Часть 14. Бегство.

      - Вице-адмирал Гарп-сан, всё готово к отправке в Норт Блю! - отчитался совсем юный новобранец, вытянутый по струнке в идеально выглаженной сине-белой форме. Совсем зелёный юнец ещё не имел представления, куда именно его распределили и под чьим командованием он будет творить порядок в будущем.       - Отлично! - пробасил Гарп, стоя на палубе в носовой части корабля спиной к трудящимся новобранцам, что находились в дуэте со швабрами и щётками.       Морские волны тараном разбивались на миллиарды капель, что небесными звездами проносились рядом, поблескивая в свете полной луны. Ночной ветер нещадно развивал рукава его белого плаща, хлеща старика по ногам. Скрещенные на груди руки, сведённые к переносице брови и широкая улыбка придавали ему вид человека, уверенно идущего к своей цели. Ни одно событие, казалось, не способно сдвинуть его со своего места.       Рядом материализовался Богарт - офицер Морского Дозора и правая рука Гарпа, что уже много лет служит под его командованием. Его серый костюм и шляпа окропились морскими брызгами.       - Гарп-сан, Кусахана-сан только что связалась с нами.       - Докладывай, - всё также бодро бросил за плечо старик.       - Трое заложников, в том числе медведь. Все признают причастность к команде Трафальгара Ло. Один сообщник сбежал. Капитана и девушки среди них нет, им помогли бежать.       - Ну, это затрудняет дело.       - Неужели?.. - донеслось от мимо проходящего новобранца, который битый час оттирал грязные пятна от досок, не подозревая, что это всего лишь бракованная пятнистая древесина.       - Будем выпытывать информацию? - спросил Богарт, кладя расслабленную кисть на рукоять висящей на левом бедре катаны. Он видел лишь профиль вице-адмирала, но успел заметить из-под закрывающей его глаза шляпы, что улыбка с лица Гарпа тотчас сползла подобно краскам с холста. Минутная заминка, прерываемая шумом волн и галдежом дозорных. Столь серьёзное выражение лица, наблюдаемое лишь в минуты чрезвычайной опасности и сосредоточенности, могло свидетельствовать о существенности скоро принятых решений в отношении к разыскиваемой адмиралом девушки. Богарт терпеливо ждал, стихли голоса за спиной, вся команда напрягла слух. Ни слова. Минута за минутой и...       - А? - довольно крупный указательный палец моментально отыскал в носу небольшой солоноватый комок. Последующий тяжёлый вздох со стороны Богарта чуть не пробил палубу насквозь, а юнги враз поскользнулись на мокрых досках.       - Соберитесь, адмирал, - посоветовал Богарт, натягивая шляпу обратно на глаза.       - Гарп-сан, может, следовало всё же не выплывать ночью? - пожаловался один из рабочих, прикрывая рот от широкой зевоты.       - Н-да, действительно, - почесывая затылок пробурчал Гарп. - Богарт, через сколько мы будем в Норт Блю?       - Около десяти дней, если мы не будем останавливаться в каждом порту ради рисовых крекеров.       - Отлично! Прибавь к этому сроку ещё пару суток, - послышались жалобные стоны команды.

***

Святая Земля Мари Джоа

Правительственный Департамент Розыскных Листовок

      - Очередной малолетний нахал, - ворчал кривоватый на лицо мужчина, облачённый в поношенную служебную форму. Совсем недавно поступил запрос на печать очередной розыскной листовки, несмотря на уже опустившиеся сумерки снаружи.       - Они там сто пудово уже дрыхнут и видят десятый сон, - прохрипел курящий рядом сосед, сложивший ноги на разбросанные по столу чистые листы. Стул под ним нещадно скрипел, и этот жалобный писк глушился кипящей вокруг работой.       Великая Эра Пиратов, начавшаяся больше десятка лет назад, вдохновила множество людей на поиски заветных сокровищ Роджера, что послужило толчком к увеличению количества пиратов и преступников. Параллельно росли листовки и награды, увеличилось число охотников за головами.       Работа в ПДРЛ кипела неустанно. Как только на собрании принимается решение о награде тому или иному пирату, печатаются листовки, тираж которых всегда варьируется от нескольких тысяч до сотни. Окантованные рамкой фотографии преступников украшают посеревшую бумагу. И вот сейчас на двух работников одного из самых «трудолюбивых» отделов смотрел молодой парень в дурацкой пятнистой шапке, который совсем недавно мало того, что устроил погром уже на трёх островах и сбежал восвояси, так ещё и получился довольно размытым на присланном фото. Об назначении размера награды, полученной пареньком, на собрании верхушек думали долго, но сошлись на одном миллионе белли.       Отправленные на печать листовки уже вовсю печатались в несколько тысяч тиражей, а на столе тем временем появилась фотография совсем юной девушки.       - Ух ты, смотри, какая хорошенькая!       - Она же практически ребёнок, балбес!       - В душе я всё также юн. Знаешь, сколько у меня было поклонниц?       Зевающий уже пятнадцатый раз за несколько минут рабочий пытался разыскать на листе, какую же награду присвоили юной особе. Слезящиеся глаза размывали абсолютно каждую написанную строчку.       - Две... - очередной широкий зевок, сопровождённый громким криком. - Двести тысячи, вроде.       - Н-да, - второй рабочий зевнул следом, печатая нужные цифры.       - Недавно жёнушка моя учудила. Говорит, что ей какой-то мужик наколдовал в своих бумажках с цифрами, что ей теперь нельзя есть по утрам больше двух яиц за раз, представляете? А куда мне свои девать? - мужчина залился хохотом, но никто его особо не поддержал.       - Ну и юмор у вас, - фыркнула проходящая мимо женщина.       - Так, какая там всё-таки награда у той девицы? - вновь озвучил вопрос тот же рабочий.       - Двести тысяч, говорю.       Отвлекаясь на разговоры, попивая десятую кружку кофе и зевая каждую секунду, несколько рабочих и не заметили, как в ночи на листовке с розыском девушки из Норт Блю вместо награды в двести тысяч белли появилась цифра немного больше. В тысячу раз.

***

      Ночь у Энн выдалась, мягко сказать, невесёлой. Ей ничего не снилось. Блаженная пустота и туманность сознания давали возможность мозгу отдохнуть от переливающихся разноцветных картинок и поиска хоть какой-либо логики в них же. Она помнила лишь, что этой ночью было очень даже тепло. Видимо, в столь влажные прохладные сумерки её вновь согревало пушистое горячее кошачье тело.       Первое, что почувствовала девушка при пробуждении, были пульсирующие от боли ладони. Она с трудом разлепила отчего-то мокрые глаза, лёжа ко входу, отчего прохладный гуляющий воздух неэтично проникал под плотный комбинезон, обдувая холодными языками пропитанную влагой и потом футболку, прилипшую к спине. Жара костра за спиной уже не ощущалось. В местах трения влажной плотной ткани о кожу начиналось раздражение, предвещая скорое появление болезненных прыщиков и сыпи.       Энн медленно села, опираясь на рёбра покалеченных ладошек. Тёмное небольшое пятно красовалось на плече зелёной футболки, обнажившейся из-под комбинезона. «Кровь? Видимо, от ладоней.» - подумалось ей, когда перед глазами предстала красная мозолистая кожа, слегка влажная от некоторых лопнувших пузырьков. Но открытых ран не наблюдалось. «Плечо?» - она тронула перебинтованную руку. Сухо.       - Ло? - Энн обернулась, окидывая взглядом импровизированный лагерь.       Он лежал спиной к ней вблизи уже тлеющего костра. Его напряжённые и зажатые мышцы напоминали натянутый до предела крепкий волос на гитаре пирата-музыканта, заводящего ритмичную трель живительной песни пред ударами о скалы. Казалось, он вот-вот коллапсирует, сжимаясь до бесконечной малой точки.       Факт того, что он лежал столь близко к ней, отошёл на задний план, когда она мягко, почти не касаясь, положила ладонь ему на плечо и, не прилагая почти никаких сил, перевернула того на спину и увидела его измождённое лицо. Покрытый испариной лоб, рваное дыхание и окровавленный рот. Блондинка тут же в панике коснулась его кожи, температура превышала норму. Его била крупная от озноба дрожь.       Тепла от костра было очень мало. Энн подскочила на ноги и бросилась к лежащим недалеко веткам. Те были прикрыты кусками ткани и лежали на сложенных друг на друга листьях, часть из них заметно стала влажной, отдавая запахом затхлой древесины. Спотыкаясь о собственные ноги и чуть не раздирая колени в кровь, девушка судорожно спасала тёплый огонёк. Сделав из крупных веток шалаш, девушка быстро подкинула в центр валяющиеся рядом лоскуты журналов, активно питая пламя кислородом, откашливаясь после каждого усердного выдоха. Сила работы лёгких, и пламя вновь начало отплясывать театр теней на ткани брезента.       Если костёр удалось восстановить до его первоначальных размеров, то вопрос о том, что делать с капитаном, висел в воздухе дамокловым мечом.       - Ло?.. - Энн присела на колени возле него, слегка хлопая по плечу.       Она трясла его около минуты прежде, чем он смог разлепить глаза. Он не сразу взглянул на накама, стараясь собрать раздвоенное изображение перед глазами, любезно воспринятое отравленным мозгом. Обеспокоенное девичье лицо казалось просто размытым жёлтым цыплёнком, а отблески трескающего рядом костра заменяли яркие фонари на тех самых вечерних детских фестивалях. Силуэт маячил перед глазами, совсем как он... Ещё и эти цыплячьи волнистые волосы.       - Не начинай... - сказал он с придыханием.       - Я чуть коньки не отбросила следом. Как ты?       - Паршиво.       Она вновь тронула его горячий лоб, беря в свободную руку стоящую рядом бутылку, на дне которой плескались остатки пресной воды. Оторванная ткань бывшего парусника послужила отличным компрессом, что могло хотя бы на несколько минут подарить капитану блаженное чувство прохлады в голове и вернуть ему толику ясности мыслей. Но победить крупную дрожь, что порождала жалобный треск и писк сдавливающихся под ним больших листьев лежанки, было уже не по силам. Пришлось вновь тревожить навес из плотной ткани. Отрывая внушительный кусок, пришлось приложить немало сил. Плечо ныло, а пострадавшие ладони горели так, будто она съела какой-то фрукт, способный вызывать пламя прямо из ладоней.       - Это последствия яда? - спросила она тихо, укрывая Трафальгара и бросая взгляд на окровавленную штанину.       Он молчал, не сводя взгляда с вида ночного неба в потолке «палатки», из которого вовсю валил чёрно-серый дым от догорающих цветастых страниц. Одна половина его лица была обласкана оранжевым светом, вторая - скрыта в ночной тени. В отражении его серёжек Энн разглядела своё искажённое лицо, подмечая узколобость своего черепа и внушительного размера подбородок. Нервный смешок так и не раздался с её уст, но отчётливо пронёсся эхом в голове.       - Все ампулы, кроме одной, в том рюкзаке были разбиты, осталась чуть больше половины противоядия, на которой я смог протянуть пару суток. В моём организме ещё осталась часть, но я, вероятно, смогу протянуть ещё несколько дней.       - Почему ты не сказал? - понадобилось собрать в интонацию большое количество укоризненных ноток, но вышло, скорее, жалобное мяуканье. Он перевёл туманный взгляд на Энн, встречаясь с зелёным глазами. Он будто тянул интригу до победного конца, но появившаяся ухмылка на этой наглой морде...       - Не захотел.       - Беспечно... - от безысходности она опустила голову.       - Поверь, к вопросам жизни, особенно своей и своих накама, я никогда не отношусь беспечно.       Он молчал, вновь обращая взгляд наверх. У Энн мозговой штурм в голове глушил любые попытки работы голосовых связок. Но какой у них выход? Ждать те несколько суток? Если он смог как-то помочь Энн с её проблемой, то способен сам избавить себя от яда, только вот ничего похожего на меч или даже нож поблизости, да и скорее всего на всём острове, не наблюдалось. «Люк. Вдруг там есть хоть что-нибудь?...».       - Мы не одни, - прервал он тишину, не отрывая от потолка глаз.       - Чего?..       Энн медленно перевела взгляд в густые джунгли, боясь увидеть хоть что-то, не вписывающееся в общую атмосферу местности. Но там, за густыми тёмными листьями, виднелись лишь знакомые оранжевые яркие глаза. От облегчения лёгкие вмиг расслабились, позволяя сделать новы вдох.       - Иди сюда, - тихо позвала девушка, приманивая животное рукой и не замечая скептический взгляд капитана снизу. - Кис-кис.       Кошка в кустах двинулась, глаза светлячками поднялись выше, будто всё это время она была в режиме охоты. Ничего не предвещало беды, пока пара глазных фонариков не начала подниматься всё выше, и выше...       - У нас гости, - заключил капитан, когда на них из-за нависших листьев, ломая ветки под собой, вышла высокая обнажённая женщина, пикантные части которой так удачно прикрывала окружающая листва.       Свет костра отбрасывал танцующие тени на лицо женщины, подчёркивая гладкость её молодой кожи. Вытянутое лицо, худая фигура и длинные прямые чёрные волосы, струящихся водопадом по угловатым плечам. Расширенные кошачьи зрачки с присущим любопытством рассматривали блондинку. Энн сразу бы сказала: это была невероятной красоты женщина, облачённая в ауру тайны, разгадка которой таится глубоко внутри. Если бы Энн надела на себя полностью закрытую одежду, в ней было бы и то меньше загадочности.       Девушка, не отрывая глаз от гостьи, с самым невинным выражением на лице медленно прикрыла Трафальгару глаза ладонью.       - Если что, то меня не впечатлить женским обнажённым телом.       - Вы?.. Вы голая, - выпалила Энн первое, что пришло в голову.       Женщина молчала. Она продолжала гулять взглядом по лицу Энни, будто стараясь запомнить её черты, впечатать в память. Или, наоборот, старалась выхватить из её глаз толику обмана, лжи, неискренности. Присматривалась, принюхивалась, исследовала. Не шевелясь, стоя в одной и той же позе. Казалось, что она даже не дышала, только изредка моргала, что и являлось сигналом о том, что гостья их лагеря всё ещё в мире живых и совершенно им обоим не кажется.       - Энн, - позвал капитан снизу.       - Эм... - блондинка всё также держала руку, опустив на несколько секунд взгляд к Ло, затем вновь вернув его на женщину. - Мяу, мяу-мяу?..       - Это не так работает! - воскликнул капитан.       Спусковой крючок. Черноволосая дёрнулась, будто механическая игрушка, медленно и плавно, делая шаг за шагом, направилась мимо пиратов к выходу на пляж. Было видно, что человеческие шаги даются ей трудно: стопа постоянно норовила подвернуться, а пальцы будто вцеплялись в землю. Энн проследила за ней взглядом. Незнакомка остановилась аккурат возле свисающего куска брезента, что доставал ей до плеч, оставляя на лицезрение луне лишь обнажённое тело.       Женщина оглянулась, выжидающе уставившись на девушку, сидящую возле пирата.       - Ло, она меня куда-то зовёт, - прошептала Энн Трафальгару в самое ухо, отчего он сразу же дёрнулся.       - Никогда так не делай, - прошипел он.       - Я скоро приду, - проигнорировала она, сразу убирая ладонь с его глаз, но тут же натягивая охлаждающий компресс.       - Невыносимо... - пробурчал он себе под нос, убирая влажную ткань, когда Энн уже подошла к незнакомке.       Энн остановилась в полуметре от черноволосой, стараясь отдышаться после резкого рывка с земли, так как от нетерпения и любопытства, она довольно резво подскочила на ноги. Та не шелохнулась, уткнувшись лицом в серую парусную ткань. Неловко перебирая ноги, Энн долго и терпеливо выжидала дальнейших действий. Но как раз невозможность более терпеть толкнуло девушку к следующему:       - Вот, - Энни приподняла парусину выше, почти вставая на цыпочки, - проходите.       Женщина нечитаемым взглядом оглядела совсем юное лицо. Казалось, Энн сейчас доживает свои последние минуты, её съедят здесь без зазрения совести. Страх перед неизвестностью кипятил кровь не хуже, чем ощущение скорой смерти. Может, ей сейчас оторвут руку? Или ногу?       Незнакомка, не сдвинувшись с места, уселась на землю, активно облизывая кисть правой руки до такой степени, что кожа на руке отблёскивала лунный свет. А в конце процедуры вся эта «прелесть» намазывалась на женское лицо.       - Эй-эй... - послышалось одновременное от капитана и Энн.       Девушке вновь пришлось насадиться на острый как шпага кошачий взгляд. Блондинка снова опустила ткань, не отрывая взгляда от женщины. Та вновь поднялась на ноги и уткнулась лицом в брезент.       - Подтолкни её, - сказал капитан, прикрыв от усталости глаза. Сбоку слышался какой-то шорох, а затем тишину разбил задорный юный голос:       - Смотрите, капитан! - весело отозвалась Энн. Повернув голову в сторону веселящейся девушки, он наткнулся на следующую картину: накама, сидя на корточках, елозила по земле палкой с привязанной тряпочкой, а незнакомка старалась схватить её руками.       - Нашла время! - прикрикнул Трафальгар.       - Пойдёшь к нам в команду? - спросила девушка, продолжая умиляться.       - Это не тебе решать!       - Ло, что с ней не так?       - Так ведут себя абсолютно все кошачьи. Разве ты не знала? - он скептически поднял бровь, поворачивая голову в сторону накама.       - Нет.       - И почему же? У вас не было кошек?       - Потому. Не было. Их всех съели, - без зазрения совести сказала Энн.       Женщина-кошка, сидящая всё это время на земле, резко прервала свою процедуру, от испуга раскрыв рот. В воздухе повисла тишина, прерываемая каким-то жужжанием из джунглей. Трафальгар от этого факта выглядел не менее удивлённым, чем вызвал вопросительный взгляд накама.       - А? А-а! Вы не подумайте, их ели только зимой! А сейчас же лето! - она нервно посмеялась.       - Это не меняет положения! - закричали капитан и женщина одновременно.       - Вы разговариваете?! - вскликнула девушка.       - Конечно, разговариваю. Просто с едой не принято вести беседы, ня, - прозвучал высокий голос с истеричными нотками.       - Мы не еда! - Энн начала потихоньку уползать в сторонку.       - Он - нет, он уже тухнет, а вот ты, ня... - женщина хищно облизнулась, пока блондинка в панике вытирала выступающий на лбу пот от страха.       - Это ведь ты принесла нам рюкзак? - спросил Трафальгар.       - Кстати, а как вас зовут? - спросила следом Энн, ползком добравшаяся до лежащего капитана и присевшая возле него на корточки. Пришлось вновь прикрыть тому глаза, получив словесные оплеухи.       - Меня называют Мор. А мои дела - это... - она выдержала длительную паузу, - мои дела.       - Это не вы случайно тогда набросились на меня возле люка? - аккуратно прощупывала почву девушка.       - Вам туда нельзя! Вы чужаки! Мне не о чем больше с вами болтать, ня, - и с этими словами на устах незнакомка, как могла, резво покинула их компанию, пропадая из виду средь джунглей.       - Знаешь... - просипел капитан.       - М?       - Я бы вскрыл её...       - Э-э?!       - Она оборотень, - сказал он, откашливая внушительный сгусток крови.       - Сейчас стоит думать о том, как избавить тебя от яда. Такими темпами ты откинешь лапы быстрее, чем предполагаешь.       - Это точно, - послышался голос со стороны входа. Блондинка резко дёрнулась от неожиданности, подавшись вперёд, наткнулась на препятствие в виде капитана и поцеловала лицом землю. Со стороны Трафальгара послышалось лишь приглушённое «Ух».       - Ай-ай, - приподнялась девушка, потирая ушибленное личико, - Кто... Кто там?! - воскликнула она, разминая ушибленный нос.       Облачённый в длинное тёмное пальто, скрывающее тело, стоящий в полный рост парень скрывал своё лицо за яркой оранжевой кепкой. Крайне плохая конспирация товарища отходила на второй план, уступая место неописуемому восторгу, что испытала девушка.       - Мир! Как я рада тебя видеть! - громче положенного обрадовалась девушка, кидаясь к новому товарищу. Обнимать его за столь короткий промежуток их знакомства казалось крайне неуместным, поэтому она просто пожала тому руку, самостоятельно взяв его конечность в свою. - Как тебе удалось сюда добраться? - спросила Энн, проследив за неуверенными в полутьме шагами товарища, медленно направляющегося на голос блондинки, когда та подошла обратно к капитану. Лицо последнего стало напоминать белую фарфоровую чашку, стоящую на краю круглого стола. У него уже не было сил что-то говорить, он лишь мельком окинул взглядом прибывшего друга и тотчас провалился в спокойный спасительный сон, зная, что проваливается в сновидения будучи уже в надёжных руках.       - На ласточерепаха, - ответил Мир, присаживаясь на корточки возле Трафальгара. Он не нуждался более в помощи координатора, поскольку в его мутных глазах белое пятно чётко выделялось на фоне земли и листьев.       - А-а, - протянула девушка, но тут же сосредоточенно пробормотала: - Ло нужна помощь. У тебя есть противоядие от яда, которым были покрыты стрелы главы острова?       - Есть, - нужный пузырёк был найден не сразу. Как оказалось, Мир крайне любил плащи с внутренними карманами, где можно было найти что угодно: от пирожных, которые любезно были всунуты девушке в руки, до коллекции молотков разного размера. А банальной бутылочки воды там отродясь не водилось, зато было неплохое саке.             - Мир, - нарушила неловкую тишину Энн, делая маленький глоток горячительного напитка после того, как последняя склянка противоядия была влита в рот капитана, - как там остальные ребята? Что происходит «снаружи»?       Мир ответил не сразу. Он опрокинул целую чашку алкоголя в рот и заговорил:       - Накама схватить дозор. Я успеть сбежать, когда стража отвлекаться. Их пока не опрашивать, ждать решение вице-адмирал Гарп.       - Их пытают? - тихо поинтересовалась она. Парень лишь мотнул головой.       - Всё хорошо, более менее.       - Ты знал, что ласточерепахи помогут нам добраться сюда. Откуда?       - Остров - мой бывший дом.       Энн замолкла. Да, здесь были следы некогда побывавших здесь людей: парусник, ящики, бутылки, люк. Но чтобы кто-то здесь жил? Остров, что окружён песком и палящим солнцем. И остров, внутри которого непроходимые влажные джунгли, прохладный воздух которых проникает под кожу.       Мир замолк, в голове пчелиной пасекой отфильтрованные по этапам жизни воспоминания. И в одном из самых пошарпанных улий родились самые чудесные и одновременно горькие воспоминания, короткими вспышками проскальзывающие в ячейках медовых горьких сот.       Корабль, отправившийся в экспедицию около двадцати лет назад, вëз на своем борту небольшую группу учëных-энтузиастов. Смерть в невозможности познать природу окружëнных водной стихией клочков земли, веснушками разбросанных по морям, была хуже, чем смерть от рук разбойников или пиратов. Они не были заинтересованы в истории или политике. Объеденëнные одной идеей люди разных сортов сошлись лишь в одном: они хотят изучить необычные погодные аномалии островов. Шерстя ночами газеты, книги, энциклопедии, проникая на базы дозора, они по крупицам собирали сведения. А затем отправлялись прямиком к предопределëнному острову.       Прибыв на Спиральный остров спустятри года после начала экспедиций, учëные столкнулись с очередной непростой для них дилеммой. Исследования острова шли довольно долго и безрезультатно, именно в один из дней отец Мира, являющийся самым молодым специалистом из их группы, встретил будущую жену, что подарит ему сына.       Тогда на весь мир прогремела новость об уничтожении правительством острова Охара. В панике несколько человек решились на самостоятельное путешествие, кто-то отправился обратно к семье, накладывая на лапу золото швартующимся торговым брикам. Кто-то выкупал маленькие, но крепкие лодки с одной мачтой, уповая на благосклонность известных только им богов.       Отец Мира день и ночь трудился над разгадкой этого острова, не желая терять ту тонкую нить, что медленно распутывалась из клубка тайн, но запутывалась в ниточные тропки сомнений. И как только на свет появился его сын, разгадка была найдена. И желание изучать уже живых существ, природа которых смогла сформировать землю необычной формы, стала двигателем в том, чтобы молодая семья перебралась в место обитания ласточерепах.       Построенный бункер был необходим, долго жить в перепадах температур было крайне затруднительно и опасно. Аномалия этого неизвестного острова пудоражило новичка, который отказался бросать свою любимое дело. Их единственной связью с внешним миром оставалась пришвартованная на берегу одномачтовая лодка. Парень помнил, как отец учил его грести вëслами, блестал обретëнными знаниями, позаимствованные у коллег. Это были любимые моменты единения с отцом.       Мать была заботливой, местами спокойной и лояльной, но были моменты, когда решительность и расчëтливость занимали первые рядыряды в случаях повышенной опасности. Ласковые, слега грубые руки, измождённые ручной работой, гладящие по макушке. Он уже начал забывать еë лицо, лишь помнил еë прямые длинные волосы, всегда свисающие с лица, так как ростом она была на голову выше отца.              Изучая флору и фауну, проводя долгие часы за разговорами с медлительными ласточерепахами, часами разглядывая чистое небо с ярилом на небосводе, учëнный лишился зрения, а лицо и руки покрылись глубокими морщинами. Долгие исследования под палящим солнцем без защиты вызвали повреждение сетчатки, и даже после частичной слепоты он ни на секунду не остановился, продолжая свои навязчивые гипотезы. То было похоже уже на сумасшествие, помешательство, безоговорочное подчинение своим амбициям и целям.       Тогда-то это и случилось. От потери возможности видеть отец начал впадать в безумие, мать не справлялась с ним. Видеть, как некогда заботливый и любящий отец трансформируется в умалишённого незнакомца, было невыносимо душевно больно. Он сорвался от невозможности больше видеть и иметь возможность прочитать или написать что-то. Он толкнул свою любимую, отчего та всем своим весом приложилась об острый край столешницы виском. В помутнённом состоянии мать схватила сына на руки и кинулась прочь. Вылезти из бункера было куда сложнее, чем бежать к качающейся на волнах пришвартованной лодке на берегу. Маленького сына женщина посадила в лодку, которую изо всех сил пыталась вывести на воду. Но подоспевший мужчина не хотел отпускать несчастных, поэтому намеревался разбить лодку вдребезги, но откуда ему было знать, что в ней уже сидит родной сын. Мать, вставшая на защиту, встретила головой железную ржавую арматуру. Хруст и хрустящий удар тела о песчинки.       Тогда Мир впервые слышал горький плач отца, что захлебывался от последствий своего самого жестокого поступка. А затем отец пропал. Мальчик видел, как тот уходит в сторону бункера, но после этого на острове ребёнок его больше не видел.       Разбирая записи отца и кучу всяких железяк, выявлялась корреляция гения и безумца. Тогда Мир начал от скуки читать медицинскую литературу, чтобы понять, можно ли было спасти хоть что-то: отца или его зрение. Шустро бегая по белым страницам с бледными серыми буквами в полутьме бункера, зрение тоже стало его покидать. И он покинул остров. Дом.

***

      - Капитан, там остров! - чей-то далёкий, но чёткий крик вырвал Энн из полудрёма. Она и не помнила, как они все свалились в спасительный сон вслед за капитаном.       Энн агрессивно протёрла глаза, бегом преодолевая расстояние между джунглей и выходом к берегу. Она щурилась в надежде, что сможет разглядеть хоть что-то, но глаза предательски выцепили развивающейся на мачте чёрный флаг с черепом и костями.       - Там кто-то есть! На берегу! - послышался следующий крик незваных гостей. И девушка тут же помчалась в чащу к капитану.       - Ло! Сюда приближается пиратский корабль, - помятое лицо Трафальгара со сщуренным глазом вопросительно взглянул на девичье. Мир, лежащий неподалёку, тоже встрепенулся.       - Они швартуются.       - Не в моих правилах убегать так сразу, - просипел капитан.       - Мы не должен попадаться им на глаз, - сказал Мир, оттряхивая от пыли и присохшей грязи полы своего пальто.       - Согласен, - устало проговорил Ло. Хоть он и привык вечно не досыпать, но с учётом его плохого самочувствия бессонная ночь явно отразилась на его лице. Увеличенные тёмные круги под глазами, покрасневшие белки глаз и опустившееся лицо.       - Мы мог убраться с остров на ласточерепаха, но они сейчас спать на берег, - рассуждал Мир, сложив руки на груди.       - В джунглях можно укрыться, я видела небольшую скалу с водопадом. Может, нам удастся скрыться за ней? - спросила Энн, нервно поглядывая из-за скалы на море, тёмное пятно пиратского корабля уже имело внушительный размер. Ещё несколько минут, и он пришвартуется на берегу.       - Энн, - позвал её капитан, девушка тут же отпрыгнула в страхе, - ты упоминала какой-то люк в земле. Отведёшь нас туда?       - Но та женщина сказала, что нам туда не следует ходить! Вдруг там нас ждёт ловушка или там просто опасно?       - У нас нет другого выхода, я слишком слаб, чтобы драться, да и Кикоку у нас нет, - сказал Ло, прочищая горло.       - Он прав, Энн-сан, - согласился Мир. - Вот, одеться скрытно, - сказал Мир, кидая из-за пазухи пальто рюкзак в руки девушки.       Она достала оттуда парочку одинаковых чёрных толстовок и таких же мешковатых тёмных штанов. И один комплект тут же был передан Ло. Энн надела вещи поверх своей футболки, решив снять мешающие бриджи. Плечо ныло уже не так сильно, толстовка оказалась тёплой, что казалось только плюсом. Переодевались двое спиной к друг другу, не смущаясь слеповатого Мира, который, всё же, ради приличия, отвернулся.       - Всё, теперь вас трудно заметить, - сказал Мир. На что Энн и Ло одновременно подумали: «Да ты своей кепкой выделяешься куда больше.».       - Вперёд, - скомандовал капитан, кивая Энн с намёком в джунгли.       Та послушно, но со вздохом, направилась вглубь джунглей, услышав плюхающийся звук. Кто-то поставил якорь.       - Вот мы и на неизведанном острове! - сказал блондинистый мужчина, ступив на остров одной ногой, когда их небольшая лодка пришвартовалась к берегу.       - Капитан, здесь явно должны быть сокровища! - сказал ему накама - высокий парень с длинными волосами голубого цвета.       - Да! - крикнули другие накама. - Наш капитан Беллами обязан найти сокровища!       - Вперёд, капитан! Перевернём этот остров вверх ногами!

***

      Троица пробиралась сквозь густые заросли, иногда дёргаясь от резких, но глухих вскриков Мира, когда очередное насекомое смело шевелить своими лапками по его кистям и лицу. Узнать, что этот серьёзный на вид парень боится насекомых, казалось довольно забавным и беззлобным. Капитан же шёл невозмутимо, но довольно медленно, поэтому под конец Мир практически тащил того на себе, но Энн этого уже не видела, так как её послали далеко вперёд, лишь бы она не выказывала и толики жалости к подобному виду капитана.       Они быстро нашли водопад, смогли вдоволь напиться и хоть как-то заглушить желудочные возмущения от долгого отсутствия хоть какой-то полноценной питательной пищи, из которой могли бы получать энергию. А вот на поиски заветного люка потратили достаточно времени, пару раз проходя мимо одного и того же водопада. Терпение начало покидать их компанию, и заветный люк блеснул в земле. Он оказался частично вновь закопан обладателем больших когтистых лап. Но всё ещё сквозь влажную почву проглядывалась металлическая крышка.       Трафальгар подошёл к скрытому животным наспех люку и стал закапывать его пуще прежнего, помогая ногами, всё больше скрывая в сырой земле металлическую конструкцию. Мир стоял в стороне, вслушиваясь в непроглядные лесные дебри. Получив нагоняй от капитана, что стоит ему всё же помочь, Энн и Ло довольно быстро скрыли за слоем почвы скрытое отверстие в земле. Со временем и Энн с капитаном начали различать в шуме джунглей проскальзывающие чужие голоса.       - Мир, - позвал его Трафальгар.       Парень послушно сел возле места, где секунду назад красовался неизведанная конструкция, и применил способности своего фрукта, создавая в земле круглое отверстие, попутно становясь меньше телосложением.       Перед компанией обнажился уходящий вглубь тоннель с приваренной к стенке лестницей из тонких металлических прутьев. Первым полез Ло, затем Мир пропустил вперёд девушку, следом залезая сам на ощупь. И как только голова парня в оранжевой кепке оказалась на уровне с землёй, он руками закрыл образовавшуюся дыру в земле.       Темнота резала глаза, пару раз товарищи наступали ногами на пальцы друг друга, периодически шикая или ругаясь нецензурными выражениями. Мир же не чувствовал себя особенно неправильно. Он привык отличать день и ночь, но двигался в особенности используя другие чувства восприятия. А вот стены изрядно давили на Энн. «Кажется, у меня развивается клаустрофобия.» - думалось ей, когда начинало не хватать воздуха. Нехватка же начала ощущаться куда сильнее, когда рецепторы уловили дурной сладковатый затхлый запах, усиливающийся с глубиной.       И вот капитан, идущий «впереди» всей коалиции, достиг земли, о чём тут же оповестил спутников:       - Мы достигли конца, у кого-то случайно не завалялось источника света? - спросил он, когда Мир спрыгнул вниз вслед за Энн, случайно её толкнув, но тут же извиняясь перед девушкой.       - У меня точно нет, - сказала она.       - Это всё, что есть, - сказал Мир, доставая из-за пазухи пальто фонарик.       - Откуда это всё у тебя?! - одновременно крикнули капитан и девушка, лица которых тут же осветились ярким кружком света, отчего они тут же зажмурились.       - Ладно, - сказал вздохнувший Трафальгар, беря в руки фонарик, - пройдём дальше. Что-то мне подсказывать, нас ждёт там сюрприз, - сказал он, направляя свет в длинный круглый тоннель, обшитый металлическими пластинами.