Первая и единственная

Глава первая Жизнь не сахар. Все это понимают, но лишь немногие пытаются вырваться из круговорота неудач. Наш герой не из их числа. -Г-гд-где я? Почему так воняет? Неужели от меня? Павел Александрович Феклушин — простой студент. Аспирант, если быть точнее. Учится он как и все ваши знакомые, а может и вы сами: не там, где хотел. Да он и не хотел. И специальность была не его, а уж о получении аспирантской степени он и желать не желал. Он приходит в университет на автомате, уходит домой также. Нигде не бывает. Ему не интересны бары, клубы. А если бы и было интересно, то все равно идти не с кем. Старых знакомых он всех растерял, а новых заводить не так уж и хочется. Дома его любимыми хобби были лежание на удобном, но довольно старом матрасе, а иногда рисование узоров на потолке взглядом. К сожалению, в аспирантуре приходится прерывать эти интересные занятия и готовиться к лекциям. Павлу нравилось вести лекции, но один раз. Он любил звук своего голоса, перекрикивающего всех в аудитории. Каждая новая лекция начиналась с дрожания ног. Кровь внутри так и бурлила, щеки наливались краснотой. Но как только материал был выставлен на показ одним, другим же доставались лишь объедки от оригинального выступления. Павел никогда не хотел образовывать этих «других». Да и первых тоже, но ему так нравится внимание… Кажется, отошли от темы. Мы здесь собрались не для истории о том что было, а о том, куда это его привело. Скажу сразу. В зоопарк. Павел, проснувшись на мокрой земле и сам сейчас это осознал увидев удивлённого не менее, чем сам Павел, слона, таращегося на него — Кажется, пора вставать, — подумал наш герой. — Каким же чёртом я оказался в зоопарке? Два часа езды от дома. И рядом никого. Перелезая забор вольера, Павел пожертвовал своей и без того уже рваной штаниной. Да и весь наряд был измучен будто после битвы с тем самым слоном. Постучав по карманам, Павлик достал телефон и проверил все входящие и исходящие, все соцсети. Ничего. Лишь беспокоящаяся о нем третьекурсница Тамара из того же ВУЗа, с которой завязалась случайная интрижка месяц назад, в очередной раз спрашивает, как у него дела. И в очередной раз получает в ответ «норм». Стоило бы и пойти уже домой, но внезапно появилось желание прогуляться по несчастному парку. Судя по новоприбывшим посетителям, зоопарк снова открылся. Никаких мыслей не посещало Павла в этот момент. Лишь дойдя до пингвиньего островка вспомнилась заначка с сигаретой на чёрный день. Но желание зажечь её и затянуться перекрыл приступ тошноты. С трудом, но удалось его сдержать. Пингвины уставились на гостя будто насмехались, будто помнили о вчерашнем вечере побольше его. Возможно, это и правда. Хоть и не осталось каких либо воспоминаний о вчерашнем вечере, Павел знал, что все было сделано как и планировалось. И поворачивать обратно было бесполезно. Сейчас вся оставшаяся жизнь будет для него лишь ожиданием неизбежного конца. Глава вторая Павел наворачивал уже третий круг, осматривая всех зверушек, каждый раз замечая кого то нового. Он шёл, хотя ноги практически и не слушались. Будто наконец почувствовал цель. Но какую? Это стоило бы тоже узнать. Вдруг кто-то потянул Павла за рукав. — Дяденька, с вами все хорошо? , — резко оглянувшись и едва не упав, аспирант смог разглядеть маленькую девочку, будто из какой то стандартной рекламы сока: красное платьице, туфельки и две косички, смотрящие в разные стороны. -Что? — Павел слышал вопрос, но не осознал значения слов. — Я вас вижу уже второй раз. Вы ходите туда-сюда, шатаетесь, а еще от вас плохо пахнет. Вы бомж? -Ч-то? Я? Почему это я бомж? — Папа говорил, что бомжи так и выглядят. — Не знаю, что там тебе наговорил твой папа, но я не бомж. У меня есть место жительства. Посмотрев по сторонам, Павел продолжил: -А кстати, где твой папа? — рядом не было никого. Взглянув на девочку ещё раз, он увидел её румяные щеки и натёртые докрасна глаза. — Ты здесь одна? — Я-я… Я не разговариваю с незнакомцами, — девочка сжала свои маленькие кулачки. -Ты уже заговорила, так что давай-ка без этих приёмчиков. Сама видишь по моему состоянию, даже если бы я был злым похитителем детей, то сейчас у меня и сил бы не было тебя утащить к себе в логово. Девочка нахмурилась, но не смогла сдержаться и засмеялась. -Ой. С вами точно не всё хорошо! Кто вообще говорит такое девочкам? Хи-хи. — Давай-ка не уходить от темы. Где твои родители? — Ну… наверное, дома. -*Ты сбежала от них? Почему? — Просто., -девочка начала нервно потирать плечо. — Просто с ними мне страшнее, чем одной. — О, как. Ясно. Я ищу жирафов, ты не видела их? — Да! Сейчас покажу! Павла никогда не волновали чужие судьбы. Ему не было до девочки дела, но лучше уж походить с ней сейчас, чем утопать в пустоте своих мыслей. — Так, может расскажешь, что ты здесь делаешь? — Может для начала представимся? — Ну, представься. Девочка нахмурилась, но ответила. -Меня зовут Степанида Сергеевна, но друзья могут звать меня Степашкой. Но для тебя я все ещё Степанида Сергеевна! — ухмыляясь ответила Степашка (мы с ней друзья). — А не слишком громко-то? С отчеством? Не мала ли для этого? — Знаешь, что, — девочка сделала сердитое лицо, но вовсе не сердилась. — Папу моего все так звали, значит и меня будут. Да и какая я маленькая, мне уже девять лет! — девять? Мда, а по твоему наряду не скажешь — Ах, какие мы наблюдательные! Как хочу, так вот и одеваюсь. — Ладно, — на лице Павла промелькнула улыбка. — Так, а что за история у тебя? И почему ты сказала «звали»? Было видно, что девочке неприятна эта тема, неприятно говорить о себе. Но, собравшись, начала: -Мой папа умер полгода назад, если быть точнее — пять месяцев и четырнадцать дней. Работал он прорабом на стройке. Упал кирпич, конец истории. -Ох, извини тогда, что заговорил о нем. -Да ничего, я смирилась, а вот для мамы это стало невыносимым горем. Начала много пить, со мной больше не разговаривает. Вообще, я иногда чувствую, что перестаю существовать для неё, но она все ещё готовит мою любимую еду. Последний раз мы общались, когда бабушка пыталась выселить нас из квартиры. К счастью, мы остались жить там. Я люблю ту квартиру. -Ясно. А сейчас-то что случилось? -Ох… Вчера же вечером мать посмела пригласить домой шумного любовника с его другом. Ну, о друге я сперва не знала. Раньше никогда никого не водила моя мама домой, оставалась где-то сама. -Ближе к делу давай. Мы точно идем правильным путем? -Да правильно-правильно. Но дай дорасскажу, раз начала. Прихожу я от подружки моей, Кати, домой. Мы давно с ней дружим. -И? -Ну, прихожу домой. Из гостиной доносились какие-то неразборчивые крики. Пошла я к себе без ужина. Вижу, дверь открыта моя. Захожу и вижу: везде разбросана моя одежда, учебники, а посреди комнаты возвышался огромный, с двух тебя, великан. Ещё и дневник мой держал, только сейчас вспомнила. Я двигаться не могла, не понимала, что мне вообще делать, но тут он начинает двигаться в мою сторону и, улыбаясь, говорит: «А ты, как я погляжу, сестрёнка её, да? Ничего такая, симпатичная». И тут меня как пиннуло что-то изнутри, я выбежала из дома. Ничего из бега не помню, пришла в себя только когда проснулась заплаканной здесь на скамейке. Ещё я помню, что хотела к папе. Вот моя история. Давай ты теперь. -Он трогал тебя? — Павел стал на удивление мрачнее обычного. -Говорю же, что нет. Сразу убежала. Говори давай о себе. Как тебя зовут? -Ну, не хочу пока. -Так нечестно! — обиженно прокричала девочка. -Жизнь вообще порой несправедлива. Ещё узнаешь. Надо бы еды тебе купить, раз не ужинала. Дальше шли они молча. Глава третья -Ты точно туда нас ведёшь? Не помню, чтоб зоопарк был таким большим в моем детстве. -Да точно, точно! Вон же они! Павел поглядел и увидел в пятнадцати шагах трёх величавых жирафов. Воспоминания пробудились от одного их вида. Глаза намокли. -Ты когда-нибудь гладила жирафа? -Нет. А ты? -Мама учила меня, как это делать. Смотри. Подойдя к клумбе, Павел нарвал травы. Затем вернулся к зверю, отдал траву Степашке, вытянул её руку и свистнул. Присев на корточки рядом, сказал: -Теперь остаётся ждать. На свист обратил внимание младший из жирафов, он совсем неосторожно подбежал на звук и вытащил свою мордашку за забор. Степашка остолбенела от неожиданности поэтому её пришлось подтолкнуть к травоядной зверушке. Жирафик с удовольствием взял траву с рук девочки, и в этот момент Павел произнёс: -А теперь погладь его. -А если увидят его родители? — изумлённо спросила Степанида Сергеевна. -Не боись, просто потрогай его рожки. Наконец осмелев и проведя рукой по рожкам малыша жирафа, девочка заулыбалась от радости и удивления: рожки оказались настолько мягкими, что прижимались от прикосновения детской руки. Жирафик и сам был доволен происходящим, но как дожевал, побежал обратно к своим. -Ты умеешь приручать животных? Да ты артист! Циркач! -Только жирафов. Мама… Пойдём уже. Павел внезапно побледнел и искал рукой, на что бы упереться. -Это мама тебя научила? А она может обучить ещё каким-то хитростям? -Нет, — взяв себя в руки, сказал Павел. — А тебе пора домой. Твоя мать скоро встанет и, хоть ты думаешь, что она забыла о тебе, пойдёт на поиски своей дочки. Оба пошли в сторону выхода. -Не пойдёт, — вновь нахмурилась девочка -Послушай меня, Степанида Сергеевна. Сейчас ты пойдёшь домой и своим наивным и трезвым умом покажешь, что пора жить дальше, а не тратить время на загулы и прожигание денег. Дочь же есть, черт побери. Возможно, ты, как и все, да что там, как и я, испугаешься или просто помедлишь и все просрёшь. Да черт, может ты уже всё упустила и нет возможности исправить, но иди и исправь жизнь своей семьи. Жизнь матери не в её, а в твоих руках. -Дяденька, вы же помните, что мне девять только исполнилось. Мне страшно уже от ваших слов, а ругать маму я совсем не хочу. -Не важно, сколько тебе лет. Мне… мне было одиннадцать когда я должен был… А вот и выход. Степашка и её провожатый застыли в воротах зоопарка. В ушах стоял вой сирен, а путь перегородила полицейская машина. -Ой, мама всё-таки вызвала полицию, чтоб меня найти. -Может и так, но эти ребята за мной. Далеко живёшь? -Нет, 10 минут пешком. -Что ж, удобно. Ладно, беги к своей маме, — с этими словами аспирант пошёл навстречу служителям закона. -Павел Александрович Феклушин вы обвиняетесь в… -Да в курсе я, не держите за дурака. Поворачиваюсь и приковывайте. Полицейский подошёл и повалил его на землю. — Павел прервал заученную ленивую речь полицейского.Хоть он и не хотел её произносить, но этот факт его задел и разозлил. -Не обижайте дядю! — Не сдержала слез Степанида Павла подняли и по его просьбе дали сказать последнее слово девочке. Полисмен был из отходчивых, ему не жалко дать ещё пару минут свободы даже такому хаму, как Феклушин. -Для друзей Степашка, так? Ну а меня Паша зовут. Хотя этот товарищ меня уже представил. Приятно было знакомиться. А теперь вали к своей мамаше и вставь ей мозги обратно! И помни, все будет хорошо если ты сделаешь, то что я сказал! С этими словами Павла забросили в машину. Степанида побежала к ней, но не успела и прикоснуться к стеклу, как машина тронулась с места. Наш герой осознавал, что его история закончится именно так, но внутри, в пустоте, внезапно зародилось нечто неизведанное, нечто тёплое.