Эпилог.

Ночь - воистину прекрасное время. Ночью хорошо думается обо всем и ни о чем одновременно. Ночью никто не требует от тебя достать звезд с неба или сделать что-то невозможное. Что, по сути, одно и тоже. Ночью твои мысли могут блуждать там, где им этого хочется, а не где они должны быть по мнению окружающих. Кстати о них. Ночью все окружающие спят, и это, пожалуй, самое приятное дополнение ко всему вышеперечисленному. Ночью все и всё, что тебя волновало днём, спит. - Тебе нужно спать, Дилан. Как ты собираешься нам завтра с закупками помогать, йои? Почти все и всё. Всегда найдется такое вот исключение, как наш Феникс. Бессмертный и, похоже, вечно бодрый Марко... - О, море, ну не смотри ты так! Я ж сгорю! В ответ очень выразительно округлили глаза. Наверное, он оценивает размер проблемы и ах- ах как удивлен ее масштабами. Ее даже матами не описать. Но в свое оправдание могу сказать, что я всегда такой был. - Ага, всегда с ебанцой, йои. - Я это... - Вслух. Оглянулся на море за бортом - оно прекрасно и таинственно также, как и пять минут назад. И по прежнему молчаливо. Какая гадость. Я же знаю, что дальше будет: Марко начнет меня песочить по поводу и без, припомнит мои прошлые ночные похождения, чем они аукнулись утром, добавит и гору непроверенной документации, если я попытаюсь влезть в его обвинительный/поучительный/назидательный/с-хуяли-ты-меня-не-слушаешь монолог. И на десерт, сладкоежечка он наша, добьет мою совесть своим фирменным "ты-же-главный-врач-подавай-пример" ударом. И это действует. Моя едва видимая, полупрозрачная совесть возрождается с новым запалом. Не, у Марко точно есть какие-то еще фруктовые фокусы, помимо превращения в птицу. Он своим огнем лечит и оживляет не только то что видно у человека, но и все то, что не видно. Грусть, печаль, одиночество, страх... Душу он лечить умеет. Или это только мне повезло. Грустно улыбаюсь синеве на горизонте. Солнце давно зашло, нет уже красных полукруга на небе и рябистой дорожки на воде. Сейчас в море отражается растущий месяц неясным белесым пятном. Тихо. Ночью должно быть тихо, ведь всем нужно спать. Всему и всем нужен сон, чтобы днём с новыми силами взяться за работу. В затылок прилетел смачный удар и голову дернуло вперед. - Дурак! Если сам все знаешь, так какого дьявола ты еще здесь, йои?! Марш в кровать! Не, ночью не должно быть больно. Ночью должно быть мягко и нежно, но уж никак не по голове да с замаху. Хм... Это можно исправить. Заодно и Марко порадую. Он в последнии дни взвинченный ходит и смотрит на меня, словно не выбрал - осуждает или просит. Ха, скорее ждет. Мда, проблемный он. Мне же тоже это с трудом дается. Только тупое животное второй раз в капкан полезет по собственной воле. Лапы еще помнят, как их до костей сломать пытались, еле вырвались. Я не глупее зверя. Скорее, я слишком умный. От того и... Не лезу. Зря ты, Марко, ой, зря ты меня полюбил. Ты замечательный брат, надежный друг, я уверен, волшебный любовник. Ты достоин быть с тем, кто оценит тебя по достоинству. С тем, кто также сильно, с тем же огнем в глазах, будет дорожить тобой, любить тебя. Ты стоишь затраченных усилий. Как же гадко получилось, что я и усилий не прилагал, и дать мне тебе нечего. Оборачиваюсь, смотрю на злющего, как сестры после отцовской попойки, Марко и думаю: если я его поглажу, он меня сразу пошлет или помолчит минутку и потом пошлет? Ну, попытка не пытка, все равно завтра по новой бухтеть будет - у меня в последние дни бессонница разыгралась. Была не была. Медленно тяну руку к светлым волосам, чтобы если что, он мог ее перехватить. Он этого не делает. Наоборот, чуть опускает голову, разочарованно ею качая. Ну извини, Маркуша, вот такой плохой у тебя брат. - Да знаю я, йои... Волосы у Марко, на удивление, мягкие, шелковистые. А с виду похожи на... Ну, ха-ха, все мы знаем, на что они похожи. Губы сами разошлись в гаденькой, но счастливой улыбке. Сколько подколов то было, у-у-у! И он все стерпел. Почти. Лишь один раз он не сдержался, но там парни реально переборщили. Я так долго в жизни не смеялся. Я бы им и руки пожал, не будь они насквозь мокрые после нравоучительного пинка старпома. Там и меня могли за борт скинуть. За компанию, так сказать. И все-таки, Марко, мне тебя жаль. Ты же только с больничной койки, а уже должен брать дела под крыло. Не дают супостаты после хвория тяжкой оклиматься. Иго черное... - Кто такие супостаты, йои? Новый отряд дозорных? - А, ну, почти. Это просто плохие ребята. - Хмф. Забавно. Когда Марко фыркает, у него помимо фырка из горла вырывается еще какая-то непонятная трель. Просто прелесть! Ей богу, почаще бы он эту свою милую сторону показывал. Ладонь все также утопает в светлых прядях. Расслабленная улыбка на пухлых губах смотрится особенно обворожительно с его-то лицом, но если бы он ей только пользовался! Боги, все девчонки бы были его. Упертый осёл. Также медленно притягиваю руку обратно, его глаза все еще закрыты. - Не пугай нас так больше, хорошо? Мы за тебя волновались. Мда, лихо я день назад буйной парочке зарядил - до сих пор обиженными ходят. Отшлепали сирых и убогих, вот и дуются наши мышки на меня после публичной порки. Чтоб неповадно старпома всякой дрянью кормить было! Он же, блин, главные мозги на корабле. Чуть что, так сразу к Марко бегут, а тут... Может я и переборщил, зато теперь у них и мысли не возникнет нам всякое скармливать. Татчу тоже досталось. И Изо. И еще там несколько дивизионов. Да тут проще сказать, кому НЕ досталось. - Постаряюсь, йои. - Угу, но ничего обещать не могу. - Ты же их знаешь. Знаю, знаю. Их простыми поджопниками не возьмешь. Братское чувство легонько толкнуло в грудь. Прислушался. Да, не подвела чуйка. - Ах, как прекрасна ночь! Делаешь, что хочешь. Думаешь, что хочешь. Ешь, что хочешь... Марко явно не вьехал в мой ритм. То то так дико на меня вылупился. Обреченно вздохнув, кидаю взгляд в сторону надстройки. Тот напрягся. А затем его глаза вылупились пуще прежнего и с тихими матами наш первый брат рванул в сторону камбуза. Надеюсь, хоть что-то удасться спасти. Ночной жор он такой - беспощаден к продуктовым запасам. Ночь прекрасное время для мысли. Или молитвы за здоровье непутевого брата, посмевшего посягнуть на святая святых четвертого дивизиона. Удачи тебе, Эйс!