Глава первая

      Полли услышала шаги на лестнице где-то около полуночи и сразу перестала мыть пол.

Раз, два, три, четыре, пять.

Каждый шаг соответствовал удару сердца. Её пульс подскочил, сердце остановилось где-то высоко в горле.

Раз, два, три, четыре, пять.

Она узнала осторожную поступь. Это был нерешительный шаг, не тяжёлый, как у солдата, не быстрый и лёгкий, как у лорда Беккета. Нет, шаги были шёпотом, тихими звуками, которые касались тишины, но едва нарушали её. Полли бросила тряпку обратно в грязное ведро, упёршись руками в мыльный пол.

Раз, два, три, четыре, пять.

Страх скрутился у неё внутри, и это был безымянный трепет, ужас, порождённый чем-то, что она различала в тени, но никогда не видела. Полли поднялась на ноги и прижалась к прохладной уютной стене. Возможно, на неё не обратят внимания, как обычно игнорируют слуг. А затем пауза, ужасная пауза, которая заставила Полли скрутить и сплести руки на своём грязном фартуке. Она ждала. Тени, казалось, наконец расступились, уступив место белому лицу и двум проницательным глазам. Полли наблюдала, как женщина скользнула по коридору, и за ней последовал слабый шорох, звук плаща, волочащегося по полу. И, несмотря на свой страх, Полли старалась не показывать своего всепоглощающего презрения. Она ненавидела это существо, призрак, который приходил и уходил, а потом появлялся снова. О, как она ждала того дня, когда женщина никогда не вернётся, женщина, которая позволяла крови гнить у неё под ногтями. Фигура остановилась только на полпути по коридору. Желчь подступила ко рту Полли. Ведро… она совсем забыла. Медленно, женщина отодвинула ведро с водой самым кончиком пальца ноги. Полли прижалась к стене и спряталась от её обвиняющего взгляда. — Тебе захотелось понаблюдать, — мягко сказала женщина. — Да, миссис Прайор. И поскольку этого требовала привычка, Полли присела в реверансе. Миссис Прайор рассмеялась своим холодным, низким смехом, который завис и угаснул в темноте. — Глупая девчонка, — пробормотала она себе под нос,  — Приседать в реверансе перед такой, как я. Глупая девчонка.

***

      Лорд Беккет постучал пальцами по краю стола, каденция напоминала какой-то полузабытый марш из прошлых лет.

Раз, два, три, четыре, пять. Раз, два, три, четыре, пять.

Легато превратилось в стаккато, как только его терпение уступило место раздражению. Где она? Клянусь Богом, у неё ужасная привычка опаздывать. Рядом стоял пустой бокал из-под портвейна. Последние тёмные капли напитка уже давно испарились в липком воздухе, и Беккет уставился на стакан, как искушаемый Адам. Но нет, от спиртного его клонило в сон, и сейчас он не мог рисковать задремать. Тогда она могла бы подкрасться к нему незаметно, и о, как он ненавидел это. Балконные окна уже были закрыты ставнями, позволяя проникать в его кабинет только приглушённым ночным звукам. Ругань матросов, сопровождаемая хриплым смехом, эхом отражалась от деревянных планок и запертых окон. Беккет прислушивался к раскатам грома, надеясь, молясь, чтобы поздняя гроза избавила от мучительной жары. Тонкая струйка пота стекала по его лбу.

Раз, два, три, четыре, пять. Раз, два, три, четыре, пять.

Марш перешёл в весёлый деревенский танец. Где же она? Скрип и треск возвестили об открывающейся двери. Лорд выпрямился в кресле. — Миссис Прайор? — Да, милорд. Он расслабился. — Могу я спросить, почему такая задержка? Вы должны были прийти час назад. — Мои извинения. Миссис Прайор закрыла за собой дверь и осталась стоять на своём месте в тени, избегая света свечей, льющегося вокруг стола лорда Беккета. — Всё кончено? Он искал её в темноте, болезненное любопытство напрягало его глаза. Катлер хорошо знал её фигуру и черты лица, но всё же он был не из тех, кто отворачивается. — Подойдите ближе. Его призыв явно не понравился миссис Прайор. Она вздохнула и сбросила плащ с плеч, шагнув вперёд только после минутного колебания. Беккет перестал барабанить пальцами. — Всё кончено? — снова спросил он, когда она вышла на свет свечей. — Да, милорд, хотя мне пришлось нелегко. — Ну, я никогда не ожидал, что это будет легко. Миссис Прайор стояла, сложив руки перед собой и склонив голову. Её волосы были собраны сзади в косичку, и в этот вечер её фигура была более мужественной, грудь мастерски скрыта под тёмным пальто. Не то чтобы было что скрывать, подумал Беккет с лёгким разочарованием. Жалость. В противном случае она бы ему очень понравилась. Но обязанности миссис Прайор не были блудливыми, по крайней мере, не в большинство ночей, когда ему было не так скучно. Нет, она обладала исключительной способностью, редкой чертой характера, которую он использовал для собственной выгоды. Её лицо было круглым, детским…невинным. Лорд Беккет откинулся на спинку стула и уронил руки на колени. Мало кто подозревал её в злодеяниях, когда она спешила по улицам в окровавленных юбках. Нет, она была акушеркой, по крайней мере, так она говорила прохожим. И для женщины такой профессии было совершенно нормально носить на себе печать своей работы. Никто не подозревал молодую женщину, которая часто посещала таверны и развлекала мужчин заученными словами и напитками. Конечно, никто не заподозрил бы и тихого мальчика, который любил гулять в тумане холодными ночами и наблюдать, как моряки выполняют свои обязанности на борту кораблей военно-морского флота. И, безусловно, никто не подозревал, что хозяйка холостяцкого дома Беккета — нечто большее, чем любовница. Лорд подозвал миссис Прайор поближе, опасно согнув указательный палец правой руки. Она поняла и полезла в карман пальто за пачкой писем. Они были небрежно брошены на стол. — От губернатора? — спросил он, положив руки на самый верх пакета. — Коллегам в Англию, — ответила она. — Он беспокоится об этом лорде Беккете. — Хорошая девочка. Я надеюсь, вы нашли дорогу в его дом? Миссис Прайор пошевелилась. — По поводу этой задержки, милорд, видите ли, там был садовник. Он не поверил, что я молодой парень, который просто вышел погулять на ночь. — О? — Я должна была покончить с ним, милорд. Никто не слышал, никто не заметил. Губы Беккета сложились в благодарную улыбку. — Хорошая девочка. Тишина, Катлер Беккет ненавидел её молчание. Миссис Прайор была не из тех, кто высказывает своё мнение, поджимая губы в ту прямую тонкую линию, которая мучила его. Мужчина часто задавался вопросом, что зрело у неё в голове, какие неблаговидные и тёмные вещи гноились и разрастались там. Он встал, отодвинул свой трон-кресло и обошёл стол. Миссис Прайор нервно отступила на шаг. Беккет улыбнулся, наслаждаясь её оправданным страхом. Даже убийцы боялись его. — Камилла, — обратился он к ней по имени, и это казалось почти грехом — раздевать существо с таким небрежным названием. — Я хотел бы знать, что вы думаете об этом деле. — У меня не так много мыслей, милорд, — сказала она. — Я делаю только то, что мне говорят. — Да ладно вам, не ведите себя как идиотка. Она ничего не сказала, но склонила голову. Беккет сжал кулаки. Он ненавидел её непристойно вежливые манеры, почему-то это казалось насмешкой. Женщина с окровавленными руками и в бриджах не должна быть вежливой. — Что мне делать с Суонном? Хм? Полагаю, у вас должно быть своё мнение. Вы достаточно угрожали этому человеку. Она снова склонила голову. — Да, милорд. — Ну? Больше нерешительности, больше осторожности, и, клянусь Богом, он так ненавидел это. Миссис Прайор перевела взгляд с ковра на его ботинки, а затем, наконец, остановилась на его голенях. — Я бы убила его дочь, — с надеждой прошептала она. — Она бесполезна для нас и служит только для того, чтобы отвлекать его. — Да, но всё не так просто. Беккет скрестил руки на талии. — Почему? Она не любила, когда её подталкивали, и её прищуренные глаза были свидетельством этого. — Губернатор замышляет отправить её в Англию. Он связывался с капитаном корабля, своим другом. — Тогда почему бы вместо этого не убить знакомого? — Я бы предпочла убить её. Беккет тронул её за плечо. — В вас есть что-то странное, необычное, любопытное. Тогда она осмелилась встретиться с ним взглядом. — Я делаю только то, что мне говорят, милорд. — Тогда поцелуйте меня. Миссис Прайор подчинилась, её холодные вдовьи губы коснулись его губ, задержались на мгновение, а затем отстранились. Беккет подавил разочарованный вздох. В этой женщине не было страсти. — Вы знаете, даже меня назвали бы безжалостным за то, что я отправил дочь губернатора на виселицу, — сказал он. Миссис Прайор улыбнулась, и это был всего лишь намёк на радостную улыбку. — Я была в тюрьме, милорд, и она в ужасном состоянии. Если бы у какого-нибудь сумасшедшего было достаточно сил, он мог бы вырваться и задушить бедную девушку. Она там одна, так и есть. Никто бы не заметил, никто бы не услышал. И тут Беккет вспомнил, зачем он вообще её нанял. — Хорошая девочка. Это было такое же согласие, как и любое другое, и миссис Прайор восприняла его таковым. Она ещё раз склонила голову, взяла свой плащ и вышла из погруженного в полумрак кабинета. Но долгое время лорд всё ещё слышал её шаги в коридоре.

Раз, два, три, четыре, пять.