7 глава. Прогулка

      Мы вернулись к пяти часам утра абсолютно без сил. У нас было одно единственное общее желание — поскорее завалиться в кровать и уснуть. Новый год получился на славу. Сближаться с коллективом иногда необходимо.       Мы вчера наблюдали интересную картину: с появлением 70-той подстанции появилось много новых «мы»: Васильева и Сомов, Вероника и Костя, Савелий и Наталья. Я всегда говорила, что личные отношения мешают работе, но оказалась грешна и окунулась в омут с головой, но принципов своих не предавая.       — Рыков, ты дома? - я вышла из спальни, демонстративно потягиваясь и осматриваясь. Мужа не замечаю, не понимаю, куда он мог исчезнуть.       — Доброе утро, Оль! - пришёл откуда-то. Весь в снегу, не успевшем растаять, пока Рыков поднимался на лифте.       — Оно было бы по-настоящему добрым, если бы меня не разбудила Васильева и не сообщила бы о том, что срочно нужно ехать на подстанцию.       — Чего? Оля, какая работа? Ты на календарь смотрела? Вообще-то у тебя сейчас выходные, праздничные дни начались.       — Ты не знаешь нашу подстанцию что ли? Я ненадолго. Буквально на часик-два. Глазом не успеешь моргнуть!       — Тебе хоть подгончик от Деда Мороза понравился?       — Вчерашняя выпитая рюмка водки ещё не выветрилась что ли?       — Иди под ёлку смотри!       Всё, как в детстве. Под ёлочкой, совместно украшенной нами вчера, стоит небольшая красная коробочка, перевязанная белой ленточкой. Подойдя ближе, Ольга опускается на корточки и берёт коробочку.       — Ну и что это такое? – А глаза то у неё как заблестели!       — Открывай!       Аккуратно развязав ленточку и сняв, как оказалось, верхний слой подарка, Ольга смотрит на меня. Улыбается. Широко-широко.       В её руках сейчас находится бархатная красная коробочка. Думаю, она уже догадалась, что там внутри. Аккуратно открывает и взвизгивает.       — Это же то колье, которое я так сильно хотела! – подбегает ко мне и очень сильно обнимает. – Пашка, помоги мне его надеть!       — То самое, Оль! – аккуратно застегиваю украшение, поправляя её оставшиеся со вчерашнего вечера кудряшки.       Арефьева проходит в гардеробную и на некоторое время замирает у зеркала. До чего ж идёт ей эта безделушка. Её она и наденет в дополнение к подобранному наряду. Словит, конечно, же удивлённые, но и не менее восхищённые, взгляды коллег.       Как Ольга и обещала, она вернулась через пару часов. Она была полна энергии и сил.       — Что заставило тебя так ободриться? На подстанции, вроде, что-то произошло, разве нет?       — А это, Пашенька, пока секрет! Скоро всё узнаете. Паш, а пошли гулять?       — Гулять? Арефьева, я перестаю тебя узнавать!       — Сегодня-завтра я ещё смогу быть дома, а вот потом буду очень много времени проводить на подстанции, поэтому, чтобы ты не ворчал, уделяю тебе должное внимание.       — Ты хитришь, да?       — Ну а как с тобой иначе? Будешь бубнеть себе потом, что я абсолютно равнодушна к тебе. Вот, отрабатываю.       — Пошли уже, лисица!

***

      Купить квартиру недалеко от парка культуры и отдыха было самым лучшим решением. Туда мы и отправились на прогулку. Теперь Ольга с аккуратностью и бережностью относится к себе и своему здоровью. Она надела теплый пуховик, дутики и даже шапку. Кто-нибудь вообще когда-нибудь видел Арефьеву в шапке?       Меня безумно радуют изменения, над которыми она работает. Перестала курить и пить алкоголь, старается возвращаться вовремя, выработала привычку завтракать, обедать и ужинать по расписанию, про витамины свои не забывает. Арефьева, ты умница и золото!       — Паш, ты о чём задумался? - мы идем уже некоторое время молча. Ольга держит меня под руку и идет, положив голову на мое предплечье.       — О нас.       — «О нас» - понятие растяжимое. Давай уже говори, - взяла и резко остановила меня, воворачивая к себе.       — Ты в декрет когда пойдёшь?       — Чего? - она точно знала, что я задам ей этот вопрос, но, видимо, я серьезно её озадачил.       — Оль, ты же все прекрасно расслышала. Ты мне сказала, что скоро на работе будешь ночевать. Меня это не устраивает. Ты же сама все прекрасно знаешь и понимаешь.       — Паш, не заводись, пожалуйста. Давай мы будем решать проблемы по мере их поступления, хорошо. Или тебе настолько понравилось руководство Сан Саныча?       — Меня до сих пор тошнит от воспоминаний с наших утренних планёрок.       — Ну вот и всё. Пошли дальше!       Мы никогда еще так долго не гуляли. Откуда у Ольги такой прилив энергии? Сегодня мы целиком и полностью обошли парк. Столько народу тут, оказывается. Здесь есть всё для проведения активного и не очень отдыха: и горки, и каток, и зоны отдыха, и лыжня, ну и, конечно, обычные прогулочные дорожки, идя по которым мы наткнулись на небольшое кафе, украшенное желтыми гирляндами.       — Хочешь перекусить? Ты уже замёрзла, наверное.       — Хочу горячего шоколада и пончик.       — А как же «не покупай сладости, я фигуру берегу»? - сказал Рыков, передразнивая жену.       — К чёрту всё! Пошли! Желание женщины — повиновение мужчины.       Мы зашли внутрь и заприметили местечко возле окна. Оттуда как раз открывался прекрасный вид на замерзший пруд, находящийся в середине парка. Слева от него располагался каток с огромным количеством людей, катающихся на коньках. За ними мы и наблюдали: за профессионалами, несущимися по катку, как по гоночному треку, за парочками, катающимися медленно и размеренно, держась за руки, за мамочками и папочками, держащих своих детей за ручки и помогая делать первые шаги на льду.       — Почему ты так смотришь? Покататься хочешь?       — Рыков, ты сдурел. Коровы на льду еще не хватало.       — Ты не умеешь кататься?       — А где бы я училась? Как-то не доводилось раньше.       Неожиданно телефон Арефьевой завибрировал.       — Кому там не терпится меня услышать? - произнесла она и перевернула смартфон для того, чтобы посмотреть имя абонента.       Звонившим оказалась Аверина Марина Леонидовна. В первую очередь она является человеком, следившим за объединением подстанций в прошлом году. Сейчас же она является лицом, проверяющим подстанцию на наличие недочётов, оставшимся на постоянной основе.       — Ну кто там ещё?       — Аверина звонит. Странно…       Арефьева, выждав некоторое время, берет трубку и произносит твёрдое уверенное «алло». Во время разговора на лице женщины не дрогнуло ни одного мускула, но стоило Арефьевой положить трубку, как она сразу начала активно жестикулировать, обрисовывая сложившийся конфуз.       Ольга Кирилловна была добросовестным сотрудником и всегда выполняла свою работу быстро и качественно. Малейшие недочёты вызывали у неё недовольства. Прежде всего, недовольство собой. О педантичности жены Павлу известно стало ещё в самом начале их отношений — носки не бросай, чашки где попало не оставляй, даже колбасу на тарелке нужно выкладывать аккуратно. И вот сейчас, когда женщине позвонила Аверина, она начинала злиться.       Ольга задумалась на некоторое время. Это был тот самый отчёт, сдачу которого она доверила Лизе по той причине, что тогда Арефьева уехала в клинику с целью сдать анализы. После долгого перерыва в общении свекрови и невестке придётся вновь встретится.       Отношения у Павла и Марины Леонидовны были не сказочными. Чувствовалось напряжение, недоверие, в какой-то степени равнодушие. Встреча, состоявшаяся в ресторане и закончившаяся ночными посиделками на кухне, не оказала нужного эффекта. Но мать с сыном хотя бы вышли на уровень диалога.       Рыковы жили по правилу «тихо сам с собой веду беседу». Лишний раз они никому не рассказывали о своих взаимоотношениях и о том, что вообще происходит в их жизни. «Счастье любит тишину» — любимая фраза Ольги, с огромным смыслом которой согласен и Рыков. Но для своего маленького чуда будущие родители хотели всего самого лучшего, поэтому, когда Ольга будет намного увереннее в своём положении, они обязательно расскажут о том, что скоро Марина Леонидовна станет бабушкой.       — У тебя ведь завтра дневная смена? - начала Ольга издалека.       — Да, завтра с Арашем будем рассекать по городу и помогать нашедшим на свою задницу приключений людям. А что?       — Вместе завтра на работу поедем. Аверина подъедет на подстанцию.       — Её величество решилось снизойти с небес. Лучше бы с Новым годом тебя поздравила.       — Вообще-то, поздравила. И тебя тоже, кстати. Ты чего такой колючий до сих пор? Она ж пытается.       — Да я тоже, вроде бы, стараюсь. Оль, столько лет прошло. Не могу я так просто взять и забыть.       — Паш, каким бы плохим человеком она не была, но она твоя мама. Она - та, что будет с тобой рядом, даже когда она находится далеко.       — У меня на такие случаи другая женщина есть.       — Ну я ж тоже не всегда с тобой была.       — А кто сказал, что речь о тебе? - начал по-чеширски улыбаться.       — Ах ты засранец! — замахнулась. — Как треснула бы тебе сейчас! Ты от темы не уходи. Пригласи её как-нибудь к нам, поговорим ещё раз. Надо тебе мириться с ней.       Он ничего не ответил. На самом деле, Рыков давно простил свою мать. Он очень её любил и уважал. Да, её поведение и решение в определённый период жизни ему не понравилось, но, повзрослев, он понял истину. Понял то, почему мать ушла от отца, понял, почему на работе с утра до ночи была, понял, почему всегда ждала его даже после самой сильной ссоры. Они обязательно поговорят, выяснят всё, о чём молчали так долго, скажут нужные слова друг другу.       А сейчас нужно возвращаться домой. Впереди первый рабочий день в Новом году. Как-то дышать стало легче. Чувствуется какая-то свобода, умиротворение.