***

Подумай о Дине. О его тёплых мозолистых руках, о грубоватом громком смехе, о редких веснушках на щеках, которые каждую осень постепенно выцветают, чтобы вновь появиться поздней весной. Подумай о Дине. О его тихом дыхании в шею, от которого по спине бегут мурашки, о его сердце, которое стучит ровно-ровно, ведь с тобой он в полном покое. Подумай о Дине. О блеске в его глазах, когда он видит тебя. О его широкой и яркой, ярче всех звёзд улыбке, адресованной только тебе и никому больше. Подумай о его взъерошенных волосах и лёгкой щетине, которая недружелюбно колет твой подбородок во время поцелуев. О его хриплом спросонья голосе, которым он произносит твоё имя. О том, как иногда ночами он вскидывается, будто по тревоге, но после, нашарив в полной темноте твою руку или ногу, успокаивается и ложится обратно. Подумай о его белой майке, немного заляпанной маслом после очередной починки другой его детки. О его синей майке с принтом «Led Zeppelin», такой старой и потрёпанной, что рисунок почти полностью стёрся, но он всё ещё её обожает. О его чёрной майке, которая больше не считается его, потому что её обожаешь уже ты. Подумай о Дине. О сонных обнимашках со спины, когда вы оба отсыпаетесь после тяжёлой охоты. О его спине, когда он готовит что-то на кухне только для вас двоих. О его напряжённых плечах и сжатых зубах, когда тебе вновь грозит опасность. О его ногах и руках, способных унести тебя так далеко, как ты захочешь. О его шее, за которую тебе всё же придется ухватиться, если ты не хочешь упасть, пока он несёт тебя, словно принцессу. О его губах, вечно потресканных, обветренных и покусаных, но целующих тебя так, словно ты самое дорогое и хрупкое в мире существо, хрусталь, который вот-вот разобьётся. Подумай о Дине. О том, как он может бесконечно говорить о технических особенностях Импалы, требуя от тебя лишь кивков в нужный момент. О том, как он может процитировать любую строчку из «Лестницы в рай», смотря на тебя так, будто ты и есть та майская дева, подарившая ему второй шанс на счастье. Хотя почему будто? Ведь так и будет. Подумай о Дине. О счастье, скользящем в его жестах и мимике, стоит ему просто оказаться рядом с тобой. О парных кольцах, которые вы вместе выбрали на замену его кольцу, уничтоженному каким-то монстром. О совместном просмотре каких-то сериалов, когда вы сидите на диване, укрытые общим пледом, и твоя голова покоится на его плече, а он постоянно возмущается неправдоподобностью сцен, но старается делать это тише, чтобы не тревожить тебя. О том, как ты говоришь ему, что у вас будет ребенок, и пока он беспомощно и растерянно хлопает глазами, ты вытаскиваешь из-за спины маленького щенка, которого подобрала на трассе. О том, как он смеётся, сгибаясь пополам, а потом сгребает тебя в охапку, будто ты ничего не весишь, и обнимает так сильно и крепко, что ты начинаешь беспокоиться о щенка, который оказался зажат между вами. Подумай о том, как вы будете вместе выбирать ему имя, как Дин будет ворчать на вечную шерсть повсюду, как он будет ругаться на съеденное мясо для бургеров. Как после нескольких месяцев апатии из-за очередной смерти Каса он наконец выйдет на улицу, потому что щенка нужно выгуливать. Подумай о том, как собака первая почует что-то неладное и будет гавкать, пока вы с Дином не обернетесь и не увидите мужчину в бежевом плаще. Подумай о том, что никогда не вспомнишь и не скажешь точно, кто из вас первым бросился к нему. О том, что Сэм с Эйлин приедут через несколько часов, и будет видно, что они гнали, наплевав на все правила дорожного движения. О том, как Дин повторит твою шутку про ребёнка и будет ещё долго наслаждаться их ошарашенными лицами. Подумай о том, как Дин с гордостью будет представлять тебя Касу, словно вы уже женаты несколько лет. Подумай о Сэме, который позовёт тебя на пару минут, пока Дин и Кас о чем-то говорят. Подумай о том, как он, хмурый и небритый, уставший после дела о фамильном призраке, будет просто смотреть тебе в глаза, а потом улыбнётся, хлопнет по плечу и скажет только одно: «Благословляю». Это будет самый лучший день в твоей жизни. Подумай о том, каким нежным той ночью будет Дин. О том, как его будет переполнять счастье, направленное только на тебя, о том, что он словно будет дышать лишь тобою, твоим телом, пить твои стоны, словно воду. О том, что наутро у тебя наверняка жутко будет болеть вообще всё, но он будет целовать каждую царапину или след от укуса. И боль действительно будет уходить. Подумай о том, как вы будете вместе смотреть фейерверк в День Независимости, а потом он вдруг достанет что-то из кармана, резко выдохнет, как перед прыжком в воду, и спросит, просто так, без всяких расшаркиваний, спросит. Будешь ли ты — его? Подумай о том, как вы вместе с Эйлин будете выбирать наряд, но так ни с чем и не определитесь, потому что Дину будет нравиться абсолютно всё. Ведь оно надето на тебя. Подумай о том, что вы просто распишетесь в какой-то деревенской церквушке в глуши, потому что идёт погоня за оборотнем и вам просто некогда. Как Кас, явившийся спустя минуту взываний, напугает священника до дрожи в коленях и станет единственным свидетелем. Подумай о том, как Дин подхватит тебя и будет кружить, пока не устанет. Подумай о том, что после — после всего этого, после охоты — будет закрытая вечеринка только для своих, где ты будешь просто сидеть за столом со всеми, но будто бы отдельно, ведь твой мир сужен до него одного. Дина Винчестера. Подумай о том… Хотя нет, знаешь. Не думай. Ведь его нет.