Часть 1

— Чонгук, время час дня, а ты уже пьёшь. — Отличное начало дня, согласись? — парень допивает остатки вина из бокала и пьяно улыбается. Конечно, ты уверена, что он ещё не настолько пьян, чтобы ехать за дополнительной бутылкой, но до состояния «Я так тебя люблю, нуна» уже недалеко. Чон облокачивается рукой о стол и подпирает подбородок ладонью, улыбается так широко, что видны передние зубки. И всё бы было не критично, если бы этот пьяный мальчишка вчера не долбил тебя как кролик в период размножения. В сотый раз убеждаешься, что молодые любовники — это прекрасно: новые позы, откровенные стоны и чистое удовольствие. Но устаешь ТЫ изрядно. — Нуна-а-а, — начинает Чонгук, — ты такая сексуальная в этом. Осматриваешь себя и заключаешь, что он явно пьян. Насколько, пока непонятно, ибо считает, что старая футболка в качестве полотенца на голове — это сексуально. Снимаешь чалму с головы, парень глубоко стонет и смотрит влюблённым взглядом, подпрыгивая на стуле от перевозбуждения. — Гукки, по-моему, у тебя спермотоксикоз, — проходишь к холодильнику и выуживаешь тарелку со вчерашними фруктами. Пить на голодный желудок не самая лучшая идея. — В смысле? — Ну, у девушек… есть период, когда хочется секса, и он называется овуляцией. Не знаю, как у парней, но вот у тебя что-то похожее. — Тогда у меня овуляция на тебя, нуна. Парень вновь наполняет бокал вином, уже больше, чем до половины. Он точно хочет напиться, но непонятно, для чего. Тебя невероятно заводило его алкогольное дыхание вчера и пьяные грязные фразочки, но сейчас… Ты переживаешь, а всё ли у этого малыша в порядке. — Гукки, — обвиваешь ладонью его руку на бокале и тянешь вниз, чтоб поставить на стол. — Зачем ты так много пьёшь? Что-то случилось? Парень сразу меняется в лице, на смену добродушной улыбке приходит растерянность, а огромные глаза округляются ещё больше. — Нет, нет, просто я хочу нравиться тебе… — А пить-то зачем? — ты пытаешься уловить причинно-следственную связь. — Когда я вчера выпил в баре и целовал тебя, ты сказала, что тебя заводит, когда я такой… Садишься к парню на колени, обвивая руками его шею. Подушечками пальцев ласкаешь шею, подбородок и облизываешь мужские губы кончиком языка. Чувствуешь, как парень почти тает под твоими руками, расслабляется и открывает рот для более глубокого поцелуя. Играешься с его языком, заставляя Чона высунуть его, а затем обхватываешь губами, обсасывая и вылавливая нечленораздельные стоны. У малыша отличная хватка, это было заметно ещё вчера, а сегодня на твоём теле расцветают синяки от его цепких пальцев. Сейчас же он с силой сжимает твои ягодицы в ладонях, прижимает тебя к себе и, ты уверена, сходит с ума. — Вчерашняя ночь была пьяна и прекрасна, а сейчас… — ты поднимаешь парня за подбородок, заставляя откинуть голову назад, и проводишь языком по кадыку, затем впиваешься зубами в пульсирующую точку, оставляя там багряно-синий засос. — Сейчас я хочу, чтобы всё было… честно? Трезвые и осознанные слова и действия, Гукки. Но парень смотрит захмелевшим взглядом из-под опущенных ресниц. Его рот всё ещё приоткрыт, он словно жаждет новой порции ласки и ощущений. Целуешь его снова глубже, играя с ним языком и лаская нёбо, а Чон прижимает тебя сильнее, елозит на мягком стуле, как нерадивый мальчишка. Это забавляет, заставляет тебя смеяться прямо во время поцелуя, пока мальчик сходит с ума. Чонгук обхватывает тебя за талию и поднимается с тобой на руках, чтобы усадить тебя на обеденный стол и встать между твоих ног. — Тебе надоело играть, малыш? — усмехаешься и облизываешь губы, глядя на изменившийся взгляд, где чёрные зрачки перекрывают радужку глаз. Там черти и самый глубокий омут. Он молчит, лишь хватает тебя за волосы на затылке и оттягивает назад, открывая себе доступ к твоей шее. Кусает нежно, но цепко, вздрагиваешь при каждом движении и сжимаешь свои ноги вокруг его бёдер. Он облизывает твои ключицы, мочку уха и целует подбородок, не дотрагиваясь до губ, будто желает выбить из тебя слова. Свободной рукой он играет с грудью сквозь ткань футболки. Ощущения будто скомканные, явно не хватает жара его рук и губ, чтобы в полной мере сойти с ума. — Мы ещё играем, нуна? У молодых любовников есть ещё один плюс — они всегда умеют удивить. Чонгук жадно целует тебя, он будто голоден до твоего тела. Он вылизывает шею, кусая её и оставляя алые отметины, что так красиво контрастируют с бледной кожей. Что прекрасно в молодых любовниках — они ненасытны. Чонгук срывает одежду с тебя и себя, что та буквально трещит по швам. Он будто бык на родео: бешено реагирует на тряпки и очень хочет, чтоб его оседлали. Припадает к женской груди и ласкает её всеми доступными способами, заставляя тебя стонать на каждом выдохе. Он прекрасно чувствует твоё тело, словно он настройщик инструмента: касаясь груди, скручивая соски между пальцев, он заставляет тебя звучать в разной тональности от нежных стонов до глухих криков, что рвут горло. Его губы опускаются ниже, по ложбинке, по животу к гладкой промежности. Ты закусываешь губу, вспоминая, как вчера парень восторгался твой гладкости. Как вылизывал и целовал лобок, тёрся об него носом, как и сейчас. Его язык изредка, будто случайно задевает клитор, что заставляет тебя рефлекторно сжать ноги, от чего ты сильнее сжимаешь голову парня бёдрами, а он только рад. Словно щенок парень орудует языком между твоих ног, смешивая смазку со своей слюной. Вылизывает между складочками, посасывает клитор губами и разрабатывает пальцами твою промежность. У тебя совсем заканчиваются силы, чтобы просто опираться на столешницу. Ты ещё не отошла от ночи, болели руки и бёдра. Даже челюсть, ведь делать минет после того, как парень кончил три раза, было весьма затруднительно. Парень держался добрых двадцать минут, и это твой личный рекорд по оральным ласкам. Сейчас же парень восполняет тебе всю прошлую ночь, ведь его язык — это нечто прекрасное. Тебе ещё никто не делал киннилингус с таким рвением, казалось, что малыш Чон и сам получает от этого удовольствие. - Гукки, - ты почти капризничаешь, когда чувствуешь, что тебе не хватает члена внутри, чтобы кончить так, как хочешь, насаживаться и видеть, как партнёр тонет в оргазме вместе с тобой. - Я хочу тебя сейчас же... Парень выпрямляется перед тобой с победной улыбкой и смачно вытирает губы запястьем. - Разрешите войти, - парень спускает штаны до колен, а ты обхватываешь член в ладонь, чтобы подготовить парня, но его плоть уже твёрдая. - Я тоже очень хочу... Он моментально хватает тебя за бедра и входит плавно и легко, не скрывая прекрасные стоны. У парня поистине божественный голос, а его стоны — услада для ушей. Особенно искренние, с мольбами о продолжении и руганью о том, как хочется кончить. Чонгук двигается бешено с первой минуты, он долбит, как новый перфоратор, разрабатывая твою промежность. Он запрокидывает голову, сжимая твои бёдра, создавая новые синяки поверх вчерашних. Парень целует как в последний раз, кусая губы и рыча в поцелуе. - Нуна, ты охуенная, чёрт, - парень меняет угол проникновения и долбит пару раз, вызывая у тебя новые крики. - Какая же ты охуенная, я готов обкончаться на месте. - Только не в меня, - ты едва успеваешь закончить фразу, когда парень разгоняется до бешеной, пред оргазменной скорости и выходит из тебя, кончая на пол. Ты облизываешь губы с лёгкой досадой. Но Чонгук снова целует со всей своей жадностью и шепчет в губы: - Я сделаю тебе хорошо, и не раз. И ты ему веришь.