, не поверивший ни единому его слову и, пугающе понизив вокалайзер прорычал. – Повтори приказ полностью. Что он тебе сказал?! – О-оказать огневую поддержку вам и Венессе… Немедленно, – оторопело протараторил кон. Инсектиконы пододвинулись ближе, недовольно щелкнув жвалами на колесника. Тот даже не глянул в их сторону. – Значит, не забрать, что от меня осталось? Не прикончить меня, в случае ранения?! – не унимаясь и упрямо отказываясь принимать услышанное, как данность, громко прокричал разведчик. – Никак нет! – почти так же громко, выпрямившись, как полагается по уставу перед старшими, выкрикнул ему в фейслист кон. Этот мех с косой выглядел совсем не дружелюбно, но ни в какое сравнение не шел с паукообразным хозяином летуна. Такие смелые зелено-оранжевому командиру встречались не часто. Чуть осадив и смягчив тон, Гринмен прищурил окуляры: – Ты знаешь, кто я? – Командующий Гринмен. Элитное подразделение. Разведкорпус, – сбавив громкость за ним следом, чеканно ответил сикер. Колёсник выпустил ладонь меха. Уже не пытаясь бороться со сводящими денты усталостью и болью, Гринмен изможденно опустил плечи и голову, а потом вскинул фейслист к потолку и громко, заливисто расхохотался: – Когда моему подразделению обрубили под корень связь… Когда нас взяли в кольцо и, забавляясь, убирали одного за другим как загнанных, четвертованных турболис… Когда я был ранен и истекал энергоном в канаве… Когда мне оторвало манипулятор и обе ноги… Когда я начал ржаветь заживо… Когда боты взяли меня в плен… Я звал, я умолял… Когда мне действительно нужна была помощь, ее никогда не было!!! А сейчас… Когда у руля этот Кахолонг... – зелено-оранжевый кон снова ударился спиной о стену, привалился к ней всем корпусом, находя потерянную было опору, и провел ладонью по своему шлему, удивительным образом обрывая собственную истерику. – Что за безумие...

***

Крамвил несколько раз опустил и поднял обратно рычаг стабилизации энергопотока поврежденного генератора силового купола. Агрегат издал недовольное шипение и выплюнул в фейслист кузнецу облако горячего пара. Зелено-бордовый мех отшатнулся и вскинул оптику на только что вбежавшего в залу Ретчета. – Почему так долго?! – рыкнул кон. Автоботский доктор быстро оглядел кузнеца, отсек, осыпанный строительными обломками и продуваемый ветром сквозь пролом в потолке, и увесистый кусок перекрытия, уже вытащенный сикером из массивного устройства, искрящего проводкой в месте пролома. – Я привел помощь, – колесник быстро приблизился к гудящему от сбоя генератору, освещая его инфракрасным лучом медицинского сканера. Крамвил изогнул надбровную дугу, испытующе глядя на единственного второго кибертронца в зале. Тот оглянулся назад и вдруг, резко повысив вокалайзер, рявкнул в проход: – Найра! Коридор в той стороне огласил рев быстро приближающегося двигателя. Нечто огромным серебристым снарядом пронеслось мимо доктора и кузнеца и врезалось в стену позади зелено-бордового меха. Бетонная крошка рассыпанных по полу обломков мелко подскочила на месте от столкновения. – Все принесла?! – строго осведомился Ретчет. Полупредакон оттолкнулась ногами от обшивки отсека, меняя направление, и одним прыжком оказалась рядом с красно-белым ботом. Крамвил обалдело воззрился на перебежчицу с пучком подпорок в одном манипуляторе и контейнером инструментов в другом. – Это – помощь?! Та сгрузила ношу рядом с доктором, который уже листал на экране наруча полученные путем сканирования данные по состоянию сильно накренившегося генератора. Бутонообразное устройство, получившее сверху удар внушительной силы во время обрушения на этаже, проломило под собой часть пола и провалилось вниз почти до середины, завалившись на бок. – Сверху мы ничего не сделаем. Надо его приподнять, – бросил Ретчет, глядя на панель у основания агрегата, частично ушедшую вместе с его корпусом под пол. – Да неужели?! – зелено-бордовый кон выхватил из принесенного фем пучка короткую опору и размахнулся, собираясь вогнать ее под раскаленное днище генератора. Найра тряхнула перед собой освободившимися манипуляторами, присела и взялась короткими когтями за боковину устройства. – Солус Великая, ты куда пальцами?! – испуганно выпалил кузнец. – Он же сейчас как плавильный котел!.. – округлившейся оптикой Крамвил уставился на полупредаконшу, плавно подтягивающую горячий агрегат вверх. – У нее большой опыт, – странно хмыкнул автоботский врач, распахивая ключом освобожденную дверцу. – Советую не затягивать, – процедила через сжатые денты Найра, вполне почувствовав, что сикер в своей оценке температуры оказался на удивление точен. Как только между краем основания генератора и целым полом появилась щель, зелено-бордовый мех вогнал в нее балки, закрывая место пролома. Ретчет запустил под обшивку устройства две пары щипцов, откусил передавленный кабель и присоединил его конец к пустующему разъему. Гул резко прекратился. – Опускай! Найра тем же медленным осторожным движением опустила генератор на подложенную кузнецом латку. Раскаленное устройство встало надежно и ровно, с шипением продавив и сплавив оказавшиеся под ним трубки в один металлический пласт. Крамвил заглянул в открытое доктором окошко. – Переподключил подачу энергии напрямую? Повезло, что схемы не задело. – Замок сорвало, – недовольно буркнул доктор. – Если не закрыть люк герметично, при малейшем сбое тут будет взрыв на весь этаж. – Чем-то, что в него не вплавится… – невесело процедил кузнец, стоя в окружении металлических обломков, ни один из которых не обладал достаточной жароустойчивостью для этого. – Пусть вплавится. Так даже надежней, – спешно бросила Найра, потрясая красными от перегрева кончиками пальцев, – Приварите дверцу, как заплатку. Надо будет – потом срежем, – и повернулась к Ретчету боком. Крамвил моргнул, видя, как тот беззастенчиво запустил манипулятор в багажное отделение фем и извлёк оттуда портативный паяльник. – Лучше, чем рисковать, – согласно кивнул доктор. Прижав толстым ключом крышку к стенке генератора, он повел по ее краю рассыпающим алые от температуры соединяемого металла искры острием. Игла паяльника точно и плавно описала путь по периметру дверцы и отключилась. – Остальное поправим после, – твердо постановил красно-белый мех и переключился на общую связь. – Начинаю перезапуск купола над Даркмаунтом. Просите Праймуса, чтобы здесь снова ничего не упало. Серебристая фем полуавтоматическим движением свела ладони перед собой в молитвенном жесте и тут же отдернула их друг от друга, обжегшись еще раз о свои же раскаленные когти. Ретчет с силой опустил разводным ключом горячий тумблер. Из центра энергетического генератора вверх вырвался световой столб. Он прошел сквозь полуразбитый потолок и исчез из виду мехов и фем. На наноклик показалось, что свистящий снаружи ветер стал тише. Мгновение молчания, и эфир заполнили звучащие на разные лады вокалайзеры кибертронцев. Кто-то был удивлен, кто-то испуган, но большинство из них, хорошо знавших, откуда взялся полупрозрачный щит только что покрывший всю цитадель, торжествовали. – Подтверждаю… Купол над цитаделью установлен, – тяжело произнес Ультра Магнус. Стоя на верхнем этаже центрального шпиля, он смотрел, как световые ребра, разлетевшиеся в разные стороны из центра крепости, вновь опускают над ним и всеми ее жителями защитный полог. Несколько оставшихся на ходу крионских шаттлов резко замедлили полет, получая новый приказ, и развернувшись, дали ускорение в сторону головной части крионского крейсера, недавно оставшегося без главного орудия и теперь видневшегося в дымке бурана темным силуэтом. Воины захватчиков, которых не потрудилась забрать собственная авиация, видя ее отступление, бросились в том же направлении. – Приказ всем отрядам, – гулко и звучно произнес Кахолонг. – Возвращайтесь в цитадель. Понимая, что теперь битва завершена, Ретчет и Крамвил повернулись к серебристой фем. – Покажи! – в один вокалайзер потребовали доктор и кузнец, почти синхронно сделав движение к полупредаконше. Не ожидавшая такого внимания Найра растерянно дернула краем топливоприемника и протянула по раскрытой ладони каждому из мехов. Те внимательно вгляделись в медленно остывающие, но все еще алые концы ее пальцев. – Это больно, – Ретчет недовольно посмотрел на фем. – Хорошо хоть нейросетевые узлы не задеты. – Предаконский металл настолько более тугоплавкий! Хе, прямо как когти Магнуса, – с неподдельным восхищением оскалился Крамвил, постучав пальцем по тыльной стороне ладони фем. – Ага. Он ему их из моих деталей сделал, – Найра качнула головой в направлении Ретчета, второй раз удивившись, насколько точно этот кон умудряется определять некоторые незаметные для многих вещи. Кузнец с недоверием покосился на полупредаконшу и, не найдя в ее фейслисте и тени насмешки или сарказма, воззрился на красно-белого меха так, словно видел его впервые. – Починка пациентов, вскрытие других рас, написание и установка программ, сборка генераторов, протезирование трансформеров предаконскими деталями. По цитадели ходят слухи, что это ты запустил Омега замок, которым восстановили Кибертрон… – Не слухи, – с улыбкой деловито вставила Найра. – Есть что-то, чего ты не можешь?! – взмахнул манипуляторами Крамвил. Дослушав тираду десептиконского мастера, Ретчет фыркнул в сторону и закатил окуляры. – Раз есть силы болтать, собирайте инструменты.

***

Стирая остатки вспененного очистительного состава с манипуляторов куском мягкого материала, зелено-бордовый мех вошел в медотсек. Он первый начал работу по восстановлению купола и его же в итоге оставили убирать после. Кузнец имел полное право возмутиться, но все едкие слова, подготовленные в адрес автоботского доктора и серебристой перебежчицы, провалились куда-то вглубь центральной магистрали, и так там и остались, когда Крамвил увидел огромную залу, под завязку заполненную кибертронцами. После битвы сразу на двух фронтах в сверххолодной атмосфере планеты, когда любая царапина могла стать очень неприятной травмой, здесь собралась почти половина Даркмаунта. От края до края помещение было заставлено перезарядочными плитами. Те, кто мог легко передвигаться сам, помогали занять лежачие места колесникам и сикерам, попавшим под крионский огонь. Громко гудели установленные по бокам отсека тепловые пушки. Фарма, Твист, Нокаут и Максум быстро передвигались по залу, оказывая пострадавшим первую помощь. Поднявшийся на ступеньки у компьютерного центра Ретчет бросал то одному то другому доктору короткие указания, координируя общие действия. Найра, озираясь вокруг себя, несколько раз повернулась на месте. В кутерьме мелькающих разноцветных корпусов, начинающая сбоить от перерасхода энергии и мелких повреждений оптика не давала разобрать, кто где в этом общем рое. Сине-желтые окуляры фем зацепились за темный силуэт крупного джета, показавшегося в арке бокового коридора, о чем-то переговаривающегося со следовавшим за ним Мейкшифтом. – Дредвинг! Вы вернулись! – серебристая фем быстро двинулась к нему приставными шагами, пробираясь между близко поставленных плит. – Что по убитым?! Темно-синий ветеран чуть приподнял надбровные дуги, узнавая во взволнованной полупредаконше ту фем, что знал уже очень давно. – Без потерь, – почти мягко отозвался он. – Слава Великой Искре! – Найра выпустила воздух, чуть согнув подрагивающие от усталости колени и хлопнула себя по аудиодатчику, активируя связь. – Процептус, твой статус? Сине-серый бот отозвался сразу. – В норме. Ты? – Тоже. Где ты? – Мы с Сукупиром и рекерами на этаже с плавильной ямой, – капитан смешливо улыбнулся, пересчитывая оптикой всех собравшихся вокруг него колесников и летунов, основательно промерзших на улице. – Крылышки отогреваем. – Хорошо… – только теперь, с момента окончания битвы, серебристая фем смогла свободно провентилировать. Тут в ее связной канал вклинился звонкий и радостный вокалайзер. – Генерал! Жаль вас там с нами не было! – с запалом выпалил Крен. – Надо было видеть, как Сукупир на Хаосе перевернул их здоровенный модуль! – Да! Я сначала не понял, почему он приказал спрятать бортовые орудия, – подключился к передаче Лайнтел. – А Сукупир развернул звездолет и сначала прикрыл всех нас от их веерной дроби, а потом как вмазал им под самые шпангоуты! – мех качнул выставленными перед собой ладонями, подражая движению кораблей. – Кхм. Я вообще-то тут стою, – хмуро шикнул на восторженного летуна темно-серый джет, совершенно не привыкший к подобным публичным восхвалениям от подчиненных. – Ты так пришпорил этих шарков, что у них с одного толчка вся система управления полетела! – Куп торжественно вскинул вверх сжатый кулак. – Вы должны были слышать этот грохот! – довольно просмаковал по общей линии связи Гивгрейв. – Они разбили свой модуль о плиту Фальшивого Колодца! – совершенно не понимая, чему тут можно радоваться, грозно рыкнул на развеселившихся вехиконов Сукупир. – Да, после этого наш состав зачистил почти все крионские шаттлы, но теперь их лидеры точно поняли, что под Фальшивкой ничего нет. Плита, которую столько красили и собирали, тепловой генератор-щит – все это разрушено! А если они начнут искать такую же по ее подобию?! – Не скоро найдут, – со смесью печали и гордости уверенно постановил Циний. Архитектору было несколько обидно, что его первое крупное детище с момента возрождения Кибертрона простояло меньше нескольких орн, но он возводил Фальшивку именно для того, чтобы враг уничтожил ее. Второй проект желто-зеленого бота, собранный для прикрытия Колодца, а не вызова огня на себя, был просто обязан жить долго. – И щит, и плита прекрасно выполнили свою роль, – Процептус тепло улыбнулся раздосадованному подручному паука. – На крионском Крейсере было всего два крупных звездолета-модуля. Теперь не осталось ни одного. Вы выиграли нам время, чтобы восстановить защиту Даркмаунта. Ударь они всей мощью в одно место, когда пал щит, мы бы не устояли. Никто не справился бы лучше. – Капитан дело говорит, – серьезно подметил Стартар. – Мы тоже неплохо поработали, – успокаивая себя, процедил, запрокинув голову, Циний. – Неплохо – слабо сказано! – бросил, словно вдруг очнувшись от его слов, Умару. – Не пропустить ни одного опасного выстрела по цитадели, имея всего один звездолет. – Один звездолет и один Отбойник! – сурово уточнил Уилджек. – Это было потрясающе, – кивнул ему подчиненный Лонгшота. – Так ты ж сам там за бортовой пушкой сидел! – Спуф, бодро хлопнул сослуживца по плечу и, невольно заражаясь его порывом, перевел оптику на сине-серого капитана. – Но Процептус… – Он пробил их главное орудие в паузе между переключением щитов! – скороговоркой выстрелил Блайд, перебив колесника, – а потом еще и носом Космоса их прямой удар принял. – Специально?! – белый рекер, уверенный, что встреча Космоса с крионским залпом была ошибкой рулевого, оглядел сине-серого меха округлившейся оптикой и, прочтя ответ по его фейслисту, одарил высокого колесника одобрительным оскалом. – А ты отчаянный бот. Почему ты не в рекерах? – Я думал, нас всех той волной просто расщепит на атомы, – выпуская остатки испуга вместе с воздухом, процедил Спуф и перевел светло-голубую оптику на автоботского капитана. – Он удержал управление, после этого вслепую довел Космос до центрального ангара и на полосу посадил. Точно по разметке. – Не вслепую, – Процептус в легкой растерянности мотнул головой и остановил полный благодарности взгляд на гигантском пауке-гештальте, бесшумно появившемся за крыльями своего первого помощника и остальных летунов. – Меня туда довели. Не замечая собственной счастливой улыбки, Найра отпустила клавишу передатчика и тут же перефокусировала взор на крайние койки, уже подключенные к системам жизнеобеспечения. На одной из них на брюшной пластине лежал Гринмен. Разведчик пребывал в таком глубоком офлайн, что не замечал, как склонившийся над ним Максум методично выдергивает клещами из его спины один за другим многочисленные ледяные осколки. В некотором отдалении от раненого, чтобы не мешать докторам, не спуская алых встревоженных визоров с кона, стояли Венесса и Руби. За их спинами шипастой горой возвышается инсектикон, тихо поводя жвалами и сканируя залу почти с тем же вниманием, что и серебристая фем. «А эта перебежчица, не только в моменты праздника, но и после боя печется и о конах, и о ботах. Необычно,» – мысленно отметил Крамвил, продолжая зрительное путешествие по отсеку, и встретился оптикой с Нокаутом. Работавший в противоположном от кузнеца углу залы, красно-черный колесник коротко раскрыл манипулятор в приветственном жесте и ткнул когтем в сторону одной из плит рядом с собой. Зелено-бордовый мех желал узнать, как идут дела у его изящного коллеги, но тот, на кого указал доктор, был летуну интересен не меньше. Старскрим совершенно не хотел идти туда, где точно соберется много ботов и конов. Однако, несмотря на все протесты, он все же был усажен крепким манипулятором Брейкдауна на крайнюю от одного из выходов койку, и теперь, полулежа с зарядочным кабелем в боку и теплой припаркой на спине между креплений для крыльев, изредка поглядывал на занятых собой и прибывающими пациентами кибертронцев. Некоторые из новичков цитадели, наткнувшись окулярами на заместителя Мегатрона, с легким испугом отворачивались и быстро проходили мимо, но ни один из уставших после боя бойцов не пытался подобраться к разрядившему аккумуляторы командующему десептиконской авиацией, высказать что-то или навредить. Серый сикер долгое время наблюдал за всеми со стороны. Оказаться в самом центре общего сборища было и странно, и одновременно освежающе. Только теперь, сидя посреди суеты и гвалта залы, Старскрим окончательно понял, насколько увеличилось население Даркмаунта. Один из автоботов Сэндры осторожно обошел летуна без крыльев, протиснулся с толстым подзарядочным кабелем между коек и резко остановился. – Ого-о… Колесник, двигавшийся за ним след в след, врезался боту в спину. – Ты чего?! – Ты видел когда-нибудь такое? – обалдело бросил в пол оборота сослуживцу мех. Перед ними на плите, растянувшись во весь рост, лежал Ультра Магнус. Высокий и мощный сине-красный бот с разгоряченным от долгой работы когтистым протезом, покоящимся на брюшной пластине, подключенный ловкими манипуляторами медиков к системам перезарядки, провалившись в глубокий офлайн, вентилировал так тихо и мирно, что едва не посапывал. Ровным и твердым шагом, Шоквейв вошел в заполненное кибертронцами помещение. Ученый уже знал, что раз не было сообщений о деактивациях, сконструированные им на основе крионских двигателей ускорители показали себя эффективно. Теперь лишь оставалось выяснить, насколько. Он остановил алую линзу на Дредвинге, зная, что за ним скоро появятся и предаконы. Ровно в тот клик, в который ожидал фиолетово-черный кон, три высоких киберящера шумно ввалились в отсек. Члены команда Прайма высыпали через соседний вход, почти одновременно с ними. Максум и Фарма хотели было осадить кибер-гарпий, начавших пробираться к плитам, тесня остальных. В этот клик помещение огласил полный неизмеримого ужаса вопль. Все бодрствовавшие посетители медотсека разом повернулись в его направлении. Перескакивая койки и ботов, Арси молнией подлетела к Клиффджамперу. Красный мех обессиленной куклой лежал на манипуляторах Скайлинкса. – Не визжи ты! Он будет в порядке! – поморщился предакон, укладывая сильно раненого автобота на плиту, мгновенно освобожденную сидевшим на ней мехом. – Что ты называешь «в порядке»?! – взвилась синя фем, едва сдерживаясь, чтобы не врезать клону, принесшему ее напарника в медотсек. В бою красный бот и двухколесница разминулись всего на мгновение. То, что случилось дальше, скрыл буран. Бамблби, быстрее остальных пробравшийся к Клифу, застыл рядом с Арси с открытым топливоприемником. Обойдя Предакинга, остановившегося около темно-синего джета, Мейкшифт воззрился на автобота, вместе с которым очнулся после чудесного исцеления в тайной лаборатории. Правое плечо меха было полностью отстрелено. По оплавленным и обмороженным краям сквозной пробоины в корпусе было не трудно догадаться о ее происхождении. Выстрел с орудия упавшего на площадь крионского шаттла зарядом в упор прожог бок колесника до грудной пластины и глубоко вгрызся в нее, захватив внушительную часть центрального топливного отсека. – У него в прямом смысле нет куска камеры искры, – в крайнем недоумении констатировал перевертыш. – И манипулятор потерял, – добавил лежащий рядом на плите в окружении сослуживцев Джет, чуть подрагивая от медленно отпускающего корпус холода. У сикера, поймавшего снаряд с вражеского модуля, не хватало половины бедра и части корпуса. Но при этом чувствовал он себя вполне сносно. – Неа! Вот манипулятор! – Даркстил взмахнул подобранной им конечностью красного автобота над своей головой, словно победным знаменем. – Ну… Ретчет же все починит, – чуть утомленно, но совершенно беззаботно постановил Клиффджампер, улыбаясь перепуганной двухколеснице и всем, вдруг окружившим его ботам и конам. Такое пристальное внимание напрягало рогатого меха куда больше, чем собственная несовместимая с онлайн травма. Ретчет в шокированном непонимании таранивший двух смертников окулярами, моргнул. – Я?! Я без понятия как ты вообще еще жив! Вы – оба! – хрипло выпалил автоботский доктор, указывая на Клифа и Джета. Твист и Максум, подкатившие к их плитам по увесистому аккумулятору и уже начавшие подключать тяжелых пациентов к системам жизнеобеспечения, строго глянули на красно-белого бота. – Ну, значит и мне не о чем волноваться, – совсем успокоенный словами товарища по несчастью, фиолетовый вехикон закинул манипуляторы за голову. – Только не двигайся резко, пожалуйста, – осторожно проговорил Тьюс, и сдал вбок, чтобы не мешать докторам протягивать кабели. – Ц-ц. Чуть-чуть не успел уклониться, – пострадавший летун с досадой прищелкнул глоссой. Виновато опустивший крылья Хоакс, оторвал ладони от своего фейслиста, устремляя мокрую от подступившей омывающей жидкости оптику на Джета. – Пожалуйста… Пожалуйста, никогда больше не прикрывай меня так! – Ток омыватель не пускай, – невесело процедил Стиф, глядя на сикера свежей сборки. – Будь на твоем месте любой из нас, от того перекрестного залпа никто не ушел бы сам. – Джет с этим справится! – Рейт уверенно опустил ладонь на подернутый наледью наплечник расстроенного кона. – Он еще не так огребал, особенно при генерале, – он поднял голову, заметив нависшую над ним тень. – Здравствуйте, генерал… Найра просканировала своих летунов такими строгими окулярами, что те на наноклик почувствовали себя на построении. – Никто из наших больше не ранен? – Не. Я присмотрел, – смешливо отрапортовал ей с плиты Джет. – На этот раз все гайки только мне. Под камерой искры серебристой фем ощутимо екнуло. В процессоре сами собой всплыли воспоминания об их первом совместном вылете, когда, спасая этого летуна, она впервые серьезно повредила свой позвоночный столб. Кажется, подставляться самому, спасая своих, было в прошивке этого меха с самой его активации. Чуть прищурив окуляры в улыбке, Найра наклонилась ближе к Клиффджамперу и Джету и подняла перед собой раскрытые ладони, собираясь активировать энергонные диффузоры. – Найра, сядь! – вдруг рявкнул Ретчет так, что потолочные лампы над ним звякнули. Большая половина наполнявших отсек кибертронцев инстинктивно обернулась на его гулкий возглас. Несколько сикеров и колесников на всякий случай сели. – Ты сама ранена, – отчеканил красно-белый бот по слогам, ткнув пальцев в рассеченный во время поединка наплечник полупредаконши. Подобные ему срезы и мелкие царапины частым узором покрывали манипуляторы и гидробаки фем. – Моя искра не отделяется. Это даже не ожоги, – с расстановкой проговорила Найра, в довольно бесполезной попытке успокоить автоботского доктора на свой счет. – Сперва нужно реанимировать самого тяжелого. – Да мы, вроде, тоже никуда не отделяемся, – с задорным оскалом Клиффджампер качнул головой в направлении Джета и подмигнул кону. – Вы тоже отдохните, генерал, – согласно кивнул раненый сикер. – Найра... – Максум приладил шланг для подачи энергии между крыльев фиолетового летуна и остановил на полупредаконше непривычно серьезный для него взгляд. – Вообще-то, все раны, полученные на холоде снаружи, – ожоги и есть. Найра, знавшая этого колесника с тех времен, когда тот был беззаботным, обожающим бездельничать и болтать рекером, поставленным в поддержку малого медотряда, несколько удивленно наклонила голову на бок. «Он этого от Шоквейва набрался?» Серебристая полупредакон, превышавшая размером автобота почти вдвое, шумно выпустила воздух и, скрестив ноги, послушно села на пол, рядом со своими вехиконами и Клифом. Страшно довольные таким соседством коны и боты переглянулись, не пряча смеющихся фейслистов. Вне зависимости от званий и боевой мощи, главными в медотсеке всегда были медики, и порой это создавало очень комичные сцены. Ретчет просканировал алым лучом сперва красного бота, затем фиолетового кона и несколько раз ткнул пальцем в экран своего наруча. Надбровные дуги доктора снова поползли вверх. – Я не понимаю, как это вообще может быть… Полученные данные жизненных показателей обоих пациентов упрямо держались в диапазоне нормы. Увидев их, ни один здравомыслящий врач, и не подумал бы, что у каждого из этих кибертронцев не хватает трети корпуса. – Полагаю, я могу объяснить этот нестандартный феномен, – неспешно проговорил Шоквейв, приближаясь к красно-белому меху. Ничего не выражающая алая и круглая линза повернулась в сторону поврежденных мехов. – Вы оба входили в контакт с веществом под названием темный энергон? Клиффджампер и Джет удивлённо округлили окуляры. – Входили, – твердо ответила за пациентов Найра. – Прямой контакт искры с кристаллами темного энергона, присутствие его в сниженном виде в магистралях испытуемого, а также длительное облучение парами этого вещества может создать эффект псевдобессмертия, – сухо проговорил десептиконский ученый. Проведший киберциклы в изоляции на погибшей планете, Шоквейв был свидетелем поднятия армии павших воинов, с помощью сброшенного на планету осколка темной материи. Тогда большую часть темного энергона почти мгновенно впитали в себя мертвые корпуса. Призванный десептиконским лордом легион сразу же устремился к Космическому Мосту, где был полностью уничтожен взрывом. Спустя десятки орн, неожиданно получив оставленное Найрой сообщение, состоящие из нацарапанных на грунте кибертронской пустоши координат и карты памяти со списком фактов, что фем удалось выяснить о темном веществе на тот клик, ученый смог обнаружить остатки фиолетового кристалла на Кибертроне и посвятить некоторое время их изучению. Идея Мегатрона воспользоваться силой из далекого прошлого понравилась черно-фиолетовому меху. Она же навела его на мысль вернуться к давно забытому в архивах проекту «предакон». – Бессмертие… Мегатрон ни раз демонстрировал нам подобное, – хмуро процедил Бамблби. – А «псевдобессмертие», это значит?.. – Ретчет покосился на серебристую фем, которая выглядела так, словно более чем хорошо поняла заявление ведомого логикой гения. – Искра отделяется от тела очень долго, и есть возможность починить корпус, – с пугающей легкостью сообщила всем слушавшим ее трансформерам Найра. Красный колесник и фиолетовый вехикон пораженно воззрились на экс-генерала. Написанный на их фейслистах вопрос требовал ответа. – Клиф, ты был отравлен темным энергоном сразу после ранения. Мне удалось почти полностью вывести его, но ты и Мейкшифт очень быстро угасали. Я и Нокаут облучили вас слабоконцентрироваными лучами темного вещества, чтобы выиграть время, – как можно более аккуратно проговорила полупредакон. Позади нее Арси невольно выпустила испуганный стон. «А до облучения их, испытали этот способ на мне», – еще раз убедившись, что поступила верно, не посвящая никого в подробности своей тайной миссии с Нокаутом до самого последнего момента, Найра улыбнулась краем топливоприемника и повернулась к вехиконам. – Джет и Тьюс долго находились в лаборатории, рядом с вами. Наверное, это и дало такой эффект. Возможно, Стиф и Рейт тоже получили облучение, хотя их уровень контакта с темным энергоном намного ниже. В атмосфере медотсека повисла ошарашенная нота тишины. – Вот почему мы вчетвером холод чувствовали меньше, чем остальные! – вдруг задорно щелкнул когтями Рейт. Этот легкий и звонкий звук, эхом отразившийся от потолка, пробудил от оцепенения всех. – Получается, и мне теперь не страшно подобное повреждение? – недоверчиво изогнув надбровную дугу, Тьюс указал на Джета на плите. – Не страшно?! Это все равно больно! – смеясь, бросил в потолок раненый сикер. – Не вздумай это проверять! – шикнул на фиолетово-черного кона Стиф. – Так мне теперь вообще ничьи когти не страшны! – громко рассмеялся Клиффджампер и с видом победителя глянул на Старскрима, сидящего у противоположной стены помещения. – Вот это реально круто! – раскатисто прорычал Скайлинкс и стукнулся с рогатым ботом кулаком о его единственный уцелевший кулак. Даркстил издал радостный рык. Нокаут перевел пресный взгляд с торжествующих бота и конов на серого сикера. Старскрим не оборачиваясь, спиной почувствовал на себе прожигающий навылет взгляд Арси, однако, вместо того чтобы опасливо сжаться, уверенно развернул плечи и тверже уперся ногами в пол. «Я собственным манипулятором поместил кристалл темного энергона в мою камеру искры. Выходит, теперь повреждение таких масштабов не убьет и меня? Если подумать, переплавка в плавильной яме внутри доспеха, раны, что я мог выдержать, не отключившись, да даже когда я убивал собственных клонов, полностью разделяя их предсмертную агонию…» – от мысли о том, что застрянь он во время обвала в шахте, где Мегатрон однажды чуть его не прикончил, под многотонными валунами, будучи переломанным и раздавленным в блин, он мог не умереть, серого меха передернуло. Сикер трудом проглотил подступивший к главной магистрали комок, едва не отправив только что залитое топливо на пол. – Это объясняет ту аномалию, – медленно процедил автоботский доктор. – Ага. Даже не знаю, насколько это хорошо, – вторил ему красно-черный колесник. Ретчет и Нокаут понимающе переглянулись между собой. – Какую еще аномалию?! – Старскрим упер колкий взор в своего давнего сослуживца. – На своей предыдущей вылазке ты переохладился так, что, видимо, только темный энергон не дал тебе расстаться с искрой, – будничным тоном проговорил Нокаут, а потом резко развернул голову в направлении полупредаконши. – Найра, ты, кстати, – тоже! Перебежчица и сикер без крыльев огорошено уставились сперва на докторов, потом друг на друга. – Клиф, держись! – Смоукскрин взмыленно вбежал в медотсек. Сине-желтый колесник пронесся через залу с огромным молотом наперевес, подлетел к перезарядочным плитам, вокруг которых собралось больше всего кибертронцев, метнул горящий решимостью взгляд на Клиффджампера, на почти так же серьезно поврежденного Джета, и с глухим ударом опустил артефакт Солус Прайм на спину раненого вехикона, оказавшегося к колеснику на пол шага ближе, чем рогатый бот. – Ай! – фиолетовый летун обернулся на бота свежей сборки, хватаясь за ушибленное место. – Ты что, дефектный?! – Прости… – Смоукскрин с вытянувшимся от досады фейслистом, отшагнул назад. – Я думал, поможет. Рейт громко заржал: – Ты на нем решил проверить: вдруг не сработает?! Конов тебе не жалко, да?! Вот уж действительно, сегодня все гайки тебе, Джет! – Смоукскрин! – Ретчет выстрелил в сине-желтого бота испепеляющим взором, не глядя стягивая со стойки инструментов разводной ключ. Ученик Альфа Триона испуганно отшатнулся от коек и завел молот за спину с такой скоростью, словно верил, что огромное орудие сможет за ней уместиться. Фарма громко прыснул в вокалайзер, заставив несостоявшегося спасителя залиться синим. – Ретчет, – отхохотавшись, бело-синий доктор, продолжая широко улыбаться напуганному гневом его коллеги Смоукскрину, подошел к главному врачу «команды Прайма» и показал ему тускло светящийся планшет, – мы очень вовремя отослали органиков на их теплую планету. Я начинаю завидовать, что не отправился вместе с ними. Фейслист Ретчета снова стремительно переменился. – Найра! – Что? – чуть не подпрыгнув от очередного резкого оклика, отозвалась фем, поглаживающая по ушибленной спине Джета. – Ближайшие сорок циклов никаких вылазок из цитадели! – красно-белый бот развернулся и ткнул стилусом от планшета через весь зал в сторону сикера без крыльев. – Старскрим, ты – тоже! Возмущенный приказным тоном колесника, кон вспыхнул мгновенно. – Да с чего ты?!... – С того! – жестко оборвал его недовольный порыв Нокаут, неожиданно резко нависнув над своим пациентом. – Слушай, что тебе доктор говорит! – Это всех касается, – намного спокойнее и оттого пугающе постановил Фарма. – Температура только что приблизилась к абсолютному нулю. С этого клика любые вылеты и выезды производить только по прямому приказу командования. – А-а я думал, куда уж холоднее, – раздраженно прогудел Стиф. – Если этот ледяной ветер не переменится, то что с нами будет? – со слышимой дрожью произнес Хоакс. На его остроконечный наплечник успокоительной тяжестью легла широкая ладонь полупредакона. В этот клик передатчик медотсека ожил, возвестив о своем включении коротким гудком, и заговорил на широкой частоте: – Хорошая работа, команды, – торжествующим шелестом произнес Кахолонг. Замечать в пробирающем до эндоскелета, чуть двоящемся вокалайзере паука похвалу было необычно, но без сомнений, тоже самое сейчас слышали все трансформеры в Даркмаунте. Временно принявший командование над всей объединенной армией, временный десептикоснкий лорд говорил неспешно, и в каждом его слове читалось неподдельное уважение. – Если первый раз отразить полномасштабное вторжение без потерь можно было назвать великой удачей, то повторить это второй раз – ничем, кроме чуда, сотворенного боевым и ученым мастерством всех присутствующих здесь, быть не может. Ультра Магнус скажет вам длинную и красивую речь, потом, когда отоспится. Советую всем последовать его примеру и как следует отдохнуть, пока есть шанс. Это была не последняя битва. Передатчик замолк, погружая медотсек в атмосферу уверенного покоя. Втягивая ее вместе с воздухом через вентиляционные системы, Крамвил прогулочным шагом приблизился к Старскриму. Заместитель Мегатрона, выбитый из привычной колеи речью паука едва ли не так же, как последними новостями о собственном состоянии, не сразу заметил его. Зелено-бордовый кон наклонился к аудиосенсору серого меха и понизил вокалайзер почти до шепота. – Крылья готовы. Как заправишься и отогреешься полностью, можно будет оперировать. Хитрый взгляд алой оптики кузнеца на мгновение встретился с блестящими потаенной мыслью окулярами десептиконского доктора. Они вместе с Нокаутом закончили настройку всех деталей и нейросетевых узлов за несколько кликов до того, как радары возвестили о крионской атаке. Несмотря на все случившееся после, зелено-бордовый десептикон не мог отказать себе в удовольствии сообщить об этом своему любимому клиенту лично. Наконец переварив значение только что услышанного, Старскрим порывисто развернулся к Крамвилу. Изящные и крепкие пальцы кузнеца повернули летуна обратно и мягко пробежали по ребру установленных мастером креплений, наискось пересеченных неглубокой, но весьма заметной царапиной. «Кибертронский клинок… – зелено-бордовый мех незаметно сжал денты. – Какой дефектный недоносок Юникрона посмел их поцарапать?!» – он с профессиональной точностью вернул своему фейслисту подкупающе-приятную улыбку и подмигнул серому сикеру, повернувшемуся к нему второй раз. – Найди меня, как будешь готов. – Ретчет?.. – навалившаяся на плиту Джета и в задумчивости сцепившая пальцы под подбородком, Найра встретилась испытующим взглядом с автоботским доктором. Учтя, как быстро в благоприятной температуре затянулись раны и отросла нога Никсандера и, увидев собственной оптикой по возвращении в холодный отсек, как, начала подрастать верхушка позвоночного столба у обезглавленного Вердена, серебристая фем никак не могла отогнать от себя скользкое ощущение, будто бы она что-то упустила из виду. Врага с таким уровнем регенерации экс-генерал еще не встречала. Приходилось дважды перепроверять каждый вражеский труп на предмет его окончательной деактивации. Не узнай кибертронцы об этой особенности вторженцев почти сразу, сейчас в цитадели было бы совершенно не безопасно. Понимание пришло нанокликом позже. – Скажи, вы что сделали с трупами крионов с самого первого шаттла?

***

Он больше не слышал его. Не видел его глазами. Ни один пересчет подчиненных и мысленный штурм не мог восстановить потерянную связь. Кахолонг не спешил относить потерянного им инсектикона к числу погибших. Случалось, что, оказавшись в пещере, в горной породе, вызывающей сильные помехи, или карцере, оснащенном мощными глушителями, кибер-жуки не могли услышать зов своего короля. Белый гештальт шел туда, где ясно чувствовал жизненный сигнал своего подопечного в последний раз. Спустившись на подъемнике из командного пункта, он бесшумной тенью двинулся через центральный зал первого уровня. За стоящими в углублениях по сторонам от срединного хода столами редко сидели отогревшиеся, негромко переговаривающиеся мехи. – Эй, Кахолонг! – вдруг дерзко и звучно раздалось за его спиной. Не желавший привлекать внимание уставших после боя кибертронцев гигантский паук приподнял надбровную дугу, оглянувшись на оклик одним окуляром. Зелено-оранжевый мех ловко запрыгнул на столешницу рядом с ним и, вытянувшись вверх, хлопнул ладонью по гладкому предплечью десептиконского ветерана. До наплечника бывшего начальника тюрьмы колесник среднего роста просто не достал. – Спасибо, что спас ее, – Гринмен изогнул топливоприемник в яркой дружелюбной улыбке, но горящая огнем оранжевая оптика кона выдала его серьезность и внутреннее напряжение со всеми комплектующими. Кахолонг смерил совсем недавно лежавшего в беспамятстве меха медленным взором, понимая истинный смысл его слов. «Боишься благодарить за себя и решил сказать о той единственной, что тебе не безразлична. Не хочешь оставаться в долгу, но прячешься от меня за моей же подчиненной». – Пожалуйста, – степенно прошелестел король инсектиконов и продолжил движение в прежнем темпе. Сбитый с толку еще более формальным ответом, чем его вынужденные слова, разведчик из элитного подразделения еще с полклика глядел в удаляющуюся чуть наклоненную, идеально ровную спину гештальта. Край желтого окуляра временного десептиконского главы выцепил среди прочих посетителей залы красно-черного доктора и его крупного серо-синего напарника. Два меха, сильно уставших после долгой работы в медблоке, сидя за столиком друг напротив друга, потягивали отливавшее синевой слабозаряженное топливо из квадратных стаканчиков. Память паука услужливо поднесла ему детали их первой встречи на взлетной полосе. Кахолонг развернулся в направлении десептиконов. – Вы имели дело с представителем моего вида. Расскажите о нем. Два колесника поперхнулись взятой в топливоприемники жидкостью. Нокаут откашлялся и восстановил вентилирование первым. Он со звонким стуком поставил стаканчик на стол и развернул недовольный фейслист к беззвучно появившемуся рядом с ними гигантскому белому меху. – Пожалуйста, перестаньте пугать моего ассистента. Этот скаркастично-заботливый выпад понравился гештальту. Он наклонился к красно-черному кону чуть ближе. – Пусть лучше источником его страха будут мои слова, чем угроза, с которой будет тяжело совладать, если позволить ей набрать силу. Судя по вашей реакции, этот кибер-паук принес вам немало неприятностей. – Что именно вы хотите узнать, новый лорд? – Нокаут заговорщически улыбнулся краешками окуляров, довольный выбранным прозвищем для их собеседника. – Мог ли он захватывать сознание существ со слабой волей и уничтожать его полностью, превращая их в живых мертвецов? – невесело произнес Кахолонг. – Ж-живых мертвецов?.. – с легкой оторопью уронил Брейкдаун. Колесники в самом нехорошем предчувствии переглянулись. – Из кибер-пауков мы знаем Эйрахниду. Она могла командовать инсектиконами, – доктор со звоном перебрал короткими когтями по стакану. – Но то, что вы описываете… Это похоже на зараженного терроркона. – Зараженного? – белый мех чуть нахмурился. – На Немезиде однажды был случай инфицирования недоработанным препаратом. – красно-черный мех развернулся на скамье к гештальту, аккуратно подбирая слова. – Это стоило нам многих воинов и освободило захваченную предательницу – Эйрахниду. – Но Саундвейв избавился от нее и всех зараженных, – прогудел, припоминая записи из лаборатории, Брейкдаун и неприятно передернул плечами. – Хотите сказать, она вернулась и теперь командует роем террорконов? «Это совпадает со словами конов, тройняшек, о зараженных инсектиконах на второй луне и отчетом Сэндры. Они прилетели на корабле, что рухнул с моста и застрял в низине почти сразу, как приземлился. Похоже, паучиха прибыла тайно, вместе с ними», – Кахолонг плавно покачал головой. – Роя у нее нет. Но, раз королева держалась в тени столь долгое время, полагаю, она сама была инфицирована. – Если это так, и такая тварь в цитадели… – Нокаут в ужасе подскочил со своего места, – Надо рассказать... – и остановился, встретившись с упершийся в его фейслист всепоглощающей оптикой огромного инсектиконского короля. – Не бойтесь. Она не здесь, – гипнотически успокоительно и вместе с тем непререкаемо настойчиво прошелестел паук. Красно-черному кону показалось, что он слышит его вокалайзер у себя под шлемом. – Я чувствую на остаточном уровне слабое, извращенное сознание моего инсектикона, которого она подчинила себе. Оно подобно черной дыре в сети моего роя. Его тянет к иному хозяину, но определить их точное положение я пока не могу. Не нужно поднимать панику. Даркмаунту сейчас нужен покой. Я сам займусь этой проблемой. Это личное.