Под покровом ночи, в объятьях одиночества.

***

Ночной Токио всегда очаровывал и брал в плен своей красотой. Тысяча маленьких огоньков, пылающих по городу, приковывали всё внимание. Лунные блики блуждали по окнам многоэтажек, создавая на них тихую водную гладь. Сегодня небо было по особенному чистым. Ни единого изъяна в голубом омуте и ярких звёздах. Ночной Токио всегда завораживал своей красотой. И пугал своими размерами. Такой огромный город. В нём живут миллионы людей. А ты стоишь один. Стоишь и любуешься ночными этюдами. Один. Нами до боли закусила губу и покрепче сжала свои плечи, тепло обвитые её же ладонями. Тысяча огней завораживали, приковывали взгляд, и в тоже время отталкивали, делали невыносимо одиноким. Нацуко пришлось вздрогнуть и отвлечься от созерцания прекрасной, но ужасно угнетающей картины и прикрыть глаза, сделав рванный вдох, когда чьи-то сильные руки крепко обвили её талию, а мягкие, но слегка шершавые, губы нежно коснулись её шеи. Сатору аккуратно поцеловал Нами прямо в утончённый изгиб, проводя дорожку из мокрых поцелуев к мочке уха. - О чём задумалась?- тихий, низкий и бархатный голос ласкал уши и заставил девушку зажмуриться ещё сильнее. - О пугающем одиночестве. - на хриплом выдохе прошептала шаманка так, что бы её слова услышал только мужчина позади неё, крепко сжимающий руки на её талию. Словно их мог услышать ещё кто-то. Но в этом просторном гостиничном номере на 25 этаже пятизвёздного отеля, который Сатору снял на несколько дней для них с Нами, были лишь они. И никто больше. - Но ты ведь не одна. - зарываясь носом в исцелованный изгиб шеи девушки, Годжо посильнее сжал её талию, не желая терять Нами из своих объятий. - У тебя есть друзья, Сёко, Нэко. - он шептал это тихо, прикрыв глаза и вдыхая приятный аромат лесных пряностей, которым было пропитано тело Нанами. - А ещё у тебя есть я...- шаман почувствовал, как хрупкие ладони легли на его, широкие и не самые нежные, и несильно сжали их в знак благодарности. - Спасибо...- Нами боялась открыть глаза и взглянуть на мир яркими малахитами. Боялась, что стоит ей это сделать, как всё тут же исчезнет, растворившись в дымке её надежд и фантазий. Боялась, что всё окажется лишь плодом расшатанного воображения. - Знаешь,- мягко начал Сатору, поворачивая девушку лицом к себе, из-за чего она неустойчиво качнулась в его крепких руках. - Я снял этот номер немного для другого, но... Может, мы сегодня просто посмотрим фильм? Полежим в кровати в обнимку, будем целоваться до головокружения и просто говорить на спокойные темы? Так ведь делают нормальные парочки?- Нами всё же решилась открыть глаза, зная, что за этими словами на лице шамана последует мягкая улыбка. И оказалась права. Тонкие губы растянулись в приятной глазу усмешке, пока голубые глаза, не скрываемые ничем, кроме нескольких белоснежных прядей, упавших на лоб мужчине, с обеспокоенностью разглядывали стоящую перед ним девушку. Нами с благодарностью улыбнулась, обвивая торс мужчины руками и прижимаясь всем телом к нему как можно крепче. - Что бы я без тебя делала...- прошептала она ему в широкую белую футболку. - Ой, ну не знаю. - игриво закатив глаза, Годжо в ответ сильнее прижал девушку к себе. Они простояли так всего несколько минут, но этого хватило для полного умиротворения Нами. На душе ей стало так спокойно, а на лице царила приятная улыбка. - Тогда я сгоняю в буфетный за едой, а ты найди что-то стоящее на этот вечер. - поцеловав Нацуко в лоб, Годжо уже развернулся и направился к выходу. - Сатору!- внезапно воскликнула девушка, заставив его резко повернуться на её зов. Хрупкая и невинная девушка так припечатала его ко входной двери, что весь воздух мигом выбился из лёгких. Бесконечность была мгновенно аннулирована, а тонкие пальцы Нами крепко сжали футболку на груди Годжо, пока сама девушка ловко приподнялась на носочки, что бы достичь своей цели. Мягкие, пухлые, но искусанные губы с желанием накрыли тонкие и суховатые. В этот поцелуй Нами пыталась вложить все чувства и эмоции, что так долго не давали ей покоя. Он был чувственным и хрупким, нежным и желанным. Что Годжо, что Нацуко боялись лишний раз пошевелиться, что бы не нарушить воцарившую атмосферу. Что-то тёплое и родное окутало их тела и разум, согревая до кончиков пальцев, несмотря на холодный вечер. Медленно отстранившись от Сатору, Нами также постепенно открыла глаза. Зелёные изумруды в тусклом свете коридора казались Годжо настолько завораживающими, что остатки воздуха рвано покинули его лёгкие. - Бесконечность... Как ты понял, что нужно анулировать её?- шёпотом спросила Нами, всё ещё боясь нарушить идиллию вокруг, и боясь выпускать ткань футболки из крепко сжатых пальцев. - Не знаю... Просто почувствовал, вот и всё. - так же шёпотом ответил Сатору, не отрывая взгляда от прекрасного личика перед собой. От прекрасных и родных глаз, которые впервые смотрели с такой лаской, заботой и трепетом. - Не задерживайся, ладно?- неловко опустив глаза в пол, попросила Нацуко, с трудом разжимая пальцы и отпуская белую ткань из плена. - Я никогда ещё так не спешил, как буду делать это сейчас. - мягко улыбнулся Сатору и аккуратно наклонился вперёд. Оставив на лбу Нами почти невесомый поцелуй, он всё же покинул номер. Сейчас она могла вернуться к окну, к созерцанию прекрасного одинокого Токио, у которого есть лишь тёмная ночь и яркие огни. Могла снова терзать себя мыслями и сомнениями. Но больше не хотелось. Нацуко недолго посмотрела в окно, на такой большой и пугающий Токио. Глупо улыбнувшись, словно маленькая влюблённая десятиклассница, шаманка направилась в спальню, где на стене перед кроватью висела широкая плазма. Хотя вряд ли сегодня этих двух будет волновать то, что будет транслировать телевизор. Их внимание всецело и полностью будет отдано друг другу.

***