manjirou sano

— я правда не хотел, — сано тяжко вздыхает так, будто убил своими руками твоего близкого. чувствовал он себя, на самом деле, именно так — разбить во время ссоры самодельную тарелку, которую вы сделали вместе, было даже хуже, чем убийство. это были воспоминания; важные до чёртиков, которые вы построили вместе, — прости, пожалуйста, если сможешь, — майки словно провинившийся ребёнок: смотрит в пол, боясь поднять глаза, будто ты будешь ругаться. это, конечно, было обидно, но невозможно за всем уследить; в конце концов, это всего-лишь вещь. ты похлопываешь по месту на диване рядом с собой и манджиро сразу же садится, не колеблясь. ты поднимаешь его голову и целуешь сано в нос. — любовь к тебе всегда будет жить тут, — ты мягко улыбаешься и указываешь на своё сердце. ты действительно так думаешь: манджиро никогда не станет тебе чужим и незнакомым, ведь он навсегда останется, как минимум, в твоей памяти. он подарил тебе не только надежду на лучшее и любовь, но ещё и веру в завтра; в то, что когда-нибудь ты обязательно будешь на своём месте, в своё время, со своим человеком, — я люблю тебя, манджиро, — оцеловываешь его лицо и он тихо посмеивается. всё-таки, у ссор в канун рождества есть своя атмосфера, когда вы миритесь. сейчас ты на своём месте, в своё время и со своим человеком. и это здорово.